Возникновение религии и веры в бога

КАК ПОЯВИЛИСЬ «ВСЕМОГУЩИЕ» БОГИ

Фантастические представления людей о силах природы не оставались одними и теми же. Они изменялись по мере развития человеческого общества. Но основное содержание религии — вера в сверхъестественное — оставалось неизменным.

Вера в богов и духов сковывала энергию человека, мешала активному познанию окружающего мира. Однако стремление быть сытым, одетым, иметь жилище оказывалось сильнее богов и духов. Материальные блага давала природа, и чем активнее человек в нее вторгался, тем легче становилось добывать все необходимое. В процессе труда человек постепенно, шаг за шагом, в течение веков учился все больше распознавать и покорять силы природы. Он подчинил себе силу ветра и воды — создал ветряные и водяные мельницы, парусные суда. Он заставил служить себе силу пара, создал паровые машины. Человек покорил воздух: построив самолеты, он стал летать быстрее, дальше и выше, чем самые быстрокрылые птицы. Но на все это потребовались долгие века и тысячелетия напряженного труда.

В борьбе с природой первобытный человек развивался крайне медленно. Добывая средства к жизни, борясь за существование, люди из поколения в поколение накапливали и передавали опыт, улучшали орудия труда. Постепенно развивая производительные силы, совершенствуя орудия производства, приобретая производственный опыт и навыки к труду, люди усиливали свою власть над природой. Они научились плавить металлы, изготовлять из них различные орудия. В обиход вошли железный топор и плуг. С помощью железных орудий люди стали расчищать леса и обрабатывать большие площади земли. Человеческое общество шло вперед; улучшались орудия производства, развивались земледелие, скотоводство, ремесло. Совершенствовались и навыки людей к труду, их уменье пользоваться орудиями производства, росла производительность труда.

Все это привело к общественному разделению труда. Одни общины стали заниматься земледелием, другие сделали главным своим занятием скотоводство. Это было первое крупное общественное разделение труда. Благодаря ему сильно повысилась производительность труда. Люди теперь стали добывать продуктов гораздо больше, чем раньше. Этих продуктов хватало уже не только на удовлетворение потребностей общины, но появился излишек, который можно было обменивать на другие продукты и предметы труда.

Общая собственность первобытной общины держалась на общем труде. Пока орудия труда были примитивными, человек не мог трудиться в одиночку: слишком легко он мог стать жертвой голодной смерти или хищных зверей. Когда же орудия труда стали более совершенными, повысилась сноровка, — отпала необходимость в коллективном, общинном производстве. Вспахать поле металлическим плугом можно было и в одиночку. А против хищных зверей человек был теперь вооружен металлическими орудиями. Орудия труда и охоты со временем становятся собственностью отдельных лиц, а вместе с тем в собственность отдельных лиц переходят и добытые продукты. Интересы отдельных лиц начинают расходиться с интересами общины.

Проникновение обмена и частной собственности внутрь рода привело к его разложению. Отдельные семьи, входившие ранее в родовые общины, начинают обособляться и вести свое хозяйство в одиночку. Между ними возникает разделение труда и развивается обмен; который подрывает прежние родовые формы связи людей и постепенно разъедает общину изнутри. Возникает частное производство. Частное же производство ведет за собой установление частной собственности на орудия труда, на средства производства и продукты. Начинает развиваться частный интерес, стремление одних людей нажиться за счет других.

В первобытной общине возникло деление на богатых и бедных. Одни семьи богатели, другие разорялись и попадали в зависимость от богатых. Появились понятия «мое» и «твое», появилась жажда к приобретению, возникло неравенство, насилие, эксплуатация.

Так, на основе общественного разделения труда и частной собственности на средства производства появились эксплуататоры и эксплуатируемые, богатые и бедные. На смену коллективному труду, общинной собственности и первобытному равенству пришел строй частной собственности, классового неравенства, эксплуатации и угнетения.

