Заботы Элли Рэйт

Глава 45

Корзинку я принесла на кухню и только там заметила торчащий между нежных соцветий уголок голубого конверта. Госпожа Ханна с улыбкой смотрела, как я распечатываю его. Я развернула лист плотной бумаги: «Госпоже Элли Рэйт в знак почтения. Алекс Гейл».

-- Это… Это зачем он так? – я растерянно посмотрела на госпожу Ханну.

-- Ты привлекательная молодая девушка и понравилась симпатичному молодому человеку. Он же симпатичный? – уточнила соседка. – Что в этом удивительного? – засмеялась госпожа Ханна.

-- А это… это прилично? Вы же знаете, я выросла в деревне и не очень понимаю…

-- Это абсолютно обычная ситуация. Ты можешь написать ему пару строк в знак благодарности, – пояснила компаньонка.

-- Госпожа Ханна, я не очень понимаю, что именно я должна написать, – я все ещё испытывала растерянность, но… Приятно же, если честно!

-- Да ничего особенного, Элли! Не волнуйся ты так! Просто пару строк, где ты поблагодаришь его за прекрасные цветы.

Я переписывала послание Алексу Гейлу раза три или четыре. Мне все время казалось, что я: то слишком холодна и надменна, то слишком уж радуюсь букету. И всё равно, прежде чем отправить, я принесла записку госпоже Ханне на одобрение. Письмецо было отправлено с утра. Я постаралась выкинуть всё это из головы и заняться более насущными проблемами – ремонтом.

Мне пришлось уступить госпоже Ханне свою постель и две недели провести на полу: она не смогла бы вставать с пола со своей больной ногой. Но за это время внутри её половины дома не только зашпаклевали все трещины, обновили побелку и краску на дверях и окнах, но и отремонтировали всю мебель. А потом еще и отполировали ее с воском.

Три подёнщицы целый день отмывали окна и полы от побелки и помогали мне расставлять мебель и застилать кровати чистым бельем.

Мэтр Огдэн, которому таки пришлось делить чердак с Милой, мученически вздыхал каждое утро, наталкиваясь на кучу народа на кухне. Однако его очень поддерживала мысль, что скоро у него появится свое помещение.

Переезд состоялся, но был он вовсе не таким идеальным, как мне мечталось. Вместе с нами переехали и Мила, и мэтр Огдэн. А в моей половине дома начался второй акт ремонта.

В большой комнате на первом этаже, которая так и не стала детской, возводили внутреннюю перегородку. Благо, что окон в ней изначально было два. Получилось целых две комнаты для будущих продавцов. Освежили побелку и краску на чердаке, побелили кухню. Отремонтировали все двери и не слишком плотно закрывающиеся рамы: моим работникам должно быть тепло зимой.

Теперь комната мэтра Огдэна была на чердаке. Одна из половинок зала на первом этаже досталась Миле. А вторую, ту, что была побольше, я снабдила двумя койками, полками для вещей в нише и маленьким столиком с парой стульев. Сюда въедут новые продавщицы.

Вся эта возня с ремонтом, возведением стенки и отмыванием всего на свете продолжалась почти месяц. Но когда, наконец, все расселились по своим местам, и я первый день ночевала одна в своей собственной комнате, то ясно почувствовала: все было не зря! Правда, это весьма сильно истощило мои денежные запасы: у меня осталось буквально несколько серебряных монет. Но за такое удобство ничего не жаль отдать!

«Агентство по найму домашней прислуги г-жи Вальмонт» предоставило мне на выбор четырех нянек для Джейд. Я выбрала тридцатилетнюю женщину по имени Лия. У нее были прекрасные рекомендации от двух хозяев. Да и с Джейд она нашла общий язык достаточно быстро. Одна из маленьких комнаток на втором этаже, расположенная рядом с детской, стала обживаться новой нянькой.

Из большого узла, который Лия перевезла на извозчике, она достала милые кружевные салфеточки, зубчатый подзор на постель. И еще множество мелочей, делающих жилье уютнее: пикейное покрывало, мягкие домашние тапки и даже стеклянную голубую вазочку, занявшую почётное место на столике у окна. Летом Лия будет присматривать и за Ирвином. А в конце августа у него начнутся занятия в школе. Так что всё устроилось наилучшим образом.

Ирвин, кстати, от масштаба свалившегося на него богатства даже слегка притих. Теперь у него была не только своя личная комната со своей личной кроватью и большой полкой с игрушками, но и собственный шкаф с одеждой, где, кроме обычных рубашек и штанов, висел ещё и писк местной моды – матросский костюмчик. Этот костюм ему страшно нравился. Братец иногда открывал шкаф, чтобы просто полюбоваться роскошью.

– Даже и не понятно, куда этакое носить, – поджимая губы и стараясь не показать, как ему нравится одежда, слегка ворчал он.

– Я немного разберусь с ремонтом, и мы сходим с тобой в кондитерскую. Хочешь? Там можно будет выпить какао и съесть пирожное. А к осени мы купим тебе стол и собственную лампу. Поставим вот сюда, к окну, – я указала рукой на место, где будет стоять стол. – Ты будешь здесь делать уроки.

