ГЛАВА 14

В сгущающихся сумерках Пикард и Беверли ползли по пересеченной местности по направлению к стене бараков.

Стена была ориентиром на разрушенной Звездной базе, поскольку, кроме куба боргов в сотне метров отсюда, это было самое большое из сохранившихся сооружений – растрескавшаяся поверхность из прессованного силикона, меньше двух метров в высоту и не более десяти метров протяженностью от края до края.

У дальнего конца стены, ближе к кубу, кровати и шкафчики бараков были сплавлены вместе каким-то оружием, обычно использующимся для извлечения оптической информационной схемы сети региональной компьютерной системы. Тело молодого мичмана в форме было наполовину погребено в щебне другой стены, разрушенной полностью.

По характеру уничтожения отряда десантников, Вейнлейн заключила, что Борг напали ночью, потратив, по крайней мере, четыре дня, «убеждая» персонал базы вступить в коллектив добровольно, и насильственно ассимилировав затем всех оставшихся.

Пикард старался не думать о том, ЧТО это были за четыре дня для персонала Звездной Базы 804. Он и Беверли были в то время уже в пути, ожидая размещения здесь, пока Звездный Флот проводит исследование сторожевых рейдов в этой части границы. Что, если бы они прибыли неделей ранее? Или борг – неделей позже? Все уже могло быть кончено, и он бы снова оказался среди…

– Ложись! – скомандовала Вейнлейн.

Пикард и Беверли упали наземь, укрывшись за стеной. Вейнлейн, Крул и Бейер уже заняли позиции. Крул и Бейер выглядели так, словно только что вернулись в Планеты Удовольствий Риглис, спокойные и невозмутимые. Вейнлейн была бодрой, как всегда. Пикард был раздражен своим потрепанным состоянием. После трех дней на подножном корму и ночевок в броне он чувствовал себя совсем не на пике активности.

Вейнлейн дернула пальцем трикодер, закрепленный на ее предплечье.

– Все еще никакого движения, – она одарила Пикарда холодной усмешкой, – Сельди в бочке.

– Вам известны мои возражения. – Тон Пикарда соответствовал тону самой Вейнлейн.

– Приму к сведению, – подтвердила она. – Но даже если они ожидают прибытия за ними своего рода материнского корабля, какая разница, что произойдет в следующие двадцать минут?

– Почему двадцать минут? – спросил Пикард. Идея расписания после стольких дней ожидания была неожиданной…

Вейнлейн надела свой боевой шлем.

– Потому что именно столько на это потребуется.

Рядом с ней Крул и Бейер перезарядили свои фазерные винтовки новыми энергетическими зарядами.

– Сколько там дронов? – спросила Беверли. Как будто это имело значение.

– Сорок два гуманоида, – сказала Вейнлейн, герметично пристегнув край шлема к скафандру, – три многочленных конструкционных соединения, один перебежчик.

– И две сволочи, – добавил Крул. Его улыбка выглядела почти дикой.

– Нам нужно только десять гуманоидов, – продолжила Вейнлейн, игнорируя Крула. – Люди Шелби говорят, что это двойной минимум, требующийся для того, чтобы поддержать коллективный разум, когда они отрезаны от связи с коллективом.

– Я знаю теорию, – сказал Пикард. Он вытащил свой шлем, привязанный к спине. – Но, что Шелби говорит насчет того, что будет делать остальная часть дронов Борга, пока мы… будем убегать с их товарищами?

– Командир говорит, что как только они увидят вас, они попробуют вступить в контакт с Локьютусом. Именно поэтому вы будете впереди по центру. Вы будете вербально активизировать все их внутренние диагностические программы, пока мы отберем наших десять.

Пикард отстранился от прикосновения Беверли. В нем снова вспыхнуло беспокойство, что тактика Вейнлейн могла оказаться слишком упрощенной.

– Ты видела, что случилось, когда я попытался проделать подобное с той несчастной женщиной, остановившей меня в первый день нашего пребывания здесь. Я в лучшем случае лишь задержал ее на несколько минут.

Вейнлейн проигнорировала его протест, проверяя показания трикодера.

– «Монитор» будет над нами через семь минут тридцать секунд.

Она показала вспомогательную нарукавную повязку транспортерного маячка.

– Пока вы противостоите ответной реакции Борга, я и мои люди припечатаем это на наши десять целей, затем «Монитор» заберет нас всех отсюда. Борг будут еще в ступоре, когда мы ударим по базе, и коммандер Шелби заберет их у нас.

Пикард натянул свой шлем. Он рассчитывал, наконец, предпринять какие-то действия, хотя и знал, что достиг уже границы своих полномочий, данных ему Звездным Флотом, чтобы руководить миссией.

