Массивная мужская ладонь, инородным элементом выделявшаяся на белой плотной ткани, придерживала талию девушки. Вообще-то, чтобы обозначить свою пару в затеянной ведущим игре, не обязательно было так настырно тянуть к себе партнера. Вообще в принципе не нужны были никакие телесные контакты. Даже в зону комфорта можно было не вклиниваться, а просто стоять где-то поблизости и упражняться в скоростном остроумии. Кто быстрее и в точку ляпнет какую-то очередную глупость — в этом состояла задача. Мозгами и языком следовало работать, а не развязно шарить своими граблями по телу сотрудницы.
А Алиса и не противилась. Скованность с нее слетела довольно быстро. Розовощекое смущение за пару минут растворилось в азарте. Откинув робость, она моментально вклинилась в игру и в запале еще больше раскраснелась. С ярым энтузиазмом стала выкрикивать ответы. К тому же еще и искренне радовалась заработанным баллам. Даже подпрыгивала от счастья, словно ей премию внеочередную выписывали. И улыбалась при этом по-глупому. Точно так же, как недавно в машине, когда подошел к ней начальник и парой слов перекинулся.
А этот Дон Корлеоне недоделанный щерился ей в ответ, подбадривая и одобряя, кивал, бубнил что-то в ухо. Потом они уже дуэтом хохотали. А ладонь с талии ползла все ниже и ниже…
— За толстовку свою ушлепскую переживаешь, — донесся до Павлика насмешливый голос Данила. Тот пересел к нему поближе и ткнул локтем в бок. — Боишься, залапает?
Пашка отвел и в самом деле неприлично пристально-зависший взгляд на парочке, находящейся в центре зала. Пожал плечами.
— А ты нет?
— Что я?
— Не переживаешь?
— За шмотки твои?
— За Алису.
Иванцов скривил губы в привычной для его физиономии ухмылке. Парни синхронно перевели взгляд в сторону импровизированной сцены. Гангстер с зайцем там явно лидировали. Теперь уже и Алиса смело ухватила под ребра Валеру. Зал подбадривал игроков. Парочка без зазрения совести обнималась. Все это происходило при живом почти муже.
«Надо охмурить Валеру», — решили подружки, чтобы растормошить ровно сидящего на попе Данечку. И Алиса прямым курсом следовала намеченной цели.
Данил, не посчитав нужным как-то это все прокомментировать, молча разлил водку по рюмкам. Так же без слов ребята выпили, невесело стукнувшись рюмками. Закусили.
— Это все блажь и блеф, — заявил самоуверенно Иванцов.
Пришла очередь усмехнуться Пашке:
— Думаешь?
— Знаю.
— Я бы не был так уверен.
— Ты бы да, — кивнул Данька. – Я — нет. И вообще…
Договорить не получилось. Зал пронзил ликующий вскрик:
— Ю-ху!
Данил скользнул взглядом по Алисе, которая с полным правом победителя, визжа, на радостях повисла на шее босса, а тот незамедлительно подхватил ее и закружил.
– Вообще, — повторил раздраженно, — ты что лезешь, малец?
— Я, вообще-то, с ней пришел. А тебя тут не ждали.
Ноздри Иванцова расширились от шумного вдоха и выдоха. Казалось, он сейчас много чего скажет, но в итоге, буркнув под нос едва слышное неодобрительное:
— Не ждали… — потянулся снова за бутылкой. Павлик придвинул ему свою рюмку. – Если бы не ждали, не было бы тут тебя, и не скакала бы она там сейчас как… лопоухий пингвин. С ушами.
Данил руками хотел изобразить те самые лопухи, свесившиеся у зайца, который непонятно по какой причине оказался пингвином, но наткнулся на рога Рудольфа. Сорвал с головы колпак и отбросил его на соседний стул.
Алиса вернулась довольная. Несмотря на то, что центром внимания быть она не любила, игра прошла на удивление задорно. Размахивая честно заработанным в отчаянной схватке чупа-чупсом, она ожидала снискать восхищение и славу. Все же выступила достойно — публика посмеялась и поаплодировала. Реально весело было. А наткнулась на то, что обозвали ее вдруг пингвином. В обиде нахмурившись, она сунула приз в карман джинсов. Данька со своим полным жизненным разочарованием уже серьезно перегибал. Мало того, что мириться не собирался, не говоря уже о банальных извинениях, сидел надутый как сыч, так еще и оскорблять вздумал. Почему пингвин? Она что, толстая? Несуразная? Да пошел он!
— Нет, Данил, не ждала я тебя. Представляешь, бывает, что не все вокруг тебя вертится. Смирись, — высказалась Алиса отчаянно. Не хотела она такое говорить, но уж больно неприятны были его слова. – И место мое освободи. Что тут расселся? – ткнула его слегка в спину.
У Даньки в ответ желваки заходили. Он встал, демонстративно отодвигая стул, порывисто зашарил в карманах. Легким кивком вызвал из-за стола Виталика. Витка, конечно же, тут же присоединилась, и процессия курильщиков двинулась на выход.