В космосе холодно

VI. Чёрные дыры и завуалированные угрозы

— Счастливый день! Чем могу служить, мисс?..

— Кеплер, — Сол протянула архивариусу свой жетон. — Благодарю вас, я постараюсь справиться сама. Но если вдруг не смогу — непременно обращусь к вам за помощью.

Архивариус, благообразный сухонький старичок почтительно кивнул и перестал обращать внимание на гостью.

Сол с интересом огляделась. В Центральной обсерватории она была, и не раз, а вот в её архиве — впервые.

Конечно, у неё в планшете имелись космические карты, но там была только общая информация, без подробностей, и только по Девятой префектуре. Здесь же, на мощнейших серверах архива хранится самая полная карта Вселенной, фактически — её точная копия в миниатюре.

В планшет, да и в память Вольтуриса столько терабайт информации просто не втиснуть.

— Пожалуйста, сюда, — радушно улыбаясь, архивариус пиликнул магнитным ключом, открывая дверь в ярко освещённый, абсолютно безлюдный зал с пустым пространством посередине и рядом рабочих мест по периметру. — Если что, я в соседнем кабинете.

Сол уселась за ближайший компьютер, поджав под себя ноги. К счастью, кроме старенького сотрудника обсерватории, здесь никого не было. Значит, можно надеяться, что ей не помешают.

— Так, поехали…

Она щелкнула по клавиатуре, вызывая форму поиска.

«Йорфс».

После продолжительного раздумья компьютер выдал скупое «ничего не найдено».

Сол усмехнулась. Что ж, этого следовало ожидать.

Может быть, пишется не «Йорфс»? Может, «Ёрфс»?

— Попробуем…

Один за другим Сол перебрала все возможные варианты написания, но результат был всё тот же — нулевой.

Нет, ну должна же быть хоть какая-то информация, пусть даже «Йорфс» — неофициальное название!

Если, конечно, Йорфс существует в объективной реальности, а не только в воображении Альтаира.

Стоп… Он же называл ещё и номер. Как там? RX-11.

«Поиск по номеру…»

Компьютер послушно зашелестел дисками. Сол нетерпеливо сжала подлокотники кресла.

«Информация не найдена. Возможно, вы имели в виду RX-10».

— Да чтоб тебя!.. — сердито зарычала Сол. Тупик.

Проснувшись утром — солнце немилосердно било в глаза, прогоняя остатки дремоты — она вдруг совершенно ясно поняла, что ей следует делать. Почему-то, лёжа под одеялом, всё выглядело элементарно: нужно всего лишь покопаться в базе данных обсерватории, куда она и направилась сразу как позавтракала.

Но на деле всё оказалось сложнее, чем она предполагала.

Сол вывела на монитор полный перечень небесных тел, начинавшихся с аббревиатуры «RX». Как она и ожидала, список оказался коротеньким: всего десять планет.

Все они принадлежали Пятой префектуре, и почти все числились в резерве. Лишь на одной, на RX-5, если верить базе данных, имелись колониальные поселения.

И здесь тупик…

— Похоже, Альтаир наплёл мне с три короба, — пробормотала Сол, клацая по клавиатуре. — Нет такой планеты.

Во всяком случае, по базам она не проходит.

Любопытства ради Сол решила глянуть описание всех планет из списка. Но на первой же планете её ждал сюрприз.

В описании RX-1 значилось краткое: «уничтожена; поглощена чёрной дырой». И дата — Сол даже присвистнула — сорок тысяч лет назад!

Да, не повезло планете…

— Ну-ка, покажи голограмму, — Сол нажала кнопку, выводя информацию на проектор. Лампы в потолке автоматически погасли, и в пустом пространстве посреди зала возникла трёхмерная модель — кусок Вселенной, в центре которого зловеще темнела здоровенная чёрная дыра.

Сол встала из-за компьютера, подошла к голограмме.

— Увеличь масштаб, — машинально попросила она, забыв, что это не Вольтурис.

Впрочем, здешний компьютер распознал голосовую команду — картинка дрогнула, поползла, редкие звёзды разбежались в стороны, уступая место другим.

— Достаточно! Оставь так.

Сол медленно обошла вокруг зависшей в воздухе объёмной картинки, провела по ней рукой — пальцы свободно прошли через условные линии меридианов и параллелей, через яркие точки звёзд, задели мерцающий лоскуток галактики…

Ей кажется, или звёздный узор действительно выглядит знакомым?

Обычный человек не смог бы вспомнить. Либо мучился бы, теряясь в догадках, не в силах воскресить в памяти один-единственный раз увиденную картинку.

Но Сол была примой. Всё, что она когда-либо видела или слышала, она помнила досконально. И она уже имела удовольствие видеть эти звёзды. В тот судьбоносный день, когда она дала неосторожное обещание взять на борт попутчика, не подозревая, что у попутчика есть сыночек, которого нельзя ни на секунду оставлять без присмотра.

Да, это произошло именно здесь! Вот рукав безымянной спиральной галактики. А вот здесь она обнаружила зонд…

Но только в той части космоса, куда их забросили шаловливые ручонки Легранта-младшего, никакой чёрной дыры не наблюдалось.

— Не понимаю, — прошептала Сол, отключая голограмму.

Что же, получается, карты обсерватории врут?

Сол недоверчиво рассмеялась. Нет. Это настолько немыслимо, что просто не укладывается в голове.

Как увязать два очевидных факта: на голограмме красуется жирная сингулярность, а на деле её там нет? Чёрная дыра — это тебе не облако космической пыли, сама она не рассосётся.

Значит, одно из двух: либо произошел технический сбой, поместивший чёрную дыру по неверным координатам, либо кто-то сделал это намеренно, желая скрыть правду о местонахождении загадочной планеты. Непонятно.

Ясно одно: что-то здесь нечисто.

И она была намерена выяснить, что.

В памяти очень некстати всплыло обеспокоенное лицо Гейзера. Она пообещала ему, что будет осторожна.

Ну, так она и будет осторожна, так?

