Заперты в люксе. Босс моего жениха

21

— Доброе утро, — говорю, появившись в дверях.

Шульгины тоже одеты — Макс во вчерашних джинсах и черном поло, Лисичка в светлом спортивном костюмчике с шортами.

— Доброе утро! — улыбается она мне. — Как спалось?

— Отлично, — не вру, — спасибо.

— Макс готовит нам завтрак! — Лиса опять посмеивается, прикрывает рот ладошкой. — Омлет с остатками... Ну ты не подумай, все свежее!

— Угу, просто кто-то слишком много ест, — Максим хмыкает.

— Ну я же не знала в шесть утра, что тебе понадобится ветчина! Мне ее так захотелось.

В итоге Макс нарезал оставшуюся ветчину мелкими кубиками, так же сыр и помидор. А сам омлет как-то так взбил до воздушного состояния.

Пока тот доходит под крышкой, мужчина шагает ко мне.

— Как плечо? — спрашивает, ничего не поясняя для Алисы.

— Нормально…

Макс аккуратно ощупывает сустав. Убеждается в моих словах и оставляет его в покое. Согнутыми пальцами проводит по моему лицу. Алиса вроде отвлеклась на кофемашину.

— Как ты? — Шульгин тихо задает еще один вопрос.

Но я могу только пожать плечами.

Мне гораздо лучше от того, что он здесь. Что никуда не уехал. Остальное пока непонятно.

Садимся завтракать. Кроме яичницы мало что есть. Остатки тортика — немногочисленные. Пара кусков сыра. Булочка — одна. И литр апельсинового сока. Алиса поясняет — это ее нелюбимый.

Да, у беременной родственницы Макса продукты не задерживаются. Но это вызывает только улыбку.

Плюс, нам вполне хватает омлета. Уж не знаю, как часто Максим готовит в обычной жизни, но получается у него очень-очень здорово.

Мне даже морально становится получше.

— Какие планы? — Шульгин смотрит на меня.

От Алисы мы скоро уедем, у девочки свои дела.

— У меня сегодня маму оперируют… Возможно, поеду к ней. Если разрешат пройти.

— Что-то серьезное? — Макс хмурится. — Почему не сказала?

Алиса посматривает на нас обоих с интересом.

— Нет, планово, — качаю головой, — ничего глобального. Но хочется ее поддержать, да и вдруг понадобится что. Поэтому… Мне лучше ехать домой.

— Какая больница? — не успокаивается Шульгин. — Спрошу Антона, нет ли у него там знакомых.

Я качаю головой.

— Частная клиника. Мама заплатила, там о ней позаботятся.

— Все равно.

Говорю название. Макс пишет брату.

А я рассуждаю сама с собой:

— Еще надо что-то придумать с вещами. Чемодан я вчера собрала…

— Их уже привезли.

Вот этот ответ ошарашивает.

— Что?.. Куда?

Оглядываюсь на Алису. Мне не хочется обсуждать Юру при своей студентке, но я настолько удивлена.

Лисичка встает и тихо выходит из кухни. Она уже поела, но не знаю, правда ей надо было уйти, или хозяйка проявила такт. Да и неважно это сейчас.

— Максим?! — расширяю глаза.

— Вещи у меня, — Шульгин спокоен, как удав.

— Что? Где?

— В моей квартире.

— Что?..

— Их забрала моя охрана, — он делает паузу, — тихо и мирно.

Почему-то последние два слова прозвучали зловеще.

— А что с Юрой?

— Беспокоишься за него?

Хлопаю ресницами. По всему телу пробегает дрожь, глаза слезятся.

— Что?..

Хватаю ртом воздух.

Конечно, мне не все равно, жив там Юра или нет. Хоть из чувств между нами только разочарование.

И главное, насколько во все это влез Максим?! Вот за кого я безумно волнуюсь.

Самой страшно, насколько сильно.

— Юрий не в больнице. Если тебя это волнует, — Макс холодно усмехается.

— Вы ведь не тронули его? — спрашиваю тихо. А потом почти кричу. — Я не прощу себе, если у тебя будут проблемы!