В обществах, основанных на частном производстве и частной собственности, человек предоставлен самому себе. Это ведет к ликвидации сотрудничества людей в общественном процессе производства и замене его борьбой всех против всех. Изменения в способе производства материальных благ, в общественных отношениях вызвали и изменения в религии. По мере разложения первобытно-общинного строя, появления частной собственности изменялись и религиозные представления людей. Пока люди жили родами, у каждой родовой общины были свои боги. Родовые божества — безымянные и безличные — не считались всеобщими и всемогущими. С разложением первобытного общества, с появлением частной собственности боги перестают походить друг на друга, получают каждый свое имя, свою биографию и даже свою специальность.

Фантастические образы, в которых сначала отражались только таинственные силы природы, теперь приобретают и общественный характер.

В классовом обществе изменяются представления людей о функциях богов. Если в доклассовом обществе боги «заведовали» только явлениями природы, то с появлением государства богам приписываются и общественные функции — управление общественной жизнью.

На дальнейших ступенях, с возникновением классов и появлением государственной власти во главе с царями, фараонами, князьями, появляется и единый всемогущий бог — царь небесный и вокруг него свита ангелов и святых.

Процесс создания единого бога можно наглядно проследить по материалам истории религии. Родовые боги постепенно оттеснялись, и их место занимали боги-самодержцы, влияние которых распространялось на целые государства. Да и сама религия стала средством классового гнета, возвышения и укрепления власти князей, фараонов, царей.

Первым эксплуататорским общественным строем был рабовладельческий. Рабовладельческие государства появились в древнем Египте, Индии, Греции 3–4–5 тысяч лет тому назад. Разделение на рабов и рабовладельцев было основано на принудительном труде рабов.

Для того чтобы держать массу рабов в повиновении и заставить ее работать на себя, рабовладельцы создали государственный аппарат с армией, полицией, тюрьмами, судами и другими средствами насилия. По образу и подобию рабовладельческого общества боги были разделены на высших и низших. Во главе их находился всесильный верховный владыка — копия земного царя. Когда возникла монархия, единовластие в общественной жизни, тогда и в иерархии богов установилось единовластие, и из всех богов выделился единый бог, стоящий над всеми другими, объединяющий их. Появились господствующие и подчиненные, главные и второстепенные боги. В реальной земной жизни был верховный правитель — царь или фараон; в его подчинении были губернаторы, сатрапы. Так же обстояло дело и на небе.

Ф. Энгельс писал: «…единый бог никогда не был бы осуществлен без единого царя… единство бога, контролирующего многочисленные явления природы, объединяющего противоположные силы природы, есть только копия единого восточного деспота, который видимо или действительно объединяет сталкивающихся в своих интересах людей»[7].

Таким образом, боги в представлении людей становятся небесными царями и небесными судьями. На роль «царя небесного» у разных народов выдвигались разные боги.

В представлениях древних египтян главный божественный пост занимали в разное время несколько богов — боги солнца Ра, Озирис и Амон. Все же другие боги — бог зла Сет, богиня плодородия Изида, бог земли Гед и другие — имели более или менее второстепенное значение. Тоже наблюдается и у других народов: у вавилонян высочайший божественный престол был занят богом Мордухом, у древних греков — богом грома и молнии Зевсом, у древних иранцев — богом света Ормуздом и т. д. Остальные боги оказались в положении подчиненных и образовали такую же иерархию, как чиновники и полководцы в административном и военном аппарате земных царей.

Таким образом, богоучения всех религий были выведены из аналогии с формами и обычаями земного общественного строя. Народ имеет только одного царя или фараона и так же точно лишь один бог господствует над миром. На небо переносятся не только политическое устройство земного общества, но также и привилегии господствующих классов.