Может, слетать туда ещё раз? Сол вернулась к компьютеру и торопливо проглядела описание, запоминая координаты. Получается, если никакой чёрной дыры нет, значит, планета RX-1 не уничтожена? Может, она до сих пор существует?

Сол тихо охнула от пронзившей её внезапной догадки: что, если зонд был запущен как раз с RX-1? Значит, RX-1 обитаема? И что же там? Провинциальная колония или неведомая цивилизация? А зонд — что это? Чья-то глупая шутка, пустышка, стилизованная под допотопные технологии, или отчаянная попытка достучаться до братьев по разуму?..

Казалось, мозги вот-вот взорвутся от напряжения. Неужели мы не одиноки во Вселенной, и обитаемая планета, населённая разумными существами, давным-давно обнаружена? А власти решили засекретить информацию, да и нарисовали на карте чёрную дыру — на всякий пожарный, как говорится, чтоб наверняка туда никто посторонний не сунулся.

Вот же зараза! Она ведь пришла сюда совсем за другим. А стоило чуть копнуть — и нежданно-негаданно всплывает древняя и, похоже, грязная история, тысячелетия дремавшая в пыльных недрах архива. Сколько ещё скелетов в шкафу она отроет, если не бросит свои изыскания?

— Вы закончили, мисс Кеплер?

— Да, я уже закругляюсь… — Сол обернулась и запнулась на полуслове: в дверях стоял не старичок-архивариус, а незнакомый господин средних лет, одетый в строгий деловой костюм. А ещё у него на поясе был настоящий бластер — боевое оружие, а не декоративный аксессуар, как у неё.

Сердце в груди ёкнуло. Она быстро нажала на кнопку питания, и экран погас.

— Простите?..

Мужчина скользнул по ней взглядом и, сделав несколько шагов, заглянул в уже тёмный монитор. Заговаривать с ней первым он не спешил — то ли выжидал время, то ли хотел предоставить первое слово девушке. Мысленно поблагодарив себя, что вовремя выключила компьютер, Сол постаралась изобразить лёгкое замешательство и вежливое недоумение.

— Чем я могу быть вам полезна, господин… — она замялась.

— Метриус.

— Господин Метриус, — повторила она, чувствуя на себе пристальный, дотошный, почти осязаемый взгляд человека, облечённого немалой властью и привыкшего к ней.

Мужчина сделал ещё шаг, останавливаясь прямо напротив неё. Паркет громко скрипел под его начищенными до блеска ботинками. Сол невольно покосилась на свои запылённые сапоги.

Надо же, какой франт!

С растущей неприязнью она оглядела стоящего перед ней мужчину, отметив про себя и новый, с иголочки костюм-тройку из тонкой шерсти, и шёлковый галстук, и тёмные волосы, зачёсанные назад с педантичностью прирождённого буквоеда. Он выглядел так, что становилось ясно: с ним лучше не шутить.

Не он ли так настойчиво требовал у Райта её досье?

Пауза затягивалась. Господин Метриус молчал. Ждал.

Кажется, она раскусила его тактику. Не всегда тот, кто ходит первым, побеждает.

— У меня не так много времени, к сожалению, — со строго дозированной небрежностью произнесла Сол, медленно двинувшись к выходу. — Что вы хотели?

— Задать вам несколько вопросов.

— Пожалуйста, — Сол равнодушно повела плечами.

Сейчас главное — не позволить ему заметить, что она взволнована.

— Пройдёмся? — господин Метриус опередил её, первым оказавшись у дверей, нажал кнопку — две половинки разъехались в стороны. Ни дать ни взять настоящий джентльмен.

В полном молчании они спустились по лестнице и вышли на улицу, на широкий, мощёный гранитом бульвар. Пешеходов было мало: люди в большинстве своём старались экономить драгоценное время, передвигаясь на муверах, флаерах или маршрутных такси; те же, у кого сегодня выдался выходной, предпочитали тенистую прохладу парковых аллей, а не раскалённые солнцем тротуары вдоль проезжей части.

Впрочем, господин Метриус, видимо, тоже не особо жаловал знойный климат Феррума, так как при первой же возможности предложил свернуть в тень раскидистых платанов, обрамлявших небольшой скверик.

— Некоторое время назад вы подвозили попутчика, — негромко сказал он, не глядя на девушку. Сказал, не спрашивая, а утверждая.

Интересно, насколько много ему известно?

И удалось ли им добраться до доктора Легранта?

— Ну да, — она выжидательно кивнула. — А что?

— Вы летели, если я не ошибаюсь, с Аргента на Феррум. Это был беспосадочный полёт? Или вы с пассажиром на борту куда-нибудь заезжали по пути?

Сол слегка нахмурилась. К чему он клонит?

— Нет, никуда.

— Ни на автономную станцию, ни на планетоид? — пытливо сощурился мужчина. — Постарайтесь вспомнить.

— Я же уже ответила вам, — ровно сказала Сол. Покосилась на неприметный бронзовый значок, пришпиленный к отвороту пиджака. — Я летела с Аргента на Феррум. Впрочем, вы бы это и без меня можете выяснить, если не верите мне на слово. Запросите данные полётных журналов в ассоциации космопортов. Вам они не откажут, ваше превосходительство, ведь так?

Сказав это, Сол замолчала, кусая губу и мысленно костеря себя за опрометчивость. Но слов, сгоряча сорвавшихся с языка, было уже не вернуть.

Господин Метриус оцепенел на миг, в глазах мелькнула ледяная сталь, но почти мгновенно он справился с собой.

— А вам палец в рот не клади, мисс Кеплер, — мужчина беззлобно рассмеялся, но недоверие во взгляде никуда не делось. — Только до «превосходительства» я пока не дорос, — он машинально дотронулся до бронзового ромбика на лацкане пиджака. — Я не комиссар, а всего лишь ротмистр.

«Ага, „всего лишь!“» Сол едва удержалась, чтобы не фыркнуть. Надо же, да он просто сама скромность!

