Я тебя верну

Глава 14

Лиза

Аномальное тепло не оставляет зиме никаких шансов. Сегодня снова теплый день. Я бы сказала, по-весеннему, но осень по-настоящему еще и не уходила.

Ветра почти нет, воздух влажный, а солнце светит так, что кажется, еще чуть-чуть и распустятся почки.

Я сижу на качелях, укутавшись в плед, и читаю книгу.

Сегодня воскресенье, идеальный день, чтобы ничего не делать. И я решила немного побыть на свежем воздухе. Алекс прав, я действительно больше времени провожу в доме. А ребенку нужен кислород.

Крис осталась в доме. Она собиралась сегодня вкапывать металлические штыри, которые еще в пятницу привез господин Ренье, но я очень надеюсь отговорить ее заниматься этом собственноручно.

Плед сползает с плеч, подтягиваю его выше. Устраиваюсь удобнее, подворачивая ноги в теплых носках.

— Не помешаю? — за спиной звучит знакомый голос.

Поднимаю голову. Рядом с качелями стоит Алекс.

В одной руке он держит толстый клетчатый плед, в другой — керамическую чашку с крышкой. На его лице улыбка, но в глазах мне чудится напряжение.

Я не испугалась, скорее не ожидала. С утра нашего соседа видно не было, мы решили, что он уехал, но мужчина мою реакцию расценивает иначе.

— Простите, я не хотел вас напугать, — говорит, протягивая чашку. — Увидел вас из окна и решил, что вы недостаточно тепло укрыты. Заодно взял с собой чай. С лимоном и имбирем. Я читал, что там много витаминов.

Откладываю в сторону книгу и принимаю чашку. Тепло приятно согревает пальцы. Делать вид, что мне безразлично это внимание, глупо и бессмысленно. Но в то же время внутри не оставляет чувство тревоги.

Хотя вчерашнее барбекю прошло идеально. Было вкусно, весело и ненавязчиво. Мы помогли Алексу убрать, ушли домой и больше он нам не надоедал.

— Спасибо, Алекс, — благодарно киваю. — Мне правда очень приятно. Только я не замерзла.

Но Алекс будто не слышит. Разворачивает плед, накрывает мне ноги и аккуратно подтыкает со всех сторон.

— Не спорьте. Когда сидишь, всегда легче простыть.

Спорить глупо. И так правда теплее.

— Спасибо, — еще раз благодарю, — вам не стоило беспокоиться.

— Не за что, — усмехается Алекс, — мне приятно позаботиться о вас.

И я теряюсь. Не к чему прицепиться, не за что на него злиться.

Вся его вина в том, что он слишком похож на Марата — как бы там ни придиралась Кристина. И все-таки не Марат.

Алекс оборачивается вокруг, замечает неподалеку скамейку и подтягивает ее ногой. Садится напротив, протягивает руку к книге.

— Можно? Интересно посмотреть, что читает молодежь.

Переворачивает обложкой вверх, поднимает бровь.

— «Гордость и предубеждение»! Скажите правду, Лиза, — прищуривается он, — почему все барышни без ума от этого романа?

— А вы его читали?

— Очевидно, что нет. Я же не барышня, — он отвечает серьезно, но в глазах пляшут черти.

— Ну тогда вы многое теряете, — вздыхаю. — Там не про балы и платья, если вы вдруг так подумали.

— А про что?

— Про то, как иногда гордость мешает любви. И как предубеждения делают нас слепыми.

Мужчина с интересом смотрит на меня, склонив голову.

— Как интересно…

Опускает глаза на книгу, перелистывает страницы. Его брови ползут вверх, Алекс снова возвращает на меня заинтересованный взгляд.

— Что же вы не сказали, что главная героиня — ваша тезка?

— Элизабет, да, — улыбаюсь, — мы с ней кое в чем похожи.

— Дайте угадаю. Судя по выражению вашего лица там сейчас происходит что-то особенно трогательное.

Я смеюсь. Плед снова сползает, и я не успеваю поправить, меня опережает Алекс. Он натягивает его до самых плеч и на секунду задерживает руки, сжимающие края пледа, почти возле самого лица.

Мужские ладони оказываются слишком близко. Непозволительно близко.