Наиболее характерными были религиозные верования рабовладельческих государств Египта и Вавилона. Во главе египетского государства стоял царь — фараон, который после смерти уподоблялся богу. Его тело помещали в огромное каменное сооружение — пирамиду. Так обожествлялась власть рабовладельцев. Обожествление власти земной в рабовладельческом государстве Вавилона получило еще большее развитие. Многие из этих верований перешли в христианскую религию. Так, вавилонские жрецы широко распространяли миф о боге Таммузе, умершем и воскресшем. Впоследствии в христианской религии возникла легенда об Иисусе. Уже у вавилонян существовало сказание о сотворении мира и о потопе, которым боги якобы наказали людей за грехи.

Своеобразный и длительный процесс разложения общинного строя у славянских народов также привел к возникновению княжеств и соответственно к созданию богов, олицетворявших власть господствующих классов. Боги, бывшие некогда простым обожествлением сил природы, становятся покровителями и даже воображаемыми творцами того или другого вида собственности, семьи и государственного устройства. Эти высшие божества начинают занимать такое же место по отношению к младшим духам, как славянские князья по отношению к народу. Самыми могучими божествами считались у славян бог неба — Сварог, солнца — Даждьбог, грома и молнии — Перун, ветра — Стрибог, бог плодородия, покровительствующий скотоводству, — Велес, или Волос.

Главным, старейшим и могучим божеством был Перун — властитель стихий. Изображения воинственного бога — тучегонителя и громовержца были воздвигнуты во многих городах. Особенно многочисленны они были в Киеве и Новгороде. В 908 году князь Владимир воздвиг деревянного Перуна с серебряной головой, с золотыми усами и ушами, с железными ногами. Перед изображением Перуна горел неугасимый огонь, совершались обряды; ему приносились жертвы. В 945 году князь Игорь принес перед ним клятву соблюдать заключенный с греками договор. После крещения Киевской Руси предания о Перуне перешли «по наследству» к Илье-пророку.

Даждьбог — бог солнца и изобилия, могучий организатор жизни на земле, производитель всех богатств — пользовался особым поклонением восточного славянина — земледельца и скотовода. Даждьбог почитался как божество доброе и милосердное и вместе с тем как каратель всякого зла и неправды. Славяне верили в существование особой страны, где живет Даждьбог, куда он уходит на ночь и прячет свои живительные лучи зимой. Летопись Нестора упоминает «солнче место», находящееся где-то на востоке, в стране вечного лета и вечной жизни. В этой сказочной стране в великолепном дворце, как говорилось в предании, восседает Даждьбог, окруженный своим двором и огромной семьей. С высоты своего престола он творит суд над людьми. Приписывая небожителям формы своего быта, славяне окружали Даждь-бога огромной семьей: у престола — две сестры солнца — заря утренняя и заря вечерняя, кроме того, семь звезд-судей, семь вестников, летающих по свету в образе «хвостатых звезд» — комет. Звездам, как и солнцу, приписывалась сила жизни и плодородия. В половине февраля овчары просили у звезд плодородия овец: «Засветись, звезда ясная, по поднебесью на радость, загорись огнем нечаянным на утеху. Ты освети, звезда ясная, огнем негасимым белоярых овец». Известна и народная примета: «Много звезд на небе в святки — к урожаю». У Даждьбога есть дядя — старый и лысый месяц, есть и внучата; Даждьбог владеет двенадцатью царствами, и каждым царством правит один из его двенадцати сыновей.

Почитался у славян Велес, или Волос. Это «скотий бог», о нем сохранилось очень много преданий. И это не случайно: скот был одним из главнейших богатств славян, поэтому и «скотий бог» был одним из главнейших божеств. Волосу поклонялись не только жители древней Руси, но и чехи, моравы и болгары. Из древнерусских летописей известно, что самые почитаемые идолы — кумиры — Волоса находились в Киеве, Новгороде и Ростове. Идол Волоса в Ростове просуществовал дольше всех и был сокрушен только в XII столетии. Имя Волоса сохранилось надолго в народной памяти. В Новгороде была Волосова улица. В Переяславле Залесском при царе Василии Шуйском находился Волосов камень. Волосом и Перуном клялись наши предки при заключении договоров. Впоследствии, уже в христианскую эпоху, бог Волос слился с Власием. От культа Волоса как остаток языческих верований очень долго сохранялся обряд «опахивание села» во время «коровьей смерти»; в некоторых местах существовало обыкновение оставлять после жатвы несколько колосьев, связанных пучком, — «волотку на бородку».

