Змей из 70х V

Глава 21

Кроваво-красный туман, вырывающийся из пасти мутировавшего Лонгвея, разъедал остатки асфальта с шипением брошенного на сковородку масла. Двор «Красной киновари» превратился в декорации для кошмарного спектакля. Тысячная армия Востока была стерта в порошок, и теперь всё внимание мироздания сфокусировалось на пятачке земли, где сошлись три чудовища.

Узурпатор Нефритового Трона взревел. Звук разорвал барабанные перепонки нескольких выживших синоби, которые в ужасе жались к запертым воротам.

Демон сорвался с места. Его скорость больше не подчинялась законам физики. Он не бежал — он просто стер пространство между собой и противниками, материализовавшись прямо перед Ариданом. Когтистая лапа, пульсирующая энергией Екая, обрушилась сверху вниз, метя разрубить старого наставника надвое.

Голова Дракона не попытался заблокировать этот удар. Принять на жесткий блок концентрированную массу демонической Ци означало лишиться рук.

Вместо этого старый Грандмастер исполнил то, что на Востоке называли «Танцем Падающего Листа». Аридан неуловимо скользнул в сторону, пропуская смертоносную длань в миллиметре от своего плеча. Когти Лонгвея вспороли бетон, оставив в нем траншею полуметровой глубины.

Используя инерцию промахнувшегося ученика, старый воин крутнулся на пятке. Два его танто, источающие гнилостный запах некромантского яда, молниеносно ударили в незащищенный бок узурпатора.

Раздался скрежет, от которого заныли зубы.

Отравленная стигийская сталь высекла сноп искр из багровой чешуи, но не смогла пробить демоническую броню. На теле монстра остались лишь две неглубокие белесые царапины.

— Моя плоть теперь крепче алмаза, старик! — расхохотался Лонгвей, разворачиваясь и нанося размашистый горизонтальный удар хвостом, сотканным из чистой плазмы. — Твои зубочистки меня не возьмут!

Аридан сложился пополам, уходя от огненного хлыста, и кувырком разорвал дистанцию. Его дыхание оставалось ровным, а на лице не дрогнул ни единый мускул, хотя он прекрасно понимал: в ближнем бою без пробития брони он обречен на поражение из-за разницы в выносливости.

Аларик гада Рус, стоявший поодаль в идеальной безопасности своей Ауры Доминирования, лишь снисходительно покачал головой.

— Грубая сила, помноженная на отсутствие манер, — вздохнул Теневой Владыка, поправляя воротник френча. — Как предсказуемо. Пора преподать нашему гостю урок анатомии.

На крыше водонапорной башни, сливаясь с ночным небом, Екатерина ждала именно этого момента. Ее дыхание замедлилось. Палец мягко потянул спусковой крючок «Ирбиса». Биатлонистка не целилась в голову — демоническая реакция позволила бы монстру уклониться от прямого выстрела. Она метила в центр масс, туда, где сочленения чешуек были наиболее уязвимы.

Сухой щелчок.

Бледно-голубой трассер техномагической винтовки прошил темноту двора. Снаряд, заряженный концентрированным эфиром, двигался со скоростью, превышающей скорость звука в пять раз.

Лонгвей, увлеченный охотой на учителя, уловил угрозу в последнюю долю секунды. Он попытался закрыться бронированным предплечьем, но снаряд ударил прямо в его левое плечо.

Грянул взрыв.

Ослепительная вспышка эфира разорвала мрак. Бронебойный заряд не убил демона, но выполнил свою главную задачу — кинетический удар чудовищной силы вдребезги разнес багровую чешую на плече и ключице узурпатора, обнажив пульсирующую, незащищенную плоть, пронизанную черными венами.

Монстр издал оглушительный вопль боли, отшатнувшись назад и теряя равновесие.

— Ваш выход, маэстро, — негромко произнес Трикстер, изящно салютуя тростью в сторону образовавшейся бреши.

Аридану не нужно было повторять дважды. Голова Дракона превратился в размытое пятно. Он не бежал по земле — он словно летел над ней, используя древнюю технику «Шагающих Теней».

Лонгвей вслепую взмахнул когтями, пытаясь отогнать наставника, но старик уже был внутри его защитного радиуса.

Правый танто Аридана, пропитанный токсином «Дыхания Банши», с хирургической точностью вонзился прямо в обнаженную, лишенную чешуи плоть на плече узурпатора. Лезвие вошло по самую рукоять.

