Глава 17

Оглядывая приближающихся бойцов охраны, я настороженно подобрался, при этом будто превращаясь в сжатую пружину. Время, словно подчиняясь, замедлило свой бег. Причем это замедление оказалось не привычной спасительной реакцией на смертельную опасность, а следствием наивысшего психоэмоционального напряжения. Так уже было со мной однажды – когда во время первого визита в протекторат я оказался в кабинете у Мюллера. Тогда в подобном состоянии успевал в замедленном времени услышать и проанализировать его слова.

Сейчас разговаривать со мной никто не собирался, но за охранников усадьбы наглядно говорили действия. Как в замедленной съемке я наблюдал занимающих позиции бойцов в броне с активированными кинетическими щитами, готовое сорваться с кистей одаренных пламя, отдающего команды уверенного в себе холеного господина.

Начальник СБ рода Роман Игоревич, если это конечно он, единственный явился сюда без бронекомбинезона. Щеголял он в классическом костюме, сейчас немного растрепанном – весь лоск сошел, пока бежал. Галстук сбит на сторону, прижимая к покрасневшей шее расстегнутый ворот рубашки, пиджак распахнут, показывая спрятанную кобуру.

Происходило все вокруг очень медленно, но все же доступное мне время утекало слишком быстро. Предчувствие подсказало, что сейчас я могу просто убежать. Сил хватит – после путешествия в изнанку и благословения матери Олега я чувствовал необычайный прилив энергии и жажду деятельности. Только вот убегать мне не полагается по рангу – потом придется с этим жить, и кто знает, как подобный поступок аукнется. Одно дело бегать от полиции корпоратов во время увеселительной поездки в протекторат, а другое здесь, пред всем честным народом. Тем более если я сейчас сбегу от охраны, а после скрываясь в кустах начну искать Анастасию, чтобы ей все объяснить, выглядеть это будет… не знаю, по-детски что ли. Пусть и грозит мне сейчас совсем недетская опасность.

Но остаться на месте, в прицеле более чем десятка агрессивно настроенных ко мне людей? Если бы не было рядом демона, можно было даже не боятся смерти – рассчитывая на слепок души, но кто темную тварь знает – какова надежность данной клятвы?

«Я могу направить твою силу» - раздался вдруг совсем рядом чужеродный голос. Причем с очень неожиданными подобострастными нотками. Надо же, спрятавшийся в теле Васи демон обозначился.

Действительно кстати может помочь направить, не врет. Я как вживую представил происходящее – вихрь вокруг меня и волна мрака, обрушивающаяся на набегающих охранников, раскидывающая их по сторонам словно оловянных солдатиков. Я уже один раз так делал, когда конфедераты хотели против воли эвакуировать меня из офиса Линклейтерс, куда привезли бесчувственного после участия в ивенте королевской битвы. Вот только тогда остановился я на самом пороге бездны, а закончилось это все выжиганием тьмы из моего тела – с которым помогла Анна Николаевна. Которой рядом сейчас не наблюдается, и в ближайшее время не предвидится.

Так что, если я сейчас удивлю охранников усадьбы темными искусствами, последствия будут вовсе непредсказуемы. Ладно еще погибшая пятерка – смерти им я не хотел и искренне об этом сочувствую, но ведь сами виноваты. И в этом утверждении ни один ментат не почувствует фальши в моих словах. Но атака на прибывших сейчас вовсе не обязательна…

Кстати, об Анне Николаевне. Белая дама, озаренная светом целительница. Где она? – задумался было я, и у меня вдруг получилось словно покинуть свое тело и зависнуть над местом действия. От произошедшего я едва не запаниковал – вот так взять, и в замершем мгновенье вознестись бесплотным духом оказалось весьма неожиданно. Но почти сразу сумел справиться с паникой, почувствовав возможности контроля. Замерев на высоте около десятка метров, я отстраненным взглядом оглядел площадь с фонтаном, раскиданные мертвые тела, замерших в медленном движении приближающихся охранников.

В центре моего взгляда оказался я сам. Но то, что это именно «я», понял не сразу. Во-первых, достаточно редко вижу себя в зеркале, и если внутренне уже почти полностью ассоциирую себя с четырнадцатилетним подростком, то к внешнему виду худощавого голубоглазого паренька еще не привык. Во-вторых, сходу узнать меня сейчас сложно: лицо, волосы, одежда – все залито кровью; а костюм и вовсе, хм, немного порван. Да, если уж в безобидных школьных драках часто форма по швам летит, то в танце с темной тварью ей и подавно пришлось несладко. Тем более что форма гимназии создается из традиционных материалов, а не на основе новых технологий по типу униформы армии конфедератов, которая и не горит, и не рвется, и даже не всякая пуля ее берет.

Рядом с таким незнакомым «мной» замер, судя по позе боясь лишний раз кашлянуть, Вася, а вот позади наливалось силой призрачное сияние. Целительница, которая помогла мне с усмирением мутировавшего демона, оказывается сама шагнула за край изнанки, скрываясь ото взгляда охранников поместья. Вот только если я был на черно-белой стороне, темной, она, наверное, сейчас на светлой. Совсем как в фотографии – есть черно-белый негатив, а есть бело-черный позитив.

Физически чувствуя, как заканчивается возможность осмыслять происходящее в остановившемся мгновенье, я потянулся взглядом к белому пятну рядом.

«Темный хочет просить помощи света?» - раздался в голове у меня ровный голос целительницы. Несмотря на морозный холод, я уловил в вопросе тень удивления. Нечто наподобие сакраментального: «А что, так можно было?».

Ответа от меня, кстати, не требовалось. Общение с озаренной светом целительницей не требовало не только вербального подтверждения, но и лишних слов. Уже одна моя мысленно-эмоциональная просьба была достаточной, и подтверждать ее словами нужды не было. И едва-едва замолкли слова белой дамы, как я стремительным рывком вернулся в тело и в привычный бег времени. Ощущение, словно на бегу врезался в прозрачную стену – если не стеклянную, но из твердого пластика.

Вспышка света болью ударила по глазам – даже мне, хотя не я находился в зоне действия созданного заклинания. Вокруг закружилось вихревое сияние, и набегающая братия разлетелась по сторонам словно кегли. Точь-в-точь как в недавнем моем воображении, когда демон готов был помочь и направить мою силу. Вот только вместо тяжелого мрака вокруг сейчас сиял обжигающий свет. От вихря которого, впрочем, набегающие охранники улетели не менее эффектно. Даже, думаю, поболее – разница в умении моем и странной целительницы многократна.

Материализовавшаяся прямо рядом со мной женщина резко-скупым жестом вытянула руку – как совсем недавно, когда щупальца света пеленали темную тварь. Вот только в этот раз от кисти женщины рванулся вперед жгут воздушного вихря, обвивая «Романа Игоревича З». Безопасника моментально неумолимой тягой подтащило к нам ближе, словно приподняв огромной рукой.

- Роман Игоревич? – поинтересовался я обескураженного мужчины с квадратным, словно высеченным из камня волевым лицом. Отвечать он мне не стал – явно сильно удивлен сейчас. Но и отрицания в глазах не увидел, и… и вообще ничего не увидел – после захвата светлой плетью он словно в состоянии грогги впал, как пропустивший серьезный удар боксер.

- Роман Игоревич, нам с вами надо как можно скорее увидеть Анастасию Юрьевну. Будьте любезны, проводите, - спокойным, но не предусматривающим апелляцию тоном произнес я.

Безопасник снова посмотрел на меня придорожным цветком – применение целительницей на нем светлой магии явно выбило из колеи этого, несомненно со всех сторон подготовленного человека.

Отчаявшись увидеть в его глазах понимание и разум, я быстрым взглядом осмотрел окрестности площадки, оценивая произошедшее. Пятерка трупов никуда не делась, но новых не прибавилось – набежавшие вместе с Романом Игоревичем охранники легли, так сказать, отдохнуть. Эманаций смерти я не чувствовал, все живы, но пока немного не здесь. Очень серьезная леди рядом со мной сейчас – столь играючи в один миг приложить больше десятка человек, причем не замечая ни активных, ни пассивных щитов брони.

