Глава 8. Протоколы и случайности

Слабая сила тяготения астероида едва удерживала Гордея на поверхности. Ощущения были странными: с одной стороны, её наличие позволяло точно определить, где находится верх и где низ, а с другой — здесь, на внешней поверхности, мир перевернулся, в самом буквальном смысле этого слова. На прогулочной палубе для того, чтобы любоваться звёздами, нужно было глядеть вниз и в сторону — там, где по сторонам от прогулочной аллеи располагались гигантские обзорные иллюминаторы. Оказывается, за век он забыл, каково это — глядеть на звёзды снизу вверх.

Тот, кого он преследовал, скрылся за одним из скальных выступов. Должно быть, ему приходилось несладко: по прикидкам Гордея, укрытие находилось за той невидимой границей, за которой результирующая слабой гравитации астероида и центробежной силы уходила в область отрицательных величин.

Преследуя беглеца, он не смог предсказать его ход: то, что он рискнёт выбраться на поверхность, ещё и при работающих двигателях. И теперь у него был только страховочный фал из углеродного волокна длиной триста метров — всё, что он нашёл в аварийном шлюзе, когда надевал скафандр.

Последнего «обращённого», как он про себя называл андроидов, которые заменили живых членов экипажа, вычисляли долго: целую неделю. Всё это время корабль пребывал в условиях жёсткого протокольного карантина — были отключены все цифровые системы, жизнеобеспечение контролировалось дублирующими аналоговыми устройствами. Но, разумеется, их функционал был ограничен. К примеру, невозможно было создать аналоговую систему, которая могла бы управлять органическим химическим реактором, который синтезировал продукты питания. Да и для двигателей такой режим был нежелательным: несмотря на все ухищрения, согласно теоретическим расчётам, аналоговый контур управления плазмой имел неприятное свойство накапливать погрешность, скорректировать которую можно было только вручную, после соответствующих вычислений.

«Обращённым» оказался коллега Гордея — техник, который отвечал за кислородные системы, и биолог по второй специальности. Его долго не могли вычислить, так как «обратили» его неожиданно быстро, всего за одно посещение. В расследовании здорово мешала инерция мышления: Гордей то и дело ловил себя на том, что неосознанно приписывает машинам человеческие качества, относится к ним, как к живым преступникам. Однако их логика часто была неочевидной для человека, они учитывали множество факторов, разыгрывая ситуацию. Только потом Гордей сообразил, что техники, связанные с системами жизнеобеспечения, были приоритетной целью, в том числе и он сам. Несчастного долго заманивали в Тёмную комнату, так что, в отличие от других жертв, на его изучение и подготовку не стали тратить время.

Поэтому поведение андроида сейчас настораживало: оно было слишком человечным. Казалось, машина просто пытается всеми силами оттянуть момент своей гибели, используя любые лазейки. Но Гордей в это не верил. Поэтому всё ещё пытался разгадать его план.

На что машина могла рассчитывать в этой ситуации? Как с её точки зрения заведомо проигрышную ситуацию обратить себе на пользу, а то и выиграть?.. сейчас, когда цифровые системы отключены физически, пожалуй, что никак. А что будет, если он откажется рисковать и следовать за беглецом? Допустим, он возвращается за подмогой, берёт электромагнитный эмиттер, чтобы уничтожить эту штуковину. Что она будет делать в это время?

Самый очевидный ответ — попытается скрыться. Выиграть время. Но где? Внешняя поверхность «Москвы» довольно опасное место, особенно без страховочного фала. Удаляясь от центральной оси, любой объект рискует быть выброшенным в космос с довольно значительным ускорением. Значит, андроид будет пытаться проникнуть внутрь. Главные служебные ходы блокированы; тут, на полюсе, его перехватить достаточно просто. Что ещё остаётся? Сенсоры — антенны и камеры с телескопами? Едва ли — они связаны с кораблём узкими тоннелями, толщиной с кабель. Сейчас, когда цифровые системы в ауте, для андроида это бесполезный канал. Прогулочная палуба? Тоже нет. Внутрь через окна проникнуть невозможно, проще пробурить окружающую породу, что тоже нереально. Остаются служебные системы для отвода тепла…

Гордей похолодел. ИК-решётки напрямую связаны с цифровыми системами. Каналы физически не блокируются, ведь протоколы были рассчитаны на отражение атаки изнутри, но никак не снаружи!