Демон взревел так, что на соседних цехах посыпалась чудом уцелевшая черепица.

Некромантский яд Аристарха Львовича, встретившись с энергией Екая, вступил в катастрофическую реакцию. Черная скверна начала стремительно расползаться по венам Лонгвея, выжигая демоническую Ци и заставляя мутировавшую плоть гнить прямо на глазах.

Однако узурпатор был слишком силен, чтобы сдаться после одного удара. Обезумев от боли, он перехватил руку старика своей свободной лапой. Его когти впились в предплечье Аридана, разрывая шелковую тунику и пуская кровь.

— Мы умрем вместе! — прохрипел Истинный Дракон, и его пасть начала наливаться ослепительным, раскаленным светом. Он готовил прямой, неблокируемый залп демонической энергии в упор.

Голова Дракона оказался в смертельной ловушке. Вырвать руку из стальной хватки монстра было невозможно.

Но в игру вновь вступил Теневой Владыка.

Аларик неспешно, словно прогуливаясь по парку, оказался за спиной старика. Бывший парижский манипулятор положил ладонь в белоснежной перчатке на напряженное плечо Аридана, а свободной рукой выставил вперед Трость Мефистофеля.

Из пасти Лонгвея вырвался столб ревущего, кроваво-красного пламени — концентрированная ненависть и магия Преисподней, способная испарить стальной танк.

Серебряный ворон на набалдашнике трости хищно сверкнул рубиновыми глазами и… широко раскрыл клюв.

Ужасающий поток демонического пламени врезался не в тело Грандмастера, а в невидимую воронку, созданную артефактом. Трость с жадностью начала всасывать энергию Екая. Артефакт Бездны, усиленный аурой Четвертого Круга, поглощал атаку узурпатора с тем же удовольствием, с каким гурман пьет коллекционное вино.

Лонгвей с ужасом наблюдал, как его самая мощная, разрушительная атака исчезает в маленькой серебряной птице, не причиняя ни малейшего вреда высокомерному гайдзину в военном френче.

— Знаете, в чем ваша фундаментальная ошибка, Ваше Багровое Величество? — ласково, почти сочувственно спросил Аларик, глядя в расширенные от шока глаза демона сквозь угасающий поток пламени. — Вы решили, что заключили пакт с самыми страшными силами мироздания. Вы пришли с горящей спичкой к человеку, который управляет черной дырой.

Трикстер слегка провернул трость.

Артефакт, насытившись демонической Ци, выдал обратный импульс. Невидимая, но чудовищно плотная кинетическая волна ударила Лонгвею прямо в грудь. Хватка монстра на руке Аридана ослабла. Узурпатора отбросило на десяток метров, и он кубарем покатился по изломанному асфальту, оставляя за собой шлейф черной, отравленной крови.

— Я очистил сцену, Аридан. Заканчивайте свой танец, — Змей сделал изящный шаг назад, уступая место истинному мастеру.

Старый Грандмастер не произнес ни слова. Его лицо было бледным, по прокушенному предплечью струилась кровь, но в глазах горело абсолютное, ледяное спокойствие.

Лонгвей, хрипя и кашляя отравленной сукровицей, попытался подняться. Некромантский яд парализовал левую половину его тела. Чешуя осыпалась, возвращая ему человеческий облик, но искаженный агонией.

Аридан подошел к своему бывшему ученику. В этот момент он уже не был просто воином — он был стихией, карающим мечом самих небес.

Голова Дракона активировал технику, которую не использовал десятилетиями. «Семишаговое Угасание».

Первый шаг. Старик оказался рядом с пытающимся встать узурпатором. Удар левым танто снизу вверх — и сухожилия на ногах предателя оказались перерезаны. Лонгвей с воплем рухнул на колени.

Второй шаг. Неуловимый разворот. Рукоять правого клинка с хрустом опустилась на основание шеи демона, ломая ключицу и блокируя основные энергетические меридианы. Демоническое свечение в глазах узурпатора начало стремительно тускнеть.

Третий и четвертый шаги слились в единое, смазанное движение. Клинки Аридана порхали, как бабочки, нанося филигранные, неглубокие порезы в ключевых точках акупунктуры. Он разрушал саму структуру эфирного тела ученика, лишая его возможности когда-либо снова контролировать Ци.

Пятый шаг. Лонгвей попытался слабо отмахнуться рукой, но старый мастер мягко перехватил его запястье и нанес точечный удар локтем прямо в солнечное сплетение. Узурпатор издал задушенный хрип, выплевывая сгусток черной крови.

