Земля Раздора, Действительность и фантазии в Эрец-Израэль

x x x

Война, которая разразилась в 1914 году, выявила резкий контраст между горячей привязанностью евреев к Эрец-Исраэль и полным безразличием к ней арабов вообще и арабов Эрец-Исраэль в частности.

Молодые последователи сионистской идеи с самого начала представляли себе, что означает вступление в войну Турции на стороне Германии. Это была историческая возможность: падение Османской империи могло привести к потере ею власти над Эрец-Исраэль. Евреи, так было решено, должны стать на сторону противников империи, способствуя ее развалу, который приведет к возрождению еврейской государственности. В результате еврейский народ сыграл более значительную роль, чем должен был сыграть в этой войне: его доля в победе была намного больше его влияния и численности. У евреев не было никакого единого командования, никакой единой основы действий. Как меньшинства евреи были разбросаны по всему миру и как граждане разных стран воевали во всех армиях по обе стороны фронта. Это необычное явление - участие евреев выходит за рамки колоссальной картины мировой войны со всеми ее жертвами и вовлеченными в нее народами: добровольно взятый на себя долг, самопожертвование во имя будущего Эрец-Исраэль, жажда независимости, особенно острая в тот момент, неповторимы и уникальны.

Сионистское движение в разных своих проявлениях широко распространилось. В основном, оно было связано с деятельностью трех человек - Хаима Вейцмана, Зеева Жаботинского и Аарона Ааронсона. Они независимо друг от друга пришли к выводу, что еврейскую государственность можно построить только на развалинах Османской империи. Каждый из них своим путем старался помочь Британии и ее союзникам победить в этой войне.

Массе еврейского народа трудно было определить свою позицию в этой войне. Много евреев жило в Германии и Австро-Венгрии. Их положение было терпимым, во всяком случае, намного лучше, чем в России. Царской России союзнику Британии и Франции - антисемитизм был присущ изначально. В 19 веке и в начале 20 века Россия играла в Европе ту роль, которую через определенное время в более откровенной форме, фундаментально и научно исполнила нацистская Германия. На решение США и живущих там евреев принять нейтральную позицию в войне или даже поддержать Германию не в последнюю очередь повлияла их глубокая неприязнь к русскому режиму и уверенность, что победа союзников будет означать также победу царского деспотизма. Сионистское руководство в начале войны официально провозгласило нейтралитет.

Еврейский ишув в Эрец-Исраэль находился под властью Османской империи, и принятие антитурецкой позиции угрожало всему еврейскому населению. Ясно было, какой ущерб может нанести солидарность с союзниками. Но более сильное чувство подавило страх перед турками и ненависть к русским - чувство национального пробуждения.

x x x

Под руководством Хаима Вейцмана сионисты начали пропагандистскую кампанию в пользу союзников. Момент был решающим: предполагалось употребить все влияние в США, чтобы убедить правительство отказаться от нейтралитета и вступить в войну против Германии. Эту кампанию поддержал Жаботинский - сразу же после вступления Турции в войну в рамках британской армии был организован Еврейский легион для освобождения Эрец-Исраэль. Идея создания еврейского боевого соединения вызвала резкое сопротивление и боязливых евреев, и ассимилянтов, и британцев, но, в конце концов, идею осуществили. Еврейские батальоны, в которые влились евреи-добровольцы из Британии, США, Канады и самой Эрец-Исраэль, приняли участие в боях на последнем этапе военной кампании маршала Алленби. Значительный вклад батальоны внесли в победу над турками на реке Иордан и в изгнание их из восточной части Эрец-Исраэль (Заиорданья).

Австралийский генерал сэр Эдвард Чейтор обратился к солдатам этих батальонов с такими словами:

"Благодаря мужеству, которое вы проявили при захвате переправы Ум-Эс-Шарт и с которым нанесли поражение скоплениям турецких войск, я сумел перевести свою конницу через Иордан. Вы внесли неоценимый вклад в захват Эс-Салт и Аммана, в перекрытие Хиджазской железной дороги, в уничтожение четвертой турецкой армии. Все это приблизило большую победу, завоеванную в Дамаске. " [2]

2 Цитируется по письму полковника Дж. А. Патерсона британской имперской комиссии, 1937, СО 733/319.

Значительную роль в победе союзников в Эрец-Исраэль сыграл Аарон Ааронсон (он был единственным из трех лидеров, кто жил в это время в стране). Блестящий и многосторонний человек, в 1914 он уже был всемирно известным ученым и, главным образом, прославился как первооткрыватель дикой пшеницы. В первый год войны турецкое правительство направило его руководить борьбой с нашествием саранчи на территорию Эрец-Исраэль. Еще до начала войны Ааронсон узнал о хладнокровном уничтожении турками двух миллионов армян, подданных Турецкой империи. К этому времени еврейское население Эрец-Исраэль уже испытало, что такое терроризм, ограбления, депортация. Однако в тех условиях не было возможности воевать против турок. Лидеры еврейского ишува, тогда еще весьма немногочисленного, склонили голову и смирились с бездействием.

Ааронсон, который был убежден, что только победа британцев даст евреям будущее, организовал Нили (аббревиатура Нецах Исраэль ло ишакер - Вечность Израиль не обманет; прим. ред. ), занявшуюся разведкой в пользу британцев в тылу у турок. Он сумел пробраться в Египет, и оттуда руководил Нили и осуществлял связь с организацией, кроме того, он стал главным советником британского командования накануне вторжения в Эрец-Исраэль британских войск под командованием генерала Алленби. Энциклопедические знания Ааронсона были уникальны он знал страну во всех аспектах: население, климат, водные ресурсы и возможности транспортного передвижения. Вдобавок к этому от Нили шел поток важнейшей военной информации. Высокую цену заплатила группа Ааронсона. По дороге в Египет через пустыню Синай погиб - был убит бедуинами - главный помощник Ааронсона Авшалом Файнберг. В сентябре 1917 турки раскрыли шпионскую сеть Нили. Двое из ее руководителей - Неэман Белкинд и Иосеф Лишанский - были повешены в Дамаске, многие другие были арестованы и подвергнуты пыткам. Среди них была и сестра Ааронсона Сарра, которая была в организации его заместителем. В перерыве между пытками ей удалось застрелиться. [3]

Обнаружилось, что информация Нили была бесценной. По мнению британского генерала Грибона, в решающем сражении за Беер-Шеву Нили спасла Британии 30 000 жизней. Впечатляют слова самого Алленби об Ааронсоне:

"Он был ответственным за организацию моей полевой разведки в тылу у турок". [4]

3 Об Ааронсоне, который погиб в авиакатастрофе в 1919 написано немного. В 1969 вышла в свет его биография на иврите, написанная Элиэзером Ливни "Ааронсон. Человек и его время" (Иерусалим, 1969), также опубликованы его дневники 1916-19 (Тель-Авив, 1970). См. автобиографическую книгу X. Вейцмана "Пробы и ошибки" (Тель-Авив, 1949), кн. З. Жаботинского "Слово о полку" (Иерусалим, 1928).

4 Письмо доктору Д. Идеру от 19 июля 1919 (архив семьи Ааронсонов).

Насколько важна была эта разведывательная работа подчеркнул в лекции, прочитанной уже после войны генерал сэр Джордж Макдоно, начальник военной разведки британской армии:

"Вам, конечно, знакома великая кампания лорда Алленби в тот год в Палестине, и вы, вероятно, восхищаетесь мощью военных операций. В любой войне вы не добьетесь истинно великих успехов, если не пойдете на риск, однако риск должен быть разумным. Непосвященные, вероятно, считали, что риск лорда Алленби переходил границы разумного. Однако это было вовсе не так, ибо по данным своей разведки лорд Алленби знал все о расположении войск противника и о его передвижениях. Все карты противника были ему открыты, поэтому он мог играть с полнейшей гарантией. В этой ситуации победа была предопределена". [5]

5 Лекции в институте Королевской артиллерии, Вулвич, 25 ноября 1921 ("Нью-Йорк Уорлд", 4 декабря 1921).

С первых дней войны губернатор Джемаль Паша обращался с евреями Эрец-Исраэль как с врагами. Он понял, что для евреев турки чужеземные захватчики - и что сионизм реальная сила в мире. Получая сведения о сотрудничестве евреев с союзниками: о создании Сионского корпуса погонщиков мулов в Галиполи в 1915, о британской кампании за создание еврейских батальонов, о пропаганде, которую вели сионисты в пользу союзников в США и в других странах, - Джемаль все более жестоко притеснял евреев в Эрец-Исраэль. Издевательства полиции, экономическое неравенство, аресты и выселения сопровождали жизнь евреев ишува во время войны. Если в начале войны ишув насчитывал 90000, то после нее осталось менее 60000.

Арабы, жившие в Эрец-Исраэль, не протестовали против правления турок. Во время войны они воевали за сохранение Турецкой империи. Арабы не откликнулись на призыв шерифа Хусейна из Хиджаза, пытавшегося организовать акцию арабов против турок. Арабы не внесли ни малейшего вклада в падение Турции. Даже когда войска Алленби, задачу которых облегчила Нили, в конце концов прорвались в Эрец-Исраэль, никакого восстания арабов в тылу у турок не было.

Джемаль, который командовал турецкими силами, перешедшими в 1915 Синай, чтобы атаковать британцев у Суэцкого канала, в своих воспоминаниях пишет о настроениях среди арабских солдат:

"Я считаю своим долгом отметить этих героев... В войсках, где служили арабы и турки, царило чувство братства. Эта первая военная кампания у канала впервые показала, что большинство арабов самоотверженно стояло на стороне Халифата. Арабы, входившие в 25-ю дивизию и державшие боевую оборону, исполняли свои долг с невероятной отдачей и преданностью". [6]

Даже после поражения турок арабы не могли скрыть своих чувств. Британский полковник Майнерцхаген записал в своем дневнике 2 декабря 1917:

"Арабы Рамлы устроили нам вчера потеху, показавшую их отношение к нам. Большая группа турецких военнопленных шла по улицам села без британских охранников. Арабы подумали, что турецкая армия вернулась, вышли с криками радости и размахивали турецкими флагами". [7]

6 Ahmed Dajemal, Memories of a Turkish Statesman 1913-1919 (New-York, 1922), p. 153.

7 Р. Майнерцхаген, стр. 7.

После войны, с началом британского мандатного правления в стране, арабы пытались завоевать симпатии мусульманского мира, доказывая, насколько они были верны туркам. В письме муфтию Иерусалима муфтии Хайфы сообщает из Индии, где он находился с визитом в 1923 :

"Мы обнаружили, что каждый мусульманин хочет показать неприязнь ко всему, связанному с арабами. Они ассоциируют арабов с шерифом Хусейном, о котором они говорят, что он предал ислам... Мы начали борьбу против этого, рассказывая, что сделала Палестина, всеми силами помогая турецкой армии, как она сражалась до конца". [8]

x x x

Такая позиция и такое поведение были естественными и логичными. Даже в 1914 году появлялись только слабые проблески арабского национального сознания. После 1908 года, когда произошла революция младотурков, в империи возникла оппозиция чрезмерной централизации власти и отуречивания культуры. Оппозиционные круги боролись за децентрализацию власти и признание статуса арабского языка, однако их влияние среди населения не было ощутимым. Во всем регионе было всего 126 членов этих групп, из которых 22 из Эрец-Исраэль. [9]

8 См. Эли Кадури, "Версия Чаттам-Хауз... ", стр. 74.

9 Ч. Э. Дон, "Возвышение арабизма в Сирии", "Мидл Ист Джорнал", т. 16 (1962), стр. 148-149.

Никаких признаков возникновения национального движения не было, арабы не ощущали себя "нацией", не чувствовали, что они "владеют" страной, в которой живут, не сопротивлялись туркам. Еще в 1917 Т. Э. Лоуренс, который меньше всех прочих хотел унизить арабов, писал в секретном отчете для "Арабского вестника":

"Слова 'Сирия' и 'сириец' чужды местному жителю. Если он не учил английский или французский, он не подберет слова для названия всей страны... Шам - арабское название Дамаска... Житель Халеба называет себя всегда халебцем, житель Бейрута - бейрутцем, и так до самого малого села. Эта языковая бедность указывает на определенное политическое положение Национального чувства нет". [10]

x x x

До того, как арабские лидеры были вовлечены в интриги вокруг возвращения евреев в Эрец-Исраэль, они четко и однозначно признавали связь евреев с этой страной и их права на нее.

Эмир Фейсал, сын Хусейна, шерифа Мекки, который поднял арабское восстание и недолго был королем Сирии, а затем - Ирака, подписал в феврале 1919 соглашение с доктором Хаимом Вейцманом. В соглашении были определены общие линии взаимоотношении "между арабским государством и Палестиной". Ни слова не было сказано о взаимном "признании", это было просто излишним. Само собой разумелось, что в будущем должно быть создано арабское государство (и оно возникло). Также было ясно, что Палестина будет еврейским государством.

Перед подписанием соглашения Фейсал сказал корреспонденту агентства Рейтер:

"Нет никакой подозрительности в отношениях арабов и евреев-сионистов. Мы намерены строить эти отношения на порядочности. Евреи-сионисты обещали националистически настроенным арабам сделать все от них зависящее, чтобы и они получили свое в этой честной игре, каждый в своей сфере". [11]

10 "Арабский Вестник", март 1917. "Секретные сведения" стр. 77-78.