Ладно, что стоять и удивляться, действовать надо.

- Madame, - как мог более куртуазно, с французским выговором произнес я, предлагая руку стоящей рядом белой даме.

Озаренная светом целительница ни взглядом, ни жестом не показала реакции, но возникший эмоциональный фон меня обеспокоил. Судя по всему, я сейчас сделал что-то слишком уж выходящее за рамки приличий. Как, допустим, случайно попавший на званый обед простодушный паренек, фамильярно обратившийся к богу-царю-императору в духе «эй, соль передай». Хорошо, не совсем так, более уважительно, что-то вроде «мужчина, соль передайте, пожалуйста».

Удивление фамильярностью меня обеспокоило, но тут, отвлекаясь, я обратил внимание на свою руку. Мда, дела – оборванный в локте рукав пиджака, залитая подсохшей кровью когда-то белая рубашка. А у меня ведь сейчас не то что руки в крови, я весь в крови – с головы до ног. В таком виде предлагать непонятной светлой деве прогуляться до усадьбы, да и вообще предлагать ей что-то – а не совершил ли я сейчас серьезную ошибку?

Целительница неожиданно легким жестом едва коснулась моей руки, и в месте ее касания подсохшая кровь начала исчезать. Становящаяся невесомая корка отлеплялась от кожи и практически моментально растворялась в воздухе прахом. Сразу после того, как с меня исчезла последняя капля крови, началась видоизменяться одежда. Будто заменяемый компьютерным эффектом в графическом редакторе, начиная с ног и поднимаясь выше костюм возвращался к прежнему целому виду. Я с удивлением увидел, как исчезают рваные дыры и потертости на штанах, приводится в норму пиджак, возникает новый рукав на месте оторванного.

«Иллюзия» - сообщила мне целительница в тот момент, когда я посмотрел в пугающе-безэмоциональные белесые глаза.

В этот момент по щеке мазнуло теплом - когда пелена иллюзии дошла до головы, приводя в порядок и прическу. Причем мазнуло теплом не мягким, благожелательным – а обжигающим. Вот только касание оказалось настолько коротким, что дискомфорта не причинило. В это же время появилось понимание, что поддерживающая меня сила может быть опасна. Как огонь, электричество, или кипящая вода – несущие благо лишь при условии соблюдения мер предосторожности.

И ведь мотивы повелительницы этой обжигающей силы мне вообще не понятны. Вдруг, на фоне пустоты ауры целительницы, я ярко почувствовал, как за спиной девы панически дрожит Вася. Про которого я, если честно, со всем происходящим немного подзабыл. Да и стоял он в тени, так что я его только по белкам глаз заметил. Наряд на гангстере был все тот же, в котором он приехал из протектората – толстовка, высокие шнурованные ботинки, а также штаны и куртка из экипировки городских охотников.

Одежда эта была на порядок крепче, чем моя форма гимназиста, вот только испытаний ей досталось больше – особенно если вспомнить как тело гангстера изменяли мутации тьмы. Но на темной коже кровь и рвань не так заметны, особенно когда не приглядываешься.

Если целительница так легко вернула мне лоск и свежесть облика, может быть она и Васю в божеский вид приведет? – мелькнула у меня осторожная мысль. Ну как мелькнула – я специально подумал так, чтобы она была услышана адресатом. А именно – озаренной целительницей.

«Хозяин, нет, нет, хозяин, пожалуйста не надо!» - моментально раздался в голове голос демона, на миг перехватившего управление телом Васи. И очень, надо сказать, испуганный голос – с паническими нотками, не сильно отличными от переживаний Ндабанинга, в теле которого демон и находился. Тон и страх темного создания мне многое объяснили – ну да, просить повелительницу света наложить иллюзию на тело, в котором упакован вызванный из тьмы демон, не очень правильное идея.

Интересно, если я весь из себя такой одаренный темными искусствами, почему тогда со мной ее иллюзия, а до этого очищение так легко и безболезненно прошло?

Думал об это уже на ходу – целительница взглядом показала мне направление к усадьбе, куда мы и пошагали. Позади, практически вплотную ко мне, семенил Василий. Причем он старался держаться позади-справа, чтобы я максимально закрывал его от озаренной целительницы. Присутствия Романа Игоревича З., все еще мироощущением близкому к состоянию растения, за спиной я не ощущал. Но стоило только коротко оглянуться, он тут же двинулся следом, как послушный болванчик.

Довольно быстро миновав парковую аллею, мы добрались до здания усадьбы. Поднявшись по широкому крыльцу, зашли в холл, и здесь я ненадолго задержался. Хотел было поинтересоваться у целительницы, где можно найти Анастасию, но отвлекся, не успев произнести ни слова. Было от чего - на галерее второго этажа появилась весьма внушительная делегация. Среди многочисленных лиц я узнал Анастасию и, что неожиданно, Марата Садыкова в парадном мундире ССпН. Причем даже на таком расстоянии я заметил зеленый отсвет активных имплантов в глазах конфедерата.

Подпоручик держался чуть позади Анастасии, а она, судя по мимике и жестам, выполняла роль радушной хозяйки, провожая гостей. Я выхватил ее взглядом как раз в тот момент, когда княжна гостеприимно прощалась с многочисленной делегацией. Но несмотря на показательную вежливость, никакого расположения незнакомцам девушка явно не выказывала, закрывшись от них ментальным барьером.

В тот момент, когда Анастасия провожающим жестом показала на лестницу, скользнув взглядом вниз, она увидела меня. После чего сразу застыла, словно громом пораженная. И, невероятное дело, даже рот приоткрыла от удивления. Впрочем, сразу же пришла пора удивляться и мне – целительница, под руку с которой я зашел, вдруг словно перестала существовать, распавшись легким светом. Миг, и на месте озаренной дамы осталась лишь едва заметная дымка, а я застыл с чуть приподнятой левой рукой, за которую только что держалась целительница. Даже еще чувствую прикосновения ее пальцев. Странное очень ощущение, пробивающееся через пелену иллюзии и ткань одежды. Я бы его назвал холодное тепло, иначе и не сказать никак.

С исчезновением целительницы пришел в себя безопасник. Роман Игоревич, осмотревшись вокруг разумным взглядом, оказался предельно ошарашен. Он воззрился на меня с предельным изумлением, явно пытаясь осознать, что вообще произошло, и как он здесь оказался.

Анастасия, на удивление, все еще не взяла себя в руки и продолжала смотреть на меня широко распахнутыми глазами. Но еще больше факта удивления столь хорошо умеющий контролировать себя девушки и исчезновения спутницы удивило меня то, что, судя по всему, растворившуюся в свете целительницу видели только мы вдвоем с княжной.

Или для более чем десятка человек вполне естественно, когда кто-то разматериализуется, растворяясь в воздухе, или – что вероятнее, видели озаренную женщину только мы вдвоем с Анастасией. Она, кстати, так и стояла замерев, ошарашенно глядя в пространство – чуть касаясь взглядом меня, но больше фокусируясь на пустом месте, откуда только что исчезла целительница.

С Анастасией нас связывает незримая нить, еще со времен изгнания тьмы из моего тела, поэтому я до сих пор чувствую ее эмоции. Менее, когда она этого не хочет, и более, когда сильно не противится. Сейчас, несмотря на разделяющее нас расстоянии, я словно читал обычного, неодаренного человека – княжна настолько изумилась увиденным, что напрочь перестала держать себя в руках. Я почувствовал ее необычайно яркие эмоции, целый букет – страх, удивление, волнение, настороженность, толика обиды и даже, как апофеоз, нечто похожее на благоговение.

В этот момент к княжне обратился один из гостей. Статный темноволосый молодой человек, с достаточно смелой для одаренных стильной прической. Вот только его слова ушей княгини не достигли – она во все глаза смотрела уже на меня, так и не в силах отойти от шока увиденного.

Обращавшийся к ней гость долго ждать не стал – увидев такое небрежение к себе, он совершенно не скрывая недовольства порывисто развернулся и быстро сбежал по лестнице. Остальные его спутники - группа депутатского вида мужчин в костюмах, - на миг замерли. Видимо, никто сразу не понял, как реагировать на подобное нарушение этикета что со стороны хозяйки, что гостя. Но практически сразу внушительная свита в количестве человек пяти потянулась следом, но явно не успевая за так молодо выглядящим главой делегации.

