Восход (СИ)

Когда я помогала восстанавливаться Гевору, точно также очищала его организм, но он был истощен, и вся мощь шла на восполнение ресурсов, а во мне их достаточно. Как только я начну брать больше нужного, никуда не выплескивая, магия начнет влиять на меня. Останется лишь направлять ее разрушение.

Потянувшись к Источнику, почувствовала, как закружилась голова. Мне требовалось очень много Силы, а ее и так из меня нещадно тянул Сумарчный. Очень быстро слабость вытеснила боль. Магия в переполненном теле вызывала дикое жжение, стремясь найти выход. Внутренние каналы энергии горели, но вместе с тем очищались от паутины печати.

Метка на руке добавила финальные ноты в симфонии мук, врезаясь в кожу, словно пыталась удержаться на ней.

Кажется, кто-то заметил, что со мной что-то не так. Я почувствовала касание сознания, но даже не смогла понять от кого. Все силы уходили на то, чтобы не потерять контроль, методично и самозабвенно выжигая чары и сходя с ума от боли. Почувствовав подкравшийся холод, мысленно извинилась перед наставником, но все же позволила ему проникнуть в себя, помогая пережить агонию.

Миг, когда рассеялась последняя черта печати, я пропустила, на грани сознания отпуская Источник. Только сделав пару спасительных вдохов, поняла, что сижу на полу, а передо мной продолжает смертельную пляску вихрь из Сумрачного и Гевора.

Оценивать, кто ведет в этом бою, времени не было. Я уже вцепилась в браслет, спеша лишить Сумрачного моей Силы. Разумеется, без подлых сюрпризов Бексолт не обошелся. Замок на браслете попросту исчез.

Обреченно подумав, что болью меньше, болью больше — уже не важно, я укрепила слой спасительного льда и призвала магию, расплавляя металл. Даже через выставленный щит возле кожи тепло смогло проникнуть, оставив красные следы на запястье, но главное, оно теперь свободно. Я свободна!

Не зная, откуда взялись только силы, вскочила на ноги, присоединяясь к Гевору и атакуя Сумрачного, попутно оценивая обстановку. Она не радовала. Вся стража, что поспешила на помощь, теперь неподвижно лежала. Только двое в центре продолжали перемещаться, уходя от атак, не желая тратить магию на щиты.

Я прислушалась к Гевору и поняла, что Сумрачный здорово постарался, используя меня. Даже во время вторжения на юг Гер не был так вымотан, как сейчас. Радовало лишь то, что и Повелитель Сумрака быстро подходил к границе резерва. Значит, совсем скоро появится Бексолт, чтобы продолжить.

Стоило о нем вспомнить, как в зале развернулся портал, принесший южанина. Если он обошел защиту дворца, значит Хранитель уже не может его защищать. Все еще хуже, чем я думала.

Пользуясь короткой заминкой, я стрелой метнулась к Гевору, вставая рядом и выхватывая спрятанный артефакт. Он должен был создать сдерживающую ловушку магу, но я решила оставить подарок хозяину, кинув под ноги Бексолту, но он успел его перехватить, не дав сработать.

— Уходи, Рия, — сперва я решила, что мне послышался голос Гера, но он едва заметно подтолкнул в спину. Я не пошевелилась.

— Даже не думай, — ответила ему.

Сумеречный, истратив последний силы, исчез, чтобы вернуться уже с Иланом. Трое магиков против двух вымотанных магов?

Оказалось, судьба решила сжалиться и послала еще одного участника сцены. В зал ворвался Хут с призванным йеном в руках и встал рядом с нами. Мне достался его подозрительный взгляд, но поняв, что Гевор меня не атакует, успокоился.

— Если все желающие на месте, предлагаю продолжить, — настроение у Бексолта было совсем не под ситуацию. Он скалился, наслаждаясь, пока не повернулся ко мне. — И если Ферия все же не поумнеет, вернувшись на нашу сторну…

Не дав южанину закончить, я начала атаку, но очень быстро ее пришлось обращать в щит. Илан с Бексолтом ждать на собирались. Моему брату пришлось вступать в бой с Хутом, а Сумеречный прикрывал южанина, начавшего ритуал.

Магия в зале содрогнулась, потоки натянулись, словно тросы, звеня от напряжения. То, что творил Бексолт, противоречило естеству Силы, заставляя оборачиваться против ее правил. Против нас с Гевором.

Выставленный привычный щит не спас, пропустив удар, но меня он не задел, а вот по Гевору прошелся мощным ударом, отбросив на пару шагов. Его стали сжимать искрящиеся плети, разрастаясь в кокон. Он пытался их разрушить, но Сумрачный продолжал влиять на него.

Мне вновь стало страшно. Не за себя, за того, кого любила всем сердцем. Я ведь читала про этот ритуал в записях Бексолта. Он выкачивал магию, как это делают Сумрачные. Выкачивал ее из Гевора, блокируя доступ к Источнику.

Но не у меня.

Боясь, что мне попытаются помешать, я окружила нас неприступным контуром. Он не отразит атаки, но не позволит никому пересечь круг, пока я в сознании.

Убедившись, что мы под защитой, я перехватила ладонь Гевора, призванным йеном сделав надрезы на наших руках и соединяя проступающую кровь, призывая связь и Хранителей в помощь.

Пятая ступень — ритуал, когда маги доверяют друг другу кровь. Она позволит обмениваться Силой. Действуя интуитивно, подчиняясь магии и позволяя ей самой прокладывать дорогу, как учил Гер, я стала черпать Источник, передавая все мужчине. Лед внутри едва ощутимо покалывал, но помогал держаться.

— Остановите Ферию! — закричал Бексолт. Он первым почувствовал, что я делаю, но вскоре поняли и остальные, заметив, как постепенно высвобождается Гевор.

Сумрачный попытался пересечь круг, но тот не пропустил ни в телесном облике, ни в теневом. С защитой я не ошиблась.

Гевор, а точнее его магия, превратилась в канат, который тянули мы с южанином. Он старался выкачать Силу, перетянув за черту, после которой теряется доступ к Источнику, а я — наполнить настолько, чтобы Гевору хватило сил оборвать ритуал.

— Нужен контакт крепче, — произнес он, отчаянно цепляясь за каждую кроху Силы, разрывая тянущие путы.

Я собиралась вновь призвать клинок, но вместо этого Гер обхватил меня освободившейся рукой, прижимая и целуя.