11 "Таймс", Лондон, 12 декабря 1918.

Какой же была сфера сионистов? В письме американскому сионистскому лидеру Феликсу Франфуртеру (3 марта 1919) Фейсал пишет:

"Мы, арабы, главным образом просвещенные среди нас, относимся к сионистскому движению с глубоким пониманием. Наша делегация здесь, в Париже, тщательно ознакомилась с предложениями, которые были вчера представлены Сионистской организацией мирной конференции, и считаем их справедливыми и умеренными".

Эти предложения призывали к созданию еврейского государства, подробно указывали его границы, которые должны были охватывать всю Галилею (территория до реки Литани, которая затем была отсечена от Эрец-Исраэль и перешла в зону французских интересов в Ливане), территорию восточнее реки Иордан (затем была отрезана от мандатной Палестины и стала арабским королевством в Заиорданье) и часть полуострова Синай.

Само соглашение сформулировано ясным и простым языком:

"Арабское государство и Палестина в своих отношениях и совместных действиях будут придерживаться духа доброй воли и сердечного взаимопонимания, для чего будут назначены с обеих сторон особые уполномоченные...

В отношении законодательства и управления Палестиной будут использованы все средства, дающие гарантии осуществления декларации правительства Британии от 2 ноября 1917.

Будут предприняты все необходимые шаги, чтобы поддержать и увеличить иммиграцию евреев на территорию Палестины, интенсифицировать поселенческое движение и освоение земель". [12]

12 Фейсал добавил своей рукой по-арабски: "Если все будет обосновано согласно моей просьбе от 4 января 1919, представленной министру иностранных дел Британии, все пункты этого соглашения вступят в силу. Если будут внесены изменения, это соглашение в силу не вступит. Эту оговорку нельзя назвать нелогичной, в любом случае из нее не следует, что Фейсал не признает еврейский суверенитет над Палестиной.

Соглашение также предусматривало экономическую поддержку евреями арабского государства. Сионистская организация приняла на себя обязательство предоставить арабскому государству комиссию экспертов по исследованию экономических возможностей, а также пытаться добиться для него экономической помощи.

За год до этого отец Фейсала Хусейн (который потребовал у британцев в виде вознаграждения за восстание все территории Азии, когда-либо входившие в мусульманскую империю, и они в большинстве своем исключая Эрец-Исраэль, были ему обещаны) написал в газете "Аль-Кабла", выходящей в Мекке, статью о сходстве отношения арабов и евреев к Палестине. Статья была опубликована 23 марта 1918, когда война была еще в разгаре, спустя два месяца после того, как Хусейну официально передали декларацию Бальфура, и которой Британия давала обещание создать "национальный очаг" еврейского народа в Эрец-Исраэль.

Хусейн призывал арабское население Эрец-Исраэль приветствовать евреев как братьев и сотрудничать с ними для общего блага.

"Богатство страны, - говорится в статье, - необработанная девственная земля, и она будет обработана и расцветет под руками еврейских иммигрантов. Поражает, как легко палестинец оставляет свою страну и уезжает в дальние края. Место, где он родился, не может его удержать, несмотря на то, что 1000 лет здесь жили его предки. С другой стороны, мы видим, как евреи из других стран - из России, Германии, Австрии Испании, Америки - стремятся в Палестину. Причина этого явления понятна тем, кто умеет смотреть глубоко. Для подлинных сынов [абнаии ал-ацлейн] несмотря на все разногласия, которые существуют между ними, эта страна священна и любима. Возвращение изгнанников [джалия] на родину несомненно будет школой опыта, с точки зрения материальной и духовной, для их братьев, работающих с ними в поле, на фабрике, в торговле и всюду, где требуются усилия и труд".

В тот же год лидеры мусульманской общины Палестины также выразили свое официальное отношение к движению за возвращение евреев в Сион и его признанию правительством Британии. 24 июля 1918 был основан Еврейский университет на горе Скопус в Иерусалиме Христианские и мусульманские лидеры были почетными гостями этой церемонии. Религиозный лидер мусульман иерусалимский муфтий Камиль аль-Хусейни подписан свиток, легший под камень, который муфтий затем собственноручно положил в основание здания. На свитке была проставлена дата - 21 год со дня открытия первого Сионистского конгресса и первый год декларации Бальфура, "гарантирующей создание национального очага еврейского народа в Эрец-Исраэль"

x x x

Последние месяцы мировой войны были драматичными в истории Эрец-Исраэль. 400-летняя Османская империя приближалась к падению, власть в стране ослабела. Завершался долгий период, когда у власти были чужеземные и - кроме крестоносцев равнодушные к стране имперские правители. В течение двух тысяч лет ни один народ не превратил эту землю в свой национальный дом, хотя евреи были бы не в силах этому сопротивляться. Теперь же христиане и мусульмане объединились - несмотря на то, что боялись возвращения евреев в Сион, - в своем признании права еврейского народа быть хозяином этой страны.

Миф об исторических притязаниях арабской нации на земли Эрец-Исраэль появился гораздо позднее.

6

Венок легенд

Фальсификация истории, древней и новой, столь необходимая для арабо-британского наступления на возобновившееся еврейское возрождение, достигла своего апогея в 1948. После 1948 арабы придали ей еще большую глубину, проявив при описании событий такую ненависть к евреям, которую можно сравнить только с христианской демонологией средневековья или вышедшей за все рамки германско-нацистской пропагандой в наше время. Арабская пропаганда еще более усилилась и потеряла какую бы то ни было сдержанность после Шестидневной войны. Гитлер и Геббельс, суперпропагандисты нашего века, учили: чем больше ложь, тем скорее ей верят.

Арабские варианты истории, версии о связях арабов и евреев с Эрец-Исраэль разнообразны. Часто их приноравливают к вкусам и суевериям той массы, к которой обращаются. И это не просто фальсификация: арабские историки отбрасывают известные и доказанные факты и без тени сомнения искажают картину события, известного общественности и совершившегося всего год назад, заменяя ее абсолютной фантазией.

Вот в общих чертах одна из таких версий: Эрец-Исраэль всегда была родиной арабов, даже до арабо-мусульманского вторжения в седьмом веке. Арабы были исконными жителями страны и ее правителями. Ханаанеяне были на самом деле арабами. Филистимляне также были арабами. Аморреи были арабами. Евреи правили страной короткий срок - в течение восьмидесяти лет в период царей Давида и Соломона, затем они исчезли и с течением времени были поглощены арабской нацией. Современные евреи вовсе не потомки древних евреев. Еще не дошло до того, чтобы вообще отрицать существование современных евреев.

В порядке компенсации за преследование евреев христианами - продолжает арабская версия - западные силы привезли евреев в Палестину, и евреи изгнали из нее истинных ее хозяев - арабов. Западные державы сделали это, провозгласив декларацию Бальфура и учредив мандат после завершения Первой мировой войны или, в другом варианте, после нацистской кампании уничтожения во Второй мировой войне.

Из всех направлений арабской пропаганды самое безудержное старается отнять у евреев их право на Иерусалим. Арабская политическая пропаганда утверждает, что Иерусалим - это "арабский город", был арабским городом в течение многих веков и остается священным городом ислама. В этом содержится только крупица правды, а остальное, как и обычное утверждение, что Палестина - "священная страна для трех религий", - ложь.

Можно назвать Эрец-Исраэль священной страной двух религий: христианства и иудаизма. Но никогда она не была священной для ислама. Магомет, вероятно, переворачивается в гробу от предположения, что у ислама есть "священная страна" за пределами Аравийского полуострова. В мусульманской религии Палестина не имеет никакого значения. Она никогда не существовала под арабской или другой мусульманской властью как отдельная страна. В Иерусалиме есть одно священное для ислама место, но и оно заимствовано из иудаизма, сам же город не имеет никакого значения для ислама.

Известные факты удивительно просты. Когда Магомет провозгласил ислам на Аравийском полуострове, он надеялся, что евреи и христиане примут новую религию. Он призвал их принять его как наследника Моисея и Иисуса одновременно, святость которых он признавал. Чтобы подчеркнуть эту связь религий - иудаизма и христианства, предваривших ислам, - он повелел мусульманам во время молитвы придерживаться иудейской традиции - молиться в сторону Иерусалима (который в то время был под властью христиан). Однако ни христиане, ни иудеи не откликнулись на его призыв, и, спустя восемнадцать месяцев он отменил повеление. С того времени и по сей день мусульмане обращаются во время молитвы в сторону Мекки.

Магомет признавал святой для иудаизма город, и это породило мусульманское предание о том, что Храмовая гора была местом, откуда Магомет взмыл на седьмое небо. Сам Коран повествует только о том, что в одну из ночей Магомет был вознесен на небо на своем крылатом Бураке, коне с лицом женщины и хвостом павлина. Но перед этим Магомет был перенесен на место, называемое в Коране "отдаленной мечетью" - иль-масджад альакса. Иерусалим в этом повествовании вообще не упоминается, и понятно, что такой мечети в Иерусалиме не существовало. После смерти Магомета сложилась традиция, которую, кстати, отвергает оппозиционная школа мыслителей, что "отдаленная мечеть" означает Храмовую гору в Иерусалиме.

Конечно же, сны Магомета не определяют святости этой горы. Это место было священным для евреев за две тысячи лет до Магомета - именно поэтому гора была выбрана местом вознесения Магомета на небо. Даже имя - Бурак, как мусульмане называют это место, служит вечным напоминанием того, что святость его иудейская.

Этой легендой ислам как бы доказывает свое право на еврейскую Храмовую гору, как на место, священное для мусульман. Со временем на горе были построены мечеть "Купол над скалой" и мечеть аль-Акса, названные Харм-Аль-Шариф, и они стали третьим священным для мусульман местом после Мекки и Медины. Неизвестно, ступала ли нога Магомета по камням Иерусалима. С этого начинается и этим кончается религиозное значение Иерусалима для ислама. [1] Кристофер Сайкс метко заметил: "Для мусульман не Иерусалим священный город, а определенное место в нем... фантастическая мечеть "Купол над скалой". Для мусульманина существует глубокое различие между Иерусалимом и Меккой или Мединой. Два последних города - это места священные, где находятся самые священные реликвии. За исключением мечети "Купол над скалой" Иерусалим не имеет большого значения для ислама". [2]

1 Интересно, как реагировали бы христиане, если бы мусульманские теологи заявили, что Магомет взмыл в небо с Храма гроба Господня, а затем, изменив название на Бурак, объявили бы храм святым местом для ислама.

2 "Священный город", в журнале "Энкаунтер", февраль.

Будучи правителями Эрец-Исраэль, мусульмане вообще не придавали значения Иерусалиму. Когда в 1099 крестоносцы захватили город, делегация мусульман прибыла в столицу империи Багдад просить, чтобы им помогли в борьбе против христианских захватчиков, однако в Багдаде только растрогались и выразили сочувствие, но не предложили никакой помощи и ничего не предприняли, чтобы освободить Иерусалим. [3] Никогда этот город не играл никакой роли в политической жизни арабского мира. В то время как Дамаск, Багдад и Каир соревновались за право быть ослепительными столицами империи, Иерусалим оставался заброшенным провинциальным городом. Никогда он не был даже столицей провинции (эта честь выпала городу Рамле).

Не меньшее значение имеет тот факт, что Иерусалим никогда не был культурным центром ислама, здесь не возникла значительная школа мусульманской мудрости, здесь не провозгласили никакого религиозного призыва. Для мусульман Иерусалим, даже если там и были некие святые для ислама места, был городом заброшенным.

Арабы не придавали никакого значения жизни в Иерусалиме. Даже под властью мусульман в течение длительных периодов времени большинство населения города составляли христиане. Со второй половины 19 века, вскоре после того, как евреи начали восстанавливать страну, в городе возникло еврейское большинство, и оно сохранилось по сей день. [4]

3 Хитти, стр. 480.

4 Арабы не без успеха нападали на евреев в 1920 году и позднее, британцы этому содействовали, таким образом евреев постепенно вытесняли из Старого города в новый. В 1948 оставшиеся в живых еврейские защитники Старого города, когда кончились боеприпасы, сдались иорданцам. Тогда город и был разделен.

Сейчас едва прослеживаемая искусственная связь арабов с этой землей превратилась в притязание на бескомпромиссное исключительное право обладать ею. Как когда-то арабы позаимствовали еврейские святые места, так теперь они хотят подражать особенной, мистической привязанности евреев к своему несравненному и древнему Святому городу.

В войне 1948 при помощи английских военных инструкторов арабский легион Абдаллы захватил восточную часть Иерусалима, включая Старый город. В течение девятнадцати лет правления главные усилия иорданцев были направлены на то, чтобы стереть всякую память о еврейском присутствии. Все синагоги были разрушены. На развалинах одной из самых знаменитых - "Хурвы" - арабский житель построил небольшой загон для своего осла или козла. Древнейшее еврейское кладбище на Масличной горе, обращенное к Старому городу было уничтожено, надгробными плитами мостили улицы, часть из них употребили на сиденья в уборных иорданских военных лагерей. [5] Арабы старались не оскорбить священные чувства христиан, и за это христиане - свидетели многочисленных разрушений и осквернении священных еврейских мест в Старом городе - платили молчанием. Неожиданно, первый раз в истории, арабы в каких-то безумных, почти отчаянных формах заявили о своей исконной, прочной, неумирающей связи с Иерусалимом.