— Разумеется, вы знаете о том, что произошло на Лазурите, господин ротмистр, — Сол переменила тему. Лучшая защита, как известно, — нападение. — Это имеет какое-то отношение к предмету нашего разговора? Должно быть, злоумышленник уже изобличён, я права? Хотелось бы услышать ваши комментарии на этот счёт.

— Это вне моей компетенции, — отрезал ротмистр. На его лицо набежала туча. — Но вы можете не беспокоиться: расследование ведётся и виновные будут наказаны по всей строгости. Полагаю, это всего лишь досадное недоразумение.

— «Недоразумение!» — Сол едко усмехнулась. — Какое удобное слово! Значит, я чуть не погибла, а вы называете это «досадным недоразумением». Забавно.

— Я уже сказал вам, я не занимаюсь этим делом! — господин Метриус повысил голос. — Что до вас, мисс Кеплер… Смею надеяться, что у вас нет врагов?

— Разумеется, нет! — сердито воскликнула Сол. — Откуда…

— Значит, это не может быть умышленным покушением, — господин Метриус сделал выразительную паузу, давая понять, что тема закрыта. — Что касается Легранта… Я склонен верить, что вы говорите правду, — невозмутимо продолжал он. — Я уже проверил журналы за искомую дату и удостоверился, что Вольтурис не совершал посадок.

— Доктор Легрант совершил какое-то правонарушение? — бесхитростно осведомилась Сол. — Замешан в чём-то незаконном? Не понимаю, чем обусловлен такой нездоровый интерес к учёному-гуманитарию.

— Что за багаж был у доктора? — требовательно спросил господин Метриус, проигнорировав её вопрос.

— Багаж? — Сол непонимающе моргнула. Вот оно!

— Доктор Легрант вёз с собой крайне ценную и крайне опасную вещь, — мужчина нахмурился. — Он обязан был передать её нам. Однако он этого не сделал.

— Он сразу же забрал весь свой багаж, — медленно проговорила Сол.

Надо, чтобы он ей поверил, поверил всецело, чтобы ни на йоту не усомнился в правдивости её слов.

— Что было в багаже?

— Какой-то аппарат, — Сол замедлила шаг, чувствуя, как ноги предательски дрожат. — Он не рассказывал, а я не стала выяснять.

— Как он выглядел?

— Я не знаю, — ответила Сол со всем равнодушием, на которое была способна. — Он был в ящике.

«Надеюсь, сотрудники космопорта догадались упаковать его в ящик?»

— Послушайте, господин Метриус, — Сол решила отбросить экивоки. — К чему весь этот допрос? Если доктор и вёз что-то опасное, меня уведомить об этом он, очевидно, забыл.

— Есть вероятность, что доктор попытается связаться с вами, — перебил ротмистр. — Думаю, мне нет нужды озвучивать, как именно вам следует поступить в таком случае.

Он остановился у фонтана в центре сквера, положил руки на белый мраморный бортик. Сол подошла и встала рядом.

— Попытается связаться со мной? — сделав над собой усилие, она посмотрела ему прямо в глаза. Как всё-таки сложно изображать глуповатую простушку, будучи примой! — С какой стати? Мы едва знакомы…

— Не стоит вам лезть в это дело, мисс Кеплер, — похоже, её блеф не сработал. — Поверьте, так будет лучше для всех, и в первую очередь — для вас. Грэйсон Райт о вас весьма высокого мнения, и, честно говоря, я готов с ним согласиться.

Сол почувствовала внезапный прилив благодарности к шефу. Надо будет при случае сказать ему спасибо.

— Я всего лишь пилот, — скромно пробормотала она, невольно заливаясь краской.

— Прима-пилот, — улыбаясь, поправил господин Метриус. — И один из лучших, насколько я знаю.

Сол промолчала.

— Надеюсь, мы поняли друг друга, — он легонько хлопнул ладонью по бортику фонтана, словно ставя в разговоре точку. Церемонно поклонился — в его движении было больше наигранности и притворства, чем подлинного уважения, и шагнул к зависшему над землёй флаеру. Сол вздрогнула: флаер появился так неслышно, что она его не заметила.

Его светлость ротмистр гвардии внутренней безопасности давно исчез из поля зрения, а Сол всё так же стояла, не замечая, что брызги воды из фонтана летят прямо в лицо.

Вот, значит, как…

Что ж, прекрасно!

Слова господина Метриуса подействовали на неё как катализатор на химический реактив. Если ещё час назад она колебалась, разрываясь между смутными опасениями и жгучим желанием докопаться до сути, и готова была прислушиваться к советам друзей, то теперь все сомнения как ветром сдуло.

Как там говорят в народе? Не буди спящий вулкан?

А вот она, похоже, не только разбудила вулкан, но и хорошенько поковырялась в кратере. Так что какой теперь смысл дергаться?..

Интересно, судьба — это просто красивое древнее слово, давно изжившее себя, или за старинным понятием действительно что-то стоит? Если первое, почему же тогда это словечко до сих пор не вышло из оборота, не сгинуло за сотни миллионов лет в пыльных энциклопедиях, исторических хрониках и философских трактатах?

Почему так много людей всё ещё продолжают верить в предначертанное свыше, в упор не желая замечать очевидного: свою судьбу строишь только ты сам.

Сегодня Сол решила вернуться домой пораньше: у младшего братца начали резаться зубки, и мать с утра была не в духе. К тому же, «днём» это время суток можно было назвать с большой натяжкой: солнце покажется из-за горизонта только через шестьдесят часов, а до тех пор пыльный небосвод будут освещать только нефритово-зелёный диск Магны, да девять других его лун. Не кромешная темнота, конечно, но небесное светило из газового гиганта так себе.

Сол с досадой ковырнула потрескавшуюся от засухи землю носком ботинка. Угораздило же её родиться на луне!

Нет, строго говоря, Оксилиум не так уж плох. Особенно зимой, когда отроги Ржавых гор покрываются снегом, а в их посёлок отовсюду съезжаются горнолыжники. Или весной, когда полноводный Тиурк заполняет собой весь каньон, и можно вплавь добраться до противоположного берега. А иногда — летом, если июль выдаётся жаркий, и прибрежные морские воды прогреваются достаточно, чтоб можно было искупаться, не рискуя схлопотать воспаление лёгких.

