Волкoff

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Золушка на балу

– Марин, ну сходи, – увещевала сестра, старательно копируя взглядом кота из Шрэка. – Ну что тебе стоит? Потусуйся полчасика, постой рядом с кем-нибудь из Волковых, чтобы журналисты фотку сделали, и домой.

– Ну зачем, Ир? Что я там забыла? Да и приглашение это, думаю, пришло по ошибке – где я и где Волковы?

– Вы же с младшеньким вместе три года учились!

– И с выпуска ни разу не виделись, – педантично заметила я, по-прежнему не пребывая в восторге от желания сестры сбагрить меня на пафосную вечеринку.

– Ну вот и встретитесь после стольких лет! – оптимизмом Иры можно было подзаряжать генераторы. – Поздравишь именинника, обнимешь, быть можешь... Тебе ничего, а нам потом жить станет легче – все будут знать, что ты с Волковым на короткой ноге.

Вот ведь въедливая у меня сестрёнка. Третий день, с тех самых пор, как по почте пришёл вычурный конверт с вензелями и лаконичным приглашением на юбилей Волкова С.С., не отходит ни на шаг, только зудит и зудит, что я вознесу семью к элите одним своим присутствием на закрытой вечеринке.

Лично я в такой фантастической причинно-следственной связи сильно сомневалась. Но упрямством Ирка пошла в мать, которую я никогда не могла переспорить, поэтому уже вечером с лёгкой сестринской руки оказалась записана на маникюр, к стилисту, а из чехла было вытряхнуто единственное моё приличное платье, оставшееся в родительском доме ещё со студенческих времён.

– Отлично сидит, – вынесла вердикт Ира, когда я с превеликим трудом втиснулась в узкое блестящее платье.

Я со скепсисом посмотрела в зеркало. Ну, лет в двадцать я бы позволила себе одеться подобным образом, но сейчас...

– Мне кажется, юбка коротковата, – с сомнением протянула я, повернувшись к зеркалу спиной. Сзади отражение выглядело не менее провокационно, чем спереди. – И этот вырез...

– Да ты как моделька, Марин! Все мужики твои будут!

– Вот не надо мужиков, спасибо, – открестилась я. – Я уже давно переросла такого плана приключения. Да и Слава не поймёт.

– Он же у тебя не ревнивый.

– Не ревнивый. Но я и поводов ему не даю. А если я в этом соберусь на пафосную вечеринку «снимать» мужиков, повод появится сам собой.

– Так он же не узнает даже, – отмахнулась сестра. – Когда он там приехать собирался? В выходные?

– У него в пятницу самолёт, – уточнила я, нервно одёрнув подол, но лучше не стало – платье лишь сильнее оголило грудь и спину.

– Вот и отлично, а вечеринка в четверг. Как раз успеешь и с Волковым пообщаться, и Славу своего в аэропорту встретить.

Идея посетить день рождения Сергея Волкова-младшего мне по-прежнему не нравилась – жила же как-то после выпуска без его компании и горя не знала, но упрямица-Ирка своего не упустит. А ей кровь из носу нужна была заветная фоточка с мероприятия, чтобы доказать кому-то (а, может, и просто самой себе), что наша семья самую малость не дотягивает до рейтинга Forbes. Глупо, наивно, но... но от меня же и вправду не убудет, зато Ирка искренне порадуется.

Так я и оказалась в элитном ресторане в центре города на улице, носящей имя известной фамилии. Может, кто-то из предков нынешних Волковых отличился? Или просто мать семейства, затеяв бизнес, специально решила разместить своё детище именно здесь для пущего эффекта.

Публика в ресторане собралась своеобразная, но я, как ни странно, вовсе не выделялась белой вороной среднего класса среди олигархов и творческой богемы. Скорее, наоборот – надменных лиц и вычурного блеска бриллиантов был самый минимум, да и тот локализован в лице одной-единственной дамы, облачённой в шелка. И мне эта дама была хорошо знакома.

Валентина Юрьевна Волкова, мать моего однокурсника, являлась весьма известной личностью в городе. Владелица трёх салонов красоты, двух ресторанов и сети отелей представляла из себя типичную российскую бизнесвумен, которая любит порой пустить пыль в глаза и кичиться своим богатством.