5 После Шестидневной войны многие авторы описывали вандализм в Старом городе. См., например, статью Ш. Каца "Неразделенный город" ("Исраэль Мэгэзин" Тель-Авив, апрель 1968, N 2, стр. 11-17)

Искусственно созданное чувство, в конце концов можно было бы легко разоблачить, но оно уже произвело впечатление в мире, поскольку было выгодно представлено. Эта фабрикация чувства демонстрирует национальную арабскую черту, сыгравшую одну из главных ролей в конфликте между арабами и евреями: известный талант арабов сочинять факты, обманывать самих себя, принимать их за реальность, впадать в массовый экстаз, поддаваясь чувствам, которых на самом деле не существует. [6]

6 "То, во что верит народ, - пишет Филипп К. Хитти об арабах, - даже если это фантазия, влияет на его жизнь точно так же, как если бы это была правда" ("История арабов ", стр. 88).

x x x

То, что называется восточной фантазией, долгое время не понималось. Но, может быть, только в наши дни она играет выдающуюся роль во влиянии на мировые события. Мощнейший резонанс современных средств массовой информации (радио и телевидение) и их сотрудничество с сильными мира сего дали восточной фантазии небывалую возможность влиять на события. Ложь как главное оружие государственной политики использовалась в наше время двумя крупнейшими державами - нацистской Германией и Советским Союзом. Их примером воспользовались и появились системы, которые отточили восточную фантазию, сделав ее в высшей степени эффективным политическим оружием.

Крупнейший мусульманский теолог аль-Газали писал в одиннадцатом веке:

"Знай, что ложь сама по себе не порочна, если бы она не вызывала вредных последствий, приводящих слушателя к вере в несуществующее... Если ложь - единственный путь для достижения хорошего результата, она допустима. Мы должны лгать, если правда ведет к неприятным результатам".

"Ложь, - пишет арабский социолог Сания Хамади, - весьма распространена среди арабов, и правда у них стоит немногого".

"... Араб не испытывает угрызений совести, если благодаря лжи достигает своей цели... ".

"Он более прислушивается к чувству, чем к фактам, скорее заинтересован произвести впечатление, чем рассказать что-либо правдиво. Более того, арабский язык дает его носителю возможность преувеличения". [7]

В результате возникли красочные правила общения. "Араб вынужден, пишет арабский ученый Эли Шуби, - настаивать и преувеличивать почти во всех видах общения, чтобы быть правильно понятым. Если араб говорит точно то, что он думает, без ожидаемого от него преувеличения, слушатели усомнятся в его правоте и даже будут подозревать его в совершенно обратных намерениях". [8]

7 Sania Hamady, Character and Temperament of the Arabs (New-York, 1960), pp. 5, 36, 62-63.

8 "Влияние арабского языка на психологию арабов". "Мидл Ист Джорнал", т. 5 (лето 1951), стр. 284-320.

x x x

Фальсификация истории не новое для арабов искусство, и оно не ограничивается пределами базарной площади. В шутливом тоне профессор Хитти пишет:

"Арабский специалист по генеалогии, подобно своему брату - арабскому историку, боится пустых пространств и без особого труда своим воображением закрывает брешь и затыкает дыры; он преуспел в этом и в большинстве случаев показал нам непрерывную цепочку от Адама, первого человека, или, более скромно, - от Измаила и Авраама". [9]

Как политическое оружие высокого класса искусные измышления и ложь органически развились во время борьбы за Эрец-Исраэль. При первой же встрече с современным миром арабские лидеры открыли, как легко империалисты и другие заинтересованные стороны, немусульмане, не знающие арабский язык, готовы поддерживать фантазии и преувеличения арабов, используя это в своих целях. Арабским шерифам повезло, что в Первую мировую войну и после нее они были в союзе с британским агентом, заинтересованным именно в тех измышлениях, которые предполагали их традиции и культура. Т. Э. Лоуренс нашел себе партнеров в исторической авантюре, в создании фальсификации.

Так, эмир Фейсал в своей речи 18 февраля 1918 года на мирной конференции в Париже выдал незначительные набеги своих бедуинов на железную дорогу за "продвижение арабской армии на 800 миль". Армия (насчитывавшая 600 человек) действительно прошла на север 800 миль, но, в основном, после того, как турки были изгнаны силами британцев, австралийцев и французов (а позднее и еврейскими частями). Число солдат, по словам Фейсала, было 100000, потери составили 20 000. Более того, он провозгласил, что его армия взяла в плен 40 000 человек. [10] Эта легенда была настолько в интересах британцев в то время, что только через 18 лет премьер-министр Британии Ллойд-Джордж, присутствовавший при речи, решился назвать эти цифры "восточной арифметикой". Но в свое время это заявление было вплетено в легенду, которую британцы распространяли и которую мир принял за "восстание в пустыне".

9 Хитти, стр. 91.

10 Д. Ллойд-Джордж, см. выше, стр. 1041. В действительности потери арабов и число турецких пленных исчислялись сотнями.

x x x

Плоды лоуренсовской фальсификации и выгода, полученная арабами, еще больше распалили их воображение, и это повлияло на всю последующую историю Эрец-Исраэль и раскрылось со всем драматизмом перед миллионами людей в июне 1967.

Арабская трактовка событий не имела ничего общего с самими событиями или была им прямо противоположна. Их сообщения имели мало связи с происходящим, только два факта они сообщили правдиво: что идет война и что место действия - Ближний Восток.

Фальсифицировалось даже то, кто с кем воюет. Египтяне, а за ними и остальные арабские государства беспрерывно заявляли о воображаемом участии британских и американских самолетов и летчиков в атаках на арабские аэродромы. Военно-воздушные силы арабов, которые фактически даже не поднялись в воздух, по арабским сообщениям разбомбили Тель-Авив, Хайфу, Натанию. Израильские же военно-воздушные силы (потери которых в течение шести дней войны составили 19 самолетов на всех фронтах) потеряли, по арабским сведениям, 160 самолетов только в первый день войны. Гигантские танковые сражения в пустыне Синай и крупные потери израильтян арабы упомянули через два-три дня после того, как израильтяне нанесли решительное поражение огромному количеству танковых египетских войск и десятки тысяч египетских солдат сдавались в плен или бежали в сторону Суэцкого канала, пытаясь через него переправиться.

Читатели газет и телезрители, даже настроенные скептически, но далекие от места боевых действий, были убеждены, что, несмотря на все преувеличения, Египет и Иордания ведут успешные военные действия, а дело Израиля плохо. Не может же быть, чтобы все было ложью и обманом. Вероятнее всего, преувеличение, что Хайфа и Натания охвачены пламенем, но города несомненно пострадали. Арабы сообщают, что Тель-Авив понес тяжелые потери в результате бомбардировок, значит, какие-то потери были. Число израильских самолетов, сбитых в первый день, преувеличено, но двадцать-тридцать, вероятно, сбиты. [11] Эти скидки на восточную фантазию делали и осведомленные люди, и циники, и оптимисты. Остальным, склонным верить информации, представлялось, что на второй день войны Израиль был на краю гибели. Потом, после этих шести дней баланс был восстановлен, и все в мире осознали, каковы масштабы поражения арабов.

11 Ни Тель-Авив, ни Хайфа, ни какой-либо другой город не подверглись бомбардировкам и нападениям египетских сил. В Тель-Авиве упало два снаряда, выпущенных со стороны Иордании. Единственная бомба была сброшена иракским самолетом в районе Катании.

Сообщения арабов не произвели бы такого впечатления, если бы не поддержка заграничных средств массовой информации, которые по легковерию и с горячим желанием давали этим сообщениям широкий резонанс. Русские, вклад которых в эту фальсификацию века привел к войне [12], публиковали восторженные отклики и комментарии на сообщения о падении Израиля. Они сами оказались в плену этого обмана до такой степени, что задерживали прекращение огня, предложенное Советом безопасности, опасаясь, что слишком раннее перемирие помешает окончательному поражению Израиля. Британская корпорация радиовещания (Би-би-си) была главным органом арабских служб информации: она принимала на веру самые фантастические сообщения, в то же время подвергая жестокой цензуре наиболее правдивые сообщения своего иерусалимского корреспондента. Через несколько часов после того, как командующий военно-воздушными силами Израиля сообщил об уничтожении египетских военно-воздушных сил, британские газеты еще обсуждали, сможет ли Британия стоять в стороне, наблюдая за уничтожением Израиля. [13]

12 В начале мая они дали Насеру необоснованную информацию, что Израиль сконцентрировал войска на границе с Сирией.

13 Randolph S. Churchill and Winston S. Churchill, The Six Day War (London, 1967), Ch. 8 and Appendix 1. Авторы этой книги описывают эпизод, когда они должны были употребить всю свою силу убеждения, чтобы успокоить женщину, недавно приехавшую на Ближний Восток, которая сокрушалась, услышав по Би-Би-Си сообщение очевидца, что 300 пленных израильтян везли от границы в Каир. Она не знала, что в вопросах, касающихся Эрец-Исраэль, Би-Би-Си в большинстве случаев выступает как рупор арабской пропаганды в стиле Лоуренса.

Быстрота, с которой закончилась война, и насыщенность событиями усилили действие арабской лжи. Многих здравомыслящих арабов это заставило задуматься об опасности, которую таит в себе воображение. Когда президент Насер заявлял о том, что британские и американские самолеты бомбили египетские аэродромы, а египетские самолеты бомбили израильские города, он обманывал не только весь мир, но и арабов. Он обманывал самого себя, ибо его генералы лгали ему. Несомненно, он ввел в заблуждение короля Иордании Хусейна. Решение Хусейна атаковать Израиль после того, как глава правительства Израиля обратился к нему с просьбой проявить сдержанность и не вступать в войну, проистекало из его веры в мифические сообщения Египта о разрушениях в Израиле.

Как известно, национальная черта арабской фантазии состоит в том, что автор придуманной истории сам начинает в нее верить. В арабском фольклоре есть замечательная притча о человеке, послеобеденному отдыху которого мешают дети, гомонящие во дворе. Он выходит на балкон и кричит:

"Дети, какие же вы дураки! Пока вы тут играете, на базаре бесплатно раздают фиги". Дети убегают за фигами, а человек, довольный собой, возвращается на свою лежанку. Но только он начинает засыпать, его внезапно будит мучительная мысль: "Вот лежу я себе здесь, а на базаре сейчас можно даром получить фиги".

x x x

Измышления о Шестидневной войне больше всего ударили по арабам. В последующие годы еврейский народ стал жертвой более утонченной лжи. Измышления о палестинской революции и о движении "За освобождение Палестины" не менее опасны, чем результаты усилий каирско-хартумской школы после 1918.

У арабских террористических организаций еще не появился собственный Лоуренс, но они приспособили тон и содержание своей пропаганды к различным политическим течениям в мире и научились использовать современные средства массовой информации. Они распространили по всему миру такой привлекательный рассказ о своих устремлениях, такое живое описание своей борьбы и достижений, что средний обыватель, не обладающий возможностями, да и особым желанием изучить предмет, естественно, верит всему. Многих убедили в том, что арабские террористические организации - это бесстрашные группы партизан и борцов подполья, которые вышли из среды арабского населения Палестины и решили вернуть себе потерянную родину, страдающую под чужеземной жестокой оккупацией. Эти борцы - так обычно излагается - выходят днем и ночью с подпольных баз, которые предоставляет помогающая им "палестинская нация", вступают в бесстрашный бой с подразделениями израильской оккупационной армии, во много раз превосходящими их по силе, вооруженными танками и самолетами. Много боевой техники бывает "уничтожено" в бою и много израильских солдат "убито". Так же подробно описывают, как эти подпольщики проникают в самое сердце Израиля и атакуют военные базы, нанося им непоправимый ущерб.

Пропагандисты террористов, используя опыт новой истории, изображают воскресших бойцов "маки" во Франции, скандинавских подпольщиков, партизан Тито во время Второй мировой войны, воплотившихся в бойцов ООП и других подобных организаций. Особенно стараются их представить как некое воплощение "герильерос" Кастро на Кубе, кровных братьев Че Гевары в джунглях Боливии, продолжателей тактики Мао Цзедуна, алжирцев, восставших против власти французов, вьетконговцов.

Рассказы этого сорта по душе европейцам и американцам, привыкшим к героическим драмам освободительных движений, подпольных или легальных, захвативших в последние тридцать лет внимание публики. Более того, часто истории, рассказанные арабами, дополняются корреспонденциями американских и европейских журналистов. Им разрешают посетить "штаб подпольного командования", побеседовать с теми, кто участвовал в "атаках" и "вторжениях" до их выхода на операцию и после, разрешают записывать эти беседы на магнитофон и даже фотографировать.