Но до зимы, а тем более до весны ещё далеко, так что сейчас из всех развлечений доступно только одно: оседлать «Фьюджер» и поупражняться в штопоре и мёртвых петлях. Конечно, старенький мувер не был способен на фигуры высшего пилотажа, да и транспортным средством-то считался весьма условно. Но ничего иного у Сол не было, и вряд ли в ближайшее время появится. Разве что случится чудо.

Десять лет — тот возраст, когда уже перестаёшь мечтать о недостижимых высотах и волей-неволей становишься реалистом. Хотя в глубине души Сол не оставляла надежды упросить родителей отпустить её летом в столицу и попробовать сдать вступительные экзамены в лётную школу. Всё-таки с мувером она неплохо справляется, вдруг и на флаере получится не хуже?

Мечтать, конечно, не вредно. Но положа руку на сердце Сол понимала: шансы на успех ничтожно малы. В лётную школу — громадный конкурс, но дело даже не в этом. В будущие пилоты отбирают не просто лучших из лучших: у тебя должно быть это в крови.

Ну, а вдруг судьба ей улыбнётся? Ведь она действительно умеет летать, у неё превосходная реакция и хорошая память. Несколько дней назад, вон, даже человека спасла. Случайно, правда, но тем не менее.

Сол поёжилась, вспоминая недавний случай. Ей тогда показалось, что время будто замедлило скорость, и всё происходящее она видела словно в покадровом воспроизведении киноплёнки. А голова была на удивление ясной. Она доподлинно знала, как ей следует действовать, весь страх куда-то испарился, и осталось лишь чистое осознание: она всё делает правильно, она успеет.

Громкие незнакомые голоса Сол услышала ещё с крыльца. Обычное дело, мелькнула мысль, постояльцы о чём-то спорят за ужином. Но тут кто-то произнёс её имя.

Неужели опять соседи стукнули патрульному, что видели её на мувере?! Но ведь она теперь летает только вдоль каньона и около гор, к трассам и близко не подходит!

Скандал с родителями был бы сейчас очень некстати.

Приготовившись к худшему, Сол нажала на ручку и толкнула тяжёлую входную дверь.

Только бы у неё не отобрали «Фьюджер».

На первом этаже дома, служившем одновременно и холлом постоялого двора, и местом для отдыха, было как никогда шумно и людно. Сол оглядела помещение и замерла в оцепенении. За самым большим столом сидело несколько человек весьма представительного вида, среди которых она сразу узнала спасённого недавно пилота.

— А вот и наша скромная отважная героиня. Счастливый день, юная леди! Мы давно вас ждём.

— Сол! — лицо матери было бледное как полотно, губы — плотно сжаты от сдерживаемого гнева. — Что ты опять натворила?

— Миссис Кеплер, прошу вас, успокойтесь, — сидящий за столом человек в красивом шерстяном костюме цвета кофе с молоком легонько дотронулся до её плеча. — Ничего страшного не произошло, напротив… — Он привстал из-за стола и повернулся к Сол. — Ирвин Маунт. Рад знакомству, Сол.

— Очень п-приятно, — заикаясь от неожиданности, Сол машинально пожала протянутую ей руку.

— Сол, объясни сейчас же… — вмешалась миссис Кеплер. — Кто эти люди? Ты их знаешь? Что им от тебя нужно?

Сол отчаянно замотала головой, от волнения не в силах проронить ни слова. На негнущихся ногах она подошла к столу, мысленно прощаясь с мувером.

— Миссис Кеплер, дорогая, — слегка раздражённо произнёс господин Маунт. — Уверяю, у вас нет поводов для беспокойства.

— Но что случилось…

— Вы, верно, слышали, что пару дней назад один из звездолётов, «Оллор» потерпел крушение близ каньона Тиурк? Нет-нет, ваша дочь здесь не при чём, — поспешно добавил господин Маунт, заметив выражение лица миссис Кеплер. — Сол спасла пилота «Оллора».

— Чт-то? Спасла?? В-вы уверены, что это не ошибка?..

Сол густо покраснела, как будто её уличили в чем-то нелицеприятном, а не наоборот.

— Я был там, я всё видел. Это был очень благородный поступок, юная леди. Твои родители могут гордиться тобой.

— Так вы здесь за этим? — недоверчиво пробормотала миссис Кеплер, с подозрением глядя на незваных гостей.

— Не только, — господин Маунт мягко качнул головой. — Есть кое-что, о чём вы, очевидно, не подозреваете.

Сол вдруг обнаружила, что все эти люди смотрят на неё не с наигранной симпатией и не со снисходительной благосклонностью, с которой обычно смотрят взрослые на детей, и даже не как на равного себе, а с почтением, восхищением и чуть ли не с благоговением.

По спине пробежал холодок. Ей не нравились эти взгляды. Она не заслуживает, чтобы на неё смотрели так.

— Я — замглавы центра аттестации прима-пилотов Гильдии пилотов Девятой префектуры, — господин Маунт хитро прищурился. — Думаю, Сол, тебе это о чём-то говорит.

Любой другой ребёнок на её месте не понял бы намёка. Да и взрослый, впрочем, тоже. Но Сол в длинном витиеватом наименовании должности господина Маунта мгновенно вычленила главное.

— Прима-пилотов? — ошарашенно повторила она, попятилась, споткнулась о чьи-то ботинки. — Я не… Разве я… Не может быть…

— Сол, пожалуйста, присядь. Что ты знаешь о примах?

— Примы необычайно редки, — на автомате выдала она услышанную когда-то фразу. — Но именно из прим получаются лучшие пилоты. Потому что у них повышенная скорость реакции и моторика… и память… и ещё что-то в этом роде.