Прокушенную губу я почти не заметила, вмиг утратив ощущение реальности. Вкус крови на языке. Невольно сглотнула, и мир взорвался. Лишь после пришло осознание, что кровь была не моя, мужчины. И только что мы связали себя еще крепче. Гораздо крепче, чем путы, что пытались уничтожить любимого.

Магия хлынула от меня к нему лавиной, исцеляя и восстанавливая. Я чувствовала, как ослабевают магические потоки, как покоряются воле Гевора.

Разъяренный рык Бексолта дошел слишком поздно, чтобы кто-то из нас успел среагировать. Ловушка-артефакт, что я бросила в него, но неудачно, вновь летела к нам. И щит пропустил безобидный для него камень.

Ударившись о пол под нашими ногами, он разлетелся, высвобождая запечатанное заклятие. Словно в открытую воронку вмиг засосало треть моего резерва и все то, что я уже успела передать Гевору.

От отчаяния и злости хотелось кричать, но это бы не спасло. Чтобы выбраться, нам нужна Сила. Очень и очень много Силы, призванной за один-единый миг, чтобы уничтожить ловушку и ритуал.

— Ты веришь мне? — шепчу тихо, сжимая плечи Гевора.

— Что ты задумала? — он хмурится, пытаясь удерживать щит и атаковать южанина. На его лице блестят бисеринки пота, губы напряженно сжаты, но он не сдается. Никогда не сдается. Мой неустрашимый воин.

— Я дам нам Силу, только направь, — шепчу я и закрываю глаза.

Идея пришла внезапно. Мы использовали транс Голоса Души чтобы искать друг друга и общаться с духами, но точно также мы ведь могли найти и Источник. Не просто тонкую нить, а саму его суть.

Стоило к нему потянуться, как рядом возник Хранитель.

— Это опасно, Ферия, — предупредил он.

— Ты же не спешишь помочь Гевору, — отмахнулась я.

— Не могу. На мне защита дворца и Мэй, родовые Духи развеяны.

Стараясь не думать о его словах, не останавливаться, я продолжила тянуться к Источнику, видя, как сумрак начинает заливаться светом. С каждым мигом его становилось все больше, все ярче, но я чувствовала, как меня наполняет Сила. Я концентрировала ее в ладонях, представляя прозрачным шаром, сжимая и уплотняя магию внутри него.

Кажется, я слышала голос и своего наставника, но не могла уже различить слов. Как не обращала внимания на лед, все глубже проникающий в меня. Все мое сознание сосредоточилось на Силе. Больше. Нам нужно еще больше.

Свет ослеплял даже через закрытые глаза, я дрожала, но не сдавалась. Когда ощущение реальности стало ускользать, меня порой выбрасывало из транса, но я вновь ныряла к Источнику, не переставая тянуть магию.

— Рия, остановись, — прозвучал встревоженный голос Гевора.

Из последних сил я потянула с собой наполнившуюся сферу, одним рывком-поцелуем влив ее в Гевора, отдав все без остатка, что было.

Опустошение накрыло волной слабости и холода, легко толкнув мое сознание за грань реальности. А там был Свет. Слишком много света, что поглотил меня.

Глава 28.

Гевор

Переданная Сила ворвалась в тело мощным ударом. Понимая, что еще немного, и не выдержу, направил часть в артефакт, уничтожая, а остальное — вперед, за грань защиты, в Бексолта.

Я еще увидел ужас в его глазах, он успел осознать приближение конца, но остановить его не смогло бы ничто. Огромная мощь чистой, первозданной Силы поглотила магика, как озеро в родовом храме, растворяя в себе.

Вместе с врагом успокоились потоки, стихли контуры защиты дворца, что держал Хранитель. Стали слышны удары сталкивающихся йенов Илана и Хута, но до всего этого мне не было дела. Отдав все силы, Ферия безвольной куклой осела на пол. Я тотчас склонился к ней, прижимая к груди и замирая с ужасом в ожидании стука сердца.

Я не слышал его.

— Рия! — крик пронесся по залу, казалось, его услышал весь мир, но не она. Та, что стала дороже жизни, осталась лежать на руках, ее ресницы не затрепетали.

Где-то раздался звон, показавшийся предсмертным стоном. Что-то полыхнуло, а в следующий миг попытались вырвать мое сокровище. Илан тянулся к сестре дрожащими руками.

— Что ты с ней сделал? — кричал он.

Я же не мог оторвать взгляда от лица девушки, но с отчаянием и злостью призвал того, кто не должен был этого допустить.

Хранитель Источника появился не сразу, словно мучал ожиданием.

— Она жива, — выпалил он, видя мое состояние.

— Тогда почему не приходит в себя? Почему я не слышу ее сердце?!

— Она впала в глубокий транс. Состояние, схожее с комой. Ее жизнь замедлилась настолько, что не заметить дыхания или пульса из-за сковавшего ее льда. Сознание еще дальше. Мы пытались ее остановить, но Рия слишком глубоко нырнула в Источник, и тот захватил ее.

— Что?! — это уже не выдержал Илан. — Я убью тебя, маг. Все из-за тебя, — его рука вскинулась, призывая йен, но его тотчас встретил клинок подоспевшего Хута.

Тому приходилось прилагать усилия, чтобы отражать атаки. Я мог только догадываться, сколько он провел поединков, пока добирался до зала. Его шансы против наследника теперь невысоки.

Чувствуя, как все внутри протестует, я осторожно уложил Ферию, чтобы призвать клинок. От вложенной Силы он сиял, прося пустить его в ход. И я не стал сдерживать, заменив в поединке Хута.

Я успел сделать лишь пару выпадов, когда в зале полыхнула воронка, а из нее вывалились бывшие стражи Ферии во главе с моей сестрой.

— Остановитесь! — закричала она, возведя между нами стену. Она вытянула руку, в которой я увидел мелькнувший артефакт рода Ферии. Медальон правителя.

— Прекрасно! — восторжествовал я. — Давай его мне, — я потянулся к медальону, но Мэй тотчас отпрыгнула, не позволяя его забрать. Прежде, чем кто-то успел среагировать, она надела его.

Илан застыл. Не веря, смотрел на покачивающийся на груди девушки артефакт.

— Как ты посмела? — прошипел он, начиная приближаться, но не сделал и пары шагов.

— Стой на месте, — велела Мэй и тот послушно замер. — Ты не причинишь вред никому из нашего рода. Рода твоего императора. Осознай и больше не отрицай его право на трон и отступись от попыток его завоевать. Отныне ты его страж и защитник, а не притязающий на власть наследник.