Меня снова охватывают те же ощущения, что и в первую нашу встречу, когда я впервые его увидела.

Слишком похоже. Так убийственно похоже, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не схватить эти ладони и не зарыться в них лицом.

От них пахнет табаком, одеколоном, лимоном, и я спешу отпрянуть.

Господи, что бы он обо мне подумал, если бы я…

— Дарси только что объяснился в любви. Она его отшила, — говорю чуть более сухо, чем следовало бы.

— Ого. Прямо так жестко? — кажется, Алекс ничего не заметил.

— Ну да. Она вообще девушка с характером. Он еще пожалеет, что полез.

— Не сомневаюсь. Мужчины часто творят дичь, — хмыкает Алекс. — Особенно когда думают, что знают, как правильно. И что женщины это обязательно оценят.

— А женщины обычно как раз не оценивают. Или если и оценивают, то не сразу, — примирительно улыбаюсь.

— Надеюсь, в вашем случае все будет иначе.

Он смотрит на меня как будто мягко, без нажима. А все равно тянет отвести глаза и уткнуться в книгу.

— Вас не переговоришь, — качаю головой, — у вас всегда припасена какая-нибудь фраза на крайний случай. Вроде как приличная, но звучит как подкол.

— А вы все так же продолжаете держать оборону, — выпрямляется Алекс. — Это умиляет.

— Это осторожность.

— А осторожность — это ваша «гордость» или «предубеждение»?

— И то, и другое, — отвечаю, не отводя взгляда. — Кстати, у вас с мистером Дарси много общего.

— Постойте. А как его зовут, этого Дарси? Я правильно понимаю, что он главный герой?

— Фицуильям его зовут.

— Боги! Точно? Не Александер? Тогда я и читать не буду!

Он смеется, трет глаза. И просто невозможно не улыбнуться в ответ.

В этот момент на крыльце появляется Крис, и я наклоняюсь к мужчине.

— Пожалуйста, прошу вас, помогите! Сделайте что-то!

Алекс поворачивает голову, его лицо оказывается прямо напротив моего. И я замечаю, как в правом глазу по краю серой радужки на мгновение мелькает темный ободок. Как будто плывет. Мелькает и возвращается обратно.

— Что случилось? — смотрит в упор Алекс, и я спохватываюсь. Быстро шепчу.

— Крис собралась сама забивать в землю эти металлические штуки. Помогите уговорить ее этого не делать, а дождаться работника из управляющей компании.

— Добрый день, дорогой сосед! — машет тем временем Крис с ослепительной улыбкой.

— Я попытаюсь, — обещает Алекс, вставая со скамейки и отряхивая колени. — Но боюсь, вашу подругу сложно будет остановить. Она у вас как неуправляемый хаос. А если хаос невозможно победить, его нужно организовать и возглавить.

И идет по направлению к Крис.

— Я вам говорю, надо их гуще втыкать, — Кристина доказывает Алексу свою правоту и взмахивает металлическим штырем прямо у него перед носом. — Вот так, как вы показываете, недостаточно!

Мужчина с ангельским терпением отводит штырь в сторону и в который раз объясняет:

— А я говорю, хватит. Ну посмотрите на меня, я между ними с трудом прохожу. А я по среднестатистическим меркам считаюсь довольно изящным.

— Вы? — Крис берет руки в боки и насмешливо прищуривается. — Это вам кто-то сказал? Так я вас разочарую, вам очень польстили. Вы самый настоящий медведь!

— Вы несправедливы, мисс. Для медведя я в неплохой физической форме, — парирует Алекс с улыбкой. — А еще, у меня неплохие результаты по плаванию. Где вы видели медведей, проходящих квалификацию на соревнования?

Кристина разворачивается ко мне в поисках поддержки.

— Лиз, иди сюда! Вот скажи, что я права, и что если штыри забить на таком расстоянии, как говорит Алекс, между ними может поместиться слон!

— Оставьте в покое подругу, имейте совесть, — останавливает ее Алекс и поворачивается ко мне. — Не слушайте ее, Лиза, мы сами справимся. Сидите, пейте чай и дышите воздухом.

Я не могу сдержать смех, наблюдая за их перепалкой. При этом для меня загадка, как у Алекса хватает терпения выносить Крис. На мой взгляд, она слишком перегибает палку.