Представленные таким образом цели террористических организаций и их действия - это как бы современное воплощение философии вседозволенности аль-Газали, это сочетание лжи и попытки выдать желаемое за действительное. Философия быстро распространяется за пределами арабского мира благодаря усилиям большой группы пропагандистов. Часть из них профессионалы, многие внедрены как студенты в американские и европейские университеты, их работа оплачивается и субсидируется из огромного отпущенного на это бюджета.

x x x

ООП и конкурирующие организации [14], по сути, никогда не нападали и не предпринимали каких-либо серьезных попыток нападения на воинские подразделения пехоты, авиации или флота Израиля. Подобные столкновения происходили по инициативе израильских войск. Поиски террористов приводили к стычкам с людьми ООП, которые проникали из-за реки Иордан, через горы Галилеи, через границу с Ливаном.

14 ООП - самая большая и самая известная организация из всех подобных организаций. В рамках этой книги разногласия между ними не так важны. Поэтому в книге название ООП применяется ко всем организациям этого толка. Там, где это необходимо, будут упомянуты и другие организации/

Все акции ООП были направлены только против гражданских объектов. Она пыталась провести диверсию на канале, несущем воды из озера Киннерет в засушливые районы Негева, люди ООП подкладывали мины на пограничные шоссе, по которым автобусы возили детей в школы, в надежде, что на эти мины наткнется военный патруль. В основном же они преуспели внутри Израиля в уничтожении имущества и убийстве гражданских лиц - мужчин, женщин и детей. Во всех этих акциях они использовали только два вида оружия: взрывчатку с часовым механизмом и ручные гранаты. С большим мужеством они подкладывали взрывчатку в корзины супермаркетов, полных народа, или в студенческие столовые, в дом, жители которого мирно спали, в мусорные урны на центральной автобусной станции.

Во время таких акций важно было проникнуть в многолюдное место и улучить момент, когда надо смешаться с будущими своими жертвами. Происходили подобные вещи нечасто. Почти во всех случаях силы безопасности Израиля настигали и самих исполнителей актов террора и ячейки террористов. Большинство акций ООП проводилось людьми, проникавшими главным образом из-за реки Иордан, реже из-за гор Галилеи, из-за линии, разделяющей Израиль и Ливан. С этих границ, с безопасного расстояния бойцы ООП провели сотни обстрелов Израиля из легких артиллерийских орудий.

Эти обстрелы и поставляли самые красочные картины боев иностранным корреспондентам, которым устраивали экскурсии на место происшествия. Здесь воображение могло добавить недостающие детали жестокого военного противостояния и геройства арабского подполья. Так происходило, когда корреспондентов и телевизионные съемочные группы привозили ночью на берег реки Яббок в глубине Заиорданья. С позиций по обе стороны реки две группы бойцов ООП завязывали артиллерийскую перестрелку - с грохотом и пламенем. На следующий день скандинавские телезрители видели бой, Яббок назывался Иорданом, а силы на другом берегу - израильскими.

Более того, картину боя сопровождали комментарии о потерях, понесенных израильской армией, и об уничтожении определенных израильских военных объектов. У корреспондентов, жадных до новостей, не знающих местности, не разбирающихся в военных действиях, обманутых темнотой и грохотом артиллерии, не принимающих в расчет безграничных способностей арабов к выдумкам, не было оснований не верить тому, что видели их глаза и что рассказали им те, кто их пригласил. [15]

15 См. Зуд Яари, "ООП" (Тель-Авив, 1970), стр. 195.

И почему даже опытный корреспондент газеты, который находится в штабе подпольного командования и под грохот снарядов и взрывов беседует с возвращающимися на базу бойцами, должен не верить рассказам об успешном переходе бесстрашных бойцов через реку Иордан, рейде в глубину "оккупированных" Израилем территорий, уничтожении израильских танков и орудий? Откуда ему знать, что стреляли через реку, а следы боя на лице и на одежде - это грим? Почему читатель газеты в Париже или телезритель в Цинциннати должен усомниться в том, что возникший на экране арабский боец подполья в пыли боя реален, и в правдивости комментария, сочиненного корреспондентом?

А на самом деле по эту сторону границы нападают на приграничные израильские поселения - на мужчин, женщин, детей, их домашних животных и их маленькие домики. Так было до Шестидневной войны 1967, когда сирийская артиллерия каждую ночь обстреливала поселения с Голанских высот, и многие дети не знали, что такое спать в своих постелях, поскольку ночи проводили в подземных убежищах. В виде развлечения можно было обстрелять при свете дня "катюшами" школьный автобус, а затем передать, что силы ООП атаковали военный транспорт израильтян.

По объему и характеру акций ООП единственная в своем роде организация в истории освободительных движений, нелегальных и легальных. В израильских тюрьмах находятся сотни членов ООП и других террористических организаций, которые в большинстве случаев называют себя арабами-палестинцами, иногда жителями других арабских стран. В течение четырех лет после Шестидневной войны они были осуждены за участие в террористических актах, организацию этих актов, мобилизацию новых членов в террористические организации. Небольшая часть была схвачена в момент диверсии или сразу после нее, остальных выдали их товарищи. Арестованные офицеры на допросе, а нередко еще до первого вопроса, сообщали имена всех своих подчиненных, а рядовые доносили на своих командиров. В некоторых случаях заключенные воспроизводили перед израильской полицией акции, объясняя роль которую каждый должен был выполнить.

Конечно же, были исключения. Были молодые арабы которые хранили молчание и вели себя с вызовом по отношению к следователям и судьям. Но это незначительное меньшинство вносит мало разнообразия в серую массу так называемых борцов за освобождение, сразу после ареста готовых предать свое движение и цели, во имя которых они борются. Они легко отказываются от борьбы и предают товарищей вовсе не потому, что хотят спасти свою жизнь. Военные трибуналы Израиля не выносят смертных приговоров и не подвергают заключенных пыткам. Вероятно, это объясняется желанием получить более короткий срок заключения.

x x x

Но это еще не все о маскараде. ООП и братские организации возникли не сразу после Шестидневной войны и перехода Иудеи, Самарии и Газы к Израилю. ООП родилась за десять лет до войны, когда все эти территории еще не находились в руках Израиля, когда три четверти миллиона арабов жили в Самарии и Иудее под иорданской арабской властью, а триста тысяч - в полосе Газы под египетской арабской властью. Жители этих территорий не наслаждались независимостью, которую пропагандисты ООП называют такой же жизненной необходимостью для них, как дыхание, и, похоже, не очень страдали от ее отсутствия. 19 лет никто не говорил о независимости и ничего не делалось для ее достижения. Но и тогда ООП направляла свои действия против Израиля в тех узких границах, и тогда это совершалось во имя "народа Палестины" и от имени арабов, находившихся под арабской властью в Хевроне, Дженине и Шхеме, как и от имени арабов Хайфы, Яффо и Назарета в Израиле.

Большое значение в истории ООП и ее кампании против Израиля имеет тот факт, что организация родилась не в среде арабов Эрец-Исраэль, которых она стремится представлять и во имя которых она борется не на жизнь, а на смерть (как сама провозглашает). ООП даже не была принята их средой, не получила ни поддержки, ни помощи.

ООП была создана не в Эрец-Исраэль. В период арабской власти в Иудее и Самарии у нее даже не было там какого-либо центра, и она не проводила оттуда своих акций. ООП возникла в Ливане в конце 1950-х годов. Первые официальные отделения открылись в 1963 в Алжире, в здании, которое выделило организации алжирское правительство, но она вынуждена была оттуда убраться из-за внутренних алжирских междоусобиц. Штаб был перенесен в Бейрут. Затем, в середине 1965, учреждения ООП переехали в Дамаск и там оставались до Шестидневной войны.

Ясер Арафат, лидер ООП, весьма характерная для этой организации фигура. Он доказывает, что родился в Старом городе в Иерусалиме. Может быть, это и правда. Точно известно, что он рос и воспитывался в Египте, куда его родители переселились из Эрец-Исраэль не как "беженцы" или эмигранты. В 1920-х годах они просто поменяли место жительства, более чем за двадцать лет до провозглашения государства Израиль. Говорят, что Арафат был в египетских войсках, которые вторглись в Эрец-Исраэль в 1948. Точно известно, что он учился на инженера в Египте и некоторое время там работал. Он переехал в расцветавший в те годы Кувейт, нашел работу, начал там вести пропаганду против Израиля. С тех пор его политическая деятельность определяла его образ жизни. Из Кувейта он перебрался в Бейрут, затем переехал в Алжир, оттуда опять в Бейрут, затем - в Дамаск. Он много ездил, но за девятнадцать лет иорданской власти ни разу не побывал в Иудее и Самарии, вовсе не собирался там жить и даже не был в городе, в котором, по его словам, родился. Он избегал Палестины и ее жителей. [16]

16 Эуд Яари, стр. 11.

Впервые ООП начала свои действия против Израиля в 1965. Их планировали в Сирии. Бойцы сначала входили в Иорданию, иногда в Ливан и оттуда проникали в Израиль. Все диверсии проводились по системе "ударить и убежать" и были направлены против гражданских объектов, причем в редких случаях в глубине Израиля, далеко от границы, поскольку террористы не могли надеяться на укрытие у израильских арабов и даже у арабов Иудеи и Самарии. За исключением одиночек "палестинский народ" вообще не был замешан в этих действиях, не сотрудничал с ООП даже пассивно.

x x x

После поражения арабов в Шестидневной войне и перехода Иудеи и Самарии в руки Израиля ООП должна была пересмотреть свои притязания. Спустя месяц после войны Арафат оставил Дамаск и проник в Эрец-Исраэль. В районе шхемского рынка он создал подпольный центр, затем перебрался в Рамаллу.

Несколько сотен членов ООП, завербованных в Сирии, Алжире, европейских университетах, проникли в Эрец-Исраэль, некоторые из них воспользовались политикой "открытых мостов" правительства Израиля в отношении Иордании. Они сумели контрабандой провезти значительное количество оружия и военного снаряжения.

Предполагая, что военные оккупационные власти Израиля будут вести себя жестко, согласно доктрине французских властей, направленной против алжирского восстания и тактике Вьетконга в селах Южного Вьетнама, Арафат решил послать своих агентов в арабские села Иудеи и Самарии. Они должны были завербовать в организацию новых членов, создать местные ячейки на территориях. Арафат планировал постепенно внедрить в арабскую среду вооруженных бойцов, которые внезапно с безопасных баз должны были нападать, а затем скрываться, "проглатываться" населением. В города и поселения евреев планировалось посылать террористов, чтобы сеять там смерть и разрушения. Более того, при помощи сети своих ячеек Арафат собирался создать "правительство" в подполье, которое будет властвовать над арабскими поселениями, по крайней мере в ночное время. Для этой цели распространялись листовки, призывавшие арабов бойкотировать финансовые, культурные и юридические учреждения Израиля, даже радио и прессу. В листовках также содержались указания, как совершать простые акты террора - сбрасывать камни с гор, чтобы нарушить движение по шоссе или сыпать песок в бензобаки израильских автомашин.

Ясер Арафат, верный арабской традиции, усвоил подобные методы, и это еще раз доказывает, что он пал жертвой собственных иллюзий (хотя в Северной Африке или Южной Америке такие методы успешно применялись). Здесь эти идеи не работали и не только потому, что евреи в Эрец-Исраэль не чужеземные колонизаторы, но и потому, что Арафат плохо знал топографию Эрец-Исраэль и еще хуже - "свой" народ. Он также не понял, доверившись только своей интуиции и опыту, взглядов и методов израильтян, "оккупация" которых в Иудее, Самарии и Газе была, вероятно, самой либеральной в истории. [17]

17 В призывах ООП от 1 сентября 1967 года арабское население "предупреждали", что "вольные дни... ослабят сопротивление".

Добравшись до сел, агенты, посланные Арафатом для вербовки, рассказывали жителям, принимавшим их, истории о своих подвигах, о том, как они бесстрашно и дерзко переходили горы под носом у вездесущих израильских патрулей. Сельчане, однако, не выражали особого восторга, они вежливо выслушивали эти истории. Таких рассказов они и ожидали от героев, они-то знали, что нет никаких ограничений в передвижении днем по территории. Человек не должен пробираться окольными дорогами и через горы. Правительство Израиля сразу начало проводить политику минимального вмешательства в жизнь арабского населения. Если агенту Арафата хотелось поехать из одного города в другой, ему следовало войти в автобус и купить билет. Небольшая группа арабской молодежи, разгоряченная пропагандой и обещаниями вскоре выгнать израильтян, присоединилась к ООП. Некоторые даже пошли в еврейские города совершать акты террора. В основном же арабское население, даже если и радовалось бы уходу израильтян, было глухо к призывам активно сотрудничать с ООП.