Словно боясь случайно добавить что-то еще, Мэй сорвала артефакт и спрятала в портале. Я попытался его отследить, но помешал вмешавшийся Хранитель.

— Если все успокоились, позвольте продолжить, — недовольно рыкнул он, вернувшись в облик барса. — Ферия ЖИВА, два остолопа вы. Да, ее сознание погрузилось в Источник, но не растворилось в нем, как Бексолт. Нам нужно просто придумать, как ее оттуда позвать, — уже не так грозно и уверенно закончил он.

— Рия что? — переспросил Ян и только сейчас обернулся к девушке. Она все также неподвижно лежала там, где я ее оставил. Стражи попытались к ней подойти, но я не позволил, окружив щитом.

— Где вы были? Бросили ее одну, — припомнил им.

— Таков был план. Наш план. Думаешь, ей бы больше понравилось, если бы ты убил ее брата?

— Плевать, что ей понравилось. Она бы не застряла в Источнике!

— А ну хватит! — теперь на нас уже рыкнула Мэй. Сестру защита пропустила, и она склонилась над Ферией. — Я о ней позабочусь, а вам стоит вспомнить, что все подступы дворца охвачены мятежом. Не собираешься унять своих людей? — она посмотрела на Илана.

Тот помрачнел и понятливо кивнул, направляясь на выход. Прелесть приказа артефакта в том, что он не вызывает даже внутреннего протеста. За Иланом потянулись страж и Хут. Сумеречный исчез еще в тот миг, когда мы покончили с Бексолтом.

Моя душа рвалась за сестрой, уже отрывающей портал для Ферии, но явившийся Хранитель Мира напомнил, что я император.

— Весь Альянс полыхает, а Ферие ничего не грозит. Займись своим народом, — велел он. — Именно этого бы сейчас хотела Рия.

Он был прав. Хрупкая и нежная на вид, дарованная росу всегда отчаянно сражалась за доверившихся ей людей, за свой дом и его мирную жизнь. Меньшее, что я могу ей дать — покой ее родине.

Свет был повсюду, яркий и равномерный, но мне казалось, что он движется, мягко огибает меня, увлекая. И я подчинялась, идя за ним.

Теперь он не ослеплял, а обволакивал, как прежде это делал сумрак. Но там я чувствовала другие нити, а здесь — ничего. И становилось страшно. Я словно погрязла в пустоте, выпав из времени.

Я попыталась позвать Хранителя, взывая к нему сотню раз, но он молчал. Не слышал и наставник, а его прежний сосуд давно пуст. Я пыталась пробудить связь с Гевором, ведь теперь она стала еще сильнее, но ответом мне раз за разом становилась тишина и холод.

Только свет увлекал все дальше.

Ощущение времени стерлось. Я не знала, сколько блуждаю здесь, но, когда стала слышать голос, сперва не поверила, но с каждым шагом он звучал все громче.

Солнце спит который час,

Не тревожит больше нас.

Закрывайтесь, светлы глазки,

Ночь покажет свои сказки.

Спи, цветочек, засыпай,

С мамой рядом отдыхай.

Эту песенку я знала прекрасно. Мама пела нам ее, когда мне снились кошмары, а до этого — когда укладывала спать. Я и сама ее иногда напевала во время монотонной работы, но не думала, что вновь смогу услышать. Услышать этим голосом.

— Мама? — не веря, робко позвала я.

Свет расступился, открывая картину девушки, качающей на руках младенца. Меня. Не давая рассмотреть, картинка сменилась. Вместо малышки в одеялках годовалый Илан и все та же песенка.

— Мама… — вновь позвала я уже громче, и меня услышали. Тотчас исчезло все, кроме самой прекрасной и нежной в моей жизни.

— Рия? Цветочек мой, тебя не должно здесь быть, — встревожилась она, прижимая к груди.

— Где здесь? — спросила я, ничего не понимая.

— Это глубь Источника. Сюда уходят души, обретая покой. Но твоя душа не принадлежит этому месту. Что случилось, почему ты не с Гевором?

— Ты о нем знаешь? — поразилась я.

— Не могла не знать, кому обещала свой цветочек. Но сперва расскажи ты.

Чувствуя себя в странном, но добром сне, я принялась рассказывать обо всем, что случилось. Мама хотела услышать едва ли не каждый день нашей с братом жизни после ухода отца. О том, что было до, он рассказал ей сам.

— Бедные мои дети… На что они обрекли вас, безумцы?! — воскликнула мама, когда я закончила. — А все проклятый южанин. Никогда от них не было покоя.

— Так ты знала о том ритуале?

— Узнала случайно и была в ужасе. В отличии от императоров, я понимала, что Хранители это так не оставят. Мужчины надеялись, что мальчик погиб, но его смерть подстроили, чтобы скрыть. Дух признался, что истинный наследник жив.

— Он доверил тебе эту тайну? Даже мне никогда не намекал, хотя и наградил Силой.

— Он бы не дал магию потомкам врагов. Нас должна была постигнуть та же участь, что остальных правителей. Угасание рода и ожидание кары от истинного наследника.

— Тогда что повлияло? Не сказала бы, что у него добрый характер.

— Я попросила прощения для моей семьи. Для вас с Иланом. Тогда он назвал условие. Ты станешь парой для Гевора и получишь Силу.

— Но ведь отец думал о моем браке с Эссуром, — запуталась я. — Ты не сказала ему про договор?

— Сказала, но время шло, а наследника не было, потом и Бесколт начал покушаться на трон. Если раньше мы надеялись выиграть время, не спеша с договором, то после вторжения он стал единственной надеждой.

— Пока не появился Гевор, — закончила я.

Ни злости, ни обиды я не чувствовала. Если бы мне дали возможность выбирать, не раздумывая, согласилась бы исполнить волю Хранителя. Ведь в итоге я получила намного больше, чем магия. Самую великую силу — любовь.

— Ты знаешь, как мне вернуться? — перешла к главному и тотчас по изменившемуся лицу мамы поняла ответ.

— Прости, милая. Для нас нет догори обратно, мы ее и не искали. Разве ты не чувствуешь нити, связь с кем-то из жизни? С Гевором?

— Похоже, я зашла слишком далеко. Или мне просто не хватает сил, чтобы позвать, дотянуться.

— Тогда просто отдохни. Ты много пережила, а здесь время течет иначе. Судьба дала мне шанс побыть еще немного с дочкой.