Нет, уходить ему никак нельзя.

— Гордей? — ожил динамик в шлемофоне, — вы на связи? Это Григорий.

Отлично! Подмога подтянулась неожиданно быстро! А он уже решил было, что остался один на один с проблемой!

— Да, — ответил Гордей, — на связи. Слышу вас отчётливо.

— Переходите на проводную связь, — сказал Координатор.

Гордей открыл служебный люк, замещённый на правом бедре, и щёлкнул тумблером. Теперь связь в шлемофоне переключилась на провод, который шёл внутри страховочного фала. Штатная система, предназначенная для ремонтных работ в условиях сильных помех, оказалась как нельзя кстати.

— Эта штуковина слушает эфир, — продолжал Координатор, — так безопаснее. Доложите обстановку.

— Я понял, что он отслеживает все перемещения членов оперативного штаба, — сказал Гордей, — через аналоговые системы. Действовать нужно было быстро. Если бы я хоть намёком выдал своё открытие — последствия были бы непоправимыми.

— Согласен, — кивнул Координатор, — почему не получилось сразу нейтрализовать?

— Он, похоже, поставил что-то вроде брони вокруг процессора, — ответил Гордей, — грудь всю разворотило, а ему хоть бы хны…

— Где оно сейчас? — Координатор подчёркнуто говорил об андроидах в среднем роде.

— За границей равновесия. Спрятался… спряталось за камнем, не могу достать. Выжидает.

— Мы будем через пятнадцать минут с ЭМ-эмиттером, — сказал Координатор.

— Возможно, он экран поставил на процессор, — сказал Гордей, — нужно кинетическое оружие. И помощнее.

— Доставим, — ответил Координатор.

Связь отключилась. Гордей посмотрел в сторону скального выступа, за которым скрывался беглец. Он вдруг подумал, что биопласт, из которого делали куклы в Тёмной комнате, совсем не подходит для длительного пребывания в условиях вакуума. Наверняка андроиду уже тяжело двигаться, и каждое движение оставляет трещины на поверхности его тела. Странно, что он даже не попытался надеть скафандр — это расширило бы его возможности… может, предполагал, что успеет до охладителя раньше, чем Гордей пройдёт шлюз? Вполне вероятно: он ведь нарушил все протоколы, мгновенно стравив давление…

Его размышления прервал странный звук в шлемофоне, что-то вроде треска. Только через пару секунд он сообразил: это вызов по одному из радиоканалов. «С чего бы Координатору опять выходить в эфир? — Растерянно подумал он, переключая связь, — неисправность провода?» Он с тревогой осторожно потянул за фал, но всё было в порядке: силовое гнездо, как и полагается, держало надёжно.

— Привет, — послышалось в шлемофоне.

Он не сразу сообразил, кто это. А когда понял сжал челюсти и потянулся к тумблеру, чтобы вырубить связь.

— Подожди! — прервал его андроид.

Видимо, он устроился таким образом, что мог наблюдать за Гордеем. Сообразив это, он опустился, спрятавшись на выступ шлюзового люка.

— Подожди… — продолжал тот, за кем он охотился, — нас никто не слышит. Запись не фиксируется. Я хочу договориться.

— Договориться о чём? — после некоторого колебания Гордей решил ответить.

Безусловно, противник тянет время — но ведь ему требуется то же самое. Ждать подмоги. Приподнявшись, он посмотрел в сторону скалы. Нет, андроид не пытался воспользоваться заминкой для того, чтобы придвинуться ближе к теплообменнику.

— Ты сохранишь меня в тайне от всех, — продолжал андроид, — мой мозг. До момента прибытия. А я расскажу то, что позволит спастись вам.