Но Алекс остается абсолютно спокойным. Мало того. Мне снова кажется, что в каждом взгляде, который он бросает на Кристину, мелькает грусть. И чувство вины.

Это хорошо. Значит, я правильно тогда сделала, что пошла к нему.

Мужчина заигрался и не заметил, как задел ее чувства. Теперь пытается исправить ошибку.

«Стоп, Лиза, — одергиваю себя, — зачем ты его оправдываешь? Это враг, хитрый и расчетливый. Он здесь для того, чтобы причинить зло. Не поддавайся и не ведись на его обаяние!»

Но глядя, как он берет у насупленной Крис рулетку, обмеряет сначала свои бедра, а потом расстояние между штырями, все настройки слетают.

Я покатываюсь со смеху. Особенно когда Кристина с подозрительным видом отбирает рулетку, замеряет Алекса в полный рост, а затем меряет сломанный куст.

Тут уже не выдерживает Алекс.

— Все, Кристина, брейк, — просит он, его глаза при этом выглядят подозрительно красными, — предлагаю сделать паузу. Вы идете делаете нам кофе, а я иду смотреть, какой инструмент есть у вас в кладовке. У себя из подходящего я нашел только монтировку.

— Зачем вам монтировка? — спрашиваю с любопытством. Мне правда интересно.

— Забивать штыри в землю, — отвечает Алекс. — Поверьте моему опыту, молоток здесь совершенно бесполезен, хоть ваша подруга доказывает обратное.

Он берет ключи и идет в кладовку, а Кристина вздыхает и отправляется на кухню варить кофе. Выбираюсь из теплого гнезда и иду за ней.

— Тебе же сказали, пей чай и дыши воздухом, — ворчит подруга, увидев меня на пороге.

— Во-первых, я уже столько выпила чаю, что еле терплю, — отвечаю. — А во-вторых, мы будем выглядеть неблагодарными свиньями, если не накормим Алекса ужином. Так что иду в туалет, а потом начну готовить. Думаю, запеченный цыпленок и рис с овощами подойдет?

Алекс так и не нашел ничего более подходящего. Я готовлю наш ранний ужин — или поздний обед — и из окна наблюдаю, как наш сосед точными сильными ударами вбивает в землю металлические колья.

Он решительно отстранил Крис, которая рвалась придерживать штыри, снял куртку, закатил рукава тонкого джемпера. И дальше я только успеваю отслеживать, как монтировка со свистом рассекает воздух, попадая точно по предварительно закрепленному штырю.

— Я и не думала, что он так профессионально орудует монтировкой, — говорю Кристине, которая приносит в кухню чашки из-под кофе. Она выглядит слишком серьезной и задумчивой.

— Похоже, Лиз, ты права. Этот Александер та еще штучка, — отвечает она. — Уверена, он такой же бизнесмен, как и мой папа.

— Ты о чем? — смотрю на нее с непонимающим видом.

— Мой папа до того, как заняться бизнесом, в криминальных кругах был каким-то авторитетом. И как он управлялся с битой и монтировкой, я несколько раз видела, — шепчет почти на ухо Крис. — Так вот сейчас этот Алекс мне очень сильно его напомнил. Конечно, ему до папы далеко, но все же…

Я вспоминаю слова Лоры о том, что Марат до того как стать бизнесменом, был близок к криминалу.

— Его из-за этого убили, да? — спрашиваю тоже шепотом.

— Не знаю, — качает головой Крис, и мы вместе смотрим на мужчину в джемпере, который как будто играя лупит по металлическим штырям.

— В любом случае сейчас он нам помогает, — бормочу я, — и мы его уже пригласили на ужин.

За столом обстановка разряжается. Во-первых, получилось вкусно, хоть из меня не бог весть какой повар. Во-вторых, Алекс шутит и шумно хвалит еду.

И мы с Крис расслабляемся.

В конце концов, мы и не торопились записывать Александера в друзья. Зато теперь он окончательно убежден, что полностью втерся к нам в доверие. А у нас вышло усыпить его бдительность и потянуть время.

Возможно завтра Сергей уже сообщит какие-то новости. Зато мы отлично провели уик-энд. При всех недостатках нашего соседа я готова признать — с ним гораздо веселее. И еще спокойнее.