Была она, наверное, ровесницей моей матери, но отчаянно молодилась: в свежевыкрашенных волосах ни единой ниточки седины, лицо гладкое, подтянутое пластикой, а губы явно накачаны гиалуронкой. Иные инстаграм-дивы меньше химии в себя колют. Чёрный шёлк выгодно оттенял бархатистую кожу, а я уже успела краем уха услышать, что дизайнерский наряд от зарубежного модного дома был изготовлен под заказ, специально в траурном цвете. Сергей Волков-старший совсем немного не дожил до дня рождения единственного сына и наследника, скоропостижно скончавшись пару недель назад, но отменять праздничную вечеринку по этому поводу никто и не подумал. Вот оно, высшее общество во всей красе. И зачем только Ирка так стремится заручиться связями в этих кругах?

Никого из знакомых я так и не встретила. То ли больше никто из однокурсниц не пришёл, то ли моё приглашение и вправду было ошибкой – непонятно, но бестолково курсировать по залу мне вскоре надоело. Не спасал ни изысканный фуршет, ни дорогие вина, ни струнный квартет, исполнявший попеременно классику и аранжировки популярных сериалов. И Сергея для совместной фоточки, как на зло, нет... хотя парочка фотографов исправно щелкала затворами, даже меня разок заставили натужно улыбнуться на камеру.

Я всерьёз засобиралась домой, не дожидаясь горячего и появления виновника торжества, когда Волков-младший, наконец, явил себя народу. Мда, давненько мы с ним не виделись.

Мне Сергей запомнился надменным мажором. С группой общался он мало, частенько прогуливал и вообще всячески показывал свой статус перед студентами и преподавателями. Наверное, с его переводом все вплоть до ректора вздохнули с облегчением. Дружить, ясное дело, я с ним никогда не дружила, он даже здоровался со мной через раз, по настроению, тем страннее было получить это несчастное приглашение. Может, удастся поговорить и выпытать, зачем пригласил? Вдруг у него ко мне какое-то дело? Я, как-никак, благополучно перебралась из региона в столицу, освоилась, работу нашла и уверенно иду на повышение. Каким-то именем себя пока не зарекомендовала, но стремлюсь к карьерному росту и профили в фэйсбуке и линкедин не забрасываю.

Сергей тем временем отлично поставленным голосом благодарил всех собравшихся. В приятном тембре слышались какие-то рокочущие нотки, ярко-зелёные глаза блестели в резком электрическом свете, как и густые русые волосы, лежавшие в художественном беспорядке. Мальчишка-красавчик вырос в весьма привлекательного мужчину, наверняка отбоя от девиц нет, даже странно, что с ним под руку не выпорхнула какая-нибудь фифа с белоснежными винирами и пергидролевой гривой в платье куда экстремальней, чем у меня. А если подумать, то и в институте обходилось без меняющихся, как перчатки, девушек...

Додумать кое-что нелицеприятное про странности наследника Волкова-старшего я не успела – мимо проходивший официант нечаянно подтолкнул меня сбоку, я пошатнулась на каблуках, неловко взмахнув бокалом, и дорогущее вино, повинуясь неумолимой гравитации, опорожнилось мне на подол. Шикарно, блин!

Побледневший официант затараторил извинения, но я жестом остановила бесконечный поток слов, интересуясь ответом на один-единственный важный сейчас вопрос – где здесь туалет? Дамская комната оказалась неподалёку, особо светиться в неприглядном виде не пришлось. Вот только зеркало отразило, что наряд мой, которым так гордилась Ирка, безнадёжно испорчен. Винное пятно посреди юбки – в таком виде фото с Волковым для показа всем желающим точно не сгодится. Значит, можно уходить. Делать мне тут точно больше нечего.

Кое-как оттерев мокрое пятно бумажным полотенцем, поспешила на выход, чтобы буквально столкнуться в дверях с виновником торжества. Запнувшись от неожиданности, я едва не рухнула Волкову-младшему в объятия. Сергей аккуратно придержал меня за плечи, чуть притянув к груди. Шумно вздохнул, почти уткнувшись носом мне в макушку, и вдруг резко отодвинул от себя, хмуро глядя в лицо. Обознался что ли? И глаза какие-то шальные.

Я завороженно глядела на расширившийся зрачок, на подрагивающие ноздри аристократического носа, на вздёрнувшуюся верхнюю губу, над которой наметились бисеринки пота... Вот так-так-так. Кто-то уже успел выпить чего-то сильно горячительного? Или это кое-что позабористее? Так и знала, что Лондон до хорошего не доводит, особенно золотых мальчиков.

