Возвращаюсь в прошлое и становлюсь возлюбленной злодея

Глава 5

Всеобщий изумленный вздох и тишина. Соседние врата уже все пусты, в своих я пробыла долго, точно больше обычных десяти минут. Казалось бы я сейчас во второй раз проживаю последние пару лет, но все равно есть то, что меня способно изумить не меньше, чем всех остальных.

Чувствую даже некоторое смущение от такого к себе внимания, у меня ведь и лицо наверняка все заплаканное, хотя улыбка вероятно, донельзя счастливая. Глядя на то, как по королевски, словно своих подданных, снисходительно оглядывает всех Нейта, и вовсе начинаю улыбаться так, что лицо сейчас треснет.

Первым, кого различаю среди толпы, это Райан. Его трудно не приметить, с его-то большим фамильяром. В отличие от других, кто смотрит шокировано, Фарендейл улыбается, довольно прищурившись.

Невольно перевожу взгляд на трибуну. Король… на удивление, его величество в восторге, а вот наследник смотрит задумчиво, оценивающе. Словно впервые меня увидев.

– Идем, – говорю я Нейте. Шанни говорить не надо, а она у меня на руках, и я готова носить ее на ручках всю отмерянную мне жизнь.

– Шанни и Нейта, – сообщаю я регистратору имена фамильяров.

– И правда обе ваши? – с восторгом произносит придворный регистратор. – Еще и разных цветов магии. У меня даже графы нет, чтобы писать имя второго фамильяра. Вот здесь распишитесь, вейта.

Я буквально чувствую, как меня буравит один из взглядов с трибун, невольно хочу вновь туда посмотреть, но обзор мне закрывает подошедший темный повелитель.

Он первым подошел, перекры своим фамильяром подход всем остальным.

– Поздравляю с обретением фамильяров. Или ты недовольна ими? Все же темнфй фамильяр.

– Спасибо. Да-да. Один фамильяр большой, но темный, а второй светлый, но маленький. Разве я выгляжу хоть чем-то недовольной? Я счастлива вдвойне.

С интересом наблюдаю, как Дарк неожиданно наклоняется к Нейте, обнюхивает ее, и чуть не получает от нее за это лапой по своей чешуйчатой морде. Хорошая у него реакция, а Нейта поистине бесстрашно. Эй! Зачем Дарку меня нюхать? А, это он не меня, а Шанни. Ха! Шанни нюхает его в ответ. Вот, кто действительно бесстрашен. Лизнула! Она лизнула ему нос!

Дарк в изумлении шарахнулся назад.

– Ты плакала, – отвлекает меня от забавной сценки голос Райана. Фарендейл неожиданно осторожно касается рукой моей мокрой щеки.

– Это я от радости. Все и правда очень хорошо. За-ме-ча-тель-но! – искренне улыбаюсь темному. Ой, а меня теперь как можно называть? Я же и светлая, и темная, как бы невероятно это не было. Хм. Универсальная? Неповторимая? Уникальная? Мне нравится.

– В таком случае и я рад. Мне сообщили, что в нашей группе это была последняя четверка. Мне пора уходить, – говорит Райан, опуская свою руку.

Встрепенулась.

– Куда? Зачем?

– Я обещал, что пойду со стражей.

– Не ходи. Ты темный повелитель. Они не имеют права тебя допрашивать и задерживать.

– Я пообещал. Пусть узнают, что хотят.

– Только давай недолго. Вечером договаривались же, что всей группой пойдем отмечать… О! И меня теперь задержат? У меня же тоже есть темный фамильяр!

Райан улыбнулся.

– Не думаю.

Замечаю, как Шанни тянется к темнейшему, шевелит носом, желая его обнюхать, но не дотягивается.

– Можно? – спрашивает у меня Райан, аккуратно протягивая ладонь Шанни, чтобы та могла познакомиться. Так осторожен, словно боится ее спугнуть.

– Конечно. Не бойся, она не кусается, – говорю я, и сходу плюхаю Шанни на руку Фарендейла. Я уверена в темном. Он пока вполне адекватен и в хорошем настроении, так что Шанни в безопасности. Она у меня любопытная очень, общительная, точно не испугается, а темному приятно будет, что его еще кто-то нормально воспринимает, пусть даже это фамильяр.

Райан, бросив на меня недоверчиво-удивленный взгляд, тут же подхватил Шанни второй рукой и застыл, держит ее так осторожно, словно ребенка, а фамильяр ничего не стесняясь, обнюхивает его грудь, шею, лицо… Лизнула! Повторила тот же фокус, что и с Дарком. Лизнула темному повелителю нос, тем самым разбивая его новый грозный образ. Лизнула и отстранилась, наблюдая за реакцией нового знакомого. Проникновенно смотрит исподлобья. Райан на такой произвол только хмыкнул, не став, как его фамильяр, в ужасе шарахаться. Поэтому Шанни медлить тоже не стала и лизнула нос во второй раз, третий. Темный весело фыркает и все-таки отстраняет от себя Шанни, держа ее теперь на вытянутых руках и рассматривая.

– Красавица. Такая мягкая, ласковая, милая. Очень на тебя похожа.

– Да, ну! Вот вообще ни капли. Она лучше меня во сто крат. Вот Нейта кажется, больше похожа. Может, все-таки не будешь уходить? Ни к чему это.