Холеный визитер между тем уже сбежал с лестницы и стремительно приближался. Глаза его, подсвеченные оранжевым огненным отблеском силы, смотрели сквозь меня. Не то чтобы не замечая – товарищ просто неосознанно не обращал на меня даже толики внимания, просто не воспринимая как помеху движения. В его системе координат такие как я не путаются под ногами, а вовремя спешат отойти с пути.

Если бы оставался прежним собой, может быть и отошел. Рационально размышлять если – зачем мне конфликт на ровном месте, тем более что по официальному статусу неизвестный сейчас явно выше меня. Обычному человеку столь протокольное сопровождение и мнимая гостеприимная радушность княжны точно не полагается. Но минувший месяц меня достаточно сильно изменил – не в плане перестройки сознания и мироощущения, а скорее угла взгляда на мир. Дополнительно добавив, правда, часто ненужной здоровой наглости.

Именно поэтому я вдруг с чрезвычайным интересом заинтересовался лепниной на потолке. Только что вращаемым пальцем ковырять в раскрытой ладони не начал, демонстрируя отстраненное отношение к происходящему, и показательно не собираясь убираться с дороги.

Незнакомец с горящими глазами меня наконец «увидел», когда вдруг неожиданно понял, что с места я не сойду. Причем неумолимо надвигающийся на меня гость не мог не видеть, что я в форме гимназии Витгефта. А если заявился сюда с визитом хоть капельку подготовленным информационно, то знает, что за ученик гимназии Витгефта живет сейчас в поместье. То есть бесцеремонно нагло отодвинуть с дороги он хочет именно меня, как Артура Волкова.

Но если даже не знает, все равно сносить с дороги каждого встречного школьника – очень дурной тон. Поэтому я, все еще не скрывая интереса потолочной лепниной и краем глаза отслеживая взглядом приближающегося незнакомца, остался на месте.

Обходить он меня не стал, хотя мог. Но так и двигался носорогом вперед, несомненно собираясь обидно отбросить плечом. Мелькнуло эхо самого настоящего испуга Анастасии, огненные глаза оказались совсем рядом, и запоздало дохнуло опасностью – незнакомец вошел в скольжение, ускоряясь. Подобным маневром можно отправить обычного человека в небытие – эффект от такого толчка как от попадания тупоносой пистолетной пули, может и не одной. Избегая сильного удара, за краткий миг до столкновения я сам успел войти в скольжение. Спасибо Мустафе, под его руководством поднаторел в этом искусстве. Для всех остальных наблюдателей остался на месте, на деле же сам прянул плечом вперед. Подобное можно было проделать и без усиливающего ускорения скольжения, но я действовал чтобы уж наверняка на ногах остаться.

По идее, я должен был просто устоять на ногах, просто чуть отшатнувшись. Или немного потерять равновесие должен был темноволосый незнакомец, что менее вероятно – потому что в таком возрасте и статусе он явно владеет силой выше базовых рангов, а значит много лучше владеет своим телом.

Вот только неожиданный результат превзошел вообще все ожидания. Сверкнула белая вспышка, и на краткий миг я ослеп. Эффект практически как от свето-шумовой гранаты; только вот меня дезориентировало на краткое мгновенье, а невежливый раздраженный незнакомец стремительно улетел прочь. Словно кто-то взял фигурку человека за ногу, и бросил как сюрикен – только раскинутые в полете руки-ноги мелькнули. Полетели в сторону кресло, диван и журнальный столик в углу гостиной, разбилась наверняка дорогущая ваза китайского фарфора, рассыпав по полу цветы. Незнакомец, надо отдать ему должное, в полете все же сумел сгруппироваться. В стену он воткнулся, серьезно повредив перегородку, но без видимых критических последствий для себя.

- Молодой человек, аккуратней, так и зашибиться недолго, - умело сдерживая изумление, ровным голосом произнес я, демонстративно поцокав языком и покачав головой.

Произошедшее стало неожиданным не только для меня, но и абсолютно для всех. Но мои невозмутимые слова перекрыли эффект даже от полета незнакомца – теперь эмоции я чувствовал не только от Анастасии.

Вспышка света, кстати, отбросившая пытавшегося подвинуть меня визитера, ненадолго сняла иллюзию. На несколько секунд я оказался в порванном и окровавленном с ног до головы костюме. К счастью, кроме моего внешнего вида была еще причина для удивления, так что несмотря на ослабевшую иллюзию не я сейчас находился в фокусе заинтересованных взглядов. И, к счастью, почти сразу же иллюзия восстановилась, а я принял прежний безупречный вид.

- Роман Игоревич, - обернулся я к все еще пытающемуся вернуть понимание ситуации ошарашенному безопаснику, - здесь тоже необходимо оперативно привести все в порядок, помогите гостю.

«Здесь тоже» выделил интонацией. Надеюсь поймет и, прежде чем делегация поедет из поместья прочь, следы бойни у фонтана исчезнут. Или, хотя бы, машины проедут по другому маршруту.

- Как закончите, жду вас с докладом у Анастасии Юрьевны, - не дал я все еще находящемуся не в своей тарелке безопаснику произнести ни слова. - Извольте выполнять.

Сказать мне «ты кто такой, давай до свидания» Роман Игоревич просто не успел. Хотя хотел, я видел – он даже рот открыл. Но я уже поднимался по широкой лестнице. Без показательной спешки и суеты, но двигаясь быстро, слитными движениями. И от безопасника подальше оказался, и от ворочающегося незнакомца, который словно перевернутый на спине жук махал лапками, пытаясь выбраться из мешанины обломков кресла и журнального столика. Вдруг обидится, и попробует меня на дуэль вызвать здесь и сейчас? Оно мне надо?

Забежав на первый пролет, я на мгновенье остановился на площадке. Здесь парадная лестница расходилась налево и направо, выводя на галерею второго этажа. Анастасия стояла прямо передо мной, наверху, положив руки на ограждение галереи.

Рядом с княжной, за плечом, возвышался Садыков, глазные импланты которого по-прежнему оттенял активный зеленый отсвет. А это значит, что все происходящее пишется в реальном времени, и вполне возможно попадет в непосредственному начальству конфедерата. Хотя не вполне возможно, а даже наверняка.

«К гадалке не ходи» - напомнил о себе внутренний голос цитатой от Гены Бобкова.

Насчет активности подпоручика остается только один вопрос – Садыков сам в таком виде пришел, или его княжна попросила? Получить ответ оказалось очень просто. Я поймал взгляд неотрывно смотрящей на меня Анастасии, и показал глазами на подпоручика. Княжна в ответ едва-едва прикрыла веки, словно бы говоря – да, конфедерат в роли сопровождающего княжны с ее ведома.

Мои размышления о подпоручике Садыкове и наш обмен взглядами с Анастасией занял не более двух секунд. В это время свита так неудачно пытавшегося меня толкнуть незнакомца торопливо спускалась по правой стороне парадной лестницы. Среди них, кстати, затесался и весьма взволнованный происходящим Кальтенбруннер, который бросил на меня говорящий взгляд. Не обратив внимания на желчного и сухого как жердь управляющего, я двинулся на левую сторону лестницы, чтобы не нагнетать – вдруг среди незнакомой делегации еще один камикадзе найдется.

Быстро забежав на самый верх, подошел к княжне практически вплотную.

- Попрощались? – негромко поинтересовался я, показав взглядом на поднимающегося гостя. Подниматься то он поднимался, но судя по виду все еще находился в прострации, причем из его взгляда даже исчез огненный стихийный отсвет. Однако, неплохо так парня приложило. Причем это ведь наложенная на меня иллюзия сработала как щит – именно мое участие в произошедшем было минимально. Просто принял решение с дороги не отходить, да плечо вовремя подставил.

- Да, попрощались, - сделав над собой усилие, сдержанно кивнула княжна, также глядя на суету вокруг лежащего.