– С днём рождения, – пискнула я, аккуратно выкручиваясь из хватки именинника. Сергей отпустил, разжав руки, но взгляда не отвёл. Да что не так то? У меня пятно только на подоле, а лицо-то нормальное, в отличие от некоторых.

– Мы... знакомы? – глупо спросил бывший однокурсник, пару раз осоловело моргнув. Я фыркнула. Как знала ведь, что приглашение попало ко мне по ошибке. Он меня даже в лицо не вспомнил! А ведь сколько лет вместе учились...

– Марина, – напомнила я, – из института.

– Марина, – повторил Сергей, растягивая гласные. Нет, он точно пьяный или под кайфом – и глаза эти сумасшедшие, и тягучий голос, и заторможенная реакция... Ох, Ирка, не знала ты, в какое гнездо порока родную сестру отправляешь ради заветного снимка. Это только по телеку и в сториз инстаграма высшее общество выглядит представительно, а на самом деле – как в желтой прессе и полицейских сводках.

– Я... мне пора... я пойду, – так и не дождавшись адекватной реакции, я бочком-бочком протиснулась мимо Волкова-младшего к выходу в зал. Выбравшись из тесного закутка, перевела дух, схватила с ближайшего столика стакан с водой и разом ополовинена. Что-то Сергей меня напугал. Или я просто напридумала себе всякого? Ну, напился парень, с кем не бывает? Странно, правда, что алкоголем от него совершенно не пахло...

Немного успокоившись, я направилась к гардеробу, бросив на мгновение безразличный взгляд на толпу гостей, да так и застыла. На противоположном конце зала Сергей нашептывал что-то на ухо своей матери, и они оба смотрели на меня. Именно на меня, никаких сомнений – я прямо-таки кожей чувствовала их изучающие, жадные взгляды. Что чёрт возьми происходит?!

Сбежать из ресторана я не успела – возле гардероба меня вежливо завернули и, невзирая на возмущение, передали в руки госпожи Волковой. Светская дама, сверкая бдительной охране благодарными улыбками, ухватила меня повыше локтя и с удивительной для её комплекции силой потащила вперёд по коридору мимо банкетного зала. Шум толпы и звуки голосов остались где-то позади, когда женщина, наконец, отпустила мою руку. Шипя от боли, я потёрла предплечье – от её железной хватки наверняка синяки останутся.

– Вы что творите? Я хочу домой!

– Извини, но домой ты пока не попадёшь, – призналась Валентина Юрьевна. Я озадаченно нахмурилась:

– Что это значит?

– Это значит то, что я сказала – ты пока останешься здесь.

– С чего вдруг?

– Ты понравилась Серёже, – просто ответила госпожа Волкова, небрежным жестом поправив причёску. А я вылупилась на неё, как на приведение. Вот так новость. Понравилась, значит? Серёже? И поэтому меня, как нашкодившего ребёнка, за руку притащили в какой-то чулан?

Впрочем, про чулан это я так, образно. Мы с моей «похитительницей» оказались в небольшом кабинете. Не вип-зона ресторана, скорее подсобное помещение, но статусом ничуть не уступающая основному залу. Кожаный диван, пара кресел, дубовый стол, шкаф, электрический камин на противоположной стене... И любящая мамочка-наседка, которая привела сыночку в логово понравившуюся девочку.

Может, так оно и происходит в этих «элитах»? Хватают, кто понравится, делают, что хочется, а потом, вдоволь попользовавшись, выбрасывают на улицу? Неприятная перспектива. И даже возможная моральная компенсация за неудобства не внушала оптимизма, а о ней мне пока и не думали намекать, хотя многие ради денег могут закрыть глаза на всяческие ограничения прав и свобод. Но я-то не такая! И Волков-младший, несмотря на миллионы и семейный ресторан в центре города, мне ни капельки не нравится!

Это я и высказала обнаглевшей бизнесвумен, взиравшей на меня с непередаваемой смесью высокомерия и лёгкой брезгливости. Честно, от этого взгляда хотелось как следует отмыться, настолько он был неприятным. Но я только неуловимо поёжилась, когда в глазах Волковой неожиданно сверкнула сталь, прорезавшаяся также и в голосе:

– Ты никуда не уйдешь. И останешься с Серёжей, как миленькая.

Ну и заявление! Кое-кто забыл, что крепостное право на Руси давным-давно отменили?

– У меня вообще-то парень есть!

