Вернуть парня за 10 дней

Глава 12

Бессильно всхлипывая, Василиса уже десять минут ходила вокруг своей любимой машинки. Та стояла унылым памятником посреди парковки и отказывалась реагировать на любые попытки её реанимировать. Жизнь опять превращалась в кавардак.

И вся вина за это была возложена на Элиаса — друга, который вдруг оказался и не очень-то друг. Вот зачем он ей свой горячий и сексуальный язык в рот засовывал? "Учитель", блин!!! Зацеловал до потери пульса и укатил в закат.

Об этом поцелуе Василиса думала весь понедельник, а потом и вторник на работе. Витала в облаках и на замечания начальника даже не реагировали. В обед вспомнила что с этим владельцем чёрного пояса по разбиванию женских сердец ей ехать на юбилей его родителей и сломя голову полетела по магазинам, не забыв прихватить с собой верную подругу Надю, которая работала в соседнем здании.

Та при встрече быстренько осмотрела подругу, заценила цвет волос и маникюрчик.

— А чего так срочно за платьем? — как бы между прочим спросила она, просматривая коктейльные наряды в модном бутике, по счастью расположившемся недалеко от работы, — твои из бабушкиных закромов закончились?

— У родителей Элиаса юбилей и он вынудил составить ему компанию, — ответила Василиса как можно спокойнее, присматриваясь к свободному чёрному платью, что показалось ей неплохим вариантом. К Надиным шуткам она готова была заранее. Та никогда не упускала повод поиздеваться над ее нарядами.

— Вынудил, — цокнула Надя и поджала губы. По ней было видно, что в слова Василисы она ни капельки не поверила. Ну да, она же не в курсе, как вероломно её затащили ещё и на бой и все взамен на чудо-преображение, с которым пока напряг, — если хочешь, я могу тебе свое одолжить то, что ты в прошлый раз на корпоратив брала.

— Не надо, — тут уже Васька поджала губы, — его так никто и не увидел, потому что я в кофте весь вечер в углу просидела. Говорила тебе, вырезы до пупа — это не моё.

— Ой, святая монашка, — Надя закатила глаза, — я на это платье не одного мужика поймала. Работает на убой.

— Мне не надо на убой, — обойдя подругу, Василиса отправилась к другой вешалке, — там мои родители будут и Элиаса тоже. Не хочу, чтоб их удар хватил. Надо что-нибудь скромное, но красивое. С вырезом, но без перебора и чтобы длина приличная.

— Типа такого? — Надька стащила с вешалки глухой наряд длиною в пол с принтом в крупный оранжевый горох на голубом фоне и расхохоталась.

— Нет, — Василиса скрипнула зубами и накинула на руку три наряда, что примерно подходили по ее параметрам. Ещё три кинула сверху Надя на свой вкус и в довершение консультант-продавец притащила ещё четыре, как сказала из последней коллекции.

— Как продвигаются уроки Элли? — донимала Надя Василису из-за ширмы, — интересно, как справляется этот гуру разврата и секса со своей нерадивой ученицей, — паясничала подруга, — дай мне жареных подробностей, ну пожалуйста.

— Надь, — Василиса смяла шторку в кулаке и выглянула из примерочной, шуточки подруги опять пропустила мимо ушей. На лице Васи отразилось сомнение, но поскольку посоветоваться больше было не с кем, она решилась, — он меня вчера целоваться учил. Точнее проверял, как я это делаю, — Василиса заметила, как лицо Начало обалдело начало вытягиваться и быстро нырнула обратно в примерочную, — и ещё мы вместе покупали мне белье. Ну чтобы он мог свое экспертное мнение высказать. Это же ничего да? Друг же так может?

— Нууу… - протянула Надя и откашлялась, — а может он и меня так поучить? Я бы не отказалась. В горизонтальной плоскости, вертикальной. Да на любой поверхности пусть учит и в белье и поцелуям и разврату. Я способная. Передай ему, что я могу все и согласна на любые эксперименты.

— Я серьёзно, Надь, — Василиса переключилась на телефон, где пришло очередное сообщение от Элли насчёт поездки к родителям. Она долго думала, что ответить. Писала разные варианты, затем стирала и заново писала. Потом психанула и отправила лаконичное "Встретимся там". Он бы как всегда мог подвезти, но Василиса была ещё слишком сердита и вообще не понимала, как она с ним в одной машине наедине всю дорогу вытянет. А если опять его "уроки"? От одной мысли о них стало жарко. Нет, лучше самой ехать.