Расположившийся за ее плечом Садыков хмыкнул. Негромко, так что кроме нас с Анастасией никто этого не услышал. Но коротко глянув вниз, поручик перевел взгляд на Васю, который следовал за мной хвостом. Да, Вася – весь в крови-лохмотьях, на свету внимание несомненно привлекает.

«А кстати….» - с довольной интонаций близкого решения подсказал мне внутренний голос.

- Господин подпоручик…

- Да, господин гимназист? – со скрытой смешинкой глянул на меня Садыков.

- Не откажите в просьбе… Приглядите за моим спутником, Василием.

Во время короткой паузы Садыков выразительно поднял брови и вновь посмотрел на чернокожее дитя трущоб, в чьем теле нашел приют давший мне клятву демон. Я в этот момент почувствовал волну страха от юного гангстера. Точно также демон паниковал совсем недавно, когда рядом находилась озаренная целительница. Вот только сейчас боялся не демон, а именно Вася Ндабанинга. И боялся он, глядя в подсвеченные зеленым глаза конфедерата.

Впрочем, что у демона, что у юного гангстера природа страха была одинакова: словно к средневековому крестьянину на возделываемое поле спустился с небес и удостоил вниманием карающий ангел с огненным мечом. То есть это был не совсем страх даже, а трепет перед существо иного, более высшего порядка – каким является для асоциального мелкого уголовника из протектората усиленный имплантами солдат Армии Конфедерации. И каким, как полагаю, является озаренная светом целительница для низшего демона.

- Господин подпоручик, Василий недавно съел что-то и ему очень, очень плохо с животом. Беднягу уже вырвало – совсем как меня однажды при капитане Измайлова, вы должны помнить. Но в этом случае я не уверен, что молодой организм Василия с болезнью справился. Если начнет вести себя неадекватно, пристрелите его сразу, и не забудьте произвести контрольный в голову, - говорил я довольно быстро, поэтому столь длинная тирада заняла совсем немного времени.

- Даже так? – внимательно посмотрел на меня Садыков подсвеченными зелеными глазами. Ответа от меня не требовалось – вопрос был явно риторический. Ну а что еще сейчас с Васей решить? Все-таки в нем демон сейчас сидит, и чернокожего гангстера лучше не только держать ближе к себе, чтобы не натворил ничего, но и желательно под прицелом. Хотя бы до того момента, пока не получится проконсультироваться с фон Колером.

Подпоручик между тем сделал шаг назад и едва заметное покачал головой, показывая, что «отойду, мол». Оружия у него с собой сейчас не было, поэтому понятно, зачем ему необходимо отойти.

- Мы будем у кабинета Анны Николаевны, - кивнул я. – И, господин подпоручик…

Садыков замер, глядя мне в глаза.

«Зоряна» - одними губами прошептал я.

Черт его знает, что здесь происходит, но один раз уже моим расположением к девушке воспользовались – и это дорогого стоило как мне, так и частной военной компании «Barbarians». Происходящая сейчас нездоровая канитель мне определенно не нравится, так что пусть Зоря будет по возможности неподалеку, во избежание.

Подпоручик сразу понял о чем речь, развернулся и очень быстро ушел, едва на бег не переходя. Я же, игнорируя щенячий взгляд Васи, вновь от паники начавшего выбивать дробь зубами, посмотрел на Анастасию.

- Это кто вообще? – показав взглядом вниз, негромко спросил я. Говорил машинально прикрыв рот рукой – так, чтобы никто по губам не прочитал.

- Князь Андрей. Юсупов, - добавила чуть погодя Анастасия, увидев, что имя мне ничего не сказало.

«Князь Андрей Юсупов» - глянул я на все еще пытающегося подняться на ноги молодого человека.

Однако. После услышанного в голове сразу смерч мыслей и догадок закружился. Если звезды зажигаются, значит это кому-нибудь нужно. То, что совершил только что Юсупов, это откровенное дипломатическое самоубийство. Планировалось, правда, дипломатическое убийство, но не срослось – я оказался немного против.

Не знаю, стоит ли молодой князь Андрей во главе клана, или нет, но серьезные люди так себя не ведут с деловыми партнерами. Значит что? Правильно, значит Юсуповы-Штейнберг или не деловые партнеры, или князь Андрей просто весьма «одаренная» социальными навыками фигура, которая своими одиозными поступками приносит заинтересованным людям нужный результат.

Только при мысли об одиозных поступках я вспомнил, что именно князь Андрей Юсупов – официальная причина гибели моего опекуна Войцеха. Который погиб не по-настоящему, зато по-настоящему связан с ФСБ. Это значит, что и Юсуповы с ФСБ связаны – впервые пришла мне на ум догадка. Голова при этом готова была взорваться - водоворот событий вокруг меня понемногу закручивался. Одно радует: чувствую, развязка уже очень близко. Если уже натравили на меня демона, расчехлили Юсупова, который сам сюда пришел, а послезавтра мне обещано прямолинейное веселье…

«Противники будут действовать слишком прямолинейно, ты можешь этим воспользоваться» - из памяти подсказал мне Астерот. Интересно, пассаж улетевшего кеглей Юсупова — это прямолинейный порывистый поступок, или подобная агрессия в мою сторону была продумана, только немного не срослось?

- Нам срочно надо поговорить, - негромко произнес я, отводя взгляд от еще не пришедшего в себя Юсупова, и глянул в глаза Анастасии. Кивнув и отдав несколько распоряжений слугам и Кальтенбруннеру, девушка развернулась на каблуках и двинулась в сторону рабочего кабинета княгини. Вася опять двинулся за мной хвостом, как привязанный.

Дошли быстро. Зайдя в кабинет, Анастасия, не оглядываясь прошла и села за стол Анны Николаевны. Я же, не закрывая дверь и стоя в проеме, показал Васе на диван у стены. Подобное поведение удивило Анастасию, но спрашивать она ничего не стала – понимает, что ситуация неординарная.

- На центральной аллее, у фонтана, лежит пятеро убитых сотрудников твоей службы безопасности, - не теряя время, прямо от двери заговорил я. - Распорядись пожалуйста, чтобы их поскорее убрали.

Анастасию услышанное ошарашило – девушка приобрела такой вид, словно только что пыльным мешком по голове получила. Еще ей явно не понравился мой приказной тон, но она поступила умно – оставила на потом выяснения, и просто открыла управленческое меню и отдала несколько распоряжений, в том числе голосом.

Что она говорит, я не особо вслушивался – размышлял о том, как изменился за последний месяц. Только что стал причиной смерти нескольких человек, и совершенно не думаю об этом. Есть определенное сожаление, но их смерть – стечение обстоятельств. Да и времени на рефлексии особо нет. К тому же у каждого ЧП есть имя и фамилия, так что ответственность за безвинно погибших там, у фонтана, лежит на том, кто допустил проникновение демона на территорию усадьбы и обращение Васи. А также на том, кто отправил группу быстрого реагирования без внятного плана действий, видя и осознавая происходящее. Тем более что у меня есть обоснованное подозрение – это один и тот же человек.

Отвлекая от мыслей, из коридора послышались странные звуки быстрых шагов – как будто босые мокрые ноги шлепают. И почти сразу в приемной появились Садыков и Зоряна. Подпоручик, надо отдать ему должное, не только успел облачится в полный комплект брони, но и смог сэкономить немало времени. Потому что бегущая за ним Зоряна была с мокрыми волосами, и вся в белой пене – явно принимала ванну, когда Садыков, наверняка очень убедительно, попросил ее без задержек выходить.

Одежду девушка сжимала охапкой перед собой, стараясь хоть как-то прикрыться. Столкнувшись со мной глазами, Зоряна воззрилась обеспокоенным взглядом, но кратким жестом я ей показал, что все почти в порядке.

Ошарашенный и мало понимающий что происходит Вася с диванчика инстинктивно посмотрел и оценил щеголявшую в наряде Евы Зоряну, но почти сразу все его внимание обратилось на Садыкова. Потому что поручик достал из кобуры пистолет и занял позицию в углу приемной, неподалеку от Васи. За спиной у Садыкова, кстати, на магнитном креплении виднелись штурмовая винтовка и компактный пистолет-пулемет.