Женщина пренебрежительно фыркнула:

– Парень? Да где он, твой парень? И что может против моего сына?

– Ну, знаете ли... – я зло сжала кулаки, наступая.

– Тише, девочка. Не наделай ошибок. Это сейчас я добрая, а могу и обидеться на пренебрежение Серёжей...

– Я вовсе не обязана вспыхивать чувствами к этому вашему Серёже! Да мы пять лет не виделись, а я и прежде в его фанатки не записывалась!

– Что? – озадачилась госпожа Волкова. – Ты... вы уже были прежде знакомы?

– Ну, разумеется. Мы же учились вместе. Целых три года, а потом я в Москву перевелась на магистратуру, а ваш Серёжа, если мне не изменяет память, вообще в Англию собирался.

– Собирался, – эхом откликнулась Валентина Юрьевна, чему-то едва заметно хмурясь.

– Не уехал что ли? – удивилась я. Точно помню, как Сергей хвалился будущей учёбой в одном из старейших университетов мира. Он бы не отказался от такого шанса, я уверена. Да я и сама бы не отказалась, появись такая возможность.

– Уехал, – бесцветно ответила госпожа Волкова. – А потом вернулся. У Серёжи сильна тяга к корням, не прижился на чужбине.

Я скептически вскинула бровь. Деньги что ли закончились? Или проблемы с законом? Обычно, если кому-то удалось уехать из России, обратно они уже не возвращаются, особенно в родной город, пускай и миллионник с тысячелетней историей.

– А я вот осталась в Москве после получения диплома, – невесть с чего похвалилась своими заслугами, – домой только к родителям приезжаю, в гости.

– Вот как, – неожиданно встрепенулась женщина. – А этот твой парень... он, значит, тоже из Москвы?

– Какая вам разница?

– Просто любопытно.

– Думаете, у меня нет никакого парня, и я его выдумала?

– Нет-нет, что ты. Я же вижу – ты не девственница.

Видит она, ну как же! Прямо гадалка-гинеколог, а не дама высшего света.

– Мне почти двадцать шесть! Разумеется, я не девственница! Знаете, если ищете своему сыночку невинную овечку, присмотритесь к школьницам – с нынешними нравами найти непорочность можно разве что в другой, гораздо более младшей возрастной категории.

– Не о том ты думаешь, – покачала головой госпожа Волкова. – Невинность не столь важна, как принадлежность.

– Чего?

– Кого. Ты кому-то принадлежишь. Душой и телом. Вот я и спрашиваю, кто он? Москвич?

– Нет, он из Красногорска, – зачем-то ответила я.

– Вот как, – скривилась Валентина Юрьевна. – Красивый?

– Какое это имеет значение?!

– Красивый. Высокий, наверное. Зеленоглазый. На Серёжу похож. Иначе и быть не может, ведь ты – пара Серёжи.

Я вытаращилась на роскошную даму, как на сумасшедшую.

– Пара? Вы о чём вообще?

– Вот только не надо так удивлённо хлопать глазами, – фыркнула женщина. – Наверняка же слышала о маг-сообществе и оборотни для тебя не новость.

– Чего?!

– Ну-ну, не притворяйся. Вы, молодежь, сейчас всё знаете. Мы, старое поколение, ещё как-то скрываемся по привычке, а молодые, я слышала, на ютубе ролики записывают, со своими обращениями из человека в зверя и обратно. И экотуров в поселения диких, которые уже не такие уж и дикие, с каждым годом всё больше, даже у нас за городом тем летом какой-то этно-фестиваль проводили, всех желающих пускали, а не только представителей маг-сообщества.

– Вы о чём вообще?! – ошарашенно пробормотала я свистящим шёпотом.

– Мы Волковы, милочка, – Валентина Юрьевна растянула накрашенные губы в улыбке, и на миг я заметила мелькнувшие во рту клыки. Показалось?

– И?

– Мы – волки.

Не показалось. Чёрт. Я осторожно шагнула назад, не сводя немигающего взгляда с женского лица. Теперь в нём чудились какие-то опасные, звериные черты – хищный разлёт бровей, чуть вздёрнутая верхняя губа, – которых я прежде не замечала. Волки? Серьёзно? Это что, Серёжа-мажорчик по полнолуниям бегает по окрестным лесам в звериной шкуре? И мама его где-то рядом деловито трусит, сняв с себя на время дизайнерские туалеты?