– Вы, очевидно, думаете, что Борг не включат свое силовое поле.

Вейнлейн положила руку в перчатке на стекло шлема.

– Нет, если Локьютус скажет им не делать этого.

Она опустила, защелкнув, непрозрачное стекло, и ее лицо исчезло. Теперь она, и Крул, и Бейер были немного больше, чем сами механизмы.

– Мы начнем через минуту, – сказала Вейнлейн. На этот раз Пикард услышал ее по коммуникатору в шлеме. – Крул и Бейер идут первыми и занимают позиции у главного входа. Потом вбегаем мы с Пикардом.

– Как насчет меня? – спросила Беверли. Она надела свой шлем, пристегивая его к скафандру.

– После того, как мы четверо окажемся внутри, ты займешь позицию непосредственно у входа снаружи. Если все пойдет хорошо, ты просто будешь держать свою позицию до тех пор, пока «Монитор» не заберет нас.

– А если что-то пойдет не так? – спросила Беверли.

– Что бы ни произошло, Пикард должен выйти оттуда.

Беверли защелкнула стекло своего шлема.

Пикард пристально смотрел на четырех призраков перед собой. Один-единственный звездолет должен будет противостоять кораблю Борга? Трое десантников пойдут за более сорока дронами? Чего ожидал Звездный Флот? Что думала Шелби? Или это не было обдуманное решение, а только отчаяние? Пикард положил руку на стекло своего шлема. Было достаточно темно для того, чтобы требовались приборы ночного видения для совершения пробежки к борговскому кубу.

– Позвольте мне последний раз предупредить, – сказал он. – Пока мы будем внутри, никаких резких движений, до того как мы установим, что Борг идентифицируют нас как врагов.

Шлем Вейнлейн съехал на бок от веселья:

– Капитан, если мы будем двигаться достаточно быстро, у них не будет времени нас опознать. Пятнадцать секунд.

Она держала свой палец у пульта управления на предплечье.

– Микро-сигнал на «Монитор» через три… два… один… передача!

Она нажала на контроль, посылая закодированное не пеленгуемое послание космическому кораблю, регулируя его в процессе, чтобы иметь возможность экстренной телепортации.

– Приготовьтесь, капитан. Мы отправляемся через восемь… семь…

Пикард начал опускать стекло шлема.

Двойная вспышка голубого цвета сверкнула в его стороне.

– Сопротивление бесполезно, – сказал борг.

Пикард оттолкнул Беверли к себе за спину, оборачиваясь к двум дронам, материализовавшимся в двух метрах от него с внезапностью, свойственной транспортатору Борга.

Руки обоих кибернетических существ заканчивались сверкающими разрядами пересечений узлов антиматерии. В точном фокусе устройства были хороши для рукопашного боя и сбора трофеев. В широком луче они были разрушительнее фазеров.

Узлы повернулись в сторону Крула и Бейера, чьи винтовки уже пошли в ход.

И как раз, когда Вейнлейн крикнула Пикарду снять шлем, он шагнул вперед со шлемом в руках, оказавшись лицом к лицу с дроном.

– Нет, – скомандовал он.

Борг немедленно посмотрели на него, тотчас замерев на месте.

Красные сенсорные лазеры сошлись на его лице.

– Локьютус? – сказал один.

Затем оба дрона растворились в слабых импульсах квантового тумана.

– Частота один использована, – рявкнул Бейер по системе связи.

– Включение выбора случайной частоты. – ответил Крул. Индивидуальные силовые поля, защищающие боеспособных дронов, постоянно приспосабливаются к любому виду оружия, направленному против них. Ни одна из частот фазера не может быть использована против них больше одного раза, потому что силовое поле вокруг каждого из оставшихся в коллективе немедленно изменяется, чтобы отразить эту частоту.

Вейнлейн схватила Пикарда за руку.

– Давайте, продолжим. Нам ведь нужны эти пленные?

Но Пикард отпрянул назад.

– Они знают, что мы здесь.

Вейнлейн подняла свое стекло. Пикард смог лишь различить очертания ее лица в мягком свете фонаря, закрепленного на ее шлеме.

– Они будут сбиты с толку. У нас еще есть время.

– Нет! – убедительно сказал Пикард. В этот раз он должен был заставить Вейнлейн понять. – Они все время знали, что мы здесь! Подумайте! Они не транспортировались, чтобы захватить нас, до тех пор, пока мы не послали сигнал, раскрывший местонахождение «Монитора».

Пикард почувствовал прилив адреналина от остроты сражения, затем его чувства замедлились до гиперобостренного состояния. Миссия могла завершиться успехом или провалом в течение нескольких следующих секунд.

– Вы говорите, что это ловушка? – спросила недоверчиво Вейнлейн.