Более того, население отказывалось принимать у себя своих освободителей. Не имея безопасных баз в селах, агенты вынуждены были уходить в горы и скрываться там. Климат благоприятствовал этому, лето в Эрец-Исраэль позволяет жить под открытым небом. Осенью 1967 ООП решила отказаться от своих планов. После трех месяцев пребывания в среде "своего народа" Арафат, который чудом спасся, обойдя израильские патрули, вернулся в Сирию. На короткий срок он обосновался в Дамаске. Затем перешел в Заиорданье. В последующие годы ни ООП, ни другие "палестинские" организации даже не делали попыток возобновить создание баз на "оккупированных территориях".

x x x

Итак, противоречие между пропагандой и реальностью "палестинской революции" отчетливо проявилось в полном провале планов самодеятельных революционеров добиться реальной солидарности со "своим народом", будто бы жаждущим "свободы" и борющимся за нее. В действительности террористические организации никогда не были силой, представляющей бездомных арабов-палестинцев. Каждая из этих организаций была инструментом в руках одного, нескольких или всех одновременно арабских государств. Когда после семи лет переговоров, дискуссии и поездок основателей ООП организация в конце концов запланировала в 1965 несколько террористических акций из Сирии, это было связано с тем, что правительство Сирии взяло над ней покровительство. ООП осталась клиентом Сирии, снабжающей ее вооружением, дающей ей возможности для военной подготовки и после Шестидневной войны.

Связь с Сирией ограничила численность ООП: члены вербовались из тех "беженцев", которые были связаны с Сирией или поддерживали ее. Другие арабские лидеры и их люди в среде "беженцев" по каким-то причинам выступали против ООП. Президент Египта Насер, а за ним и другие арабские лидеры считали, что сейчас не время для подпольных акций.

Статус ООП, поддерживавшие ее силы, предоставленные в ее распоряжение финансовые средства - все это коренным образом изменилось после Шестидневной войны. Арабские страны, которые потерпели поражение и не могли пока повторить свое нападение на Израиль, начали создавать "народный" террор крупного масштаба. Они решили использовать ООП в борьбе на истощение и создали несколько террористических организаций. Время от времени после июня 1967 провозглашалось о создании новой организации с громким названием, однако из 30 заявивших о себе организаций реально возникло только 12. Из них только четыре или пять имели какое-то влияние. Каждая пользовалась покровительством одного, нескольких или всех арабских государств.

Наиболее крупные денежные пожертвования поступили от сказочно богатых нефтяных государств - от Кувейта, Саудовской Аравии и Ливии. Возможности для военной подготовки предоставили Алжир, Египет, Ирак, Ливан, Иордания. Оружие разных видов прибывало из всех арабских государств. Инструкторов выделили Египет, Сирия, Иордания, Ирак. Арабские государства создали легион офицеров, которых отправили вербовать "палестинских беженцев" по спискам Агентства по делам беженцев и организации работ ООН среди молодежи, которая работала в арабских государствах или училась в европейских университетах.

О происхождении, направлении и размерах сотрудничества арабских государств и "палестинской революции" можно судить по истории Ахмеда Аршида (известного под кличкой "Мечь"). Он считался беженцем, в 1960 стал студентом факультета промышленной экономики в университете Карлсруэ в Западной Германии. В 1965 сирийский агент завербовал его в ООП, и он стал организатором среди арабских студентов университета.

В июне 1967, после Шестидневной войны, будучи студентом, с еще 120 такими же студентами он был послан в лагерь военной подготовки в Белиду (Алжир), где за три недели они прошли курсы по основам террора, по физической подготовке, маскировке, стрельбе в цель из китайского пистолета и французской винтовки, курсы боя с автоматом "Стен" и русскими и китайскими "базуками". Инструкторами были алжирские офицеры.

Аршид и еще 38 студентов окончили курс 20 июля и были переброшены по воздуху в Сирию. В Дамаске с ними провели еще курс полевых маневров, на этот раз с легким чешским оружием. Они также прошли здесь курс по теории борьбы с Израилем, по истории освободительных движений с особым упором на Китай, Кубу, Югославию и Алжир.

После такой подготовки Аршида назначили штабным офицером ООП в районе Дженина (Самария). Ему дали удостоверение личности арабского жителя района, и представители сирийской военной разведки повезли его в деревню Хама на иорданской границе. Оттуда на иракской военной машине его перебросили в Амман. По приказу, полученному в Дамаске, он предстал перед иорданским офицером по имени Асади Шибли. Шибли дал ему разрешение на переход в Израиль. Ему удалось пересечь Иордан и связаться с штабом ООП в районе Дженина. Это было в августе 1967, в короткий период, когда штаб ООП реально существовал в Эрец-Исраэль. Спустя некоторое время Аршид был арестован израильскими офицерами безопасности.

С момента вербовки в Карлсруэ и до ареста в Израиле его обучили, идеологически подготовили, вооружили и обеспечили всем необходимым военные ведомства четырех арабских государств. Выяснилось что лишь арабы-палестинцы, ради которых все это так энергично готовилось и делалось, не были заинтересованы сотрудничать в борьбе за свободу, которую предложил им Аршид. Такую же попытку предприняло еще несколько сотен "подпольщиков", пробравшихся в то лето на западный берег Иордана. Эта история весьма типична для "палестинской революции" и "палестинского движения освобождения". [18]

18 История рассказана в "Информационных листках" (вып. 9) изданных министерством образования и культуры, Иерусалим, 1970 (стр. 11-12).

x x x

Когда ООП после хождения в арабский народ Эрец-Исраэль вернулась почти ни с чем, когда невозможно оказалось продолжать борьбу в единственной форме, которая могла бы создать основу народной войны, когда невозможно стало выловить хотя бы крупицу правды из арабской пропагандистской лжи, питавшей мировые средства массовой информации, Арафат и его соратники постарались забыть, что были отвергнуты "своим" народом. Панарабские покровители приняли создавшееся положение с философским спокойствием. Возможно, их слегка разочаровало нежелание братьев-палестинцев дать освободить себя от "жестокой израильской оккупации". Вероятно, они считали, что, подобно Каукджи в 1937-38, Арафат должен был навязать свои требования населению страны силой и угрозами. Арабы Эрец-Исраэль оказались неподходящим материалом.

Арабские государства приспособились к новым условиям. Они еще активнее стали сотрудничать с ООП. Все ее акции в Израиле не выходили за рамки простых и примитивных действий, таких, как стрельба по автобусу с туристами, подкладывание нескольких упаковок динамита, завернутых в бумагу, на спортивную площадку школы. Теперь ООП концентрировалась в Иордании (меньшая часть - в Ливане). Были заложены большие тыловые базы, а вдоль Иордана несколько баз на переднем крае. Туда потоком текло вооружение всех видов, главным образом, "катюши" 132 и 140 мм, легкие и тяжелые минометы.

Оснащенные вооружением как регулярная армия, иногда поддерживаемые огнем иорданской армии, части ООП каждый день вели артиллерийский огонь по легко доступным целям - по поселениям вдоль западного берега Иордана.

Поселениям был нанесен значительный ущерб. Было разрушено много домов. Часто приходилось прерывать полевые работы. Невозможно было вести нормальный образ жизни. Дети не могли играть. Атмосфера была тяжелой. Однако не было бегства, не было эвакуации, ни одно поселение жители не оставили. Более того, из других районов Израиля ехали добровольцы - старожилы, ветераны войны 1948 года, студенты, новые репатрианты, чтобы помочь в работе и охране поселений.

И снова события показали, насколько противоположны чувства, которые питают враждующие стороны какова цена преданности родной земле, стране. Когда израильские части и самолеты военно-воздушных сил проводили операции возмездия - нападения на базы ООП, иорданские крестьяне бежали из окрестностей. Села, в которых не было баз террористов, нападению не подвергались. Арабы оставили и их, бросили дома и поля и нашли себе укрытие в глубине страны. Иорданская долина к востоку от реки опустела.

ООП не пыталась удерживать и передовые позиции своей артиллерии. Она продолжала вести атаки, но с помощью артиллерийских самоходок, которые быстро меняли позиции, бойцы спускались в долину, а затем спешно ее покидали. Оперативные базы ООП вслед за бежавшими жителями тоже передвинулись в глубь королевства Иордании.

Когда обнаружилось, что у ООП нет корней среди арабского населения Эрец-Исраэль, она развернула пропаганду, используя все возможности и ту легкость, с какой западный мир воспринимает арабские фантазии. Героический образ, созданный самой ООП, привлек внимание всего мира. Вначале все силы бросили на то, чтобы произвести впечатление на арабские страны. Вокруг реальных акций против Израиля воображение выстроило воздушные замки. Мелкие террористические акты выдавались за военную кампанию, наносящую чувствительный удар в самое сердце Израиля и такой серьезный ущерб, что Израиль вряд ли выстоит. Сочинялись истории о дерзких операциях с нанесением потерь живой силе израильтян и технике, включая танки и даже самолеты. Даже аварии и неполадки, случавшиеся в Израиле, использовались арабской пропагандой. Когда генерал Моше Даян, министр обороны Израиля и археолог-любитель пострадал при обвале земли на раскопках, ООП заявила, что это дело рук их "командос". Когда после тяжелой болезни в Иерусалиме умер глава правительства Израиля Леви Эшкол, ООП сообщила, что он погиб во время нападения бойцов организации на его дом в Дгании, недалеко от реки Иордан.

Арабская гордость взмывала все выше и выше. Добровольцы шли со всех концов. Принимали всех: этому купающемуся в богатстве освободительному движению хватало денег и тренировочных баз. Все оплачивалось министерствами финансов нескольких самых богатых в мире стран. В 1968-1970 годах число членов террористической организации достигло 10 000, и они были обеспечены всем.

Итак, ООП приобрела облик армии, находящейся в резерве. Иностранные корреспонденты в Иордании, Сирии и Ливане передавали, что множество молодых членов "освободительного движения" в живописных пятнисто-зеленых боевых одеждах гордо разгуливает по улицам, вызывая преклонение менее мужественных граждан перед героическими делами этих бойцов. Отмечалось усиленное движение джипов и орудий по иорданским и ливанским шоссе.

Что же касается лидеров движения, то они свою подпольную работу против Армии обороны Израиля проводили в перелетах из одной арабской столицы в другую, в разъездах по шоссе Сирии, Египта и Алжира, фотографируясь на конференциях в Каире в первоклассных отелях. Часто они трудились в поте лица, перед фотокамерами давая интервью в одном из "секретных" штабов "тотчас же" перед акцией или "тотчас же" после нее.

"Каждый из нас, - провозглашал Абу-Айяд (псевдоним Салаха Налефа), заместитель командующего ООП, - разъезжает в машине с тремя или четырьмя телохранителями. Слишком большую важность мы придавали парадам, демонстрациям, аплодисментам. Давайте откажемся от этого. Отвернемся от фотокамер Все это должно прекратится".

Эту исповедь он произнес на собрании в лагере беженцев в Ливане 3 января 1971 [19]. С этого времени судьба террористических организаций в корне изменилась. Их уловки выплыли на поверхность. Главную роль в этом сыграло правительство Иордании.

19 Корреспонденция в газете "Ха-арец", 5 января 1971.

x x x

Впервые ООП столкнулась с иорданским правительством вскоре после того, как избрала своим центром Иорданию. Сначала все шло хорошо: иорданская армия помогала агентам и террористам ООП переходить Иордан во имя общей цели наносить ущерб израильтянам и подбивать арабов Эрец-Исраэль на восстание, передавала разведывательные данные артиллерии ООП, ведущей огонь через Иордан. Стало хуже, когда израильская армия и авиация начали проводить операции возмездия, и крестьяне Иорданской долины, самого плодородного района королевства, убегали, бросая дома и хозяйства, и, таким образом, лишали жителей Иордании необходимых продуктов питания и истощали экономику. На это иорданское правительство совсем не рассчитывало. Район, примыкающий к реке Иордан вышел из-под его повиновения. Нормальная жизнь граждан прекратилась. Район превратился в военную зону ООП. Более того, когда ООП перенесла свои постоянные базы в глубь страны, операции возмездия Армии обороны Израиля и израильских военно-воздушных сил были перенесены в глубь территории королевства Иордании.

И это еще не все. ООП грубо попирала законы страны, не признавала властей, и, присвоив себе права регулярной армии, отчитывалась только перед своим командиром. Она принимала в свои ряды молодых иорданцев, уклонявшихся от службы в иорданской армии. Организация расставила на дорогах заслоны, проверяя законопослушных граждан, угрозами заставляла торговцев и дельцов платить налоги. Она создала суды не только для своих членов, но и для арабов Эрец-Исраэль, которые обвинялись в шпионаже, она создала ядро государства в государстве.

Деятельность движения "освобождения" была разнообразной. Пропагандистская кампания за границей завоевывала в мире симпатии. Поэтому в значительной степени уменьшилась необходимость акций в Израиле, тем более, что все труднее становилось осуществлять их. Более того, небольшие террористические организации нашли более надежный путь воевать с Израилем с максимальным эффектом и минимальным риском: они начали нападать на еврейские учреждения за границей, в далекой Европе, захватывать гражданские самолеты, израильские и другие, летавшие в Израиль. Драматические и сенсационные нападения, убийства, захват мужчин, женщин и детей в заложники привлекли внимание мировой общественности. Иордания стала главным объектом активности ООП; это ускорило развязку конфликта между лидерами террористов и королем Хусейном.

x x x

В начале самостоятельных действий в Иордании, учитывая вероятность столкновения с правительством, Арафат сумел заручиться поддержкой значительной части населения. Особенно большого успеха он достиг у арабов западной части Эрец-Исраэль. Кроме того, он мог полагаться на поддержку арабских государств, в частности, Египта и Сирии, которые оказывали давление на Хусейна, чтобы он вел себя с борцами за "освобождение" помягче. В ноябре 1967 король подписал с террористическими организациями соглашение, предоставляя им значительную свободу действий, хотя и не удовлетворив их требований не подчиняться законам страны (они сами печатали свои удостоверения личности, которыми официально заменяли иорданские). Членам организации было запрещено самостоятельно арестовывать и допрашивать людей, но они могли это делать в координации с государственными учреждениями. Хотя им запретили вести против Израиля боевые действия с восточного берега Иордана, местные командиры иорданской армии могли придти им на помощь, если они, нападая, пересекали реку.