— Я тоже, — Надя заглянула за ширму и вытащила нежно-голубое платье из середины стопки, — давай это, а то обед скоро закончится.

— Хорошо, — Василиса пробежалась пальчиками по открытому лифу без бретелек и неуверенно подняла глаза на подругу.

— Элиас бы одобрил, — авторитетно заверила та и задернула шторку, — и как учитель целуется?

— Очень, — по телу Василисы пробежала дрожь, а к щекам приклеился румянец, — умело.

— Долго думала, — хмыкнула Надя, — значит очень-очень-очень умело.

— Очень, — растерянно проронила Василиса и застегнула замочек сбоку, — как я Серёже теперь в глаза смотреть буду?

— О, боже, — Надя засунула голову за ширму и присвистнула, — это я не про Серёжу, забудь его. Это я про платье. Надо брать, Вась. Ты просто бомба.

— Думаешь? — Василиса повернулась вокруг своей оси, критически рассматривая обновку, — не слишком?

— Нет, — она решительно сгребла все остальные и всунула в руку консультанту, — берём голубое. И туфли к нему несите, если есть.

— А сверху? — Василиса прикрыла руками голые плечи.

— Вась, рядом с твоей двоюродной сестрой Соней, если та приедет, будешь смотреться как монашка.

— Приедет, — девушка недовольно сморщила носик. Об этом ей успела утром доложить мама, как и о том, что Соня про Элиаса ей все уши прожужжала. Каждый раз при любой возможности Соня пыталась вцепиться в Элли своими длинными красными наманикюренными ноготками и даже не скрывала, как тот ей нравится. Соня была настоящей охотницей на мужчин, с которой Васе было бессмысленно тягаться, — берём. И ещё то красное с голой спиной, что ты мне сверху положила, — зачем-то добавила она быстро, — пусть на всякий случай будет.

— Угу, случаи они же такие, разные бывают, — Надя заговорщически сверкнула глазками.

— Вот именно, — рассеянно кивнула Вася.

Быстро переодевшись и оплатив ещё и красное платье даже без примерки, чтобы не было шанса передумать насчёт покупки, она отправилась обратно на работу. По пути тысячу раз пожалела, что рассказала Надя о поцелуе, которая вытягивала по дороге из неё все новые и новые подробности. А когда узнала о бое в клубе, то вообще побежала гуглить видео трансляции.

Притащившись на работу, Василиса написала отгул на вторую половину дня и ещё на завтра, так как знала, что родители просто так ее не опустят. Да и самой хотелось немного побыть с семьей, с которой последнее время видится все реже и реже.

Начальник покряхтел над ее заявлением, но подписал, согласившись, что семья — это святое.

Поехать можно было бы и после рабочего дня, по поскольку она выбрала вариант доехать на своей старенькой Тойоте, а не на мощном внедорожнике Элиаса, то лучше подстраховаться и выехать заранее.

Закинув пакеты в багажник, она повернула ключ в замке зажигания и вместо приятного урчания мотора услышала тишину. Немного запаниковав, повторила процедуру три раза и машинка завелась.

— Тая, только не сегодня, — ласково погладила Василиса руль и медленно направилась домой. Несмотря на ласковое обращение и уговоры, машина все равно заглохла на двух светофорах по дороге. А на парковке у дома и вовсе перестала реагировать на поворот ключа. Радовало только то, что стать получилось почти ровно. Естественно, мужчины — водители обязательно будут ворчать, но не так все критично и возиться с эвакуатором пока не обязательно.

Набрав в сервис, Василиса робко попросила дать ей консультацию. На том конце трубки выслушали, вздохнули, дали пару вариантов и предложили привезти ее на диагностику. Слова о том, что сегодня нужно ехать за город, встретили со смешком и пожелали удачи.

Чертыхнувшись, Василиса упрямо решила дать машине ещё один шанс. Сбегала домой, собрала сумку и спустилась снова на парковку. Решив, что мотор остыл, опять попыталась завести. Раздалось непонятное урчание из-под капота, резкий хлопок, скрежет и все затихло.

— Ну вот как так? — она ударила кулачком по рулю от досады и шмыгнула носом. Часы показывали два и был ещё шанс, что Элиас пока в городе. Василиса скосилась на телефон, закусила губу и отвернулась. После дурацкого поцелуя общаться с этим нахалом стало почему-то сложно. Внутри словно поселилась застенчивость, которая мешала. Теперь вдруг стало важно, а как она перед ним выглядит, а что говорит, что вообще он там думает о ней. От одних воспоминаний о крепких руках Элиаса заливало краской. И как общаться? Как в одной машине ехать несколько часов? О чём говорить? А вдруг он начнет, как раньше рассказывать об одной из своих подружек? Это же ужасно, она не вынесет.