***

На то, что остановить кровопролитие на подступах к дворцу, ушло не больше часа и стоит отдать должное Илану, без него потратили бы больше времени, а значит, и жизней. Тайный отряд Центра, как они себя называли, отступали, подчиняясь приказу лидера. Эссур еще пытался поднять людей против нас, называя брата Ферии предателем, но за ним шли только те, кого удерживала принесенная клятва.

Кто-то пытался бежать, боясь расплаты, их настигали мои воины. Поняв, что шанс упущен, попытался скрыться и северянин, но я не позволил. Создавать удерживающие ловушки я научился с молниеносной скоростью.

Пойманный в кольцо Силы, он яростно следил за моим приближением, не оставляя попыток выбраться.

— Освободи людей от клятвы. Нам ни к чему их смерти, — потребовал я. В ответ Эссур скривился и плюнул мне под ноги.

Я не дрогнул, даже не попытался ответить на вызов. Просто раскрыл портал, ведущий на Север, и втащил в него врага. Первым порывом было покончить с ним там же, на подступах к дворцу, но перед глазами встало лицо Ферии. Ее осуждающий взгляд, каким она отвечала на любую попытку жестокости.

Теперь я не сомневался, никаких чувств у нее к другим мужчинам не осталось, но желать смерти им она не станет. Как не захочет смерти Эссура. Что ж, она сама подала прекрасное решение проблемы.

— Веди к артефакту рода, — приказал я. Увы, попросить об этом Хранителей я не мог. Когда они создавали символы главных родов, решили оставить людям толику свободы и возможность решать свою судьбу. Найти артефакты могут только те, у кого есть кровь рода.

— Оставишь меня в живых? — недоверчиво покосился он, догадавшись о моих планах.

— Только ради Ферии. Она не любит, когда кого-то пытаются убить.

— Почему ее не было с тобой?

От моего взгляда не укрылось, как насторожился Эссур, как напряженно ждал ответа. А отвечать не хотелось, не хотелось посвящать в произошедшее.

— Что с ней сделал Бексолт?! — северянин начал о чем-то догадываться и в его голосе отчетливо зазвучал искренний страх.

— А ты не думал об этом до того, как впутывать в ваши планы? Не понимал, кому отдаешь ее жизнь? Еще в тот день, когда сделал ставкой в игре.

— Он бы не стал ей вредить, — не так уверено ответил Эссур.

— Он и не навредил. Всего лишь отправил ее душу в Источник. Но это не твоя проблема. Веди к артефактам, — поторопил я.

Жизнь свою северянин ценил и понимал, что это единственный шанс ее сохранить. Он подчинился, ведя по коридорам дворца, сейчас пустующего и затихшего. Думаю, новости о случившемся в столице разошлись уже по всей галактике и за ее пределы.

Мы поднялись в одну из башен, что выглядела заброшенной. Там, в одной из пустых комнат, как и десятки возле нее, скрывался тайник с артефактами. У рода Эссура главным был перстень с жемчугом в окружении белого золота.

— Отныне ты и твой род признаете меня императором и безукоризненно подчинитесь любой моей воле, не думая идти против нее. Не причините вреда моей семье, мой власти и моей империи и не поможете в этом кому-либо иному.

Эссур покорно склонил голову, соглашаясь и смиряясь. Метку, блокирующую доступ к Силе, он принял также. Артефакт не оставил выбора.

— Ты позволишь увидеть Ферию? Я не смог поговорить с ней, пока она была с нами.

— У тебя было достаточно времени, Ферия была твоей женой, но ты все поставил на карту и проиграл. Не думаю, что вам есть смысл встречаться.

Я отозвал магию, возвращая свободу северянину и оставляя на родных землях. Но больше они ему не принадлежали.

К моему возвращению Илан занимался устранением последствий вторжения. Раненых размещали в лечебных корпусах, погибших опознавали и передавали в части, а оттуда — в семьи, если те были. Живые же и сами помогали разбирать завалы и возвращать столицу из руин.

Мелькающие дроны и духоры, что обеспечивали связь и координацию работы, раздражали, пока я поднимался к площадке, куда забрался Илан.

— И стоило оно того? — спросил я, с высоты оглядывая последствия.

— Я был уверен, что да. Теперь, подозреваю, что сестра оказалась умнее…

— Идем. Ты можешь пригодиться во дворце. Здесь без тебя закончат, — позвал я и распахнул портал.

В покоях Ферии стояла тишина. Девушка продолжала лежать без сознания, но за мое отсутствие ее успели умыть и сменить потрепанную одежду, расчесали ее шелковые черные пряди.

При виде беззащитного, равнодушного лица, сердце сжалось. Я хотел ловить взгляд из-под этих ресниц, его огонь. Не важно, страсти, любви, ненависти… Смотри как угодно, любимая, только вернись.

Возле кровати разместились и остальные. Стражи пристроились в углу, лихорадочно листая какие-то книги. Мэй в одной руке сжимала ладонь Рии, в другой артефакт рода на груди. Но ее сознание просто не слышало приказов, а потому не подчинялось.

Рядом на полу лежал Хранитель Источника. Глаза барса открылись, когда мы вошли.

— Источник слишком глубок, чтобы сразу найти ее, — ответил он на мой немой вопрос.

— А если вернуть тебя в прежний сосуд? — я повернулся уже к Хранителю Мира, но тот покачал головой.

— Она за пределами моей досягаемости. Боюсь, она потерялась в Источнике. Кто-то должен ее позвать.

— Она моя сестра, родная кровь. И я все еще ее глава рода. Я попробую ее призвать, — Илан вышел вперед, призывая йен. Сделав надрезы на ладонях, переплел их с Рией пальцы и прикрыл глаза.

Колебания магического фона уловили все, парень не жалел Силы. Но она скользила в пространстве бесполезной мощью.

— Используй Голос Души, — подсказал я, напряженно наблюдая, вглядываясь в лицо Ферии.

Илан бился час, но ничего не вышло. Смотреть, как он в очередной раз рассекает руку Ферии я не собирался, приказав уступить место.

— Мы укрепили связь. Пятая ступень должна же что-то значить? — едва слышно прошептал я, касаясь ее теплой щеки.

Оказалось, связь так и осталось проблемой живых, точнее, пребывающих в сознании. Я раз за разом нырял в беспросветный сумрак, звал Ферию, пробуждал нити, наши чувства, но отклика не было. Сумрак оставался безучастным.