Так зародилась вера во всемогущих богов. Эта вера была выгодна и угодна эксплуататорам, которые держали в повиновении трудящиеся массы не только силой административной власти, но и с помощью религии. Эксплуататоры всячески возвышали роль богов, приписывали им неограниченную власть и могущество, с тем чтобы устрашать народные массы именем бога.

Чем более властными и могущественными становились рабовладельцы, тем выше в небесах поднимались и боги. Если первобытный человек представлял себе богов в роли «управляющих природой», то в классовом обществе вместе с тем богам уже приписывается управление обществом.

Так, земной мир с его царями, эксплуатацией, роскошью жизни одних и каторжным трудом других нашел фантастическое отражение в представлениях людей о «единых» и «всемогущих» богах, о небесном царстве, о рае и аде. Боги стали изображаться со всеми внешними знаками царской власти, а земные цари стали именовать себя сынами или помазанниками богов.

Богослужения стали совершаться в роскошных храмах, где в дар богу приносили золото, серебро, драгоценности. И если раньше каждый сам мог выполнять религиозные обряды, то в рабовладельческом обществе эти обряды настолько усложнились, что возникла потребность в особых людях, умеющих и способных выполнять их. Появились жрецы, служители религиозного культа — предшественники современного духовенства. Эта каста представляла собой большую экономическую и политическую силу. В древнем Египте храмам принадлежали земли и рабы. Жрецы не только совершали религиозные обряды, но и занимались астрономией, математикой, геометрией, медициной. Знаменитый ученый древности Герон Александрийский свидетельствует, что он сам изготовлял для жрецов препараты и механизмы, при помощи которых статуи богов и богинь в храмах кивали головами, двигали руками, издавали различные звуки, в нужную минуту источали слезы или вино. Подобные «чудеса» производили огромное впечатление на невежественную, суеверную толпу. Внушая трудовому народу страх перед божеством, богачи тем самым внушали страх и к своему собственному могуществу. Эксплуататорские классы быстро поняли пользу религии для укрепления своего господства и превратили ее в свое орудие.

С возникновением частной собственности, классов и государства религия становится на службу эксплуататорским классам. На протяжении длительного периода рабовладельческий строй сменил феодализм, а феодальный строй был заменен капитализмом, менялись эксплуататорские, господствующие классы, но религия по-прежнему продолжала служить эксплуататорам против эксплуатируемых, принимая все более утонченные формы воздействия на народные массы. И только в тех странах, где нет больше эксплуататоров, где подорваны классовые корни религии, она продолжает еще оставаться лишь как пережиток старого мира в сознании людей.

Изменение религиозных представлений у всех народов земного шара происходило и в другом направлении — в направлении сокращения числа богов. Если раньше каждое племя имело богов, которых оно создавало в соответствии со своим образом жизни, то с возникновением классового общества это представление перешло в единобожие, то есть в представление, что существует только один бог, который обладает качествами многих прежних богов.

Наиболее широко распространенными религиями являются, как мы уже сказали, буддизм, христианство, ислам. Каждая из них стремится доказать свое превосходство, вечность и первородство своего бога, В действительности же все они имеют один и тот же источник — суеверие первобытного человека, его бессилие перед стихийными силами природы, одни и те же социальные корни — классовый гнет.

Буддизм — одна из наиболее распространенных религий. Различные течения буддизма имеют последователей в Тибете, Индии, Китае, Бирме, Монголии, Японии, СССР и в других странах. Родина буддизма — древняя Индия. Возник буддизм примерно 2500 лет назад. В то время в Индии существовало кастово-рабовладельческое общество. Оно делилось на четыре основные касты, строго замкнутые и изолированные друг от друга: брахманов, кшатриев, вайшиев и шудр. Брахманы — жрецы — стояли во главе общества.

