Злые вещи

Глава 5

Глава 5

В которой герой на практике изучает магическую биологию.

Старик действительно ожил. Непонятно, как именно он это сделал, но вот только оживление не восстановило тело. Потекла кровь из сплющенного носа. Закровоточили ободранные конечности. Стали наливаться отёком сломанные пальцы.

— Мальчик, теперь всё мне расскажи где и как ты его достал. Со всеми подробностями.

Маг засуетился над трупом.

Хохмач заговорил.

— То есть убитый лошадью господин обратился демоном? Да таким… узнаваемым.

— Да, учитель!

— Занятно, занятно… очень занятно! Твой талант мешать горожан в фарш мы ещё обсудим. А пока брысь! Хотя стоп! Иди знаешь куда? В императорский дворец. Найди кого-то из служек, попроси чтобы к тебе привели Джимми! Он там один такой. А потом приведёшь его сюда. Возражений не слушать, если что, дай ему по шее. Всё, иди!

С этими словами маг махнул рукой и стал поливать тело на столе из баночки в своей руке. Удушливо запахло полынью.

Дэвид поднялся в комнату, взял из заначки ещё десять монет, перезарядил револьвер и вышел из дома наставника. Солнце как раз клонилось к вечеру, в городе до сих пор стреляли.

Пешком от доков до Дома на Холме, так официально именовалась императорская резиденция, пешком было идти добрых полдня. По этой причине Дэвид запрыгнул на отходящий паром с каретными повозками и хмурыми мастеровыми. К мальчику подошёл билетёр, красномордый мужик в грязном кителе. Дэвид было хотел заплатить, но продемонстрировал при этом револьвер в кобуре. Мужик резко вильнул курсом и пошёл в другую сторону. Мальчика он больше не замечал. Экономия Дэвида обрадовала.

К дворцу он подошёл в компании доброго куска жареной колбасы с чесноком, такого же куска горячего хлеба, и чувствовал себя хозяином жизни. Задача выглядела простой.

Ну, по сравнению с утренним трупом.

Разумеется, в сам дворец Дэвид не пошёл. Он свернул направо у площади Последней воли, где казнили обычных, не государственных преступников. Сейчас площадь пустовала. Висельница тоже оказалась свободной. В городе вообще избегали покойников держать. Так что повешанные (а также иные убиенные) тут же уезжали в недра городских казематов в специальной повозке.

В районе посольств у Дэвида закончилась колбаса с хлебом. Аккуратная одежда размывала лицо. Хохмач в своей кожаной куртке и парусиновых штанах ровным счётом ничем не отличался от сотен мастеровых, снующих вокруг дворца. Ноги привели Дэвида к мыльням. Тут стирали, отпаривали, гладили и чинили бельё и одежду со всего дворца, за исключением венценосных особ. Для них была отдельная мыльня внутри дворцового комплекса.

Вокруг постоянно сновала толпа самого разного народа, и мальчику не составило труда просочиться во внутренний двор мыльни и выцепить за ухо мелкого служку. Мальчишка нёс стопку чистого белья и был не готов к нападению.

— Пусти, пусти, пусти!

Завопила жертва.

— Тихо ты, дело есть…

Хохмач многозначительно звякнул рукавом. Служка притих.

— Мне нужен Джимми!

В следующий момент жертва Дэвида затряслась, побледнела и, кажется, готова была фирменно разреветься.

— Да, Джимми. Скажи чтобы он срочно бежал сюда, важное дело Эбрахима Шварца. И пусть пошевеливается!

— П… пошевеливается?

Побледнело не только лицо служки, но даже его руки.

— Да, быстрее! Иди, иди уже. Приведёшь сюда.

И Хохмач дал служке хорошего пинка для ускорения. После чего спрятался обратно за пустую бадью и принялся ждать.

Час спустя к месту засады подошёл мальчик, лет одиннадцати. Одет он был в дорогой короткий камзольчик, весь заляпанный крошками и каплями шоколада. Тонкие изящные руки никогда не знали грубой работы. Смотрел вихрастый мальчишка с голубыми глазами на Дэвида безо всякого страха. В его глазах плескалось просто море любопытства.

— Джимми?

— Ага. Чего хотел, дылда?

