Зимний карнавал. Моя случайная пара

Глава 10

В коридор мы с Битой выбежали одновременно. Видимо, она тоже отказалась от десерта и проследовала в комнату следом за мной.

— Это мама, — бескровными губами прошептала сестра, и меня захлестнула паника. Так не кричат, когда горничная случайно разбивает посуду, или проливает на скатерть вино. Значит, случилось что-то страшное.

Миновав лестничный пролет, мы ввалились в гостиную, чтобы увидеть душераздирающую картину: мама сидела на полу, закрыв лицо руками, а отец возвышался над ней, читая какое-то письмо.

— Что случилось? — ахнула я, поспешив к родителям.

— Ми-и-и-ра-а-а, — раненым зверем провыла баронесса фон Руд, и у меня что-то оборвалось внутри.

— Что Мира? — обратилась я к папе, поняв, что в данной ситуации внятного объяснения можно добиться только от мужчины.

— Вот, — он протянул мне бумагу. — От адмирала…

Я выхватила листок, едва его не разодрав.

«За милю до гостиницы в Войстехе на дорогу выскочил олень. Лошади испугались и понесли, Мире пришлось прыгать из кареты. Она жива, но в крайне тяжелом состоянии. Пытаюсь доставить сюда целителя из столицы».

— Богиня-я-я, — простонала, протягивая письмо Бите. Рассказывать такое язык не поворачивался.

Опустившись на колени, прижала маму к себе. А спустя минуту к нам присоединилась и Бита. Я утешала родных, гладя подрагивающие плечи. Но сама не плакала, лихорадочно соображая, что можно сделать и как поступить.

— Мы должны ехать в Войстех, — выговорила, дождавшись, когда мама чуть-чуть успокоится.

— Нет, — отрезала она, отстраняясь.

— Мы — семья Миры и имеем право быть рядом с ней в такой момент.

— Войстех крохотный городок, единственной достопримечательностью которого является портальная станция. Значит, и гостиница там такая же. Подумай, где мы разместимся, если заявимся вчетвером? Будем создавать лишнюю суету и мешать целителю.

— Тогда я поеду одна.

— Отправимся мы с отцом. А вы с Битой будете прикрывать наши задницы на маскараде.

— Ноги моей там не будет! — поднялась, не в силах больше сидеть на одном месте. — Думаешь, я смогу танцевать и улыбаться, когда моя сестра лежит на смертном одре?

— Ядовитый андрун тебе на язык, Ванесса! — мама тоже вскочила. — С Мирой все будет хорошо!

— Я хочу быть рядом с сестрой, а не лицемерить на демоновом балу, — голос сорвался, и я все-таки разревелась. Напряжение, в котором пребывала, узнав о случившемся, требовало выхода.

Настала мамина очередь меня утешать.

— Нам ни к чему шумиха, родная. И как бы мы сейчас ни были напуганы и огорчены, о престиже семьи забывать нельзя. У адмирала и так репутация очень жесткого человека. А после того как всплывет, что его беременная жена ехала на другой конец королевства, лишь бы появиться на захудалом балу, его станут осуждать еще больше. Все, включая подчиненных, в глазах которых он должен быть непогрешим.

— А зачем, кстати, ему нужно быть на этом балу? У адмирала в Дэлесе даже имущества нет.

— Я не знаю, Ванесса. Но, думаю, что дело серьезное.

Скорее всего. Адмирал — человек ответственный, и раз намеревался явиться на бал, рискуя здоровьем молодой жены, его ждали дела государственной важности.

— Есть еще момент, который вы должны знать, — продолжила мама. — В случае пересуд, пострадает не только честь адмирала, но и наша с отцом. Мы ведь знали о поездке, предвидели риски для здоровья дочери, но тем не менее, разрешили ей путешествовать. Ванесса, вспомни, как ты возмутилась, когда я сказала о портальном перемещении Миретты, а высшее общество возведет все в абсолют и выставит это, как настоящее преступление. Боюсь, что и король впечатлится, отказав Дереку в присвоении титула.

— Титула?

— Мы хотели сделать сюрприз к празднику Богини Артеры. Обрадовать, когда вы с Битой приедете к нам весной. Но раз уж обстоятельства сложились так скверно, говорю как есть: Дереку за долгое сотрудничество с королевским флотом обещан графский титул и огромный надел земли.

Мы с Битой переглянулись, и у обеих во взгляде сквозила тоскливая обреченность.