Свое учение буддизм обращал ко всем кастам и находил сторонников у всех, кто стремился освободиться от кастового строя, от власти брахманов, освящавших этот строй. Буддийские проповедники утверждали равенство людей перед богами. Каждый человек, согласно их учению, независимо от того, к какой касте он принадлежит, может достигнуть «высшего блаженства». Эта проповедь привлекла множество последователей, особенно из среды рабов. Но вместо призыва к борьбе за установление действительного равенства, за переустройство жизни буддизм проповедовал смирение, отречение от жизненных благ. Одной из основ буддизма является учение о страдании. Буддизм учит, что все в жизни есть страдание: рождение человека, вся его жизнь и его смерть сопровождаются болезнями, лишениями, — словом, сплошными страданиями. Все несчастье в том, учит буддизм, что люди стремятся к земным благам, что люди привязаны к жизни. Чтобы избежать страдания, надо отрешиться от жизненных благ, ибо они порождают страдание. Призывая к отрешению от жизни, буддизм утверждает, что желание лучшего рождает страдание; этим самым он провозглашает тщетность усилий, направленных к достижению счастья на земле.

Кому выгодно такое учение? Оно выгодно эксплуататорам, сделавшим буддизм своим оружием. Обрекая народные массы на страдания и лишения в земной жизни, это учение призывало массы к смирению, суля им великое счастье после смерти. Человек, по учению буддизма, имеет невидимого двойника — душу, которая после смерти тела якобы переселяется в какое-либо живое существо. Если человек терпеливо и безропотно переносил все тяготы жизни, то душа его, независимо от кастовой принадлежности, вновь вселится в человека, причем счастливого и удачливого, или даже попадет в рай и постепенно достигнет высшего блаженства — нирваны — вечного покоя и тишины.

В каждом буддийском монастыре имеется «живой Будда» — Хофо. Такого Хофо считают воплощением всевышнего на земле, и когда он умирает, его бессмертная душа переселяется якобы в какого-нибудь ребенка, родившегося в минуту смерти старого Хофо. Таким путем появляется новый Хофо. Если же человек при жизни протестовал и бунтовал, если жизнь его не соответствовала требованиям буддийской религии, то душа такого человека в будущей жизни переселится в гадюку, в какое-нибудь насекомое или растение. Так буддийское учение, призывавшее к непротивлению, отвлекало народные массы от борьбы за улучшение своей жизни. Разумеется, такое учение было выгодно господствующим классам общества.

Ислам распространен главным образом в Турции, Иране, в государствах Аравии, в Афганистане, Индии, Пакистане, Индонезии, Африке, Китае и среди некоторых народов нашей страны. Ислам возник в Аравии около 1400 лет тому назад. Согласно учению, изложенному в священной книге мусульман — коране, мусульманин должен признавать существование единого бога Аллаха и его пророка — Магомета, верить в ангелов и дьяволов, в рай и ад, в сотворение мира богом, в воскресение мертвых в день страшного суда. Ислам предписывает совершение пяти молитв в сутки, соблюдение поста и готовность вести войну за веру. Цель и назначение религии ислама, как и всякой другой, заключается в том, чтобы заставить верующих безропотно переносить все земные лишения ради загробного небесного блаженства. Коран освящает неравенство и эксплуатацию божественными установлениями, требуя от неимущих подчинения эксплуататорам. «Верующие, — говорит коран, — повинуйтесь посланнику его и тем из вас, которые имеют власть» (глава 4, стих 62).