Я не хочу перевешивать на Шульгина разборки с Юрой. Чем он дальше от всего этого, тем мне спокойнее.

Смотрю на него во все глаза. Смаргиваю слезы.

— Я не уезжал из этого дома, — Максим смягчается, — спал, готовил завтрак. Твои вещи забрали ребята. Юрий не сопротивлялся.

— И?

— И ему ничего не сделали, — Макс усмехается на то, как я отчетливо выдыхаю.

— Максим, не вмешивайся, пожалуйста! — морщусь. — Мы с Юрой квиты. Хватит.

— Ладно. Если ты мне кое-что пообещаешь.

Его глаза щурятся и, наконец, в них проскакивает подобие улыбки. А вот я смотрю настороженно.

— Мм?

— Переехать ко мне. Хотя бы на время.

Он уточняет, пока я окончательно не впадаю в шок. Хотя бы? С чего вообще? У нас даже нет отношений.

— Но зачем? Я буду жить в нашей с мамой квартире.

У мамы есть бойфренд, но они вместе не живут. Так, остаются друг у друга в гостях. В основном она у него, в области.

— А если там появится Юрий?

— Да не сделает он это!

— Угу, где-то я подобное слышал.

— Макс, я… — не выдерживаю, поднимаюсь из-за стола.

— Не хочешь быть со мной рядом?

Он тоже встает, обходит стол и встает близко-близко. Настолько, что я ощущаю его тепло.

Мотаю головой. Непонятно, как можно расценить этот жест.

Но ответ я даю другим способом. Делаю шаг, сокращая последнее расстояние между нами. Прижимаюсь к нему. Обнимаю за шею.

Макс выдыхает с улыбкой. Говорит то, что я не сказала вслух.

— Я хочу быть рядом, Дан. Ты не представляешь, что я почувствовал вчера.

Максим

Еще недавно я гордился своей выдержкой. Вчера я понял, что до этого жизнь не испытывала меня на прочность.

Чего мне стоило не поехать и не толкнуть этого ублюдка так, чтобы он нескоро поднялся. Если бы поднялся вообще. И неважно, кто прав, кто виноват.

Тем более, свою вину я не уменьшаю. Надо было забрать Дану сразу после командировки.

Когда говорил с ней вчера, меня как будто параллельно кто-то душил. С таким трудом давался каждый вдох. Но я понимал, что должен быть спокойным ради нее. Сам к ней приехать.

И сегодня утром дождаться, пока встанет. Накормить завтраком. Только это сдерживало.

Когда кто-то причиняет боль тому, к кому ты так трепетно относишься, это безумно тяжело. Разрывает изнутри. Но если бы я дал ход агрессии, сделал бы только хуже. Дана сказала, что не простит себя, не ради красного словца.

Пока я сдержал себя. Что будет дальше, не знаю. Если эта тварь еще рыпнется…

Глажу Дану по спине. Где-то вдали раздаются шаги Алисы. Я отпускаю Дану, чтобы не смущать.

— Лис, мы уезжаем, — говорю жене брата.

У меня еще сегодня встреча, черт. Но для начала я отвезу Дану домой.

— Ладно, — кивает Лисичка, — спасибо за всё.

— Это тебе спасибо за гостеприимство, сестра.

У меня прекрасная невестка. Брат женился, когда знал ее всего ничего. И не прогадал.

Может, так и надо? Раз и в омут.

— Дан, я не нашла твою сумку, — хмурится Лиса.

— Ее не было…

Дане непривычно быть в такой ситуации. Она привыкла все контролировать. Раскладывать по полочкам. Беру ее за руку и переплетаю пальцы.

— Нам пора, — улыбаюсь Лисе.

Машина на парковке. Я сам поведу, нам не нужны лишние свидетели.

Ничего криминального не планирую. Но Дана и так сидит на пассажирском сидении, как на иголках. Без третьих лиц будет проще.

— Все-таки я не понимаю, зачем еду к тебе…

Вот. Только отъезжаем от дома Антона, начинается.

— Не бойся, готовить еду не буду заставлять, — улыбаюсь.

Она тоже посмеивается.