Оказалось, в блужданиях по трансу я потерял счет времени, а когда вернулся в реальность, комната опустела. В спальне остались только Мэй, что задремала в кресле, а с ней Хранитель мира, задумчиво покачивающийся в воздухе бесплотным облаком. Взгляд за окно сообщил, что уже глубокая полночь.

— Я велел всем заняться делами, — шепотом пояснил Хранитель, чтобы не разбудить Медею.

— И они послушались? — усомнился я.

— Спорить с двумя Хранителями им не под силу. Кроме твоей сестры, — мыкнул он, обернувшись.

— Я не слышу Ферию, сколько ни зову, — произнес я, чувствуя подступающий страх. Страх, что не смогу вернуть ее.

— Возможно, она пока сама не хочет этого. Мы не знаем, где именно она остановилась в Источнике, или же просто блуждает по нему.

— Ты предлагаешь ждать? Я не хочу.

Хранитель задумался, а в это время появился и его собрат. Барс мягко и неслышно опустился на кровать рядом с Ферией.

— А не пора ли?.. — протянул он взглянув на второго Духа. Они замолчали, ведя неслышный диалог. И это злило.

— Вы что-то знаете?

— Есть идея. Но если будет решать лишь один из пары… Это против правил, — начал пушистый.

— Ваша связь сильна, но все еще не вошла в полную мощь. Возможно, тогда бы ее хватило. Шестая ступень, — подсказал второй.

Я потянулся к воспоминаниям, пытаясь отыскать в них, что там с последней ступенью. Кажется, про какое-то объединение душ в трансе.

— Что нужно делать?

— Объединить сознания, полностью открыться друг другу. И принять искренне, целиком.

— Я готов, но как это сделает Рия?

— Мы можем принять решение за другого мага, но тогда лишим выбора Ферии, ведь эти узы станут крепче любого брака. Если она захочет уйти, вы оба не найдете счастье. Вы не сможете дать жизнь от другой пары. Будете терзаться ощущением неполноценности.

— Поправка, — вмешался Хранитель Источника. — За Ферию сделку заключаем мы, а значит, последствия лягут на нас и на тебя. Но мы Духи, нам род продолжать и не надо, а вот ты испытаешь весь спектр отката.

— Плевать, я согласен. Лишь бы это помогло, — отмахнулся я.

Медею все же пришлось разбудить. То, что мы собирались творить, вызовет сильнейший резонанс магии, что может на нее повлиять. Поняв, в чем дело, сестра пожелала удачи и сказала, чтоб будет ждать у себя.

Убедившись, что больше никто и ничто не мешает, мы запечатали комнату от посторонних и приступили.

Когда Хранители призвали нашу с Рией связь, на миг показалось, что я вновь почувствовал ее. Но ощущение быстро исчезло, а мое сознание поглотил сумрак. Я чувствовал магию, что пыталась проникнуть в меня, открыть изучить. И я позволил это.

Хранители смотрели всю мою жизнь от рождения до этого мига. Взамен мне показали Ферию. Многое я и так знал, следил за ней едва ль не с самого ее рождения, когда привязал к ней Хранителя. Еще не понимая и не осознавая этого, я увлекся ей, пока не потерял в ее глазах часть сердца.

Когда она впервые пришла ко мне на корабль через Голос Души, я не сразу поверил увиденному. Но потом она пришла снова. Первой встречи в реальности я ждал, готовился, но они прошла слишком быстро. Я надеялся, что она почувствует меня. Но не случилось. Как не произошло это и на балу. Рия слишком была увлечена своей жизнью, чтобы разглядеть в чужом облике того, для кого стала наваждением.

И все же мне открыли и новые стороны любимой. И все их я тотчас принимал. Полностью, целиком. Чем дальше, тем четче я чувствовал нашу связь, что сплетала судьбы. Я разделял с ней жизнь и душу. И не жалел об этом, а радовался, как величайшему дару.

Если она захочет уйти, ты никогда не будешь счастлив.

Слова вспыхнули и тотчас исчезли. Я не боялся. Я готов заплатить любую цену, только бы она вернулась.

Тьма не расступилась, но ушло напряжение. Мое сознание легко парило в сумраке, но отныне он для меня изменился. Я чувствовал ее! Я чувствовал мою Рию!

Бесконечно далеко, где невозможно разглядеть. Там, где все поглощал уничтожающий, грозный в своей мощи свет. Она была там, едва ощутимая, но бесконечно любимая и родная.

— Получилось? — еще не веря, спросил я, зная, что Хранители рядом.

— Попробуй позвать, — настороженно посоветовали они.

От нетерпения первый раз нить быстро сорвалась с ладони, на второй я сделал пару вдохов, беря эмоции под контроль. Сосредоточенно направил зов вперед и приготовился ощутить ответ, тотчас подхватить тонкий след… Но нить не дрогнула.

— Проклятье! Что не так? — отчаянно закричал я, выскользнув в реальность.

— Она слишком далеко, — обреченно ответил Хранитель. — Зов теряется в Источнике прежде, чем доходит до нее.

Глава 29.

Ферия

Время исчезло. Мама со мной блуждала в поглощающем свете, а однажды привела к отцу. Мы говорили долго, очень долго. Я хотела его понять, хотела узнать, жалел ли он о том, как поступил.

— За власть всегда приходится платить, Ферия. Ротирусы не были идеальными правителями. Как не стали ими мы.

— Но их род выбрал Хранитель, они не отбирали власть.

— Как не стремились ею делиться. Ты всегда смотрела на мир иначе, Ферия. Потому и не говорили тебе.

— И к чему это привело? Мы едва не потеряли все. Всю нашу семью.

О том, что брат все-таки жив, мы понимали, поскольку в Источник его душа не пришла. Порой я думала, что и мне здесь не место, но возвращаться не спешила. Мне словно дали шанс, дали время замереть, проститься с тем, кого пришлось так внезапно отпустить. А отпускать не хотелось.

Мама забеспокоилась первой, когда заметила изменения во мне. Мы говорили с ней, и она упомянула имя.

— Ты не скучаешь по Гевору?

— По кому? — переспросила я, и тотчас меня прошибло воспоминанием. Гер!

Как я могла о нем забыть, не вспоминать так долго?

— Источник влияет на тебя. Его суть скрывает тревожные воспоминания, чтобы дать душам покой.