ООП нарушала соглашение чаще, чем придерживалась его. Но правительство Иордании, даже если и пыталось время от времени предотвратить действия внутри страны, под давлением членов Арабской лиги, поддерживающих ООП, воздерживалось от серьезных столкновений. Периоды конфликтов сменялись периодами демонстративного "братства" и заявлений короля Хусейна о решительной верности войне "фидаюнов". "Все мы 'фидаюны'", - сказал он однажды.

Столкновение произошло в сентябре 1970. Поводом послужила самая дерзкая из когда-либо предпринимавшихся операция левой организации "Народный фронт освобождения Палестины". Эта организация захватила четыре самолета разных международных авиакомпаний, потребовав освободить из заключения в Европе нескольких членов своей организации, которые были осуждены или ждали суда за попытки захвата самолетов. (Некоторые из этих попыток завершились трагически. ) Они также потребовали освобождения нескольких заключенных в Израиле. Европейские правительства приняли их условия. Правительство Израиля все же оказалось в стороне от этой драмы, поскольку попытка захватить израильский самолет закончилась провалом. Три захваченных авиалайнера были посажены у города Зарка в Иордании. Террористы заявили всему миру, что взорвут самолеты вместе с пассажирами. Иорданская армия, король Хусейн и его правительство в полной беспомощности взирали на происходящее и не могли вмешаться.

Это жестокое унижение, которое показало, что Хусейн - глава государства, где царит анархия, было последней каплей.

Иорданская армия начала широкое наступление на базы ООП и других террористических организаций по всей Иордании. После 11 дней боев террористические организации потерпели поражение.

x x x

Столица Иордании Амман задолго до этого стала центром деятельности террористических организаций. 11 дней город и его пригороды, в которых ООП создала базы и лагеря беженцев, были полем боя. Иностранные корреспонденты, по сообщениям которых читатель и телезритель мог составить более или менее ясную картину событий, вынуждены были сидеть, как в осаде, в центральных отелях города.

Все, что затем стало известно миру о событиях тех дней из сообщений журналистов, из деклараций обеих сторон, из других арабских источников, следовало упорядочить и обработать, чтобы найти зерно правды. Иорданская армия заявила, что потери составили 1 500 человек. Египетские газеты, опираясь на данные террористических организаций, писали о 30 000. Число, названное иорданской армией, было ближе к истине.

Сражение, в котором иорданская армия широко использовала танки, было невероятно жестоким. Значительно пострадали здания, трупы валялись на центральных улицах города, рядом с телами раненых, многие из них умирали от жары, но ни одна из воюющих сторон не предложила временно прекратить огонь, чтобы их вывезти.

Бои велись не только в Аммане. Значительные силы террористов обосновались и в других городах, особенно на севере, на границе с Сирией, в Гереше и Арбеле (Ирбиде). Эти города были перевалочными пунктами на пути к Амману и базами, с которых велся артиллерийский обстрел в северном секторе Иордании. Иорданская армия начала наступление на эти базы, которое длилось и после подписания перемирия.

Арабские правительства, покровительствовавшие ООП, заняли двусмысленную позицию. Они оказывали на правительство Иордании давление, требуя прекратить "резню", как это называли террористы. Однако давление было не слишком сильным до тех пор, пока не стало ясно, что террористы значительно ослабели. Единственной страной, которая вмешалась, была Сирия, откуда позднее прибыло пятьдесят танков в Ирбид. На это подразделение, преподнесенное как подразделение ООП, возлагали надежды, что оно повернет ход сражения, однако оно само развернулось и ушло обратно в Сирию. [20]

20 Отступление объяснялось по-разному, угроза израильской интервенции, дипломатия США, осуждение, выраженное Египтом.

Бои завершились. Правительство Иордании отказалось от последнего усилия и до конца не разгромило террористов. Последовала серия переговоров и соглашений, которые то и дело нарушались то одной, то другой стороной. Приходили сообщения о продолжавшихся боях с террористами на севере страны, о перестрелках то тут, то там. Сложился новый порядок, омраченный горькой памятью о сентябре. Он возник с помощью "комиссии по перемирию", созданной арабскими государствами. Главным образом, порядок отражал требования Хусейна и его правительства и некоторые требования, теперь весьма скромные, террористических организаций.

Арабские государства позволили правительству Иордании ослабить ООП и другие организации, поскольку они слишком вышли из-под контроля, и следовало их проучить. Насер и его соратники могли вытерпеть пропаганду во всем мире, представлявшую террористические организации как самый важный, самый сильный, самый динамичный фактор в мире, как главное средство в борьбе арабов. У этой линии были свои достоинства. Однако возникла невыносимая ситуация, когда Арафат и конкурирующие с ним другие более мелкие лидеры террористов сами начали настолько верить в эту пропаганду, что пытались подвергнуть опасности суверенитет арабского государства. [21] Несдержанными угрозами добиться военной силой победы над государством Израиль и уничтожения части еврейского населения (новая версия прежних угроз) они мешали внешней политике Египта и Иордании середины 1970-го года, стремящейся к той же цели, однако путем дипломатического давления, которое заставит Израиль вернуться к линиям перемирия 1949 года.

21 Они посадили захваченный самолет в Египте и там взорвали его.

Необходимо было пресечь претензии и ограничить наглость ООП и других террористических организаций. Арабские государства одобрили инициативу Хусейна Однако ожидалось, что после того, как ООП поставили на место, она и другие организации вернется к выполнению той роли, которую ей отвели в своих планах Египет и другие арабские государства.

Хусейн и его советники полностью использовали свои преимущества. Сочетая хитрость и военную силу, они продолжали преследовать террористов, не давая им покоя. Постепенно от них очистили Амман и прилегающие к нему районы. Часть террористов укрепилась на сирийской границе в Гереше и Ирбиде, против них с большим искусством Хусейн начал действовать летом 1971 года. ООП сопротивлялась, но вынуждена была отступить. Многие члены ООП бежали в Сирию, многие были арестованы или погибли во время преследования.

И тут произошло важное событие в истории ООП, правда о котором проникла сквозь дымовую завесу пропаганды и дезинформации. Экстремизм ООП вызвал симпатию и сочувствие в Египте и других арабских странах, а также у арабов Иудеи и Самарии. Возник тяжелый кризис в отношениях между Иорданией и остальными арабскими государствами. Многие из них, и главным образом Ливия, открыто клеймили Хусейна за разгром террористов, требовали от него отступиться, угрожая бойкотом, санкциями и даже истреблением.

Но это не улучшило положения ООП. Некоторые из членов организации почувствовали иронию ситуации, жертвами которой они оказались, и быстро сделали выводы. Они обратились на запад и попросили убежища у единственного народа, в милосердие и разумную гуманность которого они могли верить. В течение недели патрули Армии обороны Израиля разрешали группам членов ООП переходить реку Иордан и сдаваться израильским властям. Некоторым это удалось, многим не повезло. Части арабского легиона иорданской армии, которые были переброшены к Иордану, ловили их по дороге и расстреливали.

Поражение вовсе не говорит о том, что наступил конец арабскому террору, и не будет новых попыток терроризировать Израиль. Несомненно, террористы еще понадобятся арабским государствам. Каким бы ни было их будущее, успехами своей фальшивой пропаганды о движении "освобождения" и ложью о "революции палестинской нации" они сослужили арабским государствам неоценимую службу. Они получили поддержку многих искренних, но невежественных людей во всем мире, которые косвенно помогли панарабской войне против возвращения еврейского народа на родину.

7

Причины конфликта

Столкновение между террористическими организациями и правительством Иордании, начавшееся в сентябре 1970, пролило свет на природу арабских целей в Эрец-Исраэль. Конфликт не был результатом идеологической конфронтации, не был плодом разногласий по поводу судьбы Израиля, он был связан с проблемой власти и подчинения. ООП фактически требовала раздела власти с правительством Иордании. Небольшие экстремистские террористические группировки под руководством Джорджа Хабаша и Наифа Хаватме требовали полностью изменить режим в Иордании, то есть передать Иорданию под власть "палестинцев". В тех областях Иордании которые примыкают к израильской границе, они требовали полной автономии. В других областях - неподвластности законам страны членов организации. Хусейн и его министры готовы были пойти (и уже пошли) на уступки. Конфликт возник из-за степени уступок. В огне сражения террористы отступили с позиций, которые их пропаганда восхваляла на весь мир в течение многих лет. Внезапно ссылка на бездомность, растрогавшая многих людей во всем мире, обернулась циничным обманом.

Власть, сила, автономия, которых требуют как право и частично получают, - это ли направления борьбы "бездомного народа", сражающегося за свою родину? Это ли позиция для освободительного движения, воспользовавшегося гостеприимством иностранного государства? Правда заключается в том - и это знает каждый араб - что ООП вовсе не считает Иорданию иностранным государством, и члены ООП чувствуют себя здесь как дома и ведут себя как "хозяева".

Заиорданье, территория существующего Хашимитского королевства Иордании, исторически и географически принадлежит Эрец-Исраэль. Три четверти малозаселенной территории, предназначавшиеся Британией для еврейского возрождения, были освобождены от турецкого господства с помощью еврейских военных частей. Этот забытый факт и существование вместо арабского государства Иордании развеивают миф об арабах Эрец-Исраэль как о "народе ограбленном", изгнанном с родных земель. Если чего-то и недостает арабам Эрец-Исраэль, то это не родины, если кто-то и ограблен, то это не арабы.

Столкновение в Иордании только частично показало не столь уж тайные территориальные привязанности арабов. Еще более открыто это проявилось в конфронтации на территории Ливанской республики. Арабы не считают Ливан частью Палестины, но несмотря на это, члены ООП вели себя в Ливане точно так же, как в Иордании. По всей стране, всюду, где они создавали свои бюро информации и вербовки, они силой завоевывали право не подчиняться законам, которые распространялись на граждан Ливанской республики. Они захватили власть над лагерями беженцев, превратив их в свои базы, поставили свои контрольные пункты на дорогах. На юге страны, на границе с Израилем они требовали автономии, а потом захватили власть. Власть эта была настолько неограниченной, что журналисты назвали этот район "Фатахлендом" (Фатах - ООП аббревиатура на арабском; прим перев. ). Отсюда они вели огонь из "катюш" по северным пограничным поселениям Израиля.

Многие годы Ливан был разделен на два лагеря, был погружен в состояние постоянного кризиса, который полностью парализовал правительство. И ливанцы (даже христиане, которых конфликт не касался) готовы были пойти и пошли навстречу требованиям ООП. Но был предел, за которым начиналась анархия. Даже мусульмане, горячие поклонники ООП, были против того, чтобы переступить этот предел. В конце концов достигли нелегкого компромисса. На юге волей-неволей поддерживался порядок, благодаря постоянному присутствию патрулей Армии обороны Израиля, не дававших террористам наносить ущерб населению. Под защиту армии возвращались арабские крестьяне, которые раньше бежали отсюда, а затем вернулись к нормальной жизни.

В Ливане дело дошло до кризиса из-за аппетитов и слишком откровенных притязаний террористических организаций. ООП имеет право и может себя чувствовать в стране как дома, поскольку члены организации арабы, а Ливан арабская страна.

x x x II***

Яркий трагический пример слабых территориальных привязанностей арабов один из аспектов проблемы "беженцев". Арабские лидеры 1948 года сеяли страх в арабской среде и оказывали нажим на население, но несмотря на это, остается все же непонятным, даже мистическим тот факт, что жители городов и сел, целая община, без всякого физического давления извне, а в Хайфе даже вопреки просьбам остаться смогла подняться целиком - мужчины, женщины и дети - оставить свои дома, хозяйство, лавки, села и города и уйти в добровольное изгнание. Легкость и простота, с которыми это было совершено, просто поразительны.

Ведь наиболее упрямыми в своей привязанности к месту, не желавшими сдвинуться с него во всем мире всегда были крестьяне, люди, связанные с землей. Уйти в изгнание так хладнокровно, до того, как начались бои? А даже если начнутся бои, бросить хозяйство на_ произвол чужеземных солдат? И уходили не старики, которые не могли держать оружие в руках. Уходили все. Девяносто пять процентов мужчин были призывного возраста.

Описание этого явления мы находим в статье корреспондента в Аммане.

"Сирия, Ливан, Заиорданье, даже Ирак наполнились беженцами из Палестины. Многие из них молоды, в призывном возрасте, и вооружены... Кафе и коридоры гостиниц заполнили молодые эфенди, которые считают, что если и надо бороться, то кто-то другой должен делать это за них. Некоторые были неделю на передовой и считают, что у них есть право уйти в менее опасные места... ". [1]

1 "Таймс", 7 июня 1948.