— Не просто повышенная, а мгновенная, — поправил дородный пышноусый блондин, имени которого она не знала. — Мозг примы способен обрабатывать информацию со скоростью, близкой к скорости света. Твои рефлексы, девочка, несравнимо быстрее рефлексов обычного человека, — хотя это, разумеется, никак не умаляет твоего героизма.

— А ещё примы интуитивно чувствуют технику, — добавил другой господин, также незнакомый. — Грубо говоря, человек, имеющий данный ген, смог бы пилотировать корабль, даже если видит его впервые — чисто по наитию.

— Ну-ну, Бастиан, теоретические знания всё равно необходимы, — благодушно улыбнулся господин Маунт. — Не стоит ими пренебрегать.

«Пилотировать корабль?» У Сол захватило дух.

— Послушайте, уважаемые, — вмешалась миссис Кеплер. — Это всё, конечно, весьма увлекательно. Но Сол — самый обычный ребёнок. А то, что до сих пор себе шею не сломала на своём мувере — так это чудо, не иначе. У нас тут много таких. Гоняют по этому чёртову каньону как сумасшедшие. В прошлом году один, вон, разбился насмерть — долетался, называется, — она скорбно прикрыла глаза. — А говорить ей что-либо бесполезно — всё равно она всё сделает по-своему.

— Это лишний раз доказывает, что ваша дочь — прима, — господин Маунт ободряюще подмигнул Сол. — Можете сделать тест ДНК, если сомневаетесь. Впрочем, он только подтвердит мои слова. Что касается тебя, — он повернулся к Сол, взгляд его посерьёзнел. — Я не вправе принуждать тебя к чему-либо, юная леди. Я могу лишь озвучить своё предложение, выбор в любом случае за тобой. Ты можешь стать пилотом, если хочешь. Вступительные экзамены в твоём случае — простая формальность, для примы испытания не представляют никакой сложности, ручаюсь, ты сдашь их с блеском. Поэтому если соберёшься поступать в лётную академию — добро пожаловать.

У Сол закружилась голова, в груди словно взорвалась сверхновая. От нахлынувших эмоций стало трудно дышать.

Даже приме нужно какое-то время, чтобы осознать столько информации сразу.

— В нашей префектуре одна из лучших лётных академий, — не без гордости сказал усатый блондин. — Вам не о чем беспокоиться, миссис Кеплер. У вашей дочери будет всё необходимое… — он повернулся к Сол. — Разумеется, если ты согласна и готова к этому.

— Я… Конечно, я согласна! — от осознания даже малой толики заманчивых перспектив, столь неожиданно обрушившихся на неё, у Сол всё перевернулось внутри, а сердце пустилось вскачь.

Неужели судьба ей благоволит, раз решила сделать столь щедрый подарок? Неужели судьба — это не пустой звук из полузабытых мифов?..

— Это наша судьба, Вольтурис. Понимаешь?

Корабль благоразумно промолчал, но Сол это не огорчило. В данный момент её устраивала даже такая грубая имитация живого разговора. И ей было всё равно, что единственный её слушатель и собеседник — искусственный интеллект серии «Миллениум»: современная и сверхмощная нейросеть, но всё-таки не дотягивающая до человеческого сознания.

Интересно, смогут ли учёные когда-нибудь создать электронную личность — не разум, а именно личность?..

— Расчёт гиперперехода завершён, — проскрипел Вольтурис. — Готов к отправлению.

— Отлично! — Сол расплылась в улыбке. — Вперёд!

Над приборной панелью тускло мерцал загруженный в память бортового компьютера участок карты, в центре которого сердито пульсировала липовая чёрная дыра.

А через несколько невыносимо долгих тягучих мгновений те же звёзды и небесные тела, но уже в натуральную величину, окружали и сам Вольтурис.

Все, кроме чёрной дыры. Её не было и в помине.

— Так я и знала! — торжествующе воскликнула Сол. — Вольтурис, включай ультраскорость. Давай подберёмся поближе и посмотрим, что там.

Ведя корабль, Сол периодически сверялась с картой. Если верить последней, она давным-давно должна была пересечь горизонт событий, а значит, сгореть, испепелиться, взорваться, а перед этим расплющиться в нечто двухмерное… Или одномерное?

Сол задумалась. Учёные до сих пор ломали голову над природой чёрных дыр, и гипотез вокруг них бытовало гораздо больше, чем теорий и доказанных фактов. Одним из таких предположений была версия, согласно которой чёрные дыры якобы имеют иную мерность, отличную от мерности остального пространства, причём разночтения имелись и здесь: кто-то утверждал что чёрная дыра имеет нулевую мерность, кто-то, напротив, рассуждал о тридцати измерениях и даже высказывал предположение, что посредством чёрных дыр можно перемещаться в параллельные миры. Впрочем, и то, и другое было совершенно недоказуемо, и на практике сентенции эксцентричных астрофизиков применялись сугубо утилитарно: сценаристами, режиссёрами и писателями-фантастами.

К счастью, проверять на собственной шкуре сомнительные гипотезы псевдоучёных Сол не пришлось: космическое пространство в этом квадранте было абсолютно спокойно. Даже ординарных искривлений изометрии почти не было.

А вот звёздная система с горсткой планет, вполне подходивших на роль «уничтоженной» RX-1, имелась.

Сол на всякий случай описала круг, изучая окружение звёздной системы. Других «кандидатов» не нашлось: остальные звёзды располагались далеко, до ближайшей был почти час пути на ультраскорости, да и планеты вокруг них обращались совершенно непригодные для жизни: газовые гиганты да начисто лишённые атмосферы куски мёртвого камня.

Значит, без вариантов. Она сбросила скорость и развернулась, замерев в предвкушении. Вольтурис повело — звезда медленно, но верно захватывала корабль своим гравитационным полем. Сол включила реверсивную тягу и слегка откорректировала вектор полёта, выходя на удобную орбиту. Теперь можно было взглянуть на планету повнимательнее.

Некоторое время телескоп наводился на цель, и в итоге изображение обрело резкость.

«Вольтурис, веди съёмку», — велела Сол.