Шестой шаг. Аридан обошел поверженного врага со спины. Его движение было наполнено печальной, горькой эстетикой. Он словно прощался с тем мальчишкой, которого когда-то подобрал на улицах Шанхая.

Седьмой шаг.

Голова Дракона замер за спиной коленопреклоненного, окончательно сломленного Владыки «Багрового Лотоса». Старик скрестил свои отравленные клинки на шее Лонгвея.

— Ты искал меня двадцать лет, ученик, — тихо произнес Аридан, и в его голосе не было ни торжества, ни злобы. Только бесконечная усталость. — И ты нашел меня. Но ты забыл главное правило, которому я тебя учил. Дракон никогда не прощает предательства.

Лонгвей, чье лицо превратилось в серую, гниющую маску, поднял полные отчаяния глаза к ночному небу столицы.

— Нефритовый… Трон… пуст… — булькающим шепотом выдавил узурпатор.

— Трон больше не имеет значения. У этой Империи появился новый хозяин, — ответил старый мастер.

Аридан развел руки в стороны. Смертоносная сталь с легким шелестом сомкнулась, идеально ровно отделив голову Лонгвея от плеч.

Тело узурпатора мгновенно рассыпалось в серый пепел, пожранное до конца ядом Аристарха Львовича и энергией распада. На асфальте, среди пыли и крови, осталась лежать лишь отрубленная голова, на лице которой застыло выражение абсолютного ужаса.

И еще одна вещь.

Среди пепла тускло блеснул небольшой предмет. Аридан наклонился и поднял его. Это была Печать Пяти Семей — древний артефакт из черного нефрита в виде свернувшегося дракона, символ абсолютной власти над дальневосточным Синдикатом.

Старый воин медленно выпрямился. Он вытер окровавленные клинки о кусок багрового шелка, уцелевший от одеяний ученика, и с тихим щелчком вернул оружие в ножны.

Двор «Красной киновари» погрузился в мертвую, звенящую тишину. Те немногие бойцы Триады и Якудзы, кому посчастливилось выжить в этой мясорубке, побросали оружие и рухнули на колени, упираясь лбами в окровавленный асфальт. Они видели смерть своего божества. И они видели монстров, которые его уничтожили. Воля Синдиката была сломлена окончательно и бесповоротно.

Аридан, сжимая в руке нефритовую Печать, повернулся к Аларику.

Теневой Владыка стоял неподалеку, удовлетворенно опираясь на трость. Система в его сознании захлебывалась от восторга, переваривая колоссальный объем высокоранговых душ и поглощенной демонической энергии. Змей торжествовал. Ночь Тысячи Клинков завершилась полным, абсолютным триумфом индустриальной тьмы над восточными традициями.

Бывший криминальный гений шагнул навстречу своему верному генералу. Игра переходила на международный уровень, и Аларик гада Рус был готов сделать свой первый ход на мировой шахматной доске.

Рассвет над столицей Империи занимался тяжело, неохотно пробиваясь сквозь густую пелену свинцовых туч. Внутренний двор завода «Красная киноварь» напоминал иллюстрацию к Дантову Аду. Изуродованный, вскрытый до арматуры асфальт был щедро залит кровью и усыпан серым пеплом — всем, что осталось от некогда непобедимой армии «Багрового Лотоса».

Двести выживших ассасинов — жалкие остатки элиты Триад и Якудзы — стояли на коленях, уткнувшись лбами в ледяной бетон. Они не пытались бежать. Они не просили пощады. Их воля была сломлена, растерта в пыль присутствием Теневого Владыки и их бывшего повелителя.

Аридан стоял над поверженным воинством. В одной руке старый Грандмастер сжимал отрубленную голову Истинного Дракона, с лица которого так и не сошла гримаса предсмертного ужаса. В другой руке тускло мерцала Печать Пяти Семей.

— Поднимите глаза! — раскатистый бас Головы Дракона хлестнул по коленопреклоненной толпе, словно удар бича.

Ассасины вздрогнули, но подчинились. Их взгляды, полные первобытного страха, устремились на старика в изодранной шелковой тунике.

— Вы пришли в чужой дом, как воры. Вы последовали за глупцом, продавшим свою честь за демоническую скверну, — Аридан высоко поднял голову узурпатора, чтобы ее мог видеть каждый. — Лонгвей мертв. Его душа пожрана Бездной, а имя будет стерто из хроник Синдиката. Нефритовый Трон пуст.