— Тебя требует к себе величайший и непревзойдённейший в своём величии Аспирант школы Танцующих человечков, Эбрахим Шварц! Следуй за мной, я тебя проведу к нему!

— А я не пойду.

Спокойно заявил Джимми и заткнул большие пальцы за пояс камзола.

— Эм… — Хохмач растерялся.

— И ничего ты мне не сделаешь!

Мальчишка показал язык.

— Ну как сказать…

Хохмач едва различимым движением подошёл к Джимми, таким же едва различимым движением ноги сбил того на землю и стал аккуратно пинать.

— Стой, хватит, хватит, я пойду!

Захныкал мальчишка.

— Во-во!

Довольно закончил запыхавшийся Дэвид.

Дальше Джимми был избавлен от своего красивого камзола и обряжен в грязную куртку, украденную тут же.

Ещё спустя четверть часа Дэвид вытащил свою жертву за пределы мыльни и нырнул с ним в переулки.

— Ух ты!

Заговорил Джимми полчаса спустя, когда они вышли на набережную.

— Впечатляет?

Хохмач отчего-то гордился видами так, словно самолично тут всё построил. Мимо как раз проплывала угольная баржа, и в воздухе висела угольная пыль, от которой мальчики начали активно чихать.

— Они такие огромные!

Кажется, Джимми нисколько не волновал тот факт, что его похитили.

— Это ты ещё сталелитейные мануфактуры не видел! Всё ещё больше и огнём дышит!

— Врёшь! Они же не драконы!

— Там уголь сжигают в огромных механизмах. Прогресс!

В этот момент баржа загудела и разговор замер.

— А откуда ты знаешь мастера Шварца?

Дэвид шёл по набережной. Джимми шёл за ним, иногда забегая вперёд.

— Мастера Шварца? Кто это?

Джимми радостно улыбался, хотя левый глаз у него заплыл.

— Но… постой, а у вас там много парней по имени Джимми?

— Дай подумать, кроме меня ещё трое. А что? Тебе был нужен другой Джимми?

Внутри Дэвида всё оборвалась.

— А… не важно. Что просили, то и сделал. Ты это, парень, если что, я тебя потом обратно отведу. Если мастер что-то перепутал.

— Ага, я тебе верю!

Джимми, кажется, совершенно не парился и воспринимал всю ситуацию как большое приключение.

— Пошли уже!

Хохмач чувствовал себя не в своей тарелке и оттого постоянно награждал своего спутника тычками и затрещинами.

Предстояло пройти около мили по набережной, до остановки парома. Река делала крутой поворот, и потому Хохмач решил срезать через квартал знати. Это стало ошибкой.

— Эй, парень, сколько за мальца, на вечер?

Карета с двумя престарелыми джентльменами в дорогих пальто остановилась перед парочкой.

Заговорил один из мужчин. Кучер при этом сидел так, словно его всё это вообще не касается.

— Не продаётся. Вы нас с кем-то перепутали.

— Неправильный ответ, мальчик. Ты тоже едешь с нами. Денег получишь довольно! Живо в карету!

— Валим!

Мальчишки рванули с места, в ближайший переулок.

Пассажирам такое развитие событий не понравилось. Но бежать они не стали. Из воздуха соткался пёс. Лохматый, брыдливый, с зеленоватой шерстью и размером с лошадь. Лошади в повозке от такого перфоманса попытались рвануть с места, от призванного существа пахло зверем.

Кучер хладнокровно осадил лошадей с помощью тяжёлой плётки.

Пёс без понукания рванул с места.

Дэвид и Джимми почти достигли переулка, но стало ясно, что догонят их раньше. Уж слишком быстро приближалось существо.

Хохмач вытащил револьвер и взвёл боек.

Он хотел стрелять с максимально близкого расстояния. Разумеется, дистанцию он рассчитал неправильно. Потому, когда Дэвид спустил курок, ствол почти упирался в оскаленную пасть. От первого попадания пёс дёрнулся и сел на задницу. От следующих пяти завалился на бок. Пули начисто разнесли псу голову.

Любители маленьких мальчиков успели к тому моменту слезть с кареты и взирали на убийство зверя с довольно забавными вытянутыми лицами и широко открытыми глазами. События явно не укладывались в сценарий.