— Это я уже поняла. Но все же мне есть, где жить.

— У меня ты будешь под присмотром и в безопасности.

Встречаемся взглядами. Изящная женская бровь поднимается вверх.

— Под чем?

Хмыкаю и оставляю вопрос без ответа. Не только под чем, но и под кем. Но к пошлым разговорчикам она явно пока не готова.

— Дан, я уже говорил, что повторения вчерашнего дня не хочу, — отвечаю серьезно.

— Его не будет… — опускает взгляд на свои руки на коленях. — Я должна была поговорить с Юрой, и я это сделала. Да, он вспылил… — делает паузу, сглатывает. — Но скорее всего, жалеет об этом. Теперь он просто вычеркнет меня из жизни.

— Ты как будто бы сама сожалеешь, — не выдерживаю.

Вот все понимаю! Они были в отношениях, планировали свадьбу. Конечно, там будут и объяснения, и эмоции. Понимая это, я и дал Дане время после командировки.

Зря дал!

Но теперь что уже… В любом случае умом я все понимаю. Но ревность так и теребит изнутри!

— Я жалею, что просто не была одна, — Дана отворачивается в окно, — думала, что делаю все правильно. Строю жизнь, как надо. А на деле просто боялась и обманывала себя. Теперь вот… Имеем то, что имеем. Хотя бы не успели пожениться и нарожать детей.

— Полностью согласен, — хмыкаю.

Дана поворачивается ко мне и видит, как я еле сдерживаю улыбку.

— Шульгин! — возмущается, но сама уже прыскает. — Я вообще-то серьезно!

Вздыхаю.

— Я тоже серьезнее некуда. У вас даже общего имущества нет. Твой… Твой бывший — молодой, здоровый парень, — перехватываю ее подозрительный взгляд. — Здоровый! Никто не трогал его… В общем, долго горевать он не будет. И ты прекращай себя винить. Так вышло. Бывает.

Дана хмурится, молчит. Опять смотрит в окно.

По дороге немного говорим об Алисе, брате. О пациентке, к которой он уехал в Красноярск.

Легкий на помин Антон присылает смс, что никого в клинике, где лежит мама Даны, не знает. Но заведение годное, над своей репутацией дрожит. Особо можно не волноваться.

— Передавай большое спасибо, — просит Дана, — очень мило с его стороны. А я… перед ним виновата. Говорила Алисе, что вас, Шульгиных, опасаться нужно.

— Ну, доля правды в этом есть, — хмыкаю, — другое дело, что опасаться надо не тебе и не Алисе. Вы наоборот под нашей защитой.

Дана, наконец, приподнимает уголки губ и смотрит мне в глаза.

— Спасибо.

— Не стоит, — усмехаюсь.

Мы относительно быстро добираемся до центра. ЖК, где я живу, известный на всю страну, и Дана его, конечно же, видела. Но все равно васильковые глаза распахиваются в восхищении от зеркальных высоток.

Она не комментирует, пока паркуемся и поднимаемся на лифте вверх. А вот уже в квартире на двадцать первом этаже не выдерживает.

— Мм, а тебе подходит такой дизайн.

Прихожая, как и весь остальной интерьер, в черно-белых тонах. Больше черного. Гладкие материалы — мрамор, стекло. Мебели мало, но есть все необходимое. Она из крашеного глянцевой краской дерева.

— Почему подходит? — уточняю.

Моя училка мнется, оглядывая просторную гостиную.

— Под цвет глаз?.. — находит ответ, но говорит его неуверенно.

— А если честно? — усмехаюсь.

Дана проходит к панорамному окну. Абсолютно искренне засматривается городом.

— Хм… — отмирает через несколько секунд. — Если честно, то он такой… Яркий и холодный. Под стать закоренелому холостяку.

Подхожу к ней сзади.

— То есть я холодный?

Обнимаю. Зарываюсь лицом в ее волосы на затылке. Прижимаюсь сзади. Чувствую одновременно, как сердце наполняется щемящей нежностью, а член кровью.

— Я соскучился, — говорю, не дожидаясь ответа.