А то же не поверят…

Определённо, эта планета могла быть обитаемой. Во всяком случае атмосфера у неё есть. Кажется, и вода есть. И, судя по расстоянию до звезды, температура на поверхности должна быть пригодной для жизни.

— Что же в тебе такого особенного, милая моя? — пробормотала Сол, не отрываясь от наблюдения.

На мгновение бело-голубой диск заслонила соседняя планета — солидный газовый гигант, опоясанный кольцами.

«Надо снизиться», — подумала она. Но воплотить задуманное в реальность не удалось: корабль внезапно атаковали.

Её спасли рефлексы примы: Сол мгновенно дёрнула штурвал, в последний момент уйдя с линии огня. Она успела заметить, что стреляют в неё какими-то пучками заряженных частиц. Похоже, снаряды были призваны вывести из строя электронную начинку корабля.

«Вольтурис, щиты! Все, какие есть!!»

На размышления не было времени. Ей удалось избежать первой атаки, но это не значило, что можно расслабиться.

Эх, жаль, Вольтурис — не боевой корабль…

Впрочем, боевых кораблей оставалось так мало, что их можно было пересчитать по пальцам. Давно канули в Лету времена, когда молодая, амбициозная и, что греха таить, воинственно настроенная цивилизация, только что вышедшая в дальний космос, всерьёз опасалась вторжения враждебно настроенных инопланетных захватчиков, столкновений, сражений, битв за новые территории… Но ничего этого не случилось: по той простой причине, что сражаться за пригодные для жизни или богатые ценными ресурсами планеты было попросту не с кем. Годы сливались в столетия, одна эпоха сменяла другую, но люди так и не отыскали в бескрайних просторах необъятной Вселенной своих собратьев по разуму — ни друзей, ни врагов.

Нет, иногда на планетах находили жизнь: где-то — примитивные одноклеточные структуры, где-то — полноценные экосистемы. Тем же фригонам с планеты Адамант, по мнению некоторых исследователей, оставался последний, решающий шаг до обретения полноценного разума.

Но цивилизации, сопоставимой по уровню развития с человеческой, в пределах обозримой части Вселенной попросту не существовало.

В итоге все военные программы были признаны пустой тратой средств и постепенно свёрнуты, а техника — законсервирована или переделана под иные, более насущные нужды. В конце концов даже особо упёртые лидеры, до последнего не желавшие мириться с очевидным, вынуждены были признать: звёздных войн не будет. И даже если на одной из окраинных планет обнаружится-таки цивилизация чужих, вряд ли она будет способна тягаться с невообразимой мощью Единства, за которым — добрая половина освоенной Вселенной и миллиард лет цивилизации.

Впрочем, враг у Единства всё же был. Не внешний, внутренний. Враг хитрый, осторожный, умный. Одним словом, достойный враг.

Мафия.

«Неужели это они?»

Сол двигалась зигзагообразно, уворачиваясь от летевших в неё сгустков энергии: обычным образом она их не видела, а внутренним зрением они воспринимались как голубоватые клочки плазмы. Впрочем, так их могли фиксировать сканеры корабля, считывающие в первую очередь частоту и интенсивность излучения, а не спектр.

А по периферии двигались с полдюжины беспилотников: сначала плотной цепочкой, потом они разомкнули строй и начали обходить Вольтурис слева и справа.

Да они же пытаются взять её в кольцо!

Ну уж нет.

«Вольтурис, надо уходить в гипер!» — Сол скрипнула зубами: один из снарядов её всё-таки достал, и электромагнитный щит лопнул как мыльный пузырь.

«На такой скорости? Завязнем на изнанке!»

«А если не уйдём, останемся здесь навсегда! Ты же видишь, они зажимают нас в тиски! Ты можешь открыть ответный огонь? Нет! Тогда молчи и делай, что тебе велено!»

«Я обязан предупредить: на такой скорости вход в гиперпространство невозможно рассчитать с достаточной точностью для безопасного прохождения…»

— Вольтурис, быстро в гипер! — взвизгнула Сол. — Это приказ!

Вольтурис подчинился. И они ухнули во тьму.

Сам по себе гиперпереход происходит мгновенно, а вот вход и выход занимают время — от нескольких секунд до нескольких часов. Чем точнее рассчитан угол атаки, координаты, точки соприкосновения и прочие параметры, тем быстрее прыжок, и наоборот. Это всё равно что бурить скважину, пытаясь добраться до водоносного слоя: если бур пойдёт не отвесно, а под углом, потребуется гораздо больше времени и усилий.

Сол показалось, что на этот раз переход длится целую вечность. Самое неприятное — в этой киселеобразной тишине было невозможно отсчитывать секунды. Само понятие времени здесь отсутствовало как таковое. Можно было кричать — но никто, в том числе и ты сам не услышал бы собственного крика. Единственное, что оставалось доступным: вслушиваться в биение собственного сердца.

Удар. Ещё удар. И ещё.

И каждый удар — как первый. Сосчитать их тоже не получалось — оставалось лишь вслушиваться в них, как в метроном, и отчаянно надеяться, что безвременье не навечно.

Это закончилось так же внезапно, как и началось: просто в какой-то момент тьма перестала быть плоской и безжизненной, обретя звуки, краски и объём.

Сол шумно вздохнула, потянулась за бутылкой с водой.

Хорошо, что она не поленилась снять планету на видео… Запись же сохранилась?.. Вроде да.

Прелюбопытная вырисовывается картина. Планета, охраняемая бдительными беспилотниками, не подпускающими никого ближе чем на центиллион и стреляющими на поражение. Недостоверная информация — кто бы мог подумать! — в архиве обсерватории. И — вишенкой на торте — найденный неподалёку зонд. А если танцевать от этого, тот, с чьей подачи Жак ввёл нужные координаты, обо всём знал.

Причём не просто знал: хотел, чтобы об этом узнал кто-то ещё. Кто-то кроме него.

Сол задумчиво потёрла подбородок. Некто взломал архив. Подтёр данные. Придумал фальшивую чёрную дыру.

У неё была только одна идея: мафия.