Я волнуюсь. Не то что, Райану физически навредят. Таким образом его теперь нереально кому-то обидеть. Но вот морально, да. Гадостей наговорят, по самооценке пройдутся. Все же свою огромную силу Райан только получил, может случайно не сдержаться, и все-таки превратить стражу в пыль. Будет потом чувствовать себя виноватым, отстраниться от всех. А одиночество приведет его к тьме.

Райан улыбнулся.

– Думаю, Нейта почти точно такая же, как Шанни. Только более сдержанна и умеет играть на публику. Я все-таки пойду. Обещание, есть обещание. И я не хочу находиться в королевстве вне законов и правил.

Недовольно покачала головой, но спорить не стала. Пусть темный идет, раз уже ему так хочется поиграть в законопослушного подданного, которым он уже по факту не является. Потому что не может быть темный повелитель подданным короля. А вот я являюсь таковой, и меня сейчас внимательно слушает стража. Обвинят еще в подстрекательстве к побегу. Надо быть поаккуратнее, это только Райну море по колено.

Фарендейл отдал мне Шанни, сделал было шаг в сторону стражей, но тут ему заступила дорогу Нейта.

– Прошу прощения, не подумал, – весьма серьезно говорит Райан и без опасения протягивает Нейте свою ладонь. Нейта ладонь обнюхала, фыркнула, кивнула важно и отступила, пропуская темнейшего, но он, прежде чем уйти, коснулся головы Нейты и погладил. Фамильяр посмотрела на темного скептично, намекая, что это было лишнее, но руку откусывать не стала.

Когда Фарендейл подходит к страже, их главный кивает на Дарка и категорично произносит:

– Фамильяр слишком большой, с вами пройти не сможет во дворец.

Райан переводит взгляд на Дарка и тот спустя мгновение, начинает уменьшаться в размерах, вскоре став немногим больше Нейты и лапы перестали источать клубы мрака. Дарк также и увеличиться может в несколько раз. Помню, видела. Жуткое было зрелище. Только глаза светятся, словно видят всех и каждого, заглядывая в душу, и вся фигура – сплошной клубящийся мрак. Его сила невероятна. Когда он в своем обычном размере и летает, у него помимо лап, еще крылья тьму источают, но это скорее красиво даже смотрится.

Пока я следила за темнейшеством, ко мне успели подойти отец и брат.

– Поздравляю! – говорит папа к крепко меня обнимает.

– Да, я тоже поздравляю, – поддакивает Дэйр. – За последние годы, это самый невероятный и непредсказуемый отбор. Ни за что бы не подумал, что у тебя будет два фамильяра, один из которых темный, да еще такой. Темный, крупный… мы ведь родственники. Может быть, что у меня тоже так будет?

– Если зазнаваться не станешь, то все возможно, – весело фыркаю.

– Но все-таки, как же так? – удивленно качает головой папа. – Почему вдруг темный фамильяр? И у вэрта Фарендейла. Мы ведь в исконно светлых землях, темные фамильяры тут могли появляться только у коренных представителей темных родов. Случайно такое просто не может случиться.

Наклонилась к папиному уху и произнесла тихонько:

– Пап, а почему ты думаешь, что наш род ведется от светлых, а не от темных?

Папа от меня отстранился и изумленно посмотрел.

– Я не могу точно этого утверждать, да, наши предки очень давно переехали в это королевство, но достоверной информации о том, что кто-то был из темных, нет. Тем более твоя мама сильная светлая.

– Видимо, я больше пошла в тебя, пап, и чуточку в маму.

– В меня? – папа усмехнулся. – У меня темного фамильяра не было.

– Возможно, если бы ты проходил церемонию сейчас, результат был бы другим. Жаль, что церемонию можно пройти лишь раз.

Больше не можем с папой разговаривать. Меня рвутся поздравлять одногруппники. Уже окружили, тянут руки к Нейте, но та в ответ предупреждающе рычит, больше никого не желая обнюхивать, но это не мешает остальным громко ею восхищаться, а на Шанни особо не смотрят.

Папа понимающе фыркнув, отходит и кивает Дэйру, чтобы шел с ним. Рядом со мной тут же оказывается Арэт. С улыбкой, порывисто обнимает, но тут же отстраняется.

– Поздравляю! Так и думал, что с тобой все необычно будет. Фамильяры невероятно хороши. И Аделин, ты так… повзрослела, – отмечает Вингсворт. На лице его полнейший восторг, и смотрит он мне отнюдь не в глаза.

Опуская взгляд вниз и замечаю, что платье в области груди стало мне очень тесным. Ткань вот-вот треснет.

Хмыкнула. Сейчас трудно понять, но, кажется, повзрослела я сильнее, чем в прошлый раз, когда у меня была Шанни. Я вообще-то так взрослеть не хотела, меня и без того все устраивало. Но да ладно. Если уж Арэту так нравится, пусть будет.

– А что-нибудь еще изменилось?

– Глаза, как мне кажется, ярче стали.

– Как разглядел-то?

Арэт наконец-то поднял взгляд на мое лицо и улыбнулся так широко, что кажется, у него лицо сейчас треснет. Мне кажется, если бы мы сейчас были одни, он схватил меня и закружил. По глазам вижу.

Поговорить еще не получается, Вингсворта теснят другие желающие поздравить. В другой реальности всего этого не было. Я получала лишь кривые улыбки, злорадные взгляды, ну и скудные, полные яда поздравления. Через какое-то время поток людей резко схлынул. Оказывается, это король вместе с наследником подошли.