Сам только сейчас понимаю, насколько. Вчера меня крыло от других эмоций. А в этот момент я каждой клеткой своего гребаного организма чувствую, как тосковал по ней. Шумно вдыхаю ее запах.

— Макс…

Ладонью ощущаю, как заколотилось ее сердце. Слышу, как дыхание сбивается.

Целую шею возле ушка, Дана вздрагивает в моих руках. Хватается за руки, которыми я ее обнимаю. Как-то беззащитно.

Ладно, пока примерим роль гостеприимного хозяина.

— Здесь гостиная, как ты понимаешь. Кухня там. Теперь я, может быть, даже ею воспользуюсь. А тот коридор ведет к спальням.

Квартира разделена на два сектора широким коридором, и у него есть узкое ответвление.

— Спален несколько? — Дана явно старается спросить как можно равнодушней.

Я пока что молча усмехаюсь.

Санузлы есть при обеих спальнях. И обе они просторные. Подразумевалось, что здесь может удобно разместиться семья с ребенком или просто двое взрослых, не пара.

— На самом деле это не я делал ремонт в квартире, — говорю, толкая дверь своей спальни, — изначально я ее снял. Хотел сам оценить жилищный комплекс и локацию. Но через пару месяцев хозяин срочно уехал из страны. Предложил мне купить квартиру. Мне она уже нравилась.

— То есть это был просто стильный ремонт под сдачу? — Дана удивлена. — И ты его не переделал?

— Мне тупо лень. Нужно искать другое жилье, потом утверждать проекты.

— Ну да…

Моя гостья осматривается. В спальне у меня из мебели только встроенная гардеробная и одна тумбочка. Ну и кровать. Большая кровать.

Дана окидывает ее задумчивым взглядом.

Какие мысли в этой белокурой головке?

Мне она их не озвучивает. Идет к выходу — видимо, направляется в другую спальню. И тут ее взгляд падает на дверь гардеробной.

— О, мой чемодан занесли к тебе? Поможешь?

Момент истины.

— Нет, — качаю головой и в ответ на васильковый вопрос добавляю, — это не требуется.

— Что?

— Твои вещи останутся здесь, и ты тоже.

— Но, Макс…

Не подхожу к ней близко, чтобы не спугнуть. Но и уступать не собираюсь.

— Дана, я все понимаю. Тебе нужно время, чтобы успокоиться. И я не говорю о какой-то близости. Но… Спать в разных спальнях — это будет какой-то сюр. Не считаешь?

Морщит лоб, обнимает себя руками.

— Да, пожалуй, ты прав.

Вот как!

— Если что, на этой кровати еще не спала ни одна женщина.

Говорю, хоть меня об этом и не спрашивали.

— Ты хвалишься или жалуешься? — поднимает брови моя училка.

— Просто факт, — щурюсь.

Я не вру. С Эммой мы встречались у нее или в отеле. До нее для партнерши я снимал квартиру. А еще раньше водил девушек к себе, но тогда у меня было другое жилье.

Войдя в эту квартиру, я сразу понял, что никого чужого сюда не впущу. Оберегал свою территорию.

Хм, я никогда не думал о семье, но на подсознательном уровне как будто к ней готовился.

— А вдруг я наведу у тебя тут бардак? — склоняет голову вбок.

— Я видел, как ты умеешь прибираться.

Имею в виду, как она убрала комнату в доме Головина, а я думал, что сбежала на следующий день после близости.

Раскрываю ей объятия. Дана подходит, обнимает меня за талию. Прижимается щекой к груди.

— Ладно, я поживу у тебя пару недель. Только давай забудем все… что было вчера.

— Сделаем так, как ты скажешь.

Я уже готов стать подкаблучником. А ведь недавно смеялся над братьями, которые приводили знакомиться жен и тряслись над ними.

Плюс, я согласен, что надо как можно скорее забыть всю эту ситуацию. Ничего сверх страшного не произошло. Переступим и будем жить нормально дальше.

— Может, съездим вместе в фитнес-клуб? Там есть бассейн и сауна. Ты у нас вроде пловчиха.

— Ой, Макс! — хихикает. — Но в принципе хорошая идея.