Один из выживших командиров, чье лицо пересекал свежий, дымящийся шрам от когтей Гипериона, осмелился подать голос.

— Великий Мастер… Вы вернулись, чтобы занять свое законное место? Мы готовы принести Клятву Крови… Мы были слепы…

Аридан брезгливо отшвырнул голову предателя в сторону. Она покатилась по асфальту и остановилась у ног замершего неподалеку Фантома.

— Мое время на Троне прошло двадцать лет назад, — голос старого воина был непререкаем. — Я больше не ваш Владыка. Мой клинок, моя верность и моя жизнь принадлежат другому. Тому, чья тень накрыла этот город, и чья сила превосходит жалкие интриги Востока.

Голова Дракона развернулся. Он подошел к Аларику гада Рус, который всё это время наблюдал за сценой с элегантной, скучающей полуулыбкой.

Бывший парижский манипулятор стоял на фоне разрушенного ангара. Его темный военный френч не был запятнан ни единой каплей крови, а в золотых глазах читалось абсолютное, спокойное превосходство хищника, стоящего на вершине пищевой цепочки.

На глазах у двух сотен элитных восточных убийц, на глазах у своих собственных монстров и наемников, величайший Грандмастер Востока опустился на одно колено. Аридан протянул на раскрытых ладонях древний артефакт из черного нефрита.

— Мой князь. Вы спасли мою честь и позволили мне свершить месть. Багровый Лотос лишен головы, но тело Синдиката всё еще сильно, — произнес старик, и каждое его слово эхом разносилось по притихшему двору. — Я передаю вам Печать Пяти Семей и Трех Кланов. Отныне Дальний Восток склоняется перед Теневым Владыкой. Примите эту власть, или прикажите мне уничтожить их всех.

Аларик посмотрел на артефакт. Холодный камень, пропитанный столетиями крови и интриг. Идеальный ключ к международному влиянию.

Интриган медленно снял белоснежную перчатку и изящным движением взял Печать с ладоней верного регента.

Как только кожа юного князя соприкоснулась с нефритом, Система в его сознании взорвалась ослепительным каскадом уведомлений:

«ГЛОБАЛЬНАЯ ЭКСПАНСИЯ: УСПЕХ! Активирован Протокол Синдиката. Под контроль получены: Пять Семей Триады, Три Клана Якудзы. Новые активы: Портовые зоны Восточного Предела, теневая логистика, 15 000 боевых единиц. Статус: Международный Криминальный Император. Синхронизация Печати с Бездной завершена».

Артефакт в руке Аларика полыхнул инфернальным золотом. Древний восточный дракон, вырезанный на камне, словно ожил, его глаза вспыхнули рубиновым светом, признавая нового хозяина.

Трикстер поднял Печать высоко над головой.

Ассасины, до этого момента дрожавшие от страха перед Ариданом, теперь синхронно, как по команде, рухнули ниц перед молодым аристократом. Они почувствовали смену власти на метафизическом уровне. Их новые цепи были скованы не из традиций, а из чистого, первозданного мрака.

— Я принимаю ваш дар, Голова Дракона, — бархатный голос Змея заполнил каждый уголок промзоны, проникая прямо в разум присутствующих. — Вы все искали сильного лидера. Вы его нашли. Но запомните: я не прощаю ошибок и не даю вторых шансов. Тот, кто посмеет предать меня, позавидует участи Лонгвея. Мои призраки найдут вас везде. А теперь — встать!

Восточные убийцы поднялись как один. В их глазах больше не было паники. Там горел фанатичный, почти религиозный трепет перед божеством, которое только что поработило их души.

— Аридан, вы назначаетесь моим Наместником на Востоке, — небрежно бросил бывший криминальный хирург, пряча Печать во внутренний карман френча. — Эти люди поступят под ваше командование. Научите их манерам и интеграции с моими… столичными проектами.

— Будет исполнено, мой Император, — старик с достоинством поднялся, занимая свое законное место по правую руку от Трикстера.

В этот момент воздух над промзоной завибрировал. Мерцающий фиолетовый купол, возведенный Инквизицией, пошел рябью и с тихим шипением растворился в утреннем тумане.

Арена была открыта. Власти Империи сочли, что бойня окончена.