В то время, когда Садыков занял позицию, Зоряна отошла в противоположный угол приемной и бросив на кресло одежду, начала одеваться, одновременно смахивая с себя густую пену.

В последний раз оглядев происходящее, я кивнул сразу всем троим. Сделал это с бесстрастным выражением лица, вполне в духе знаменитого «Keep Calm and Carry On», после чего захлопнул за собой дверь кабинета. Едва створка закрылась, отделяя помещение от остального мира, как закончившая раздавать распоряжения юная княжна позволила себе на несколько секунд дать волю эмоциям. Плечи ее поникли, а из груди вырвался порывистый вздох. Но практически сразу Анастасия взяла себя в руки и выжидающе посмотрел на меня, явно намереваясь узнать, что происходит.

- Ты можешь срочно связаться с фон Колером? – опередил я ее.

Княжна посмотрела на меня, сверкнув глазами – ей самой хотелось начать задавать вопросы, и моя поспешность девушке очень и очень не нравилась. Но как я чувствовал ее эмоции, так и она считывала мои, поэтому понимала, что я сейчас очень далек от шуток и попыток самоутвердиться за счет владения инициативой в разговоре.

- Не могу, не доступен, - через некоторое время произнесла вернувшаяся вниманием к управляющему меню Анастасия, попытавшаяся связаться с бароном.

- Что-то случилось?

- Может быть. А может и нет – если под куполом молчания с кем-то общается.

- То есть срочной возможности с ним связаться нет вообще?

- Я могу отправить запрос в Императорскую канцелярию, - после краткого раздумья ответила Анастасия. И почти сразу пояснила в ответ на мое удивление: - Я просматривала документы Анны Николаевны, и в запросе на размещение здесь фон Колера как твоего опекуна были указаны контакты на непредвиденный случай.

- Запрашивай, - без раздумий принял я решение.

- Что запрашивать? – с особым выражением посмотрела на меня Анастасия. Так смотрят на готовящегося совершить яркий, но не очень нужный подвиг человека. Все же без лишней нужды обращаться в Императорскую канцелярию, это… как, наверное, обращаться к скандинавским богам, которые не очень любят людей. Прежде чем привлекать их внимание, лучше крепко подумать - а стоит оно вообще того?

- Попроси помощи в поисках фон Колера в связи с тем, что возникла опасная ситуация с объектом его опеки, - быстро выдал я текст обращения.

Анастасия коротко кивнула, ее пальцы порхнули по виртуальной клавиатуре и раздался легкий музыкальный перезвон – запрос в Императорскую канцелярию ушел.

- Кто такая белая дама, что живет в усадьбе?

- Почему рядом с тобой была Елена Николаевна, как это получилось?

Заговорили мы с Анастасией одновременно, и ее вопрос оказался ответом на мой. Елена Николаевна, значит. И если Николаевна, значит сестра и также, как и мать Анастасии, урожденная Разумовская.

Я только открыл было рот задать следующий вопрос, но увидел, как сверкнули глаза княжны. Да, она – видя мое состояние и напряженное волнение, еще сдерживается, но момент, когда она спросит «какого черта здесь происходит?» все ближе. Поэтому, чтобы не обострять – на фоне наших и так «дружественных» отношений, я произнес совсем не то, что намеревался вначале:

- В поместье я пришел из гимназии пешком. У ворот на меня из засады напал мой человек Василий, в которого кто-то сегодня подселил низшего демона, который должен был меня убить. Попытка не удалась, и я смог добежать до фонтана в парке, где в схватке с мутировавшим демоном тянул время. Через пару минут, со значительным опозданием, на месте появилась дежурная пятерка охраны. Один из них исподтишка попытался меня убить, после чего сам неожиданно умер. Двоих убил демон, еще одного милосердно прикончила Елена Николаевна. Она же помогла мне с укрощением демона, и с убеждением Романа Игоревича, который проводил нас до главного здания, где мы с тобой и встретились. Эффект возникший после столкновения с Юсуповым – следствие наложенной на меня Еленой Николаевной иллюзии, которой она скрыла порванную и окровавленную одежду на мне.

Всего несколько фраз, а насколько полным получился рассказ – подумал я, глядя на ошарашенную услышанным Анастасию. Причем вновь от девушки я ощущал целый букет эмоций, среди которых выделялось в том числе и благоговейный трепет.

Несмотря на нестабильное эмоциональное состояние, Анастасия очень быстро обдумала мои слова. После девушка открыла меню управления и в несколько скупых жестов вывела над столом голо-проекцию с видеозаписью систем наблюдения, где отображалась центральная аллея и площадь с фонтаном. По которой как раз сейчас проезжал кортеж из трех автомобилей, один из которых был с флажками клана Юсуповых на капоте. Пристально вглядываясь, я сумел заметить на брусчатке темные пятна крови, а вот тел видно не было – оперативно убрали.

- Видео же не пишется в поместье? – удивился я.

- За исключением нескольких мест в парке, - пояснила Анастасия, отматывая запись на несколько минут назад. На меня она больше не смотрела, полностью погрузившись в происходящее на экране. Посмотрел и я.

Хорошее кино получилось бы, если бы не сам в главной роли участвовал. В тот момент, когда на видео предельной четкости я самолично снес голову одному охраннику, и застрелил второго, почувствовал, как перехватило дыхание. Руки мелко задрожали, тело стало ватным – большого труда стоило удержаться на ногах, а не рухнуть на стул. В ушах глухо зазвенело, по коже пошел озноб и на лбу выступила холодная испарина.

Адреналиновый отходняк пришел, когда не ждали, причем вместе с осознанием того, что только что стал причиной гибели пяти человек. Но внимание мое вдруг полностью заняло видео – потому что всю проекцию заполонила вспышка света, возникшая в тот момент, когда по хронометражу событий пятого охранника убила целительница, спасая его от когтей и зубов демона. Тянулись мгновения, а изображение больше не появлялось – экран так и был заполнен белым светом.

Миновал невероятно долгий десяток секунд, перед тем как изображением вновь вернулось. На картинке я увидел площадь, с которой уходил в сопровождении дезориентированного начальника СБ и семенящего следом Васи. Левая рука моя была чуть приподнята, вот только рядом никого не было – озаренная светом целительница на видео просто отсутствовала. И как это понимать?

Стараясь прийти в себя и осознать происходящее – а в реальности ли я видел озаренную целительницу, или мне все это привиделось, я глубоко вздохнул. И почти сразу успокоился – в реальности. Вспышка света, отбросившая от меня Юсупова, не на ровном месте же возникла. Тут дверь кабинета без стука распахнулась и в помещение влетел Роман Игоревич З. Моментально от недавних рефлексий и слабости не осталось и следа – я в любой момент готов был действовать, или противодействовать.

При появлении безопасника почувствовал всколыхнувшиеся раздражением эмоции Анастасии. Бывший слуга Разумовских ей, урожденной Юсуповой, явно не нравился. Сейчас же, с учетом его поведения – показательной небрежности по отношению к юной княжне, безопасник вызывал у нее глухую злобу.

- Роман Игоревич, у нас с Анастасией Юрьевной есть к вам несколько вопросов, которые требуют безотлагательного ответа, - заговорил я, не давая ему времени прийти в себя. – Вопрос первый. Каким образом порочащая нашу честь и достоинство фотография оказалась в доступе желтых сайтов нижнего уровня сети. Вопрос второй…

- Ты о чем сейчас, мальчик? – грубо перебил меня безопасник, явно пытаясь вывести из себя.

Ух ты, отошел от вспышки света, что называется. Дался ему кстати мой возраст – действительно колыхнулось у меня раздражение. Но сдержался. Игра, похоже, перешла уже в разряд бей-беги, и участвующие теперь даже не таятся. А значит, можно действовать гораздо более прямолинейно.

Коротко глянув на Анастасию, я за краткий миг принял решение. Очень уж мне не хотелось вновь этого делать, но по другом сейчас никак – для более полного взаимопонимания с княжной мне требуется вновь открыться перед ней. Очень неприятное чувство, когда кто-то со стороны полностью знает все твои легкие мысли, интересы и чаяния. Почти как администраторы фейсбука, но чуть полнее – княжне будут доступны и мои истинные эмоции. Вот только без этого сейчас никак не обойтись.