Неужели все были трусами? Или все лишились разума? Нет, это не так. Они думали недолго и решили быстро. Решать было нетрудно - они не видели в солдатах арабских государств чужеземных солдат, а бегство не считали изгнанием. Это просто был переход из одной части арабского мира в другую, где также говорят на арабском языке, где живет тот же народ, иногда даже родственники. Переезд из Акко в Бейрут, из Акира в Шхем был подобен переезду американца из Цинциннати в Детройт или из Трентона в Бостон. [2]

2 Справедливости ради следует отметить, что не все арабы бежали. 100 000 из них не двинулось с места. Исконная ненависть к евреям и чувство принадлежности к арабскому народу не перевесили их привязанности к своему дому. Эти арабы, несмотря на трудности, преуспели в Израиле, в 1967 г. их было уже 350 000 человек (у них самая высокая рождаемость в мире).

Новые формы бегство обрело в 1967. После окончания Шестидневной войны, когда не было нажима или обещаний с какой-либо стороны, не было даже намека на гонения или слухов об опасности для жизни или имущества, 200 000 арабов из Иудеи и Самарии собрали свои пожитки и перешли реку Иордан. День за днем катились караваны грузовиков, автобусов, автомашин через мосты и переходы. Мост Алленби еще представлял собой груду стали и бетона, и необходимо было каким-то образом соорудить переправу. Выстроившись в ряд, люди терпеливо ждали, когда наступит их очередь. Десятки местных и иностранных журналистов, фотокорреспонденты, несколько неофициальных лиц разговаривали с беженцами, пока те ждали. [3]

3 Спустя три недели после окончания войны мне довелось побывать в этом районе. Я наблюдал за массой беженцев, переходивших через мост. Я спросил одного хорошо одетого молодого человека, откуда и почему он уходит. Он объяснил мне, что он иорданский чиновник, работал в Бет-Лехеме и получил указание предстать перед начальством в Аммане. Сразу же после перехода через Иордан арабы давали интервью иностранным корреспондентам и говорили, что их изгнали евреи.

Не менее значителен тот факт, что в период между 1949 и 1967, когда арабский иорданский король мирно правил в Иудее и Самарии, 400 000 арабов уехали в другие части "арабского мира". Сегодня можно найти множество палестинских арабов, живущих и работающих в Сирии, Ливане, Саудовской Аравии, Египте, Алжире, Ливии и более всего - в процветающем Кувейте. Все эти страны - их дом.

Есть, конечно, культурные и языковые различия, подобно тому, как английский язык лондонца отличается от английского жителя Йоркшира или Шотландии или американский нью-йоркца от жителя Коннектикута или Техаса.

В 1972 "палестинское" движение и "палестинская" нация - все еще не более, чем миф. Араба Эрец-Исраэль, как и других арабов приучили считать своей огромную территорию между Персидским заливом на востоке и африканским берегом Атлантики на западе. На севере она граничит с Турцией; южная граница в Азии, там, где Аравийский полуостров омывается Индийским океаном, а в Африке - линия, проходящая по материку от северной границы Уганды на востоке до северной границы Сенегала на западе.

Существование неарабского государства в центре "их" территории - позор для арабов, которых приучили видеть в этом непостижимое разумом явление. Таковы эмоциональные основы позиции араба. Поскольку существование Израиля просто невозможно, он должен исчезнуть. Статус и будущее арабов Эрец-Исраэль - дело второстепенное, за которое арабы будут бороться потом и решать это между собой. Пока же следует мобилизовать возможности арабского мира для того, чтобы вопрос уничтожения Израиля обернулся решением гуманитарной проблемы - проблемы бездомных палестинцев. Египетская газета "Аль-Муцвар" в декабре 1968 откровенно признает:

"Изгнание наших братьев из их домов не должно нас тревожить, ведь они были изгнаны в арабские страны. Массы палестинского народа - авангард арабской нации... постепенно все больше привлекают общественное внимание. Общественность иначе не сможет понять и принять войну ста миллионов арабов против малого государства".

Таково ядро конфликта между Израилем и арабским народом. Этого не может скрыть жонглерство арабской пропаганды. Кампанию против Израиля ведет весь арабский мир. Каждое из арабских государств замешано в ней и вносит свой посильный вклад. Каждое государство участвует или в экономическом бойкоте, или в дипломатическом наступлении, или в пропагандистской кампании. Какой может быть конфликт между Кувейтом в Персидском заливе и Израилем? Или Суданом в сердце Африки и Марокко на берегу Атлантического океана? А в чем конфликт с Египтом, Сирией, Ираком?

Более того, сами арабские государства вступают друг с другом в конфликты по разным вопросам. Интересы государств, обладающих нефтью, сталкиваются с интересами государств, лишенных этих природных богатств, богатые сталкиваются с бедными, пуританские в отношении ислама с менее религиозными. Не стоит и говорить о том, что все арабские правительства, как и вообще любые правительства, не альтруисты. Взгляните на арабские правящие классы - без труда можно заметить, что забота о гражданах страны ниже всякой критики. Да и среди образцовых обществ мира существует правило: каждая нация должна преследовать свои эгоистические интересы. И арабские государства ведут войну против Израиля не для того, чтобы помочь арабам Эрец-Исраэль.

x x x

"Если арабы не могут прийти к согласию по любому другому вопросу, писал один из верных друзей арабов, британский офицер, служивший в иорданском арабском легионе, - они должны согласиться хотя бы в одном: Израиль как государство должен быть истреблен... Israel delenda est". [4]

4 Peter Young, The Israel Campaign, 1967 (London, 1967), p. 32.

Это стало лозунгом с тех пор, как арабские лидеры почувствовали, что создание арабской империи - реальная цель. В мае 1946, когда еврейское государство было лишь "угрозой", ассамблея лидеров арабских государств, собравшаяся в Египте, провозгласила:

"Проблема Палестины - это не только проблема арабов Палестины, но и всех арабов".

С момента возникновения еврейского государства вся атмосфера арабских государств, арабская политическая и идеологическая литература полны семантическими вариациями на эту тему.

"Если страдает Палестина, - сказал Абдель Насер в 1953 году, - страдает каждый из нас, родина каждого". [5]

5 Иехошуафат Гаркави, "Позиция арабов в арабо-израильском конфликте" (Тель-Авив, 1968), стр. 95.

Спустя восемь лет в его мировоззрении не произошло никаких изменений.

"Проблема Палестины, - сказал Насер в 1961 году, - никогда не была проблемой только палестинцев. Вся арабская нация вовлечена в эту проблему".

Сирийская партия Баас коснулась основной арабской цели на конференции в октябре 1966 года:

"Существование Израиля в сердце арабской родины - главное препятствие, отделяющее восточную ее часть от западной". [6]

6 И. Гаркави, "ООП в арабской стратегии" (Т. - А. , 1969), стр. 30, цитируется в кн. "Палестинские документы", т. 2, стр. 481.

В 1965 Насер выразился еще более четко:

"Смысл арабского единства - уничтожение Израиля". [7]

7 На фестивале единства, 22 февраля 1965.

x x x

Конфликт, если отбросить все мифы и легенды, существует между "арабской нацией", составляющей восемнадцать государств с общей территорией в тринадцать миллионов квадратных километров, и еврейским народом, провозглашающим свое право на единственную историческую родину, территория которой и сейчас (после Шестидневной войны) составляет менее одного процента территории, принадлежащей арабам.

Есть и моральный аспект в конфликте между арабами и евреями. С одной стороны - еврейский народ, борющийся за национальную независимость и безопасность на своей единственной и неизменной родине, земле, которую он вернул к жизни. С другой стороны - хладнокровное желание арабского народа восстановить после перерыва гигантскую империю и особое положение нации, подавляющей миллионные меньшинства, но нагло и агрессивно возражающей против независимого статуса хотя бы одного из них.

x x x

Замыслы британских империалистов, пытавшихся прибрать к рукам богатейшие территории с помощью арабских марионеточных государств, впервые посеяли в арабских умах идею обновленной империи. С помощью британцев и при их терпеливой поддержке возникло ядро современной арабской империи. После того, как британцы задумали и создали Арабскую лигу в 1945 году, они долгие годы ее пестовали и поддерживали и рассматривали в своих планах Палестину как составную часть этой империи со статусом меньшинства для евреев. Предвидением этого они считали Белую книгу британского правительства 1939 года. Не менее важно и то, что британцы убедили арабов в реальности осуществления этого плана. Они ожидали щедрой награды за дружбу и поддержку. Однако с течением времени стратегические преимущества и экономические возможности арабских государств привлекли внимание и других наций, и Британия вынуждена была удовлетвориться лишь частью арабской милости.

Эти перемены проистекали из неожиданного развития событий, которые не могла предвидеть самая безумная арабская фантазия. В этот период были обнаружены гигантские запасы нефти в землях некоторых арабских государств. За одну ночь выросли их экономическое значение и потенциал. Это придало им колоссальное влияние на международной арене, особенно среди великих держав, крупных потребителей нефти. Арабы стали силой в мире.

x x x

В течение 400 лет арабы не играли никакой роли в мировых событиях, незначительны были и их собственные дела. Жизнь княжеств на самом Аравийском полуострове, погруженных в пустынные междоусобицы, протекала на огромных пространствах в замедленном ритме, а кроме этого и не было никаких арабских дел. Не было и сильного стремления вести какие-либо дела. Арабов воспламеняла память о былом величии, и этим они вполне удовлетворялись. Естественным было и желание возродить славу былых времен. В своем воображении они растянули 120 лет арабской империи и седьмом и восьмом веках еще на триста последующих лет, когда империей правили мусульмане, которые говорили и писали на арабском, как Салах-ад-Дин, но арабами не были. Их превратили в арабов ностальгические воспоминания более поздних поколений. При этом у арабов в прошлом были и настоящие достижения. Их воинские победы в свое время удивляли весь мир, их культура и вера широко распространились во многих странах, и породили имперский блеск Дамаска и Багдада обогатили и потрясли выдающихся европейских ученых в средние века.

Тысячу лет они жили этим величием. Находясь в продолжительном состоянии застоя, они не только не правили, но и перестали стремиться к достижениям перестали творить, строить, действовать. Они не восстановили былое великолепие, но погрузились в спячку из-за которой пришли в двадцатое столетие одной из самых отсталых наций, нацией неудачников. Исследователи истории и культуры арабов, особенно расположенные к ним, описывали качества, которые привели к этой спячке.

"Араб погружен с головой в свое прошлое, - пишет арабский социолог Сания Хамади. - Приятные воспоминания о былом великолепии - убежище от болезненной реальности настоящего". [8]

8 Хамади, стр. 217

Более того, корни этого состояния весьма глубоки. По мнению ученых эта спячка и закостенение проистекают из представлений ислама о предопределенности и веры в судьбу. Потому у мусульман, как правило, нет желания что-либо изменить.

"Это не преувеличение, что после стольких поколений застоя, сельскохозяйственный труд, работа на фабриках, торговля и учение стали всего лишь делом привычки, почти автоматическим. В результате возникла эта косность, поскольку все занимающиеся делом ничего не могут изменить в происходящем и в мировоззрении. Для арабского общества скорее характерно безразличие, чем нежелание учиться". [9]

9 H. A. P. Gibb and H. Bowen, Islamic Society and the West (London, 1950), pp. 215-216.

Арабские лидеры, которые получили современное воспитание, вероятно, ощущали косность и отсталость своего окружения Однако не было средств, да и возможности совершить какие-либо революционные изменения, которые смогли бы поднять жизнь народа на современный культурный и технический уровень.

Внезапно, не приложив никаких усилий, арабы обрели независимость и контроль над государствами, владеющими огромными ресурсами и территориями, стратегически важными на земном шаре, и власть над миллионами неарабских меньшинств. Великие державы добиваются их милостей Небольшим усилием воображения арабы переносятся через темный и мрачный провал столетий, обретают признание западного мира Внезапно они видят, что и без необходимости культурно развиваться они стали партнерами в сложной системе культуры двадцатого века, как тогда, когда они закладывали основы культуры в средние века... [10]

10 Забавный пример замкнутого цикла воображения и системы арабских ценностей - броское высказывание арабского писателя Махмуда Русана "Арабы изобрели колесо, на котором построена современная цивилизация, теперь они поставляют нефть, которая вращает это колесо" Palestine and Internationalization of Jerusalem (Bagdad, 1965), p. 2.

До того велика сила арабского воображения, что они сразу забыли о разрыве, провале. Арабы видели теперь непрерывную цепь веков величия и великолепия, арабскую жизнь, господствующую на просторах региона захваченного древней арабской империей в Азии и Африке. Истории между восьмым и двадцатым веком как бы и не было, видение собственного величия перекинуло мост через провал в тысячу лет.

Началу новой империи помешал один инородный фактор: сионизм, стремящийся к возвращению евреев в Эрец-Исраэль. Члены Арабской лиги, которая в 1945 была создана для обеспечения современного арабского единства, склонны были верить англичанам, что шансы на создание еврейского государства окончательно сведены на нет Белой книгой 1939. Потому они провозгласили, что принимают Белую книгу, которая признает права еврейского меньшинства. Британцы тут же доказали, что можно верить их слову. В тот же год они быстро и бесцеремонно выставили французов из Сирии. Арабы ожидали, что с такой же быстротой будет уничтожено еврейское возрождение в Палестине.