Покой и впрямь был. Меня не терзали страхи, мучения совести, злость или сожаление. Все притупилось, а я не знала, нравится мне это или я хотела большего…

Новым моментом, вырвавшем из течения, стал болезненный укол. На миг показалось, что я вновь чувствую тело, чувствую жжение в груди и в то же время лед. Со мной что-то происходило, но я испугалась внезапных ощущений, и все пропало, растворилось в заботливой магии Источника.

И все же я задумалась, вспомнив краткий миг эмоций. Я ведь жива. Я не душа, ушедшая на вечный покой! Там, далеко, остался мой незавершенный путь. Вот только как на него вернутся?

Я пыталась тянуться к тем мимолетным ощущениям, металась по источнику, но везде, куда бы я ни устремлялась — только мягкий, утешающий свет. Я не знала, где выход.

***

Гевор

Дни превратились в безрадостную серую пустоту. Без Ферии в нее превращалась вся жизнь. Я обрел власть, к которой стремился, вернул род в историю мира, а враги признали поражение. Но ничего не приносило ни искры радости или удовлетворения.

И не только мне. Илан сменял меня у кровати сестры, когда неизменно требовалось присутствие императора. Мэй отчаянно пыталась растормошить, и иногда я действительно выбирался из мрака к сестре, но после вновь погрязал в нем.

Я звал Рию, пока не отключался возле ее кровати, блуждал в сумраке больше, чем в реальности, чувствовал ее, но не мог докричаться. Пока не понял, что все. Сил терпеть не осталось.

Я едва дождался сообщения от возвращенного Хранителя дворца, что Мей проснулась. Нервно бродил по комнате, давая ей время, лишь после вызвал к себе.

— Что ты задумал? — спросила сестра, заметив мою решимость.

— Я знаю, ты ненавидишь двор и не желаешь власти, но мы с тобой единственные из правящего рода. И если я не вернусь, ты примешь венец.

От Мэй полыхнуло Силой. В последние дни ее эмоции часто оборачивались всплесками, а сейчас к нему приложила магию и ее подрастающая дочка.

— Кута ты собрался, братец? — когда девушка вспоминала о нашем родстве, это говорило, что она и вовсе в ярости.

— Я пойду в Источник за Рией. Буду искать, пока не найду, а после постараюсь вернуть нас обратно.

Пару минут Медея молчала, сверля тяжелым взглядом. Когда она поднялась, то не покинула комнату, как я опасался, а крепко обняла.

— Править не стану ни за что, так что если нужна империя, вернетесь оба как миленькие, — произнесла она.

Если с сестрой договориться получилось на удивление легко, то с Хранителями не вышло. Оба бесновались и не желали рисковать, грозились последствиями и рисками, пытаясь уговорить отложить затею.

Я оставался непреклонен.

— Если нет идей, как помочь, возвращайтесь к своим делам, — заявил я.

— Идея есть у меня, — вступил в разговор Илан. — Одного мага может быть мало, чтобы найти путь назад, но если бы мы с Медеей объединились…

— Два зова громче одного, — подхватила его мысль сестра. — Два ритуала крови плюс мой Голос Души. Это может сработать…

Сильно это Хранителей не успокоило, но оба признали, что шанс есть. Первым делом я нырнул в транс и призвал сестру. Убедившись, что оба чувствуем нити друг друга, я стал призывать Силу, как это делала Рия. Магию в нужный момент должны будут поймать в приготовленный накопитель.

Очень быстро сумрак стал сменяться светом, а ощущение Ферии крепло. Я тянулся к ней всей душой и звал. Кричал в голос и призывал все больше Силы, все дальше уходя в Источник.

— Гер? — прошла вечность, прежде чем я услышал слабый, едва различимый шепот. Тот, что свел с ума от счастья и страха потерять его.

— Я здесь, родная. Иди ко мне, — позвал ее.

— Я не знаю, где выход, — тревога в ее голосе отозвалась щемящим чувством в груди.

— Доверься мне. Наша связь не даст потеряться.

Пара мучительных минут, что я продолжал идти на зов, блуждая в ослепительном свете, и яркая вспышка мгновения, когда мои руки коснулись столь желанного тела.

— Рия! — я схватил ее, прижимая к себе так крепко, что она возмущенно вздохнула. Тут же ослабил объятия, но выпустить не смог.

Нашел! Она снова рядом!

Наши губы сплелись в безумном танце, мои руки блуждали по ее телу, не в силах поверить обретенном счастью. Чувствовать ее, видеть лазурь ее глаз. Мой мир воскрес в ней одной.

— Как ты здесь оказался? — Ферия опомнилась первой, ускользнув от нового поцелуя.

— Как и ты, призывал Силу, пока не провалился в Источник. Но нам здесь не место. Пора возвращаться.

***

Гевор показался иллюзией, игрой воображения, но его голос, его руки, коснувшиеся плеч заставили в него поверить. Он пришел за мной.

В последнее время страх становился все крепче, я пыталась вернуться, но лишь металась в пустоте. Порой натыкалась на витающие души, но быстро убегала прочь, боясь задержаться, еще больше времени провести в этом месте. Я хотела домой.

И все же не смогла уйти, не простившись с родными. Стоило их позвать, и они вышли ко мне, а совсем скоро нас нашел и Гевор. Я боялась, как он отреагирует, увидев отца, но те не спешили устраивать бой. Замерли, встретившись взглядами.

— Обещай беречь мою дочь, — попросил отец.

— Она вся моя жизнь, — ответил Гевор.

Я крепко обняла родителей, но удерживать меня не стали, подтолкнув к тому, к кому рвалась душа.

— Живым здесь не место, дочка. Возвращайся и будь счастлива, — шепнула мама.

Они исчезли, а вот свет остался.

— Что будем делать? — спросила Гера, беря его за руку.

— Думай о брате и Мэй, нужно почувствовать их зов.

На миг стало страшно. Я столько раз вслушивалась в пространство до этого и ответом служила тишина… я боялась вновь услышать это безмолвие.

— Верь мне, Рия. Мы вернемся. Вместе, — шепнул Гевор и прижал к груди.

Первым я все же ощутила его. Тому, с кем разделила душу, кому отдала свое сердце. В этот миг мне казалось, что мы слились в одно целое, стали изначально едины. И лишь после до меня донеслись слабые, но знакомые голоса. Они звали, и мы потянулись навстречу.

Пробуждение отозвалось болью в теле, а стоило попытаться пошевелиться, как его прострелило сотней иголочек. Я застонала. Тотчас в мир ворвались звуки.

