Снова и снова прокручиваю в голове наш последний разговор с Ру.
Наверное, я даже где-то ее понимаю. Но смогу ли когда-нибудь простить? Не уверена.
Слишком родной и близкой подругой она стала для меня. А оказалась просто «шпионкой», которая явилась для определённой миссии.
Встряхиваю головой и больно прикладываюсь о металлический швеллер.
— Осторожнее, неженка, — подначивает меня Игория, такая же штафница как и я.
— Отвали, — огрызаюсь без злобы и прикрываю глаза.
После утреннего разговора меня быстро сопроводили на шаттл, вручили тощую сумку с моими личными вещами и пластиковый чип-карту личного допуска. Вместо отобранного коммуникатора выдали допотопный наладонник без доступа в сеть с приказом о моем переводе.
Отлично.
Темный сектор. Штурмовой батальон, которому регулярно нужно пополнение.
В мои задачи на ближайшие циклы входит борьба с пиратами и контрабандистами. А еще не сдохнуть!
Звездолет не хило трясет и я снова прикладываюсь головой и плечом о швелер.
— Шварк, — шиплю я и подтягиваю стаховочные ремни. Но это не помогает.
Это не роскошный прогулочный шаттл, здесь нет комфортных мягких кресел. Только жесткая скамья с фиксаторами. В идеале комический десант должен находится здесь в полной боевой выкладке. А на мне только уставной лётный комбинезон и гравиботинки. Полет предстоит тот еще.
— Держи, — Игория протягивает мне свёрнутую жгутом какую-то тряпку. — Просунь между плечом и балкой. Поможет.
Смотрю на нее с недоверием, но принимаю жгут.
И в правду помогает. При тряске тряпица гасит удары.
— Спасибо, — киваю ей.
Она усмехается.
— Мы теперь все в одном космолете. Даже такая неженка, как ты, — девушка улыбается и я замечаю, что у нее не хватает пары зубов в верхнем ряду.
Компания у меня подобралась что надо.
Кроме меня и Игории, есть еще пара молчаливых землян. Не знаю, что должны были сделать эти парни, чтобы попасть в штрафной батальон. Мужчин у землян рождается очень мало и обычно их берегут. Но это не тот случай. По их напряжённым переглядываниям понимаю, что они вообще были далеки от службы. И попали сюда скорее по альтернативе реальному наказанию.
Напротив сидит одноглазый неестественно длинный гутт, а в стороне пара закутанных в свое обмундирование арсов, натянувших защитные очки на пол лица.
— Хорошая компашка, — смеется Игория. — Два хлюпика, неженка, гуттов паук и два арсова «крота».
Она смачно сплевывает на пол через дыру в зубах.
Старый раздолбанный космолет словно с цепи срывается. Весь трясется и вибрирует.
Чтобы нас не размазало о переборки и не переломало упираемся руками и ногами во все, что придется.
— Сволочи, — выплёвывает на ломаном всеобщем гутт. Ему труднее всех. Его неестественно длинные конечности просто не помещаются в компактном пространстве переделанного старенького космолета.
В глаза мне сразу бросился уменьшенный отсек для личного состава. Обычно от может вмещать до пятидесяти бойцов в полной выкладке. Сейчас мы едва помещаемся здесь всемером.
Сразу видно, что скамью передвинули и приварили прямо к листовому железу на полу.
За нашими спинами импровизированный отсек, куда при погрузке затаскивали огромные ящики на гравитележках.
— За что тебя, неженка? — у Игории, кажется, хорошее настроение.
Бросаю на нее короткий взгляд из-под лобья.
Но она только смеется.
— Если ты еще не поняла, то мы в одной лодке. Будем вместе служить, до смерти, — добавляет она. — Меня, например, замели за то, что я набила морду своему капитану.
Она смеется и показывает на дыру между зубов.
— Отделалась выбитыми зубами и парой циклов в штрафбате в заднице темного сектора.
— За что набила? — неожиданно для самой себя интересуюсь я.
— За внеуставные отношения, — жестко отвечает она. Даже ее постоянная улыбка слетает.
— Бил? — хмурюсь.
— Приставал, — недобро усмехается она. — Пытался свой член в меня пристроить.
Напротив ухмыляется гутт.
— Несколько раз подкатывал и был послан. На этот раз решил присунуть без разрешения. Получил с локтя в челюсть и под дых.
— Ну тебя он тоже приложил, — смеется один из арсов. Хотя я не уверена, что сдавленые не то всхлипы, не то стоны доносящиеся из его маски это смех.
— Приложил, — кивает она и проводит острым язычком по верхнему ряду зубов, а в ее взгляде вспыхивает опасное пламя. — А вот хуй просунуть не смог. Потому что остался без него.
Все затихают, а Игория начинает громко недобро смеяться.
Да уж, полет предстоит тот еще. Как и служба.
Девушка пихает меня в бок и наклоняется к самому уху.
— Никогда не позволяй мужикам делать с тобой то, чего ты не хочешь, неженка! Дерись, беги, грызи металл зубами, но не сдавайся!
В этот момент челнок в очередной раз проваливается в космическую яму.
Но на этот раз что-то не так.
По корпусу идет слишком сильная вибрация. Гул на растает.
Чувствую спиной, как скрежещет корпус звездолета.
Пол под ногами ходит ходуном, а потом в одно мгновение все затихает.
Такое чувство....
Игория моментально подбирается, как и другие.
Не успеваю ничего понять, как она сует мне в руки небольшой плазменный резак. А сама достает из-за голенища гравиботинка неуставной бластер.
— Нас взяли на абордаж, — выдыхает она и поднимает лицо к потолку, словно прислушивается. — Пираты...