Вероятно, никаких туземцев там нет. RX-1 — планета, захваченная мафией и используемая ими как база, убежище, источник ресурсов. А чтобы на неё ненароком никто не наткнулся, они озаботились о своём инкогнито и приняли меры, подрихтовав карты. Кто в здравом уме и трезвой памяти полезет в чёрную дыру?

А если кто и сунется — будет встречен шквальным огнём беспилотных орудий.

Складно?

Вполне.

«Прямо по курсу орбитальная станция Феррума, — встрял Вольтурис, нарушив ход её мыслей. — Идём на снижение?»

«Да-да».

Сол вернулась к своим размышлениям. Всё бы ничего, если бы не одно «но».

Зонд. Кто в таком случае запустил его?

Она почувствовала себя как ребёнок, собравший мозаику и внезапно обнаруживший, что один элемент лишний.

А что, эта планета и есть Йорфс? Вот только Альтаир говорил об RX-11, а не об RX-1.

Стоп, стоп, стоп! Стоит ли вообще верить словам этого человека? Она ведь даже не знает, кто он такой! Что, если он намеренно ввёл её в заблуждение, желая замести следы, запутать, направить по ложному пути? А вдруг он — тоже из Гвардии внутренней безопасности?..

От последней мысли ей стало не по себе. Но времени на бесплодные раздумья не было: внизу уже показалось посадочное поле орбитальной станции.

Ведомство, занимающееся координацией пассажирских перевозок, находилось на другом краю Стеллса. Когда-то рядом располагался главный космодром Феррума, но с тех пор, как была построена орбитальная станция, планетарным космодромом пользовались только в те редкие промежутки времени, когда лифты Станции уходили на капитальный ремонт. А вот пассажирские лайнеры по-прежнему взлетали и приземлялись здесь: чтобы вместить многотысячные толпы народу, не хватило бы никаких лифтов.

Флаер она брать не стала, решив воспользоваться скоростной струнной дорогой. Сотрудники обоих ведомств активно сотрудничали, и для удобства перемещения один из маршрутов пролегал прямо от главного корпуса Гильдии.

Сол была настроена чрезвычайно решительно. Давно надо было поговорить начистоту.

Она отыскала Траверса Преста в столовой. Второй помощник председателя самозабвенно перемешивал вилкой и ножом лёгкий диетический салат, не замечая никого и ничего вокруг.

— Счастливый день, господин Прест, — громко поздоровалась Сол, без церемоний усаживаясь напротив.

Столовые приборы полетели на пол. Траверс Прест ойкнул и подскочил на стуле так, словно ему подложили кнопку под мягкое место.

— Сол?!

— Зачем цепные псы правительства охотятся на вашего друга? — не давая тому опомниться, в лоб спросила она.

Господин Прест побелел, затем побагровел, после чего стал нежно-зелёным, совсем как салат в его тарелке.

— Во что вы меня втянули? — спокойно продолжала Сол. — После того рейса всё пошло наперекосяк.

— Сол… — он лихорадочно заозирался по сторонам. — Прошу, не здесь…

— Почему же? — весело удивилась Сол, нарочно повысив голос, благо обеденный зал был почти пуст. — Боитесь, что кто-то услышит? Разве вам есть что скрывать?

Кажется, эти слова заставили господина Преста собраться с духом. Во всяком случае, губы у него дрожать перестали.

— Сол, выслушай меня, — срывающимся шёпотом начал мужчина. — Каюсь, я виноват перед тобой. У меня не было цели тебя подставить, поверь. Я и вообразить не мог, что всё закончится этим…

— Вы знаете, что приключилось в том полёте? — перебила Сол, ожесточённо комкая салфетку.

— Ты насчёт того гиперперехода? — его глаза беспокойно забегали. — Да, Гарнель мне рассказал.

— То есть, вы в курсе? — уточнила Сол. — И кто науськал мальчишку, вы тоже можете мне поведать?

— Науськал?.. — господин Прест захлопал глазами.

— Его сын, Жак. Тот самый, про которого вы «забыли» упомянуть, — ядовито добавила Сол. — Если бы он не ввёл координаты и не отправил бы Вольтурис в гипер, ничего этого не случилось бы!

— Что? — Траверс Прест выглядел потрясённым. — Гарнель ничего подобного… Ты, что же, считаешь, это сделал мальчик?

— А кто же ещё? — Сол начинала злиться — как всегда, когда ей приходилось по нескольку раз повторять одно и то же, объясняя элементарные вещи. — Он сидел на месте штурмана, за штурманским пультом! Клавиатура была прямо перед ним!

— Со слов Гарнеля, звездолёт ушёл в гипер самопроизвольно, — растерянно пробормотал господин Прест.

— Ага, «самопроизвольно», — передразнила Сол. — Вы же вроде неглупый человек, господин Прест. И должны понимать: «само» ничего не делается — на всё есть причина!

Её собеседник смутился, понурился, даже голову в плечи втянул. Он выглядел как нерадивый ученик, получающий от родителей нагоняй за очередной «кол».

— Разумеется, я понимаю… Но мальчик здесь не при чём, это точно, — он утёр пот со лба. — А не мог этот гиперпереход быть запрограммирован заранее?

— Каким образом, интересно? — воскликнула Сол. — Кроме меня, в бортовой компьютер никто не может… — она замолчала, ошеломлённая невероятной догадкой. А ведь на Лазурите кто-то влез в её корабль, да не просто влез — устроил настоящую диверсию.

Может, мальчишка и в самом деле не при делах?

— Ладно, оставим это пока, — Сол нахмурилась. — Сейчас важно другое. Что вам известно о вашем друге? Насколько близко вы знакомы?

— Мы дружим со студенчества, — простодушно ответил мужчина. — Его двоюродная сестра — моя жена…

— То есть вы ему доверяете?

— Всецело и полностью.

— А он вам?

— Хм, надеюсь, тоже.

— Он рассказывал вам про зонд?