А ещё в сценарий не укладывалась мохнатая крылатая тварь, которая до этого тихо-мирно летела по своим делам, но после того как в небо устремились пули и пробили ей перепонку, пошла винтом и рухнула, аккурат на карету. После приземления тварь начала активно набивать брюхо кучером и лошадью. Джентльменам резко стало не до беглецов.

— И часто так у тебя?

Спустя четверть часа мальчики тяжело дышали на набережной. Вдалеке звучали взрывы и выстрелы.

— Да постоянно!

Джимми не выглядел испуганным. Всё та же весёлая улыбка, всё тот же лукавый взгляд. Словно и не было полчаса назад перспективы очень печально закончить свою жизнь.

Хохмач с трудом отдышался и побрёл к парому. Вот только из-за боев в кварталах знати паромы намертво встали на пирсе. Никто никуда не плыл.

Пришлось идти на своих двоих вдоль набережной. Дважды мальчики останавливались перекусить. Один раз им пришлось удирать от банды таких же мальчишек, которые шли им наперерез с самым решительным видом, и один раз пришлось прятаться от слишком энергичной охраны закрытого дока.

Солнце скрылось за горизонтом, на небо наползли серые тучи. Отчего улицы рабочего квартала погрузились в темноту. В этот момент Джимми и Дэвид подошли к мастерской Эбрахима Шварца.

Вокруг мастерской бродили люди в серых плащах и масках. Некоторые из них склонялись к земле и насыпали из кожаных тубусов белый песок по контурам мистической фигуры. Почему мистической? Контуры начинали светиться.

Сам дом мага покрывали, по всем стенам, многослойные световые рисунки.

— Отрыжка бездны!

Хохмач смог рассмотреть столпотворение у дома. После чего нырнул обратно в переулок и затащил любопытного Джимми.

— Я как понимаю, нам туда?

Джимми присел рядом с Хохмачом.

— Да! И я в душе не представляю, что можно с этим делать.

— Думаешь, твой учитель не справится?

— Да пёс его знает. Я у него вторую неделю в учениках, третий день в сознании.

— Сурово он тебя!

— Он старый, одинокий, оттого и злобный. Я таких обиженных жизнью стариков повидал в приюте… они вокруг него ошивались.

Наступила тишина.

— А чего он Джимми этого звал? Что у вас приключилось?

— Да хрыч старый утром пинка дал, вали, Дэвид, труп мне принеси!

— Труп? — Джимми прыснул.

— Да, это ему что, сраный окорок? Ну я пошёл искать. Все трупы в городе, оказывается, пронумерованы! Ну я и спёр один, прямо у кладбища…

— Спёр?

Джимми продолжал ухохатываться.

— Ну да, лошадь шуганул, повозку заклинил, под шумок, когда людей на части рвать начали…

— Я, кажется, пропустил начало… когда, ты говоришь, на части людей рвать начало?

— Как лошадь понесла, она какому-то кренделю голову снесла. Из него демон полез, как тряпка красная. А я местную шпану подрядил мне шустрить. Они жмура потянули и…

— И?

Джимми ткнул собеседника кулаком. Дэвид задумался над формулировкой.

— Да! Дотащили мы его тут, до переулка тёмного. Оттуда я его до учителя допёр. А там ожил жмур. Учитель посмотрел. И сказал тебя сюда тащить. Ума не приложу зачем ему такой остолоп понадобился! Расскажешь?

Джимми только улыбнулся и покачал головой.

Воцарилось молчание.

— Ну так что делать будем?

— А что можно? Там толпа взрослых магов. У многих оружие.

— Знаешь, у меня есть идея… только надо на них ещё раз посмотреть.

— Тогда ползком, там розарий, через него не заметят.

Хохмач дал добро на операцию.

Джимми не терял времени и тут же пополз к углу здания. Вернулся он несколько минут спустя, его подвижное лицо украшала улыбка, с которой мальчик безуспешно попытался справиться.

— Что там?

— Идея! — торопливо заговорил Джимми. — Во дворце много всякого происходит. И я как-то раз видел как маги работают. Тоже фигура из песка, морды серьёзные, в круг все встали, читают заклинания. А потом один из них чихнул. Так там у одного мага руку оторвало, другого вообще в кровавый туман распылило. Надо только мага отвлечь, и будет фейерверк!