Гордо задрав голову, Василиса вытащила из багажника пакеты с новыми платьями и туфли, переложила все в дорожную сумку и вызвала машину такси, чтобы уехать на железнодорожный вокзал.

Поезд не такой комфортабельный, как внедорожник Элли, но до места назначения тоже доставит.

К её полному разочарованию билетов не оказалось ни на один из ближайших рейсов и девушка почти отчаялась. Однако ушлая проводница, увидев её расстроенно шагающую по перрону, облагодетельствовала местом в проходном тамбуре за двойную цену и пообещала в случае контролеров позволить отсидеться у себя в служебном купе.

Вариант был так себе, но отказываться никак. Элиас точно где-то на полпути, а больше никто её подвести не сможет. Можно, конечно, остаться в городе, списав все на сломанную машину и отсутствие билетов. Но тогда придется мучиться весь вечер, представляя, как Соня вцепляется мертвой хваткой в Василисиного лучшего друга.

— Именно друга, — прошептала она себе под нос. Эти её неожиданно всколыхнувшиеся противоречивые чувства скоро пройдут, особенно когда Сережа вернется. А отдавать Элли Соне нельзя. Она из него всю жизнь и деньги высосет. Замучит же бедного своим ужасным характером.

Василиса Соню знала всю жизнь, пару раз отдыхала с ней в пионерском лагере и ездила на лето к её родителям. Поэтому повзрослев видела насквозь и держаться хотела от неё подальше.

Дорога до места назначения — поселка «Дубы» оказалась выматывающей. Постоянно дымящие пассажиры, сквозняк и затекшие ноги вызывали раздражение. О запахе, которым она теперь оказалась пропитана насквозь, думать не хотелось.

За полчаса до прибытия, Василиса спохватилась и набрала отцу, чтобы тот забрал ее со станции. Выдохнула, что хотя бы сейчас оказалась сообразительной и не придется топать пешком до остановки. В Дубах с такси может быть напряженка или сдерут в десять раз дороже.

Закинув сумку на плечо, после последнего объявления о высадке и остановки, Василиса выпрыгнула на перрон и втянула легкими свежий воздух. Немного прошлась и плюхнулась на пыльную лавочку. Мыслей о том, чтобы спасать свои брюки не было. Все так воняло сигаретами, что требовалась стирка. А ей самой ванна. И желательно с пенкой. Можно ещё и с мороженым, чтобы как-то отметить, что добраться получилось в целости и невредимости.

— Василек, — через десять минут к небольшой станции подъехал отец и забрал себе сумку, — сменила духи?

— Очень смешно, пап, — она упала в родные объятья и втянула приятный аромат выпечки. У её родителей была своя небольшая пекарня, которая обеспечивала хлебом и сдобой их поселок и часть близлежащих, — как вы тут?

— Вовсю готовимся к празднику. Мама такой торт испекла, ты бы видела.

— Представляю, — Василиса украдкой утерла слезу и поспешила быстрее к машине. Слишком веяло от отца и его слов теплом родного дома, где её бесконечно любили. Сердце защемило и опять укололо, что редко бывает. Но что поделать, Сережа сюда ездить не любил — городской житель до мозга костей.

В прохладном салоне автомобиля девушка сбросила обувь и выдохнула. Можно было немного передохнуть. Дома же встретит привычная суета. Плюс гости понаедут.

— Все приехали? — повернулась она к отцу, который сосредоточенно крутил баранку и по привычке поглаживал свободной рукой аккуратную седую бороду и усы.

— Да, Сонька уже интересовала, когда ты приедешь. Соскучилась.

— Ну конечно, — Василиса хмуро отвернулась к окну. Нет у нее никакой сестринской любви к Василисе. Наверняка про Элиаса хочет выведать всё.

Хлопнув дверью машины у дома, Василиса даже не поняла, как оказалась в объятьях своей раздражающей двоюродной сестры. Соня душила её руками и навязчивыми сладкими духами, которые перебивали даже сигаретный дым.

— Сестричка, — та, наконец, отпустила и сделал шаг назад, — все такая же, — удовлетворенно пробежалась по потрепанному виду Василисы, — а я с отдыха вернулась, — и злорадно покрутилась перед Василисой в своих миниатюрных белых шортиках и топике, которые идеально подчеркивали шикарный загар и точеную фигуру, — есть разговор.