Очень много места в коране уделено загробной жизни. «Здешняя жизнь, — заявляет коран, — есть только суета, призрак, но будущая жизнь есть лучшее благо для благочестивых» (глава 6, стих 31). Соблазняя мусульман блаженством рая, коран в то же время угрожает «непокорным» ужасными карами в аду: «Каждый раз, как пропечется на них кожа, мы заменим ее другою кожею для того, чтобы наслаждаться их мукой» (глава 4, стих 59). Запугивая людей загробными муками за невыполнение предписаний корана, мусульманская религия учит не бороться со злом, не думать о своем бренном теле, а заботиться только о спасении души, быть преданным богу и властям. Бог, учит коран, привязал к каждому человеку его судьбу, которую никто не в силах изменить и не должен пытаться это делать. Угнетенные и эксплуатируемые не должны завидовать богатству угнетателей и эксплуататоров. «Не засматривайся очами твоими, — говорит коран, — на те блага, какими наделяемы некоторые семейства» (глава 20, стих 131). Не ясно ли, что такое учение выгодно не трудящимся, а их угнетателям.

Иудейская религия также учит верующих смирению, покорности всем земным лишениям и страданиям, смиренному ожиданию, пока господь-бог услышит их с высоты небес и смилостивится над их бедственным положением.

Совершенно такой же социальный смысл имеет и христианство. Христианская религия возникла около двух тысяч лет тому назад в Римской рабовладельческой империи. Известно, что Римская империя образовалась в результате захватнических войн. Держать покоренные Римом страны в повиновении удавалось только с помощью оружия. Примерно половина населения Римской империи была рабами, которых не считали за людей. Труд и жизнь рабов находились в полном распоряжении рабовладельцев; они могли подвергать рабов телесным наказаниям, лишать пищи, приговаривать к смерти. Не раз поднимали рабы стихийные восстания против поработителей. Но в то время Римское рабовладельческое государство было еще достаточно сильным, чтобы устоять. Многочисленные восстания рабов и угнетенных народов беспощадно подавлялись. Эксплуатируемые слои римского общества — рабы и беднота — не имели еще ясного классового сознания; они были плохо организованы и после поражения теряли надежду на освобождение своими собственными силами. Поэтому все надежды они возлагали на бога, надеясь получить у бога избавление от своих страданий. Среди отчаявшихся бедняков стала укрепляться вера в то, что явится божественный спаситель, который облегчит их участь.

В этих условиях возникают идеи о приходе в мир самого бога или сына божия — Иисуса Христа. Эти идеи, охватившие рабов, воспринимались всеми обездоленными народами, находившимися под тяжелым гнетом Римской империи.

Христианская религия возникла как религия рабов и вольноотпущенников, как религия эксплуатируемых и бесправных народов, покоренных Римом. Христианство привлекало к себе трудящихся учением о равенстве всех людей перед богом. Христианская религия обращалась ко всем без различия народностям, и в первую очередь к низшим и порабощенным слоям римского общества. Но христианство не доводило проповедь до призыва установления царства божия на земле. Христианские проповедники обещали всем людям утешение и вечное блаженство — только на небе, а не на земле. Тяжелое экономическое и политическое положение народных масс они объясняли следствием всеобщей греховности людей, а вовсе не эксплуататорским рабовладельческим строем.

Очень скоро христианство, первоначально представлявшее собой религию рабов и угнетенных, превратилось в религию угнетателей, которые использовали ее для укрепления своего господства. Христианство стало орудием рабовладельцев против угнетенных. С помощью христианской религии рабовладельцы пытаются оправдать эксплуатацию, заставить массы рабов отказаться от борьбы за улучшение своего земного существования. «Рабы, под игом находящиеся, — сказано в Первом послании апостола Павла к Тимофею, — должны почитать господ своих…» (глава 6, стих 1).

В этом нет ничего удивительного. Христианству даже не пришлось для этого в корне менять свою доктрину. Уже при своем возникновении оно содержало в себе зародыши тех принципов, которые сделали его, как и другие религии, орудием угнетения трудящихся. Так, например, раннее христианство вовсе не отвергало частной собственности, а идею равенства понимало лишь как равенство всех людей перед богом. Возникшая в Азии и Африке в умах бедняков и рабов, задавленных чудовищной эксплуатацией, христианская религия с самого начала давала обездоленным массам не реальный, а только кажущийся выход из их тяжелого положения. Она вовсе не стремилась к социальному переустройству, а обещала верующим счастливую жизнь после смерти, в «тысячелетнем царстве господнем». Она звала угнетенных не к борьбе против угнетателей, а к смирению и терпению, обещая за это вечное блаженство на небесах.