Я, конечно, слышала о магии – трудно не слышать, когда о ней трубят из каждого утюга. Знала, что есть и волшебники, и оборотни, и сказочной красоты эльфы с феями. Знала, но воочию как-то не встречалась, ведь обычных людей миллиарды, а этих, особенных, дай бог если тысячи, да и живут они обособленно, среди своих. По крайней мере я так думала, пока не оказалось, что умудрилась несколько лет проучиться бок о бок с самым настоящим волком-оборотнем. Кто ещё, интересно, на потоке не такой, как все? Катька из нашей группы, например, определённо какая-нибудь ведьма – я её фотки в купальнике в инстаграме видела, ну не выглядят так простые девушки, хоть ты тресни. Чтобы были и грудь, и попа, и осиная талия и всё это без единого шрама – это ж точно без магии не обошлось? Особенно вспоминая, как эта самая Катька выглядела в студенческие времена.

Но это я так, отвлеклась. Слишком новости оказались шокирующие. И Валентина Юрьевна, чтоб ей пусто было, глядела на меня, не отрываясь. Будто всерьёз опасалась, что я сбегу, вот и не моргала на всякий случай, чтобы не проворонить момент. Или подозревала, что могу банально рухнуть в обморок. Это уже куда ближе к истине, вот только психика у меня крепкая, закалённая суматошной столичной жизнью.

Благодаря парочке программ на Animal Planet я знала, что бежать от хищника нельзя. А кинематограф подсказывал, что и впадать в истерику не стоит. В ситуации с похищением и удержанием в заложниках куда полезнее находиться в здравом уме, просчитывая шаги и аккуратно прощупывая противника. Добром меня не выпустят, это ясно, но я же не одна-одинёшенька на белом свете, меня будут искать. Ирка наверняка забьёт тревогу, когда я не вернусь домой вовремя. И Слава начнёт беспокоиться, если не отвечу на звонок или сообщение. Так чего волноваться – меня в два счёта разыщут!

– Моя семья знает, где я нахожусь, они придут за мной, – как можно спокойнее сообщила я, но госпожа Волкова едко усмехнулась и категорично заявила:

– Не придут.

– Это ещё почему?

– Просто не смогут, – пожала плечами женщина. – Ты вошла по приглашению, а без него обычным людям путь сюда закрыт, они и двери-то не увидят, незрячие.

Как бы дико это ни звучало, госпожа Волкова явно не врала – я сама, отыскав ресторан на карте, задалась вопросом, как раньше не замечала старинный особняк в центре города. И настороженный таксист трижды переспрашивал, туда ли мы доехали... Иллюзия? Вероятней всего. Наверное, как в Гарри Поттере, «магглы» видят обветшалые развалины вместо вычурной вывески. И землю из-за этого наверняка продали за бесценок, и налоги с барака копеечные, и бизнес можно вести в тёмную – со всех сторон выгода.

Ох, ну что за мысли приходят в голову? Профессиональная деформация, не иначе. Меня похитили вообще-то. Нелюди! И спасатели при всём желании не спасут – представителей маг-сообщества в моём окружении как-то не водилось. Знала бы заранее, что надо расширять социальные связи, обзаводясь подружками-ведьмами, лайкала бы Катькины фотки, а не регулярно отправляла в бан за материалы провокационного характера.

– Ты посиди пока тут, подумай, – Валентина Юрьевна кивнула на диван возле стены, вторгаясь в мои нерадостные размышления, и спешно вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Щелкнул замок. Кажется, меня заперли. Может, впору начать паниковать? Или...

Стукнув себя по лбу, я схватила сумочку, о которой благополучно забыла, и принялась рыться в её бездонных недрах. Вроде вечерний клатч, влезает самый минимум, а нужную вещь найти всё равно проблема. Выудив телефон, я с надеждой воззрилась на экран, но сеть не ловила. Зажав смартфон в поднятой руке, я методично прошла весь периметр кабинета, но сигнал так нигде и не появился. Даже в небольшом санузле, скрытом неприметной дверью. Как же так? Это ведь центр города, старый особняк, а не бункер какой-то с защитой от ядерной войны! Или опять нужно все странности списывать на магию? Хотя банальные глушилки сейчас и в школах вешают.

Мда, ситуация, конечно, аховая. Меня, обычную среднестатистическую девушку, взяли в плен. И кто – волки-оборотни! Такое в самой бредовой фантазии в голову не придёт. Может, я всё-таки сплю? Или выпила лишнего на голодный желудок и брежу? Надо срочно взять себя в руки и подумать, потому что становиться парой Серёжи нет ни малейшего желания. Да, пускай Мирослав и не торопится со свадьбой, но я его люблю и на всяких малознакомых перевёртышей менять не намерена.