— Рия! — надо мной навис встревоженный брат, смахивающий со лба прилипшие пряди волос.

— Гер, — прошептала я, не в силах повернуть голову.

— Он в порядке, сейчас очнется, — успокоила Мэй, появляясь рядом. — Твое тело затекло, но мы уже ускоряем восстановление, потерпи.

Терпеть оказалось невыносимо, мучительно больно. Я хотела увидеть того, кто пришел за мной в самую пропасть, нырнул в сердце Источника.

— Ферия, — хриплый шепот сбоку стал последней каплей. Собрав все силы, рванулась, неуклюже перевернувшись и встретившись взглядом с темной бездной моего личного счастья. И оно поглотило меня.

Гер прижимал к себе и безустанно целовал, а я отвечала, как могла. Помню, как он рыкнул на остальных, выгоняя из комнаты, как остались одни. Я видела, как напержено его лицо, как гнетут его какие-то мысли.

— В чем дело? — спросила я.

— Пока мы пытались тебя вернуть, провели ритуал, чтобы дойти до шестой ступени связи. Мы лишили тебя выбора, но если ты захочешь уйти или оставить себе свободу, я пойму…

— К Сумрачным свободу, если в ней нет тебя. Больше я от тебя никуда не денусь, — с возмущением слетают последние контуры восстанавливающих чар, рассыпается сковывавший лед, а телу возвращается подвижность.

Желая убедиться, сама обхватываю руками Гевора, прижимаясь к нему и целую. И весь мир пропадает.

Очень быстро одежда начинает мешать. С платьем Гер расправляется бесцеремонно, единым рывком освободив меня. У меня сил для ответа не хватает, поэтому просто призываю магию и уничтожаю все ненужное.

Смущение? Туда же его, куда и свободу. Все, чего я хочу — это мужчина, что целует меня. Чтобы не смел останавливаться, чтобы его губы не прекращали ласкать мое тело, а его сердце не стихало под моей ладонью, продолжая биться все сильнее, быстрее, отбивая бешенный темп.

Мне мало. Мало воздуха, мало Гевора. Мы так близко, словно пытаемся слиться. И миг единения все же настанет, неся за собой блаженство.

— Я тоже люблю тебя, Рия, — шепчет Гевор, прижимая к себе, не желая отпускать хоть на миг. Как и я.

Мы так и лежали в объятиях друг друга, не в силах отпустить, не желая возвращаться в реальность. Мы оставались в мире, где только мы и наши чувства.

Впервые нас потревожили, когда на столицу опускался вечер. В ответ Гер послал волну Силы, прогоняя визитера, при этом не прерывая новой лавины поцелуев и ласки. А чтобы не явились впредь в неудачным момент, еще и запечатал спальню ото всех.

Лишь пару часов спустя, когда не осталось сил даже шевелиться, я подумала о том, что не мешало бы перебраться в ванну. И Гер услышал мои мысли. Буквально. О новой грани нашей связи выяснили в процессе, и это сделало его лишь ярче. Разделяя на двоих и мысли, и желания, мы растворялись друг в друге.

После купания жизнь стала возвращаться и первым пришел голод.

— Выйдем в мир или похитим еду с кухни? — спросил мой любимый.

— Думаю, нас подождут.

Утолив голод, мы честно собирались выбираться к людям, но как-то не вышло. Сперва было не до них, а потом усталость все же взяла свое и погрузила в сон.

Эпилог

Просыпаться в объятиях любимого оказалось волшебно, а когда еще и поцелуй подарили, то и вовсе жизнь прекрасной стала.

— Боюсь, сегодня встать все же придется, — печально вздохнул Гер, бросив взгляд на забытый кем-то планшет. Его экран пестрил непрочитанными сообщениями.

Оказалось, большая часть из них от Мэй. Она сообщала, какие беды постигнут империю, если мы не избавим ее от необходимости заменять императора.

— Думаешь, она правда разнесет восточный зал? — усомнилась я.

— Для разминки ей сойдет, — хмыкнул Гевор.

Появились мы из портала сразу в обеденной зале, где уже собрались на завтрак. Рассмотреть приглашенных я не успела, так как тотчас оказалась в объятиях брата. Нарушив все протоколы, он вскочил с места, чтоб отобрать у Гера и прижать к себе.

— Ты всегда была неугомонной, Рия, но в этот раз превзошла саму себя, — проворчал он.

— А ты столь же упрям. Нет бы сразу встать на мою сторону…

— Вам не кажется, что здесь не место для таких разговоров? — напомнил Гевор. Он вновь накинул маску императора, холодного и надменного, но я чувствовала, что в нем говорила ревность.

И все же мы разошлись, чтобы занять места. На меня косились придворные, не сводили взгляда бывшие стражи, весело поглядывала Мэй.

О многом еще предстояло поговорить, но сперва Гевору требовалось решить накопившиеся дела, а оставлять меня одну он не соглашался. При мысли, что вновь придется пережить поток разбирательств, допросов и вынесения приговоров, меня охватывала тоска.

Видя это, Гевор решил все же припомнить моему брату ошибки. В итоге в кабинете императора нас заседало трое, к нам присоединился Илан. Изощренная фантазия Гевора назначила его новым главой безопасности, а значит, на его плечи и перешли обязанности разбираться с устроенным им в том числе заговором.

Иногда брат заваливался в мои покои и жаловался, какой Гевор тиран, но жалеть братца я не спешила.

— Раньше надо было думать, а не устраивать вот это все, — отвечала ему.

Он вздыхал, но на следующий день с новыми силами приступал к работе. Впрочем, уже вскоре он освоился настолько, что вошел во вкус и не только разобрался с предателями, но и устроил внеплановую проверку лиц, что оставляли подозрения.

От брата я узнала и дальнейшую судьбу других предводителей восстания. Эссур с Теллой вернулись на Север, принеся клятвы подчинения рода. Поняв, что Гер преступил жажду мести, я не сдержала улыбки.

А вот разобраться с Сумрачными так легко бы не вышло. Они вновь скрылись, затаившись на окраинах галактики. На попытку получить Силу они истратили все, что было. Им придется вновь ждать десятилетия и копить магию.

— Вижу, теперь в империи все в порядке? — к нам с Гевором вошла Мэй в боевом настрое. Почти тотчас за ней влетел Ян.

— Вернись, неугомонная. Тебя целитель ждет! — парень пытался воззвать к совести будущей мамочки, но совесть молчала.