– Что это еще может быть?

– Тогда где остальные? – спросила требовательно Вейнлейн. – Почему они не идут за нами?

Пикард почувствовал неуместный приступ смеха, поднимающийся внутри. Это же было очевидно.

– Мы им не нужны. Им на нас наплевать. Им нужен «Монитор».

Вейнлейн посмотрела поверх стены на куб, возвышающийся над разрушенной звездной базой.

– Но у них не установлено на этой штуке никакого вооружения. Никаких двигателей.

– Потому что они – приманка! – сказал Пикард. – Это все, чем они являются.

Теперь это было совершенно очевидно.

– Поэтому они и не ассимилировали базу в считанные секунды. Им нужно было растянуть процесс, чтобы затащить нас сюда.

Вейнлейн пробормотала что-то на древневулканском диалекте. Она переустановила контроллер на предплечье, затем нажала коммуникационный контакт на шее.

– Архангел! Это красный лидер! Отменить альфа альфа один альфа. Вы попадете в засаду! Подтвердите!

Пикард услышал все необходимые ему подтверждения.

Никакого движения в подпространстве.

Он бросил взгляд на свой трикодер, который показал ему, что все частоты забиваются. Источником помех был куб.

Беверли посмотрела на свой трикодер.

– Теперь мы находимся в пределах силового поля Борга. – объявила она мягко. – Никакая транспортация невозможна.

Вейнлейн выглядела пораженной. Позади нее Крул и Бейер держали свои фазерные винтовки в боевой готовности, постоянно осматривая ближайшую территорию.

Пикард распознал выражение глаз Вейнлейн – угрюмых и мрачных, какими они стали.

Взгляд командира, исчерпавшего все возможности.

Пикард, напротив, чувствовал, что всё больше контролирует ситуацию.

– Лейтенант Вейнлейн, мы в ловушке на вражеской территории, отрезаны от связи с командованием. Как капитан Звездного Флота, я отменяю все приказы коммандера Шелби.

Он двинулся вперед и вытащил служебный фазер Вейнлейн пятого типа из кобуры.

– Теперь я возглавляю эту миссию.

В тот же момент Пикард увидел, как Крул и Бейер направили на него свои фазерные винтовки. Беверли шагнула на линию огня, но Пикард мягко оттолкнул ее назад.

– Я не враг, – сказал Пикард. Он показал на куб. – Враг там.

Вейнлейн колебалась, как и предполагал Пикард. Но, в конце концов, она подала знак своим людям:

– Всё в порядке. Капитан принимает командование.

Винтовки опускались медленно. Но они опустились.

Пикард не остановился на этом, а ещё больше закрепил свою победу.

– Слушайте внимательно. В этом кубе есть работающий транспортер, а также генератор, создающий силовые поля, и некое устройство, создающее помехи в подпространстве. Наша цель состоит в том, чтобы взять под контроль все три системы.

Вейнлейн нахмурилась.

– Если вы не хотите брать пленных, почему бы нам просто не взорвать эту штуку?

– Потому что где-то рядом находится корабль Борга, намеревающийся захватить «Монитор». Это – наша цель. Основной объект нашей миссии еще раз в пределах нашей досягаемости.

– Но есть лишь один способ захватить контроль, – сказала Вейнлейн.

– Я знаю, – ответил Пикард, понимая, что он каким-то образом перестает нервничать и беспокоиться. Так или иначе, этот момент должен был наступить, и он не мог больше оттягивать его наступление.

Он повернулся к Беверли, отдал ей фазер и вытащил из сумки маленький предмет. Интерфейс.

– Мы возвращаемся к первоначальному плану, – сказал он, срывая герметичную печать.

Даже в окружающей темноте он мог разглядеть внутри чуждую выпуклую поверхность нейромолекулярной прикрепляемой пластины.

Она была холодной на ощупь, когда он вынул ее. От неё тянулся толстый кабель, сконструированный для подключения к плате и энергетическому элементу, уже расположенному под его броней.

На мгновение он удивился, какое слабое воздействие произвел на него вид всего этого – тот же размер, форма, внешний вид, как тогда, когда Борг прикрепили это к его черепу.

А потом он понял почему.

Там, над ним, был в опасности звездолет.

Вокруг него находились люди из Звездного Флота, ожидающие его приказаний.

И тысячи миров Федерации, межзвездная цивилизация, какой еще не было в истории, балансировала на грани исчезновения, чтобы быть спасенной или разрушенной буквально за несколько минут или часов действиями одного-единственного мира.

В гуще событий не оставалось места для сомнений. Он не мог этого себе позволить. Он был капитаном звездолета.

Настало время со всем разобраться.

Загрузка...