«Христианство, — указывал Ф. Энгельс, — знало только одно равенство для всех людей, а именно — равенство первородного греха, что вполне соответствовало его характеру религии рабов и угнетенных» (Анти-Дюринг, 1950, стр. 97).

Мораль христианства несла в себе много внутренних противоречий. Если посмотреть, как изложено учение Христа в евангелиях, то видно, что на каждом шагу оно противоречит самому себе: то Христос выступает как миротворец, то заявляет, что принес на землю «не мир, а меч», раздор. В евангелии от Матфея Христу приписываются слова: «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами божиими», «не противься злу», а в главе 10-й: «всякое дерево, не приносящее плода доброго, срубают и бросают в огонь» (на последние слова очень любила, в частности, ссылаться святая инквизиция, которая во славу «истинной веры» отправила на костер тысячи людей). В евангелии от Луки проповедуются антисобственнические идеи: «все, что имеешь, продай и раздай нищим», «легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богатому войти в царство божие» (гл. 18). А в евангелии от Матфея (гл. 25) говорится, что всякому имущему будет еще дано и приумножится, а у неимущего отнимется и то, что он имеет.

Христианство в более поздней фазе своего развития уже далеко не относится отрицательно к богатству и неравенству. От богатых требуется только, чтобы они «благодетельствовали нуждающимся». При помощи небольшого логического фокуса христианские богословы постарались примирить антисобственническую мораль с моралью эксплуататоров. Христианские моралисты утверждают, что ни богатство, ни бедность сами по себе не делают человека добрым или дурным. Все зависит от того, как человек относится к ним. И богатство и бедность, говорят служители церкви, имеют и свои выгоды и преимущества, и свои опасности и искушения. При этом они часто ссылаются на притчу Соломона, в которой дано следующее моление к богу: «Двух вещей я прошу у тебя, не откажи мне, прежде нежели я умру: суету и ложь удали от меня, нищеты и богатства не давай мне, питай меня насущным хлебом, дабы, пресытившись, я не отрекся от тебя и чтобы, обеднев, не стал красть и употреблять имя бога моего всуе» (глава 30, стихи 7, 8).

Иметь богатство не предосудительно, говорят христианские моралисты, и объясняют они это тем, что-де сам бог предоставил человеку право господствовать над землей и обладать ею, а всякое богатство есть плод земли. Обладание имуществом дает человеку известную самостоятельность и независимость, необходимые для деятельности в обществе; этим же доставляется возможность благотворения. Но, обладая имуществом, необходимо быть внутренне независимым от него, не пленяться им. Что касается бедных, то они должны блюсти внутреннюю независимость от бедности. Вынужденные жить бедно, они должны мириться с этим положением, хотеть оставаться бедными; бедность имеет свои опасности и искушения: она дает повод к зависти, недовольству, малодушию, ропоту на бога; но бедность имеет и свои преимущества, избавляя человека от всевозможных пороков, связанных с богатством. Канонизируя свою мораль, христианская церковь в число прославленных «святых» ввела и богатых и бедных. Пресмыкаясь перед богачами, перед эксплуататорскими классами, взявшими ее к себе на службу, церковь по сути дела открыла самую благородную почву для всевозможных преступлений. Католическая церковь в средние века развернула циничную торговлю индульгенциями — грамотами на отпущение грехов, ссылаясь на то, что у бога образовался «неиссякаемый фонд» подвига святых, за счет которого можно прощать грешников. При этом индульгенция искупала не только уже совершенные ее владельцем, но и только еще задуманные преступления. Папская канцелярия выработала целый прейскурант цен на индульгенции и каталог преступлений. Индульгенция была колоссальным источником доходов для папской казны. Были бы деньги на покупку отпущения, а там греши, сколько хочешь!