Стоило вспомнить виновника торжества, как он тут же нарисовался на пороге. Впрочем, дальше этого самого порога Волков проходить не стал, попросту загородив собой дверной проём. Просто стоял и смотрел, изредка широко раздувая ноздри. Нет, он точно какой-то маньяк. Или принимает что-то тяжёлое. Нельзя же так стоять, не двигаясь и не моргая – это противоестественно!

Вот только и я стояла напротив, крепко сжимая телефон в руках, и не смела шевельнуться. Инстинкты, будто только сейчас пробудившись, вопили об опасности, хотя я и не могла поверить до конца, что передо мной не человек, а оборотень. Сколько фильмов про них снято, сколько книг, сколько психологов высказывались категоричным образом, относя диких скорее к животному миру, нежели к людям. И из-за жуткого немигающего взгляда, заострившихся скул и клыков, торчащих из-под верхней губы, я готова была с ними согласиться. Мне было по-настоящему страшно, до трясущихся коленей и суматошно стучащего в груди сердца.

– Не бойся меня, – неожиданно подал голос Сергей. Хриплый, грубоватый тембр с рычащими нотками совершенно не походил на ласкающий слух баритон, которым именинник обращался к гостям, и я неосознанно поёжилась, отступая. Или это в глазах сверкнуло что-то опасное, напугав ещё сильнее?

– Я не обижу тебя, – заверил оборотень со всей искренностью. – Тебя – никогда.

– Почему? – пискнула я.

Волков в ответ улыбнулся. Блаженно прикрыл глаза, глубоко вздохнул и изрёк:

– Ты – моя пара, я всю жизнь буду тебя защищать.

О, сколько театрального пафоса было в этих словах! Аж зубы свело. Зато в голове разом прояснилось и пальцы на смартфоне сжались уже от злости.

– Будешь защищать, держа взаперти? – едко выплюнула я, расправив плечи. Нет уж, покорным жертвенным агнцем я не буду, не дождётесь. И играть в эти ваши оборотнические игры тоже не согласна.

– Это временная мера, – вздохнул Сергей, поморщившись от моего тона. – Вынужденное ограничение.

– Чтобы я ненароком не сбежала от свалившегося на голову счастья?

– Чтобы ты привыкла. Природа возьмёт своё, иначе и быть не может – пара оборотня это навсегда, на всю жизнь.

– Значит, мне всю жизнь придётся провести под замком?

– Замок не понадобится, – заверил Волков. – Чувства оборотней всегда обоюдны.

– Ты, кажется, запамятовал, что я вовсе не оборотень.

– Это неважно, человек ты, эльф, маг или вампир. Если ты истинная пара оборотню, ты обязательно полюбишь в ответ, не сомневайся.

Я сомневалась. Очень сильно сомневалась. Не могут нормальные, здоровые отношения вырасти на почве из насилия и угроз. А те, кто упивается Стокгольмским синдромом, просто больные люди. И нелюди.

– Ключевое слово тут «если», – прищурилась я. Ну вот не верится в этот махровый фатализм, хоть ты тресни. Нельзя же так, по волшебству, разлюбить одного и полюбить другого. Ведь нельзя?

– Инстинкты не врут, – покачал головой Сергей со снисходительной улыбкой, явно заметив толику сомнения на моём лице. – Сердце можно обмануть, как и разум, но волчий нюх безошибочно чует свою пару. И ты – моя.

На этой ультимативной ноте меня оставили одну. Размышлять и свыкаться с новой реальностью, в которой я оказалась втянута в дрянное ток-шоу по сватовству с примесью странной мистики. Может, это и вправду какой-то розыгрыш со скрытыми камерами? Всякие пранки сейчас ужас, как популярны. Особенно, если в процессе человека почти до сердечного приступа доводят или травмируют ни за что ни про что. Я вот и травмирована – рука от хватки госпожи Волковой до сих пор болит, – и сердце заходится подозрительной аритмией, так что все симптомы удачного пранка налицо. Но маловероятно, что меня так не по-доброму разыграли – слишком уж известные люди замешаны, да и ситуация странная, и... и о чём-то подобном я уже точно когда-то слышала.

Увы, это не розыгрыш, а суровая правда жизни.