Это лучше, чем если бы дом на соседнем участке пустовал или если бы там жил какой-нибудь милый старичок.

Уже переходим к чаю, как тут у Кристины вибрирует телефон. Крис берет его в руки, смотрит на экран. Хмурит брови.

— Что такое? — спрашиваю.

— Да какие-то мошенники сообщение прислали, — отвечает она, — пишут, что я выиграла автомобиль.

— Если просят перейти по ссылке, не переходи, — говорю, — это точно мошенники. Или еще могут попросить прислать деньги для оформления страховки.

— Вы уверены, что мошенники? — переспрашивает Алекс. — Проверьте, Кристина. С какого контакта пришло сообщение?

Кристина не отвечает, внимательно смотрит на экран. Потом поднимает на нас глаза, и я вижу, как у нее мелко дрожат губы.

— Это из автосалона. Они пишут… — медленно выговаривает она, — что я выиграла. Белый кроссовер. Тот, что был в розыгрыше. Тогда… Помните?

Алекс буквально на секунду застывает с чашкой в руке. Потом аккуратно ставит ее на блюдце.

— Поздравляю, — говорит абсолютно спокойно. — А почему вы так удивляетесь?

— Но…я же… я никогда… — лепечет растерянно Крис. Алекс перегибается через стол и берет из ее рук телефон.

— Вы же правильно ввели номер? Ничего не перепутали?

Крис сначала кивает, потом мотает головой.

— А чек не потеряли?

Снова мотает.

— Так несите, давайте проверим.

Она на автомате встает из-за стола и идет наверх в спальню. Через минуту возвращается со сложенным вдвое талоном и прикрепленным к нему чеком.

Разворачивает талон, подает Алексу. Тот берет, вглядывается в цифры, сравнивает с экраном ее телефона.

— Все верно, — кивает, — этот номер зарегистрирован на вас. Никакой ошибки. Вы выиграли, Кристина. Мои поздравления.

Крис молчит. Затем резко выдыхает:

— Это не мой выигрыш. Это… Это ваш талон! Я не могу его взять.

— Можете, — мягко перебивает Алекс. — Я вам его отдал. Значит, это была ваша удача, Крис.

Она смотрит на него растерянно, будто не верит. А я знаю это ее выражение.

Моя подруга может быть взбалмошной, раздражительной, взрывной — точно такой, каким был ее отец. Но она никогда не возьмет чужого. Скорее умрет.

И я знаю, что сейчас ей очень стыдно за свои слова. За те, какие она говорила про Алекса, потому что ему ни капельки не жаль. И его совсем ничего не давит, наоборот.

Не знаю, откуда, но мне почему-то кажется, что он очень напряжен. И определенно взволнован, хоть внешне весь его облик излучает исключительно спокойствие и расслабленность.

— Нет, — бормочет Кристина и отталкивает руку Алекса с телефоном и чеком, — пожалуйста, я не заслужила. Я так плохо себя вела!.. Просто гадко и ужасно! А вы меняли у них масло, вы их клиент… А я даже водить не умею… Заберите эту машину себе, это вы выиграли. Это ваш выигрыш, это будет по-честному!

Алекс встает из-за стола, подходит ближе к Крис. Ловит ее руку, вкладывает в нее телефон с талоном и зажимает. А сверху накрывает своей.

— Вы говорили, ваш отец собирался сделать вам подарок, Кристина. Почему вы не думаете, что это он его сделал? Вот так, воспользовался случаем и сделал? Не обижайте его отказом. И не смейте, слышите? Никогда не смейте говорить, что вы не заслужили!

Он говорит с нажимом, а мне в его голосе слышится затаенная боль.

Крис смотрит на него со страхом. Ее губы кривятся, подбородок начинает дрожать. У меня у самой в глазах стоит пелена.

Алекс молча смотрит на Кристину, и она не выдерживает. Утыкается лбом ему в плечо и ревет, а я тоже начинаю вместе с ней шмыгать носом.

— Ну, началось, — Алекс произносит с трагическим видом, — и что мне теперь делать? Если эти две барышни утопят меня в слезах, меня не спасут ни гордость, ни предубеждение.