В гостях у чудовища

ГЛАВА 15

POV. Себастьян

— Но… как мне теперь спать?! — голос девушки дрогнул, в то время как я почувствовал внутреннее ликование.

— Ты куда-то спешишь? Расставь цветы по вазам и ложись! Какие проблемы? — бросил в неё насмешливый взгляд, а затем кивком головы указал на стену, около которой стояли десятки ваз, — Будет тебе занятие на вечер… Ты так настойчиво интересовалась моими цветами… — прищурился, вновь припоминая сегодняшнюю сцену в саду. Пусть сама решит, что ей делать со всеми этими цветами…

Пленница подошла к кровати и взяла в руки охапку цветов.

— Аййй… — в ту же секунду они рухнули на пол, а Алекса взвизгнула, странно уставившись на алую каплю крови, просочившуюся сквозь тонкую кожу на указательном пальце. — Себастьян, шипы словно иглы… Впервые встречаю нечто подобное… — её глаза наполнялись смятением, бросая опасливые взгляды в сторону постели.

Удали шипы розы заранее, чтобы уберечь руки в будущем.

Сегодня вечером Александра повела себя очень не осмотрительно. Она совершенно забыла о своем будущем, так пусть теперь хорошенько подумает, стоит ли еще раз испытывать мое терпение…

Пожелав девушке добрых снов, я поднялся и, молча, вышел из комнаты, направляясь в свой кабинет. Не терпелось посмотреть шоу, что же она будет делать с очередным «подарком»?!

Алекса снова бросила мне вызов. Спуталась с каким-то грязным, липким от пота мужланом! Это меня покоробило, заставляя внутренности сжаться от гнева. Она моя! Моя! МОЯ!!! И принадлежит только мне!!!

Какого черта стала строить ему глазки?!

Но я прекрасно знал ответ на вопрос… Вчера я так и не позволил ей кончить. Связал руки, не разрешив прикоснуться к себе, и сам не даровал наслаждения. И она тут же бросилась в объятия к первому встречному самцу…

Это зрелище просто растоптало: здоровенный мужлан смотрел на нее своим тупым взглядом, истекая слюной, а она так заливисто хохотала над скабрезными шуточками, что меня словно пригвоздило к земле.

Она имела наглость флиртовать с ним в моем доме!!! В моем присутствии!!! И наверняка бы раздвинула ноги прямо сегодня же вечером… Душу заполнило ледяное презрение. Еще вчера пленница смотрела мне в глаза с обожанием, лаская пухлыми губами мой твердокаменный член, а сегодня вся текла перед каким-то грязным мужиком…

Кажется, впервые в жизни познал, что такое ревность.

«Крепка, как смерть, любовь. Люта, как преисподняя, ревность; Стрелы её — стрелы огненные». Еще было написано в Ветхом Завете.

«Жесток гнев. Неукротима ярость. Но кто устоит против ревности?» А это из притчи Соломона. Отчего-то в мозгу вдруг всплыли знаменитые цитаты.

Вся её кровать была «застелена» новым сортом роз, который мои селекционеры вывели совсем недавно. Моя личная гордость — их шипы острее бритвы!..

Включил монитор и стал наблюдать за происходящим в комнате пленницы. Хотелось посмотреть, как она будет убирать их со своей постели… Наверняка парочка колючек зацепят нежную кожу, и Алекса ощутит хоть капельку боли, которая скопилась на глубине моей души…

Тем временем девушка продолжала стоять, оценивая обстановку, а затем вдруг стянула с себя вызывающее платье без бретелей, оставшись в одном нижнем белье белого цвета.