Нежелание евреев сдаться диктату британцев, их подпольная борьба, которая к удивлению и страху арабов привели к изгнанию британских сил из Эрец-Исраэль, лишили британцев возможности дать арабам суверенитет (этим правом по закону британцы и не обладали). Затем при поддержке британцев арабы отвергли компромиссный раздел 1947, с презрением отказались от предложенного сионистами сотрудничества. Для того, чтобы избавиться от сионистов и помешать возникновению еврейского государства, арабам надо было начать войну, причем сложились поразительно выгодные для них условия.

И вот именно тогда, в начале новой, многообещающей эры арабского национализма, на пороге обновления империи, арабские государства испытали одно из самых сильных потрясений в арабской истории.

x x x

В мае 1948 они начали войну против только что зародившегося еврейского государства и имели все основания быть уверенными в победе. Еврейское население насчитывало всего 650 000 человек. Вооруженные силы Израиля были обучены только партизанской войне. Военно-воздушных сил у него вообще не было. [11] Только что завершился период давления, напряжения и жестокой борьбы с британцами. Арабское вторжение началось после того, как ишув в течение шести месяцев подвергался беспрерывным нападениям арабов Эрец-Исраэль и добровольных групп сирийской, иорданской и иракской армий, которые получали помощь от британцев, еще находившихся в стране. [12] Британцы открыли все сухопутные границы, чтобы военные силы из соседних арабских стран[13] могли войти беспрепятственно. Для евреев они отказались открыть порт (как рекомендовала ООН), продолжая блокаду на Средиземном море, чтобы не дать возможности евреям получить подкрепление. США ввели эмбарго и строго придерживались его, так что и этого источника евреи лишились.

11 Позднее добыли четыре боевых самолета Они сыграли решающую роль в переломе в военных действиях, остановив у Ашдода продвижение египетских войск.

12 Гражданская администрация британцев ушла из страны 14 мая 1948 г. Армия начала готовиться к уходу позднее, процесс ухода завершился 1 августа.

13 Британцы сами заявили в палате общин в конце февраля о том, что 5 000 арабов из соседних стран пришло в Палестину за предыдущие три месяца.

Вдобавок ко всем этим преимуществам арабы получали большую материальную помощь от правительства Британии, которое открыто поставляло оружие и боеприпасы. (Оно не прислушивалось к критике ООН по поводу поддержки агрессии, объясняя свою политику тем, что государство Израиль не имеет законного права на существование, поэтому в него нельзя вторгнуться ) Кроме этого, арабы получали профессиональный инструктаж: британцы командовали арабским легионом Заиорданья.

Британцы участвовали в планировании некоторых этапов войны, и в то время это было неизвестно миру 15 января 1948, когда в Портсмуте был подписан новый договор с Ираком, министр иностранных дел Британии Эрнест Бевин пришел к соглашению с иракскими лидерами - премьер-министром Салахом Джабером, министром иностранных дел Фаделем Джемали и президентом сената Нури Саидом. По этому соглашению британцы обязывались ускорить поставку оружия и боеприпасов, заказанных у правительства Британии, передать автоматы для "50000 полицейских". Цель была - вооружить арабов Эрец-Исраэль, чтобы они могли принять участие в освобождении страны от евреев. [14]

В третьем параграфе говорилось, что иракские войска войдут на любую территорию Эрец-Исраэль, оставленную британцами, и, таким образом, еврейское государство не будет создано. [15]

14 Лишенный всякого основания оптимистический расчет. Позднее обнаружилось, что лишь 4000 арабов Эрец-Исраэль участвовали в боях (см. выше - "За кулисами")

15 Эли Кадури, "Версия Чаттам-Хауз", см. выше, стр. 232-233, цитирует арабский историк Абдель Разак эль-Хусни. По словам Джемаля, план был отменен в связи с аннулированием Портсмутского соглашения.

Так было с Ираком. Спустя шесть недель в беседе с премьер-министром Иордании, в которой участвовал генерал Глабб (командующий арабским легионом), Бевин одобрил решение Заиорданья принять участие в борьбе против раздела и войти на территорию, решением ООН выделенную для арабского государства. [16]

16 John Glubb, A Solder with the Arabs (London, 1957), pp. 63-66.

Превосходство в численности, решительное преимущество в оружии и боеприпасах, ощутимая поддержка великой державы, стратегия, основанная на совместном наступлении с трех фронтов против большей частью необученных еврейских сил, плохо вооруженных, защищающих узкую плотно заселенную береговую полосу - этого, конечно, было достаточно, чтобы арабы чувствовали уверенность в победе. Арабские лидеры в открытую обещали резню евреев.

У арабов было еще одно основание для уверенности. Они были убеждены в превосходстве арабской воинственной нации над евреями. Разве арабы не захватили полмира? Правда, это было 1 300 лет назад, и с тех пор они показывали свой воинский пыл лишь в междоусобицах бедуинских племен или, в стиле Лоуренса, вступали в бой после того, как он был закончен, и провозглашали победу. Однако, не вызывало затруднения рисовать самим себе военное величие седьмого века как реальность двадцатого.

Тот, кто читал прогнозы арабов в 1956, после того, как они уже потерпели поражение, кто слышал леденящие кровь пророчества о победе в мае 1967, после двух поражений, поймет, какой безграничной и непоколебимой уверенностью обладали арабские страны в мае 1948: их ждала историческая, поразительная победа за несколько недель, а, может быть, и дней. Надеждам евреев пришел конец, страну поглотит возродившаяся арабская империя.

x x x

1948 год вошел в историю арабов как год катастрофы Арабские государства спаслись от окончательного поражения только благодаря политическим соображениям: правительство молодого государства Израиль уступило нажиму британцев и американцев. У Заиорданья осталась значительная часть территории, отведенная решением ООН арабскому государству (Иудея, Самария и восточная часть Иерусалима), Египет захватил полосу Газы. Израиль не только не был стерт с лица земли, но улучшил свои небезопасные границы, предполагавшиеся решением ООН 1947 года. После войны за ним закрепилась репутация государства, мужественно и бесстрашно сражавшегося с значительно превосходящим по силе противником. 400 000 арабских жителей покинули страну.

Когда прошли потрясение и стыд, начали искать козлов отпущения.

"Араб, - отмечает арабский писатель, - воздержится от принятия на себя ответственности за личные и национальные провалы и катастрофы, он склонен возложить вину на плечи ближнего. Араб любит винить чужеземца, земляка, лидера, всегда - ближнего, и очень редко - самого себя". [17]

17 F. A. Sayegh, Understanding of the Arab Mind (Washington, 1953), p. 28.

У этой привычки есть культурные истоки. Хамади объясняет это так:

"Из-за своего детерминизма араб всегда перекладывает ответственность на внешние силы. Безнравственность своего общества, его ошибки и провалы он объясняет роком, приписывает их сатане или империализму". [18]

18 Хамади, стр. 187

Материальная помощь, дипломатическая поддержка и военное сотрудничество союзников-британцев в войне 1948, нейтралитет американцев - все это почти достигло цели, которой добивались арабы - уничтожить государство Израиль. В арабской литературе эти события описываются как сионистское вторжение, поддержанное британским и американским империализмом.

Еще одно дополнительное объяснение своего провала было необходимо арабам. Невозможно было примириться с тем, что мужественных, невероятно бесстрашных арабов, рыцарей с львиным сердцем (седьмого века) победили евреи, самый униженный и презренный из всех народов, те самые евреи, которых арабы давно приговорили к смерти. Арабы с исторической точки зрения седьмого века считали евреев Эрец-Исраэль вечно подавляемым меньшинством. При османской власти евреи были гражданами второго сорта. На них налагались общественные запреты. Их насильно заставляли платить специальные повышенные налоги. Они не были одиноки: таково было отношение ко всем немусульманам. Но евреи в глазах арабов всегда были народом побежденным и униженным, на нем было клеймо поражений 70 и 135 годов. Христиане тоже были порядком ниже мусульман, однако за их спиной стояли мощные государства. У евреев ничего не было, и на обширных просторах христианского мира они тоже были отверженными. Даже если сам араб был объектом унижения и издевательства в мусульманском неарабском обществе, он все равно считал, что еврей ниже его. Несомненно, конфликт с евреями Эрец-Исраэль несколько изменил эту позицию, но все же потерпеть такое поражение на поле боя, в такой исторический момент и при таких благоприятных условиях - и от евреев! Это был невероятный удар по арабской гордости.

Государство Израиль, победившее арабов, оскорбившее их честь, отныне сделалось для них средоточием горечи, ненависти, жажды мщения, и по разным причинам эти чувства углубились с течением времени. Только исчезновение Израиля вернуло бы им честь и гордость. Снова - Israel delenda est.

x x x

Чем сильнее становилась международная позиция арабов, тем более усиливалась горечь провалов. Вспомним, что это была эпоха распада колониальных империй. Империи голландцев, бельгийцев, французов, британцев разваливались на глазах. В Азии и Африке сложилась мозаика независимых государств, многие из которых достигли своей независимости без борьбы или после недолгой сравнительно легкой борьбы. Арабские государства получали независимость одно за другим. Если в 1948 у арабов было семь государств, то в 1972 их число достигло восемнадцати. Влияние в ООН арабских государств, в которых уровень грамотности был одним из самых низких в мире, усиливалось быстрее, чем любой другой группы государств.

В те годы резко возросли их нефтяные ресурсы. В то время как другие народы тяжело трудились, чтобы добиться незначительного увеличения национального дохода и повышения уровня жизни, несколько арабских государств за одну ночь стали одними из самых богатых в мире по доходам на душу населения. Легкость, с которой были достигнуты богатство и влияние, и, в большинстве случаев, получение государственной независимости, привели арабские государства к мысли, что в 1948 произошла какая-то ошибка, ответственность за которую несут "империалисты". Придет время, и можно будет нанести удар по израильтянам и легко "сбросить их в море"

Новая мощная сила помогла усилению их надежд на победу и уничтожение Израиля. Советский Союз начал снабжать оружием Египет, Сирию, Ирак, поддерживать их политически, заменив таким образом Британию в качестве великого и мощного брата панарабизма.

x x x

Арабское отрицание еврейского государства в любой форме углубилось и обострилось еще из-за одного фактора. Чтобы уберечь самих себя и свои народы от расслабленности, от разумного примирения с существованием Израиля, арабские лидеры и интеллектуалы разработали некую всеохватывающую идеологию ненависти, которая оправдывала физическое уничтожение еврейского государства и даже истребление его жителей.

На это явление никто не обратил должного внимания, даже его гипотетические жертвы. Так же в свое время люди не придали серьезного значения программе, провозглашенной Гитлером в "Майн кампф". Его рецепт "окончательного решения еврейского вопроса" сочли бредом душевнобольного. Так же и провозглашенные арабами цели посчитали слишком невероятными, чтобы относится к ним серьезно, несмотря на то, что их излагали письменно и устно. По мере того, как все это переводили, появлялось мнение, что речь идет о второстепенной литературе. Но это было весьма далеко от истины.

Эта литература представлена сотнями книг, публиковавшимися с 1948 в Египте, Сирии, Ливане, Иордании и Ираке, не говоря уже о сотнях статей, написанных и разных стилях, начиная от самого грубого и примитивного, рассчитанного на массы, и кончая изощренным и псевдонаучным. Главный мотив всех этих писаний формулируется так: уничтожение Израиля не только политическая необходимость, но и нравственный императив. Еврейский народ в целом преступен по своей природе и поэтому не только желательно, но и необходимо его уничтожить.

Эта теория в значительной степени основывается на традиционном антисемитизме. По широте и отсутствию всякой сдержанности арабская демонология опередила худшие проявления нацистской доктрины "окончательного решения" еврейского вопроса. [19]

19 Перечислять детали антиизраильской и антиеврейской кампании пришлось бы долго. До сих пор лишь один исследователь взялся детально изучить этот отвратительный аспект войны арабов с Израилем. Иехошуафат Гаркави провел обширное и углубленное исследование этой литературы. Сделав это темой докторской диссертации, он рассмотрел период до 1967, затем расширил рамки исследования и написал несколько обширных сочинений. В них с научной основательностью цитируются тысячи документов, главным образом, после 1948. Народ Израиля, и все свободомыслящие люди должны быть благодарны доктору Гаркави (в прошлом генералу Армии обороны Израиля) за его точное исследование, дающее представление об ужасающей идеологии ненависти, которую внедряют в души людей в арабских странах и за их пределами. Материал последующих страниц этой книги базируется на главном сочинении доктора Гаркави "Позиция арабов в арабо-израильском конфликте" (Тель-Авив, 1968)

x x x

После 1948 были случаи, когда арабы, получившие западное образование, вынуждены были признать, что, если Египет властвует над Газой, которая несомненно не принадлежит Египту, а Иордания властвует над восточной частью Иерусалима, которая также не входит в Заиорданье, то, похоже, что эти арабские государства оккупировали западную Палестину. Однако, объясняли они, арабское нападение было актом самообороны, поскольку само по себе провозглашение еврейского государства было агрессией против арабского народа. Израиль был создан для того, чтобы уничтожить арабскую нацию. Этими посылками всегда пользовался Абдель Насер.