— Про эту вашу находку? Ну… да. В общих чертах, — господин Прест нервно облизнул губы. — Насколько я понял, этот зонд может иметь отношение к иной цивилизации, — он понизил голос до еле слышного шёпота — Сол с трудом разобрала последние слова.

— А у вас нет предположений, по какой причине ротмистр гвардии безопасности разыскивает достопочтимого Гарнеля Легранта и его невинный трофей по всей префектуре? — нежно пропела Сол.

Из бледно-салатового лицо господина Преста стало каким-то серым.

— Ротмистр потратил целый час только на то, чтобы допросить меня, — безжалостно продолжала она. — И интересовало его лишь одно: нынешнее местонахождение доктора Легранта. Вы знаете, что он покинул Квестио?

— Н-нет, — пролепетал господин Прест.

— Что ж, могу вас просветить, — глаза девушки сурово блеснули. — Вовремя почуяв неладное, ваш друг сделал выводы и ноги. И о своих планах никому ничего не сказал, — даже со своей помощницей не поделился. А главное, и зонд с собой прихватил. Ищи-свищи теперь.

— Послушай, Сол, но это полная бессмыслица, — не удержался господин Прест. — Человек не иголка. Все пассажиры проходят через таможню — у космопортов есть единая база данных, и раз в сутки вся информация загружается туда. Достаточно поднять базу, и всё станет очевидно. Невозможно улететь «в никуда». И уж тем более исчезнуть бесследно.

— Если только не улететь на планету, где нет паспортного контроля, — тихо проговорила Сол. Очень тихо, но так, чтобы Траверс Прест её услышал. — Такую, как Йорфс.

Это была проверка «на вшивость».

Теперь оставалось только внимательно следить за его реакцией. Господин Прест — не ищейка правительства, железной выдержкой не обладает, и если он всё же знает что-то эдакое, он себя моментально выдаст.

Сол в упор смотрела на своего собеседника, стремясь уловить мельчайшие движения, малейшие изменения в мимике, но мужчина лишь непонимающе нахмурился.

— Что за Йорс? Не слышал о таком. Это в какой префектуре вообще?

— Не Йорс, Йорфс… — машинально поправила Сол. — Впрочем, неважно, забудьте.

— В любом случае, — продолжал господин Прест, — система сбора информации объединяет все префектуры Единства. Если ты улетишь на другую планету — максимум через сутки это отразится в реестре. Конечно, есть Умбра… Но я не могу себе представить, чтоб Гарнель направился туда.

Умброй называлась полулегальная оффшорная зона — медовый пряник для искателей приключений, золотая жила для любителей пощекотать себе нервы, приют для авантюристов и пристанище для беглецов всех мастей.

— Значит, его найдут, — вздохнув, Сол откинулась на спинку стула. — Если, конечно, мсье Легрант не оказался умнее, чем мы думаем, и не купил у мафии новый паспорт.

Господин Прест беспокойно заёрзал.

— Я действительно почти ничего не знаю, — виновато промямлил он. — Но уверяю тебя, мой друг — честный человек и никогда не преступал закон.

— В том зонде была шкатулка, — вдруг сказала Сол. — Примитивный аналоговый проигрыватель. А на диске — музыка. Возможно, там было что-то ещё — мы не успели прослушать диск до конца, нужно было возвращаться. Но это выглядело, словно… словно… Словно сигнал SOS. Крик о помощи. Отчаянная попытка достучаться до… до нас.

Хлопнула дверь, и в столовую вошла слегка взъерошенного вида дама, громко разговаривающая по телефону.

— Что?.. Нет… — она зажала трубку между ухом и плечом и потянулась к подносам. — Я же вам объясняю: не получится!.. Потому что это не от меня зависит!.. Мы не можем передвинуть ваш рейс… Откуда я знаю? Обращайтесь к своему туроператору!..

Сол ещё раз вздохнула. Видимо, это был знак, что разговор пора сворачивать. Впрочем, всё, что она могла узнать, она узнала.

— Знаете, господин Прест, — она поднялась на ноги, аккуратно задвигая за собой стул, — вообще-то меня вполне устраивала моя спокойная, размеренная, лишённая тревог жизнь. Но теперь я понемногу начинаю осознавать, как же скучно я жила. Наверное, мне стоило бы сказать вам спасибо.

И вдруг, словно поджидая подходящий момент, у неё пискнул браслет — её собственный местный телефон. На дисплее высветился номер дежурного диспетчера.

— Слушаю, — она поднесла запястье ко рту.

— Сол, это Тильда, — раздался из динамика утомлённый женский голос. — Тут такое дело… Рей Таррен не успевает на свой рейс. А у тебя как раз окно.

— Не «окно», а выходные, — Сол закатила глаза: она собиралась использовать это время по-другому.

— Да-да, — торопливо поправилась Тильда. — Сол, будь человеком, выручай! Я уже почти всех прим обзвонила, никто не берётся!

— Эх, умеешь ты уговаривать… — она шумно вздохнула. — Когда?

— В шесть вечера. Разумеется, оплатим как сверхурочные.

«В шесть». Значит, можно особо не спешить, и даже зайти перекусить она сможет спокойно…

Сол качнула головой. В тот раз, когда она не успевала на Флос, именно Рей взял её рейс.

— Ладно, — покладисто сказала она. — Возьму.

Динамик издал радостный вопль.

— Сол, я тебя обожаю! Ты не представляешь, как… Меня начальство обещало с потрохами съесть.

— Да не вопрос, — Сол хмыкнула. Тильда Уинтер была первым человеком в Гильдии, с которым у неё сложились тёплые отношения, хотя Тильда была на несколько лет старше неё и замужем.

— Ты, кстати, как сама? Я тут сейчас смотрю твоё расписание… Ты вообще высыпаешься?

— Куда? — неуклюже пошутила Сол.

— Понятно.

— Со мной всё нормально, не волнуйся, — Сол поспешила успокоить приятельницу. — Рассказывай, что за рейс.

Обернувшись в дверях, она увидела, что Траверс Прест, ссутулившись, неподвижно сидит за столом, с тоской глядя на нетронутый салат.