Я вновь приковал взгляд к шикарному телу, борясь с нарастающим желанием. Ведь поклялся себе, что после её сегодняшней выходки больше и пальцем не прикоснусь, но вот опять внимал каждому еле уловимому движению…

Александра медленно подошла к кровати, а затем… села на неё. «Что она творит? Зачем?!» — вдруг вспыхнул в голове ряд отчаянных вопросов, но я как завороженный продолжал следить за происходящим…

Она уселась прямо на перину из цветов, после чего стала медленно ложиться на стебли, усыпанные острыми, словно бритва, шипами, а затем как маленькая девочка свернулась калачиком. Из глаз пленницы брызнули слезы, но она просто обняла себя руками, продолжая лежать, как ни в чем не бывало, сотрясаясь от рыданий…

В горле встал ком, и я еле-еле сглотнул его. Господи, поверить не мог, что она готова на всё… Она решила идти до конца…

Да что она вытворяет?! Мое сердце пронзило копье отчаянного страха. Шипы впивались в бархатную кожу, а она продолжала лежать, медленно глотая слезы боли.

Резко сорвался, и понесся обратно, проклиная себя за этот отвратительный поступок. Зачем я вообще распорядился притащить к ней в комнату половину теплицы смертоносных роз?!..

Но я не ожидал, что она ляжет!!! Не думал о такой дикости!.. Просто хотел, чтобы она немного поранила свои нежные ручки, перебирая жесткие стебли… Чтобы больше на пушечный выстрел не подходила к этому грязному мужику!!!

Вот сумасшедшая!.. Да она такая же больная на всю голову, как и я…

— АЛЕКСА, МАТЬ ТВОЮ!!! — я влетел в комнату, и в одно мгновение сгреб её в свои объятия. — Зачем? Зачем ты это сделала??? Тебя никто не просил ложиться!!! — заглянул в потухшие глаза, окидывая безумным взглядом израненную кожу.

ПРОКЛЯТЬЕ!!! Меня накрыло волной отчаяния, когда я увидел с десяток рваных ранок с кровоподтеками… Корил себя за эту пустую глупую ревность… И она пострадала из-за меня… Ну, и, конечно, из-за своего упрямства!..

— И чего ты добилась?! Скажи мне??? Кому от этого стало легче??? — тряс её, пытаясь услышать хоть какой-то ответ.

— Это моя кровать… — тихо откликнулись бескровные губки. — И я просто очень устала… Оставь меня, уйди… Хочу спать… Забыться… Пожалуйста, Себастьян, уйди… — из её глаз медленно катились кристально чистые слёзы.

Черт, я просто не мог выносить женских слез. Сразу вспоминал своё детство. Иногда мне действительно хотелось навсегда стереть эти воспоминания из памяти, возможно, очень скоро так всё и произойдет…

Нежно удерживая Александру за талию, преодолел половину коридора, распахнув дверь в свою комнату. Она сжалась в комок, и безжизненно хлопала слипшимися от слез ресницами, в то время как моё черствое сердце разрывалось от раскаяния.

Зачем я вообще распорядился усыпать всю её кровать этими цветами?! Кому что хотел доказать, когда пострадала эта храбрая ласковая девочка, день ото дня будоражившая мою душу…

Чувствовал себя самым падшим человеком на земле, ощущая как в недрах души плещется отчаяние. Я плавно уложил её на свою кровать, и стал избавлять от нижнего белья.

— Какого черта ты творишь?! ОСТАВЬ МЕНЯ, УРОД, НЕ ТРОГАЙ!!! Ты мне противен!!!

— Тише, не ори! Я ненавижу громкий крик! Мне становится плохо…

— Чертов неуравновешенный психопат!!! Придурок!!! Вор!!! Мерзкий ублюдок!!! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ!!! — выкрикивала бранные слова, когда я ловко стянул бюстгальтер и принялся за трусики.

— Успокойся Александра… Ещё чуть-чуть и ты выведешь меня из себя... Ещё чуть-чуть... Я с детства не терплю, когда на меня орут…

— И что ты сделаешь??? Бросишь на съедение крокодилам?! Убьешь, а прах развеешь по ветру? Что, Себастьян?! Что может быть хуже всего этого??? Ты же не просто так распорядился принести эти цветы-убийцы!.. Хотел, чтобы я изранила себе все руки?! Ведь так??? Или потратила ночь, расставляя их по вазам?! Ты в очередной раз захотел унизить меня, поставить на место!.. Но за что?! Какая тебе разница, с кем я общаюсь?! Я уже полтора месяца заперта здесь по твоей прихоти… Схожу с ума без общения… Что, черт возьми, такого страшного, что я немного поболтала с садовником?! Неужели за это надо наказывать?! — ужас и непонимание сквозили в её усталом взгляде.