— Ты уверен?

— Не-а!

— А если ты ошибся?

— Так им круг покидать нельзя и отвлекаться тоже, удерём!

— Ну…

— Не промажешь?

Дэвид бросил презрительный взгляд на собеседника.

— Тебе скажу, когда стрелять надо. Поползли!

Азартно подначил старшего товарища Джимми. И они поползли.

Непонятная Хохмачу суета продолжалась. Место действа ярко освещали карбидовые фонари. Дэвид вытянул руку и прицелился в мага, вокруг которого все суетились.

— Видишь того типа, справа от дерева? От него искры летят ещё. Вот в него стреляй!

Зашептал Джимми.

Ученик мага выбрал новую мишень, тщательно прицелился и…

Выстрел хлестнул по ушам. Маг, на которого указал мальчик из дворца, получил пулю ровно в ухо и мгновенно умер. В тот же миг пять незнакомцев в кругах из белого песка взорвались, от них остались только ноги, чуть выше коленей.

И всё завертелось, магическая фигура запылала белым пламенем, которое сжигало паникующих незнакомцев. Но не все потеряли присутствие духа, несколько человек из охраны заметили источник выстрела.

Джимми и Дэвид тем временем удирали в ночь с громким хохотом.

Смеялись, правда, они не очень долго. Удар заклинания прошил насквозь кирпичный дом, и огромное раскалённое сверло пролетело в ладони над головой Дэвида. Когда загрохотало, Хохмач успел сбить с ног Джимми.

Мальчиков засыпало осколками кирпича и деревянными щепками. Заклятие пробило ещё один дом и угасло.

Воцарилась звенящая тишина, но очень ненадолго. Защитный купол над домом Шварца исчез, с кузницы, словно взрывом, невидимая сила сорвала крышу, и в небо взмыл исполинский молот, до этого момента привинченный к валу парового двигателя.

Дальше всё выглядело так, словно кто-то забивал гвозди в деревянную доску. Оставшиеся в живых нападавшие мгновенно обратились кровавыми лужами с обломками костей. Одна пара из них дымилась.

Молот плавно и аккуратно вернулся на своё место в механизме. Только с бойка стекла кровь.

— Мы живы?

Поинтересовался Джимми откуда-то снизу.

— Вроде да, наставник всех убил, — Дэвид успел увидеть конец расправы.

— Ты меня спас?

— Больно надо! Под ноги подвернулся.

Дэвид поднялся на ноги и стал отряхиваться. После чего отряхнул свою добычу и пошёл в сторону дома.

— Привет, Жижель!

Хохмач помахал капле слизи рукой. Она уже выползла за территорию дома и сейчас двигалась к ближайшей кровавой луже.

— Отец ждёт вас. Идите.

Шварц нашёлся в мастерской, он осматривал паровой молот через сложную систему линз, которые маг нацепил прямо на облысевшую голову.

— Привет, Джимми. Это кто поганцам круг поломал?

На Хохмача Шварц не отреагировал, хотя тот был только рад. Это был правильный Джимми.

— Так вот этот дылда и поломал. Шмальнул — и сразу бум, бах, кровиииища!

Маг смерил ученика внимательным взглядом. Словно заметил.

— Иди отсюда… а… Джимми, по дороге вы случайно кровавую бойню не устроили?

Поинтересовался Шварц самым невинным тоном.

— Было дело… но это тоже этот сам справился.

— Дэвид, второй раз за день… — укоризненно покачал головой Шварц. — У меня все больше вопросов. Так, иди к себе в комнату. Пока я не разберусь с тем, что происходит, сиди дома. Завтра начнём занятия.

— А… Джимми сам дойдёт?

— Меня проводят!

Отмахнулся мальчишка. С жутким аспирантом, который охотился на демонов и только что убил полтора десятка человек, Джимми держался на равных.

Дэвид окончательно перестал понимать что-то в событиях вокруг и пошёл к себе в комнату. На улице уже была глубокая ночь.

Спал Дэвид крепко. Его не разбудил ни визит молчаливых людей с мёртвыми лицами, которые упаковали воскресшего старика в неприметную карету и молча растворились в ночи, ни громкая уборка мастерской силами какой-то плохо видимой нечисти. И лишь утренний гонг проник сквозь беспробудный сон.