«Отстранить и посадить под арест по недоверию» - снимая все барьеры, посмотрел я в глаза девушке.

Отвечать она не стала, явно не зная, что делать. Не то, чтобы ей не понравился этот вариант, просто отсутствовала уверенность в успехе. Начальник службы безопасности служит прежде всего роду, и присягу он приносил его главе, княгине Анне Николаевне, урожденной Разумовской. И если сейчас Анастасия, урожденная Юсупова, попытается применить свою власть, вполне возможна ситуация с выяснением чье кун-фу круче. В делах и иерархии рода я не разбираюсь совсем, но судя по беспокойству Анастасии, результат подобного выяснения непредсказуем.

Решение пришло достаточно быстро. Марат Садыков и его подсвеченные глазные импланты во время переговоров с явно враждебной делегацией Юсуповых. И ведь активное состояние конфедерата согласовано с Анастасией. Наверняка для того, чтобы князь Андрей Юсупов, глава или почти глава национального клана не смог позволить себе лишнего под императорским взором. То, что взор императорский, сомнений нет: пусть Силы специального назначения — это подразделение Армии Конфедерации, а не Русской императорской армии, вот только находится ССпН напрямую в подчинении у президента Конфедерации, то есть Императора. Специально узнавал недавно, заинтересовавшись.

С такими мыслями на удивление без помех и лишних вопросов я дошел до двери кабинета и не отводя взгляда с расчехлившегося начальника СБ рода, приоткрыл створку. Безопасник следил за мной насмешливым взглядом победителя, что заставляло меня нервничать. Сильно нервничать – потому что несмотря на то, что все шло для него очень неожиданно, присутствия духа он не терял и даже… не то, чтобы наслаждался моментом, но с непоколебимой уверенностью наблюдал за происходящим, спокойно ожидая скорой развязки.

Открыв дверь – под непонимающим взглядом Анастасии, я выглянул в приемную, бросив быстрый взгляд и оценивая диспозицию. Мне нужен подпоручик Садыков как свидетель, но демона одного оставлять не хочется. Короткий жест, понимание во взгляде, и Садыков быстро подошел к Зоряне, на ходу доставая из-за спины компактный пистолет пулемет. На Васю в этот момент страшно было смотреть. Демон явно сейчас не давал о себе знать, уйдя в тень, а сам юный гангстер сжался на диванчике, пытаясь не то, чтобы не дрожать, а даже дышать не слишком неглубоко. Он, наверное, уже тысячу раз пожалел о своем решении попросить привести его ко мне, вместо того чтобы попробовать раствориться в трущобах Южных районов.

Подпоручик между тем, настроив Зоряне доступ к оружию, не задавая лишних вопросов и сохраняя молчание прошел в кабинет, где занял место у стены. Анастасия уже давно поняла, в чем дело и на конфедерата даже не посмотрела. Она сейчас напоминала настороженную хищницу, будучи готова в любой момент отреагировать на возникающие угрозы. В кабинете повисло сгустившееся напряжение; казалось, взмахни рукой и воздух как струна зазвенит.

- Анастасия Юрьевна, - обернулся я к княжне привлекая внимание и продолжил ровным голосом: – Судя по тому, что Роман Игоревич даже не имеет понятия, как ваши фотографии оказались в общем доступе, полагаю он совершенно не соответствует уровню занимаемой должности. В связи с этим я посоветовал бы вам отстранить его до момента выяснения всех вопросов, которые он не дал мне полностью озвучить.

Медленно кивнув, Анастасия вновь открыла меню. Только в этот раз из стола дополнительно выдвинулся еще планшет, настроенный на биомагическое подтверждение. Положив ладонь на засветившийся круг, Анастасия прошла идентификацию, а после чего вошла в управленческое меню рода и быстро изменила статус начальника службы СБ.

«Роман Игоревич Зайцев» - успел я прочитать на плашке с именем.

- Роман Игоревич, в связи с возникшим недоверием к вашей деятельности я отстраняю вас с должности начальника службы безопасности, - с нескрываемым напряжением произнесла Анастасия.

Зайцев на ее слова отреагировал неожиданно. Он улыбнулся и поднял руки, словно бы признавая поражение.

«Под арест, его нельзя отпускать» - мысленно обратился я к княжне.

Анастасия собралась было заговорить, как у нее в управленческом меню мигнуло красным оповещением, а чуть погодя на лицо девушки легла тень обеспокоенности. Я не видел, что именно появилось в оповещении и попытался поймать взгляд княжны. Когда наши глаза встретились, на меня обрушилась сразу гамма эмоций, общий посыл которых был в духе «шеф, все пропало».

Безопасник продолжал едва улыбаться. Как пытающийся сохранить спокойствие игрок в покер с мусорной рукой, которому на последней карте неожиданно пришла выигрышная комбинация. И когда в коридоре послышались звуки слаженных шагов, я понял – дело дрянь. Без стука и излишнего такта распахнулась дверь и в кабинет пришел полицейский спецназ. Хотя нет, не полицейский – у одного из бойцов я заметил «ФСБ» на спине. А что там с Зоряной? – мельком успел подумать я, но никаких звуков из приемной больше не доносилось.

И княжна, и Садыков при виде неожиданных гостей ощутимо напряглись. Анастасия понятно почему насторожилась, а вот эмоции подпоручика напоминали реакцию волка на собак: все же армейцы с жандармским ведомством в этом мире серьезно не ладят. Но воевать с бойцами ФСБ подпоручик не собирался, понятное дело, оставаясь в роли наблюдателя.

Оперативников в однородно-темной броне было всего пятеро, но в полной экипировке и с оружием наизготовку они заняли немало места, даже рассредоточившись по всему кабинету. И только после этого появился главный визитер. Это был довольно молодой человек, облаченный в легкую броню, стилизованную под офицерский темно-синий мундир Особого корпуса жандармов. Он единственный из столь бесцеремонно вторгшихся в поместье был без активных щитов брони и с открытым забралом, осматриваясь по сторонам подсвеченным голубым светом имплантов взглядом.

- Господа, прошу объяснить ваше незаконное проникновение на частную территорию, принадлежащую владеющему имперскому роду, - голосом, в котором чувствовалась вся стужа Северного Ледовитого океана, поинтересовалась Анастасия.

- Ваше сиятельство, - чуть склонил голову жандарм. – Позвольте представится, корнет Изотов, Феликс Тимофеевич. Прибыл во главе отдельной группы быстрого реагирования по сигналу о применении темных искусств для проведения надлежащей проверки.

- Корнет, будьте любезны объяснится яснее. От кого сигнал, и о каком применении темных искусств может идти речь, - по-прежнему ледяным голосом произнесла Анастасия.

В то же время я почувствовал, как девушку готова захлестнуть паника – ведь в наличии было не только применении, но и покрытие использования. Причем по факту сговор, в котором она сама участвовала, помогая матери выжечь тьму из моего тела. Так что визит оперативников ФСБ в поместье – это не просто печальная история, а кое-что похуже. И если в ближайшее время не появится фон Колер, силой авторитета Императорской канцелярии отправив оперативников за ворота, тогда я просто не знаю, что делать.

Сегодня, во время поединка с демоном, попытки охранников меня убить и дальнейших событиях я сохранял внутренне спокойствие – на фоне разговора с Астеротом, который обещал мне проблемы, но ведь он обещал их не сегодня!

Сейчас же я почувствовал нечто близкое к беспомощности. Астерот меня обманул? А фон Колер – сознательно исчез сегодня вечером, чтобы не мешать упаковать меня в камеру? Причем не только меня, но и княжну за компанию – если дело о применении запретных искусств будет открыто, ей за пособничество грозит наказание лишь немногим менее серьезное, чем мне.