Христианская религия, призывавшая к кротости, терпению и смирению, оказалась очень удобной для правящих, эксплуататорских классов. «…Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас…», — поучает евангелист Матфей (глава 5, стих 44). За все это человеку обещается вознаграждение после смерти — в виде райского блаженства. Душам же бунтовщиков-грешников предназначалась «геенна огненная» с полным набором земных орудий пыток — раскаленной сковородой, цепями, железными крюками.

В длинном перечне грехов, за которые душам человеческим надлежит вечно гореть в аду, первенствующее место занимали нарушения законов, установленных эксплуататорами: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, — утверждает апостол Павел в Послании к римлянам, — ибо нет власти не от бога; существующие же власти от бога установлены. Посему противящийся власти противится божию установлению» (глава 13, стих 1 и 2). Апостол Петр в Первом соборном послании пишет: «…Бога бойтесь, царя чтите. Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым» (глава 2, стихи 17, 18).

Сущность христианской религии ярко раскрывается в ее отношении к труду. Мы знаем, что основой человеческого общества и жизни каждого человека является труд. Без труда, без материального производства невозможно развитие общества. В эксплуататорском обществе тяжелый, изнурительный труд стал уделом рабов, крепостных, наемных рабочих. Господствующие классы эксплуататорских обществ, рабовладельцы, феодалы, капиталисты управляют, но не трудятся вместе с народом, а к физическому труду относятся с презрением. Рабовладельцы освятили это положение с помощью религии.

Согласно религиозной легенде, первые люди Адам и Ева в раю не трудились. А когда они согрешили, бог наказал их трудом, приговорив «в поте лица своего добывать хлеб». Таким образом, труд — основа жизни, прогресса, культуры, по религиозным воззрениям, послан человеку в наказание как проклятье. Работая день и ночь, в поте лица создавая колоссальнейшие богатства, захватываемые эксплуататорами, трудящиеся влачили жалкое существование.

Смысл легенды об Адаме и Еве ясен. Выходило, что не эксплуататоры создали невыносимые условия жизни для народа, а Адам и Ева. Это они, согрешив в раю, обрекли народ на адскую жизнь на земле.

Религия отвлекала внимание рабочих и крестьян от действительных виновников их тяжелой жизни. Проповедуя равенство перед богом и богатых и бедных, христианская религия отнюдь не карала помещиков и капиталистов, не выполнявших заповедей церкви; они не изнуряли своего тела трудом, чтобы спасти душу, как учила религия. Руками трудящихся господствующие классы построили себе, как известно, царство небесное на земле.

Христианство, как и другие религии, внушает верующим мысль о «тщете всего земного», о том, что земное существование является призрачным, лишенным смысла, ничтожным по сравнению с «вечной загробной жизнью». Говоря о «загробной жизни», о блаженном существовании душ праведников, религия внушает трудящимся покорность и смирение перед трудностями земной жизни, призывает трудящихся отказывать себе во всем. «Христос терпел и нам велел» — вот важнейшая заповедь христианской морали. Чем безропотнее люди страдают на земле, тем вернее якобы они заслужат награду на небесах.

Подобные проповеди призваны воспитывать в народе покорность перед сильными мира сего. Стремление людей к лучшей жизни религия направляет по ложному пути; осуществление их мечты о счастье она переносит в несуществующий загробный мир. В этом особенно наглядно проявляется реакционность любой религии.

Религия всегда была орудием эксплуататорских классов в их борьбе с эксплуатируемыми массами.

Боги — лишь призрак, порожденный воображением людей, придавленных силами природы и классовым гнетом, призрачное утешение в скорбной и тяжкой жизни трудящихся. Оправдывая угнетение, обещая блаженство после смерти, религия усыпляет сознание людей, уводит их в сторону от борьбы против несправедливых порядков, против господствующих эксплуататорских классов.