Глядел на неё, поражаясь тому, насколько красивой и совершенной Александра была, даже не смотря на небольшие увечья на коже. Она меня пленила и очаровывала. Не мог заставить себя перестать всматриваться в её тело, лицо, глаза…

Ох, от её ледяного взгляда в душу просочилось нехорошее предчувствие. Весь мой идеальный план летел прахом, и я ни черта не мог с этим поделать… Смотрел, и не мог насмотреться, вдыхал один на двоих воздух, не в состоянии надышаться им…

— Тише, прошу… У меня начинается мигрень... — в голове и правда стоял странный металлический звон, а в легких заканчивался кислород. Набрал полную грудь воздуха, стараясь привести мысли в порядок.

— Ну, надо же какой нежный… Не любишь, когда громко орут? А что скажешь на это?! ААААААААААААА!!!

Алекса кричала, что есть мочи, а я прикрыл уши ладонями, исступленно опустив голову. Я ведь не хотел причинять ей физического вреда. Только психологическое давление и полное моральное подчинение. Но вместо этого Александра стала вести собственную игру, день ото дня всё больше изумляя меня своими поступками. Она продолжала надрывать связки, в то время как я возразил, не глядя в её сторону.

— Нужно обработать раны на спине и ногах… — а затем резко поднялся на ноги, направляясь к шкафу. Брюнетка продолжала что-то орать, но я словно абстрагировался от её крика, роясь в своих банках-склянках. Одно чудо средство способно довольно быстро заживить её царапины, заодно и обезболит.

— Ты успокоилась?! — присел рядом спустя пару минут, сжимая в руках ватный диск, смоченный специальным раствором.

— Я тебя ненавижу… — откликнулась она безжизненным голосом.

— Очень жаль. Я не думал, что ты совершишь нечто подобное, все девочки любят цветы…

— Ты псих…

— Мой отец был прав. Он с детства называл меня чудовищем… — ответил еле слышно. Сам не понимая, зачем сказал это вслух.

Алекса вдруг разлепила глаза и уставилась прямо на меня, она лежала полубоком, прикрывая свою обнаженную грудь.

— Потерпи, будет немного жечь, но через пару минут боль пройдет. Несколько дней помажешь этой мазью свое тело, и царапин как не бывало. Оно ускоряет процесс регенерации тканей.

— Мне плевать… Есть они, нет… На всё плевать…

— Тогда замолчи уже, наконец, и дай мне обработать твою спину!

Резко потянул девушку за ноги, заставив её тело перевернуться, а сам, удерживая Алексу за попку, стал быстро скользить ватным диском по шелковистой поверхности спины. Зрелище окровавленной кожи окончательно меня добило. Александра пострадала из-за моего самодурства… Из-за моей глупой мальчишеской ревности…

Пальцы медленно скользили по пострадавшим участкам, стараясь действовать максимально нежно. Даже, несмотря на шрамы и повреждения, ощущение её бархатистой кожи под пальцами просто сводило с ума.

Член совершенно некстати стал увеличиваться в размерах. Я быстро сглотнул, стараясь перевести свои мысли в другое русло, но тут взгляд уперся в аппетитные ягодички, и всё мое существо заполнило звериным желанием…

Но сегодня я не мог быть с ней грубым. Мне хотелось, чтобы всё было иначе… Чтобы Александра, наконец, расслабилась и забыла о моем отвратительном поступке. Мне хотелось подарить ей самые невероятные ощущения, чтобы они вытеснили из подсознания всю ту боль, которую я в очередной раз причинил ей…