- Ваше сиятельство, - между тем чуть склонил голову корнет Изотов, - сигнал поступил от главы службы безопасности рода Юсуповых-Штейнберг, Зайцева Романа Игоревича, с идентификационным подтверждением. И фигурирует в оповещении господина Зайцева, помимо вас, некий Артур Волков, убивший сегодня пятерых сотрудников службы безопасности вашего рода, используя силу темных искусств. Вы можете подсказать нам местонахождение Артура Волкова?

Последняя фраза была насквозь искусственной, ремарка победителя. Ненужная дань официоза, потому что расположение бойцов спецподразделения и сознательное игнорирование меня жандармом прямо намекало, что о личности Артура Волкова здесь в курсе абсолютно все.

Зайцев, так и стоящий с чуть поднятыми руками, открыто улыбался. Еще бы, как у него все здорово получилось. Теперь понятно, почему он даже не кашлянул, когда Анастасия отстраняла его от должности.

Вот мудак, а? – рванулось у меня внутри бешеная злость. Безопасник только что совершил по-настоящему запрещенный прием – это самая настоящая игра не по правилам. Конечно, в играх взрослых людей только одно правило – никаких правил, но… Но ведь он сам покрывал применение темных искусств в поместье! Или в Елисаветградском управлении ФСБ у него (или у Разумовских) все настолько хорошо смазано, что за свою репутацию он может не опасаться? Потому что наверняка ведь с его ведома в поместье проник демон… Стоп. Демон. «Хозяин, хозяин, нет!» - как вживую услышал я голос демона, когда он взмолился при одном упоминании наложения на него иллюзии.

- Корнет, княжна попросила вас изъясняться яснее, а вы зачем-то продолжаете строить из себя дурака, - со спокойствием, которое очень дорого мне стоило, произнес я, обращаясь к жандарму. Чем вызвал вспышку ярости у корнета Изотова, и явное веселье у подпоручика Садыкова. – Или ваше ведомство работает столь непрофессионально, что вы не удосужились даже запросить данные на Артура Волкова? – вдогонку поинтересовался я.

По идее, ничего запрашивать корнету Изотову было и не надо – у него активно работающие импланты, ему в дополненной реальности и так вся необходимая информация о присутствующих доступна. Жандарму просто необходимо было устное подтверждение от княжны.

- Корнет… - начал было я, и замялся. «Как вас там?» - многозначительно сказал я мимикой в паузе.

В ответ, кстати, легко мог получить прикладом в челюсть. И получил бы, весьма вероятно, не смотри на происходящее глаза подпоручика Армии Конфедерации Марата Садыкова.

- Корнет Изотов, Феликс Тимофеевич, - с тщательно скрытой угрозой произнес Изотов. Он явно разозлился, и сейчас желал побыстрее завершить представление и доставить меня туда, где можно продолжить разговор в более доверительной обстановке.

- Корнет Изотов, Феликс Тимофеевич, - слово-в-слово повторил я. – Артур Волков перед вами, это я, если вы еще не догадались. И на мне сейчас наложено защитно-иллюзорное за…

«Конструкт, а не заклинание» - вовремя возопил внутренний голос.

- …конструкт, - вовремя исправился я, - защитно-иллюзорный конструкт, созданный посредством школы Света. Проверьте наличие, прямо сейчас, я дозволяю, - непринужденно-царским жестом я немного развел руки, словно открываясь.

Жандарм на несколько секунд замер, поражаясь моей наглости. Но немного отойдя от потрясения, он взглянул на одного из бойцов, вооруженного в отличие от остальных не штурмовой винтовкой, а компактным автоматом компоновки булл-пап. Щиты на броне только пассивные, так что наверняка низкоранговый одаренный.

После беззвучного распоряжения жандарма глухое, с серым, едва заметным устрашающим контуром черепа забрало оперативника повернулось ко мне. Несколько секунд ожидания – явно кроме сканирования с помощью дара еще и работала встроенная система распознавания магических стихий. И после напряженного (напряженного для всех) ожидания боец кивнул, подтверждая мои слова, чем поверг в состояние крайнего удивления и корнета Изотова, и почуявшего неладное Зайцева.

«Спасибо тебе, Елена Николаевна» - только мысленно произнес я, с удовлетворением наблюдая за реакцией. «И тебе, Марат батькович» - глянул я на конфедерата, чье молчаливое присутствие сейчас мешало жестко меня упаковать и отвезти в управу, где уже начать задавать вопросы безо всякой лояльности к уважению личности и к частной собственности, на территории которой сейчас находится оперативная группа.

- Господин корнет… прошу простить, вновь запамятовал, - с неподдельным расстройством развел я руки в стороны. «Как вас там?» - снова многозначительно сказал я всей мимикой во время паузы.

- Корнет Изотов, - сказал, как плюнул, жандарм. Уже без имени отчества, лицо не держит совсем.

- Ах да, корнет Изотов, Феликс Эдмундович. Упс, Тимофеевич, простите, - оговорился я так, что понятно в этом мире оказалось мне лишь одному. Сам пошутил, сам посмеялся, как говорится – это вот все нервное сейчас.

- Уверен, что наличие элементарных знаний позволяет вам догадаться, что совместное применение конструктов школ Света и Тьмы физически невозможно. И логически рассуждая, вы можете прийти к выводу, что информация о применении мною, Артуром Волковым, темных искусств банально не соответствует действительности, так что можете сворачивать свою проверку. Не забудьте только принести извинения ее сиятельству за бесцеремонное вторжение и столь неподобающее для офицера корпуса поведение.

Если бы взглядом можно было наносить боль и страдания, я бы, наверное, превратился уже в избитого плачущего мальчика. Но к счастью, дистанционно причинять насилие корнет Изотов не умел, так что сейчас ему оставалось только краснеть и молчаливо яриться.

- Тем не менее, вы очень вовремя, господин корнет. Не сочтите за наглость, посодействуйте в изоляции Зайцева, Романа Игоревича, - обернулся я к безопаснику, и глядя тому прямо в глаза, продолжил: - Бывший начальник службы безопасности, как мы все здесь подозреваем, сегодня пытался организовать покушение на мою жизнь, а также на жизнь ее светлости Анастасии Юрьевны. Господин корнет, у ваших бойцов же наверняка есть специальные средства пассивного действия для ограничения подвижности?

В ответ на непонимающий взгляд Зайцева я невольно расплылся в улыбке и незаметно подмигнул. Вот так вот дядь, со мною связываться. В то же время пауза несколько затянулась, и я вопросительно посмотрел на жандарма.

- Господин корнет, так мы смеем надеяться на вашу помощь? – с нескрываемым удивлением от молчания жандарма произнес я.

- Покушения на жизнь гражданина Конфедерации это прерогатива моей службы, так что я вынужден забрать с собой господина Зайцева… - начал было корнет, но его перебила Анастасия.

- Покушение на мою жизнь, - в голосе вернувшей себе уверенность княжны с новой силой зазвенел лед всех мировых океанов, - покушение, готовящееся начальником службы безопасности моего рода. Прежде всего это наше внутреннее дело, так что владеющий род Юсуповых-Штейнберг имеет непререкаемый приоритет порядка расследования. Так что господин корнет, не заставляйте просить вас дважды – ограничьте подвижность Романа Игоревича и прикажите отвести его в указанное место. Я сейчас же дам задание своим людям проводить ваших бойцов. Благодарю за помощь, - закончила княжна, на миг отвлекшись к управленческому меню и явно в срочном порядке вызвав кого-то из слуг.

Дверь распахнулась почти моментально, и в кабинет завалился Кальтенбруннер. По всей видимости, он ждал прямо за порогом. Только вот вопрос – чего он там ждал, и почему? Но несмотря на неожиданность появления распорядителя усадьбы, Анастасия среагировала моментально, словно его и ждала.

- Иосиф Арнольдович, господа жандармы сейчас закуют в кандалы Романа Игоревича, и помогут нам проводить бывшего начальника службы безопасности в подвал Второго корпуса, в камеры. Проследите за тем, чтобы двери были заперты, а охранные системы включены. Под личную вашу ответственность, Иосиф Арнольдович, выполняйте.

«Второй корпус» - вспомнил я. Здание в конце тенистой аллеи, где в подвале расположены камеры темницы. В одной из которых фон Колер помог мне казнить одаренного Сергея Готфрида, для того чтобы с помощью его жизненной энергии получить новый слепок души.