Ирвин взволнованно посопел и привычно обхватил меня руками, прижимаясь лицом к животу. Я обняла его в ответ. И так молча мы стояли, справляясь с целым водопадом различных эмоций. Даже у меня щипало глаза, но я справилась, поглаживая маленького ворчуна по макушке.

Только полностью обустроив обе части дома и разместив всех так, как задумывалось, я поняла, чего не хватает. Окна были отмыты и отремонтированы, рамы покрашены свежей краской, но вот шторы остались старые и выцветшие. Однако позволить себе замену я пока не могла: пришла пора открывать новые точки на Стоке.

Мой договор с мэтром Огдэном был пересмотрен, к его великой радости.

-- Я, госпожа Рэйт, никогда особо торговать-то и не любил. А вот пирогами заниматься – да со всем нашим удовольствием! Только подскажите, какие желаете, такие я вам и напеку.

В агентстве госпожи Вальмонт, когда я объясняла, какая именно прислуга мне нужна, хозяйка дала мне адрес конторы, специализирующейся как раз на продавцах:

-- Я, госпожа Рэйт, конечно, их услугами не пользовалась. Но несколько раз слышала, что они своих сотрудников просто так не рекомендуют. Обязательно посылают секретаря к бывшим хозяевам и выясняют, не пьющий ли, не ворующий ли и все остальное, – госпожа Вальмонт была сама любезность. Это и понятно. За подбор прислуги пришлось довольно хорошо заплатить. Да ещё и с Лии она удержит половину зарплаты за первый месяц работы.

Нельзя сказать, что в новом агентстве встретили меня с распростёртыми объятиями. Там предпочитали устраивать продавцов в магазины и лавки. Сток же пользовался не слишком хорошей репутацией. Потому хозяйка, госпожа Лоран, недовольно поморщилась и спросила:

-- А вы, госпожа Рэйт, на рынке не пробовали искать?

-- Меня не слишком устраивают рыночные торговцы, госпожа Лоран. Я предоставляю своим служащим приличное жилье, еду и неплохую зарплату и хочу, чтобы у меня работали вежливые и опрятные девушки.

-- Что ж, желание клиента для нас закон, – улыбнулась хозяйка и добавила: – Я постараюсь найти вам служащих. Раз вы предоставляете койку и питание, возможно, кто-то и заинтересуется. Сколько вы готовы платить своим служащим?

Когда я обозначила сумму заработка Милы, госпожа Лоран удивленно вздёрнула брови и проводила меня гораздо более любезно:

-- Завтра же я пришлю вам людей. Признаться, ваши условия выглядят очень… – она поискала нужное слово, – …очень привлекательно!

На следующий день я только и успевала открывать двери и беседовать с новыми работниками. Сейчас мне требовались две женщины. Уже к вечеру в комнату по соседству с Милой въехали новые жилички – Нелли и Кэтти. Обе девушки довольно молодые, чуть старше двадцати, крепкие и коренастые. Они даже чем-то были похожи, примерно как двоюродные сестры.

Теперь мой день проходил так: с утра я кормила завтраком всю честную компанию работников. Пока они ели, мазала свежие бутерброды для извозчиков. Потом помогала продавцам погрузить всё в повозку и отправлялась готовить завтрак для своей семьи: для детей и госпожи Ханны.

Мэтр Огдэн, который ночью выпекал необходимое количество пирогов, после завтрака уходил к себе на чердак отсыпаться в тишине. А я дожидалась прихода Хейзел и Эйнса, выдавала парню мясорубку и следила за тем, чтобы сало было замешано правильно, с нужным количеством укропного семени и соли с чесноком. Пока он работал, я успевала начистить овощи на ужин на две компании: свою семью и своих служащих. А когда Хейзел уводила всегда огорченного Эйнса домой, вновь принималась за готовку. Эйнсу очень нравилась мясорубка, и мне каждый раз приходилось отвлекать его от работы какой-нибудь вкусняшкой. Благо, что занять его пирогом или петушком на палочке было несложно.

Приходили они каждый день после обеда, а с утра торговали на Стоке бутербродами с салом. Для этой пары была открыта точка в другом конце торговых рядов, подальше от Милы. А товар они каждый день получали прямо на рынке, встречая извозчика, везущего и продавщиц, и продукты.

Новые пироги, которыми торговали на двух точках Нелли и Кэтти, расходились достаточно хорошо. Тем более, что капустные пироги полюбили покупать охранники мэтра Купера. Мне даже не пришлось приплачивать им, и эта рекламная акция вышла совершенно бесплатно: им просто нравились наши изделия.

Раз в неделю я подсчитывала доходы, выдавала зарплату, рассчитывалась с мэтром Купером. И с удовольствием замечала, что еще две-три недели работы, и я спокойно смогу поменять все шторы в доме. День у меня был расписан буквально поминутно. Я продолжала крутиться как белка в колесе. Тем более, что в связи с потеплением мне приходилось ездить на рынок за свежим мясом и салом ежедневно.

А вот от Алекса Гейла больше не поступало никаких писем или подарков.