— Что происходит? — спросил Гевор, переводя внимание с меня на сестру. Я же уже догадалась, о чем пойдет речь и потихоньку начала влиять на любимого. Сейчас нам всем потребуется море спокойствия.

— Наш договор обозначал, что я останусь во дворце до тех пор, пока не стихнут волнения. Бунт подавлен, угроз нет. Завтра я покину дворец.

— Исключено!

— Не вздумай, — хором ответили ей Гевор и Ян. В отношении девушки они на удивлении оказывались единодушны.

— Ты обещал мне, — сурово напомнила Медея.

— Почему ты хочешь уехать? — миролюбиво спросила я, пока мужчины брали себя в руки.

— Дворец чужой для меня. Я чувствую себя запертой, а я привыкла к свободе. Нам с малышкой больше ничего не угрожает, поэтому я хочу сама определять свою судьбу. Выберу город, найду работу, может, однажды вновь решусь на отношения.

Последние слова заставила Яна нахмуриться, но заметила это только я. Все же я знала его прекрасно, понимала то, что старательно не замечала Мэй.

— Я отпущу только при одном условии, — заговорил Гевор. — Мы представим тебя двору как мою сестру и члена нашего рода.

Мэй застонала, прикрыв глаза.

— Чтобы везде, куда бы я ни отправилась, в меня тыкали пальцем, а то и шарахались?

— Не обязательно, — я с улыбкой качнула головой. — Никто ведь не отменял иллюзии. Да, постоянно скрываться не очень удобно, но с доступом к источнику проблем не возникнет. На крайний случай, закажи артефакт.

Мэй задумалась, но я знала, что она согласиться. Требования Гевора представить ее все же необходимо, это даст ей защиту в случаи чего. Артефакт же действительно избавит от вытекающих сложностей.

Придя к тому же мнению, Мэй кивнула.

— Прекрасно. Я прикажу готовить церемонию, — успокоился Гевор. Мэй тотчас нас оставила, отправившись подгонять тех, кто должен приблизить ее свободу, а вот Ян задержался.

С Гевором они к примирению сильно не приблизились, но и причин для явных конфликтов не было. Хотя нет, один все ж намечался.

— При всем уважении к Медее, она все еще неопытна в защите. Отпускать ее одну не безопасно.

— Уверен, Хранители за ней приглядят.

— Но они не могут вечно быть с ней рядом, как не могли постоянно охранять Ферию. Медее нужен страж.

— Намекаешь на себя? — хмыкнул Гевор, но Ян ничуть не смутился и кивнул.

— Не уверен, что хочу доверять ему сестру. Учитывая его недвусмысленные планы на Мэй, — Гевор обратился ко мне, пройдя в мысли.

— Зато уверена я. Ян прекрасный страж, они защищали меня двадцать лет. Доверяй им, как и мне. И не только как стражам. Если у них с Мэй все сложится, он станет хорошим мужем, — также мысленно ответила ему.

С явной неохотой Гер все же позволил Яну сопровождать сестру в странствиях. Правда, сообщать ей эту радостную новость он тоже оставил Яну, но с этим они сами разберутся, в друга я верила.

Ята, узнав о предстоящей разлуке с братом, не удивилась. Оказалось, за то время, что они блуждали по галактике после разрыва связи, они поняли, что пришло им время разделяться. Сама подруга твердо решила оставаться со мной при дворе.

Еще одним важным шагом стало обсуждение с Хранителем давно родившейся мысли о передачи магии народу. Оказалось, у пушистого есть свой взгляд на этот вопрос.

— Я согласен, что люди заслужили получить Силу. В конечном счете, она перестанет быть прерогативой правящих и сократит желающих на нее покуситься.

— Мы собирались сделать артефакты, подобные Источнику, — напомнила я, но барс вильнул хвостом.

— Я согласен создать академию на основе камня-артефакта. Кто захочет получить магию, смогут прийти и, если докажут, что достойны, получат доступ к Источнику. Сперва незначительный, но его можно развить.

— Ты дашь им доступ к нитям? — спросил Гевор.

— Это нет. Возможность разрывать связи с Источником и чувствовать чужие я оставлю только твоему роду. Все ж вы мои избранники и никто не станет выше и сильнее вас. Разве что ваши прямые потомки, — довольно фыркнул Хранитель.

Нас такое решение полностью устраивало, так что разговор свернул на обсуждение деталей. Кандидат на должность ректора нашелся быстро. Жак просил Гевора освободить его от прямой службы императору и его будущей супруги.

Догадываясь, что стоит за этой просьбой, отказывать Гевор не стал, но он знал о неусидчивом характере бывшего пирата. Тот надеялся затеряться в империи, но оба понимали, что он быстро заскучает. Дорвавшиеся до Силы магики этому точно не дадут случиться.

Весь разговор Хранитель то и дело хитро на нас поглядывал, и лишь в конце поинтересовался:

— А ничего странного вы не заметили? Я о вашей связи.

— Она стала крепче, как и должна?

— Не просто крепче. Она абсолютная. Суть седьмой ступени — прохождение через источник Силы. Так что поздравляю, голубки. Для магии вы теперь обручены.

***

Я стояла на балконе покоев Гевора, кутаясь в легкое покрывало. Он только что вышел из душа, присоединяясь ко мне. Обнял, заботливо прижимая к груди и целуя в макушку.

— Наш дом меняется, — задумчиво произнесла я.

— К лучшему, — согласился Гер. — И все благодаря той, кто так отчаянно сражалась за свой народ, что не побоялась злого и страшного мага, — добавил он.

— Ну, не такого злого и уж точно не страшного, — я повернулась в его руках, чтобы оставить легкий поцелуй на щеке.

Этого ненасытному магу показалось мало, и он тотчас ответил тремя, но продолжать не спешил, хотя я и ждала.

— Я бесконечно благодарен тебе, любовь моя. Ты спасла мой мир, спасла меня из бездны мести и одиночества. Ты — мой новый мир. И я прошу разделить его со мной.

В руках Гевора полыхнула искра Силы, а вместо нее появилось кольцо. Сердце испуганно стукнуло, но тотчас забилось быстрее, когда услышало:

— Ферия, ты станешь моей женой?

И мир взорвался в буйстве чувств. Бескрайняя любовь переполняла, вырываясь наружу, расцветая бутонами Силы, что распускались на мраморе стен, пола. И все же голос не дрогнул, когда я взглянула в глаза любимого мага и ответила:

— Да.