Ошарашенный Кальтенбруннер замер, не сразу поняв, что именно услышал. Анастасия не обратила на это внимания, вопросительно глянув на корнета Изотова. Жандарм причин отказаться от столь настойчивой просьбы не нашел, и негромко отдал приказ. Сразу же двое бойцов весьма быстро и сноровисто заставили Романа Игоревича на своей шкуре почувствовать, что такое работа профессионалов по применению обездвиживающих спецсредств.

- Господин корнет, не смеем больше вас задерживать, - посмотрела на жандарма Анастасия, как только согнувшийся в три погибели Зайцев, с заведенными за спину и поднятыми вверх руками, просеменил через дверной проем в сопровождении оперативников группы быстрого реагирования.

- Как пожелаете, ваше сиятельство, - ровным голосом произнес взявший себя в руки жандарм, и повернулся ко мне: - Артур Сергеевич, вам все же необходимо пройти с нами.

«Спасибо, но мне и здесь неплохо»

- На каком основании? – удивился я, понимая, что ничего еще не кончилось.

- С какой это стати? – одновременно с неподдельным возмущением произнесла Анастасия.

- На основании необходимости проведения оперативно-следственных действий, - уже полностью оправившись от чувствительной оплеухи, произнес корнет. И не давая княжне вставить ни слова, заговорил: - Артур Сергеевич может быть вашим гостем, но так как он гражданин Конфедерации, в первую очередь он имеет права и обязанности перед государственной службой, а не перед родом владеющих. Поэтому… прошу со мной, - посмотрел на меня Изотов неприязненным взглядом.

Черт, а дело-то снова дрянь. Видимо, фээсбэтмен получил недвусмысленное указание доставить меня в управление, где я точно не смогу рассчитывать на помощь извне.

- Господин корнет, Артур Сергеевич Волков мой жених, и совсем недавно принял полагающийся ему по наследству баронский титул, поэтому под юрисдикцию вашего ведомства он уже не попадает.

«Чего?!»

По-моему, меньше всего услышанным удивился как раз-таки жандарм Изотов. Хотя и он выглядел донельзя пораженным.

- Прошу не испытывать терпение и не злоупотреблять моим пока еще благостным настроем, - закончила Анастасия, после того как бросила на меня весьма говорящий взгляд. Да, теперь уже я слишком уж откровенно переборщил с эмоциональным всплеском. Мог бы и потише ее словам удивляться – укорил я сам себя.

- Но ваше сиятельство… у меня нет такой информации, что Артур Волков…

- Вы сейчас обвинили меня во лжи? – теперь уже в воздухе на самом деле дохнуло холодом. Глаза Анастасии сверкнули голубым отсветом, а за ее спиной воздух сконцентрировался и заблистал едва видной, зазвеневшей морозной пеленой.

- Никак нет, ваше сиятельство, - моментально понял свою ошибку жандарм.

- Впредь будьте аккуратнее, корнет и выбирайте выражения, - не стала менять гнев на милость Анастасия. – Вам пора покинуть территорию моей усадьбы, и постарайтесь не задерживаться. Имейте ввиду, что информацию о столь неподобающе-бестактном поведении я не премину довести до вашего начальства.

Когда последний из оперативников покинул кабинет, первым делом я посмотрел на Садыкова и показательно, с паузой, моргнул. Подпоручик на удивление понял. Он на несколько секунд зажмурился, а когда открыл глаза, зеленый отсвет имплантов исчез. И только после этого я обернулся к Анастасии, показательно вздернув бровь.

- Воды нет? – прямо глянула на меня Анастасия. – Рот прополоскать бы…

Говоря это, она неожиданно поставила ментальные щиты – так что истинные ее чувства и эмоции уловить я не смог. Причем при нашей установившейся связи ментальные щиты от меня – это солидный расход стихийной энергии для нее. Расход энергии, которую ведь просто так не накопишь, это трудоемкий процесс.

- В горе пересохло? – хмыкнул я, в то же время прекрасно поняв намек, почему именно ей захотелось рот прополоскать.

Внимательно глядя на княжну, я попытался поймать ее взгляд. Понятно, что сказанное ей о женихе и титуле это лишь способ для того, чтобы гарантированно отвадить отсюда жандарма, чье нахождение здесь было опасно не только для меня, но и для самой Анастасии. Причем ни первое, ни второе ее утверждение не сработало бы по отдельности, а вот в комплексе обоих жандарм действительно не имел права что-то от меня требовать.

И ладно с первым - сегодня я жених, а завтра уже нет – с этим утверждением проблем нет. Но информация о баронском титуле откуда? Ведь если титула у меня в самое ближайшее время не появится, то княжна получит очень серьезные проблемы. Потому что солгав, она воспрепятствовала законным действию ФСБ. И в том, есть ли у меня титул, заинтересованные лица наверняка пожелают удостовериться в самое ближайшее время.

«А можно подумать об этом попозже?» - переводя дыхание, поинтересовался я сам у себя. Тело вдруг сковала неподъемная усталость – дало о себе знать неподдельное напряжение. Несмотря на то, что меня очень сильно волновал вопрос, где Зоряна и Вася, я не смог даже найти в себе сил пойти и посмотреть. В случае, если что-то было бы не в порядке, я наверняка бы почувствовал ее эмоции. Или демон бы запаниковал.

Кроме того, у меня оставалось еще десятки вопросов, но я все же позволил себе секунду слабости – присел в кресло и на миг закрыл глаза, приходя в себя. Но почти сразу же, вытаскивая меня из блаженной нирваны, с улицы раздался приближающийся громкий звук. Открыв глаза, я стремительно поднялся и следом за обеспокоенной Анастасией вышел на балкон. Как раз чтобы увидеть, как на свободной от деревьев лужайке парка приземляется армейский конвертоплан.

Машина буквально рухнула с неба и прошла так близко со стеной здания, что панорамное стекло задрожало. А я легко заметил бортовую эмблему в виде черного с серебряной вязью мальтийского креста. Ух ты, лейб-гвардии Уланский Его Императорского Величества полк – легко опознал я отличительный знак. И даже почти наверняка знаю, кто это к нам прилетел.

Приземляться конвертоплан не стал, зависнув в метре от земли. Ну да, так и есть – на мягкую траву выпрыгнул барон Максимилиан Иванович фон Колер. Придерживая взметнувшиеся полы плаща, профессор не оглядываясь побежал к парадному крыльцу здания. Конвертоплан же свечой взмыл вверх, и его перемигивающиеся мигающие аэронавигационные огни почти сразу исчезли из вида.

Фон Колер забежал в кабинет меньше, чем через минуту и выглядел он… Наверное, так выглядит наглый хозяйский кот, на которого неожиданно вылили ведро воды – пришло мне вдруг в голову сравнение. Вид профессор имел такой же, взъерошенный и недоуменно-раздраженный.

В то же время, глядя на его раздражение, я вдруг успокоился. Со всей уверенностью понял, что фон Колер точно пришел разруливать проблемы, и он точно сегодня не отошел в сторону. Думаю даже, что его довольно искусно отодвинули, именно на сегодняшний вечер. Одновременно с этими мыслями пришло понимание, почему Астерот ни словом не обмолвился об опасности сегодняшнего вечера – даже забери меня сейчас жандарм в управу, думаю фон Колер при такой серьезной поддержке из лейб-гвардейцев нашел бы нужные аргументы для фээсбэтменов. Получается, вариантов развития события было много, а заканчивалось все одним – встречей с бароном, разбирающимся с моими проблемами. С которым, кстати, еще предстоит весьма серьезный разговор.

- Максимилиан Иванович… - не удержался я от попытки пустить шпильку, но замялся на полуслове. Слабость еще не прошла, язык еле ворочался, так что даже фразу до конца не договорил.

- Да? – резко, как галка, вопреки своему степенному обыкновению повернул ко мне взор взъерошенный и взволнованный профессор.

- Вы удивительно вовремя прибыли, - только и покачал я головой, устало улыбнувшись.

Загрузка...