С кровати Дэвид поднялся с трудом. Спина, покрытая кровоподтёками, нещадно болела. Ныли натруженные ноги, плохо слушались отбитые руки.

Мастера Дэвид встретил в лаборатории. На столе перед Шварцем лежала бутылка мутного стекла размером с палец.

— Ты вчера невольно вытянул меня в политику. Я не люблю политику, мальчик. Ты меня понял?

Дружелюбно начал Шварц.

Дэвид кивнул.

— Я долго размышлял над тем, как решить твою проблему. Огромная скорость восстановления, слишком развитая воля, нулевой контроль, и это ещё до формирования нимба. Сначала мы решим проблему контроля, разовьём твою волю, чутьё тонких энергий. Следующим этапом будет подчинить себе твой орган. Тебе придётся выучить заклятие контроля иномировых созданий. Это заклинание третьего круга, требует развитой воли и точного контроля. Но если ты его освоишь, то сможешь подчинить себе свои потроха.

— Раз всё так просто… почему Миранда об этом не сказала?

— Потому что Миранда — здравомыслящая женщина. И ей не придёт в голову вытянуть твои волевые характеристики ещё выше. Плюс попытка обучить тебя заклинанию третьего круга — это издевательство над здравым смыслом.

— А у меня получится?

Хохмача расклады не обрадовали.

— А у тебя есть другой выход? Пойдём в лабораторию. Пора делать первые шаги на пути к величию.

Дэвид не задал вопрос «а почему первые шаги к величию ведут из лаборатории». Ему и так было стрёмно.

В лаборатории в центре комнаты стояло очень знакомое кресло. Хохмач сделал шаг назад, но дверь лаборатории с лязгом захлопнулась.

— Я подготовлюсь. А ты пока привяжи себя к медицинскому креслу. Привяжешь плохо — переломаешь себе все кости.

С этими наставлениями Шварц подошёл к железному столу. И принялся извлекать из шкафа рядом различные стеклянные бутылочки.

Дэвид поднял брови, прикусил нижнюю губу и взгромоздился на кресло. И стал фиксировать ноги, начиная с щиколоток. Ботинки Хохмач мстительно стащил и поставил прямо под собой.

Пять минут спустя Шварц подтащил железный стол на колёсиках к креслу. На столе стояла железная ванночка с мутно-жёлтой жидкостью и давешняя склянка. Ещё лежал массивный пинцет.

Шварц осмотрел лежащего ученика (у Дэвида осталась свободной только правая рука) и завершил процедуру закрепления. В конце он широким ремнём примотал голову ученика к оголовью. А потом стал бродить по комнате и рассуждать.

— Понимаешь, Дэвид, разумеется, был вариант… более традиционный. Медитации в специальных камерах, постоянный слив резерва в кристаллы или магомеханизмы… изнуряющие упражнения со свечой и мелким песком. Это всё прошлый век. Мальчик, я сторонник прогресса. И сейчас я покажу тебе всё его величие!

Хохмач панически задёргался, но ремни держали крепко.

— А ещё я знаю, что молодые люди ленивы, глупы и ненадлежаще стараются. Я прощаю эти проявления человеческой природы! И нашёл способ все эти сложности просто обойти. Сейчас я покажу вам…

С этими словами Шварц подошёл к столику, сорвал сургучную пробку с бутылька и стал вытрясать содержимое в миску. Сначала туда упали две чёрные тягучие капли, а потом чёрный склизкий комок.

Жидкость в этот чёрный комок стала стремительно впитываться и меняться. Спустя минуту в ванночке лежала склизкая личинка размером с палец. Шварц ловко подхватил мерзкое существо пинцетом, и оно активно задёргалось.

— Это личинка духовного насекомого, название которого тебе ничего не скажет. Она будет жрать твой резерв. С её помощью ты разовьёшь волю, ведь именно благодаря воле ты сможешь отцепить жвала этой милахи от своей души, ты закалишь своё тонкое тело, или тебя ждёт очень неприятная смерть.

С этими словами Шварц подошёл к креслу и стал подносить личинку к глазу ученика.

Дэвид заорал.