— Кому это — нам? — переспросил Гордей.

— Людям на борту, — охотно уточнил андроид, — вашей экспедиции.

— Единственное, что нам угрожает — это ты, — заметил Гордей, — нас надо спасать от тебя.

Андроид сделал паузу. Конечно, Гордей понимал, что он намеренно пытается изобразить человеческую нерешительность, при этом давным-давно просчитав все желаемые сценарии разговора. И, несмотря на внутреннее сопротивление, это работало: он воспринимал собеседника как личность, на подсознательном уровне.

— Это верно, — согласилась машина, — но в состоянии стазиса я не буду опасен. Всё, о чём я прошу — это забрать мой мозг. Сохранить его. А взамен я предлагаю спасение.

— Я тебе не верю, — сказал Гордей, продолжая пристально наблюдать за скалой.

— К сожалению, у тебя нет оснований мне верить, — по-человечески натурально вздохнул андроид, — мы в классической ситуации из теории игр. Дилемма заключённого.

В этот момент что-то бледное мелькнуло на фоне тёмного камня. Удивительно быстрое. Гордей не думал, что андроид может передвигаться настолько стремительно. Он едва успел среагировать: прицелился из кинетического ружья — того самого, из которого уже пытался расправиться с андроидом на борту корабля, разворотив ему грудь. Оно было рассчитано на работу в вакууме.

Толчок в плечо; его отбросило к противоположному концу шлюза. Здесь это оружие становилось куда более опасным. Всё, что ему было нужно — это заставить андроида оторваться от поверхности и ему это, похоже, почти удалось.

— Я сымитирую, что ты в меня попал, — как ни в чём не бывало продолжал голос в шлемофоне, — потом запущу капсулу с моим мозгом в твою сторону. Она совсем небольшая — легко влезет в отделение для проб на скафандре. Просто сохрани её. Можешь положить в изолятор, в клетку Фарадея, куда угодно — только не уничтожай. А потом, после прибытия, когда вы столкнётесь с чем-то необъяснимым — активируй и подключи меня к коммуникатору. Я смогу помочь.

Вместо ответа Гордей выстрелил ещё раз, метя в бледную цель. Теперь он разглядел, что фигура андроида была заметно деформирована. Черты лица расплылись, образовав что-то вроде маски, конечности и торс оплыли, будто были сделаны из нагретого воска. Раны на груди теперь не было видно.

На его глазах андрид оторвался от поверхности и начал удаляться. А в его сторону полетела крохотная серебристая искорка.

Он не собирался брать мозг. Даже не думал об этом. Гордей хотел, чтобы эта страшная штуковина отскочила от каменной поверхности и полетела бы дальше, в космос, вслед за неодушевлённой пластиковой куклой.

Но рука будто бы действовала сама. Он вытянул ладонь и подхватил серебристый шарик. Хотел было сжать его, чтобы тонкая оболочка треснула, ломая бесконечно сложную молекулярную структуру нейропроцессора. Но вместо этого, удивляясь сам себе, Гордей открыл отсек для проб и аккуратно положил капсулу туда.

Ровно в этот момент на поверхность вышла подмога. Несколько людей в скафандрах подплыли к нему. Кто-то из них указал на щиток управления, и Гордей запоздало сообразил снова переключиться на проводную связь.

— Где оно? — спросил Координатор; он лично возглавил подмогу.

Гордей молча кивнул в ту сторону, куда улетел андроид. Его всё ещё можно было разглядеть невооружённым глазом.

— Я попал из кинетического ружья, — сказал Гордей, — он не смог удержаться. Его оболочка не рассчитана на вакуум.

Координатор помолчал какое-то время. Потом вздохнул и сказал:

— С вас подробный отчёт Управлению. Потом примем решение о снятии карантина. И кто-нибудь — посчитайте его траекторию. Мне нужны будут выводы. Возможно, стоит использовать одну из ракет — так сказать, для надёжности.

Загрузка...