В образовавшуюся брешь между покореженными воротами въехал тяжелый правительственный броневик, украшенный гербом Тайной Канцелярии. Из него, в сопровождении десятка элитных ликвидаторов, неспешно вышел Главный Царский Инквизитор.

Тень, как всегда, попыхивал своей неизменной цигаркой. Его лицо скрывал капюшон, но даже сквозь магический морок чувствовалось глубочайшее, неподдельное изумление.

Сановник ожидал увидеть дымящиеся руины и растерзанное тело амбициозного князя. На худой конец — обескровленного, измотанного Аларика, умоляющего о защите.

Вместо этого Инквизитор увидел идеально вышколенную, пусть и потрепанную армию «Багрового Лотоса», которая стояла по стойке смирно, образуя живой коридор для юного аристократа. Позади князя возвышалась чудовищная некро-химера, а на крыше недобро поблескивал ствол снайперской винтовки.

Аларик гада Рус шагнул навстречу представителю Императора. Его шаги были легкими, а трость выбивала издевательски-бодрый ритм.

— Доброе утро, Ваше Превосходительство, — князь ослепительно улыбнулся. — Вы немного опоздали к ужину. Гости оказались на редкость… прожорливыми, но мы справились с сервировкой.

Инквизитор остановился в нескольких шагах от Теневого Владыки. Он скользнул взглядом по отрубленной голове Лонгвея, по дымящимся остаткам механических драконов и по Аридану, в котором мгновенно распознал угрозу высшего уровня.

— Вы не перестаете меня удивлять, гада Рус, — голос Тени был сухим, как осенний лист. — Мы предполагали, что вы окажете сопротивление. Но мы не рассчитывали, что вы аннексируете крупнейший криминальный синдикат Востока прямо на территории столицы.

— Я всегда был склонен к агрессивному слиянию и поглощению бизнеса, — манипулятор скромно пожал плечами. — Багровый Лотос нуждался в эффективном менеджменте. Я лишь любезно предоставил свои услуги. Надеюсь, Корона не имеет возражений против иностранных инвестиций в нашу экономику?

Сановник затянулся цигаркой, выпуская струйку сизого дыма.

— Корона ценит победителей, Аларик Всеволодович. Вы доказали свое право на трон. Как и было обещано, Инквизиция официально закрывает глаза на ваши… нестандартные методы ведения дел. Отныне теневой сектор столицы — ваша епархия.

Инквизитор сделал паузу, его невидимый взгляд скрестился с инфернальным золотом глаз князя.

— Однако, помните: у любой власти есть границы. Сегодня вы проглотили Синдикат. Постарайтесь, чтобы завтра вы не подавились самой Империей. Император всё видит.

— Передайте Его Величеству мои глубочайшие заверения в абсолютной лояльности, — Аларик приложил руку к груди в издевательски-безупречном поклоне. — Я лишь скромный промышленник, заботящийся о процветании государства. И, смею заметить, с сегодняшнего дня логистика эфирных поставок на Восток станет гораздо более… стабильной.

Тень хмыкнул, развернулся и направился обратно к броневику. Ликвидаторы Канцелярии, стараясь не смотреть на стоящую рядом армию убийц, поспешили за своим начальником.

Когда правительственные машины покинули территорию, Аларик повернулся к своим генералам.

Екатерина, уже спустившаяся с крыши, подошла к ним. На ее щеке чернел след от пороховой гари, но глаза сияли неподдельным триумфом. Аристарх Львович вынырнул из подвала, радостно потирая костлявые руки при виде такого обилия материала для экспериментов. Стартер отирал плазменный резак ветошью, скалясь во все свои кибернетические зубы.

Это была его семья. Его Инфернальный Двор.

— Господа, мы официально признаны, — бархатный голос Змея был пропитан искренним, темным восторгом. — Империя капитулировала перед нашей полезностью. Восток склонился перед нашей силой.

Аларик посмотрел на поднимающееся над цехами бледное весеннее солнце.

— Стартер, организуй уборку территории. Аристарх, забирай самые интересные экземпляры в Сектор Ноль. Аридан… подготовьте свои войска к передислокации. Завтра мы начнем перекраивать логистические карты мира.

Трикстер изящно предложил локоть Екатерине.

— А мы с вами, моя дорогая чемпионка, кажется, планировали обсудить ваш отпуск на южных островах. Учитывая, что я только что приобрел парочку портовых городов на побережье, выбор отелей у нас теперь практически безграничен.

Биатлонистка рассмеялась и уверенно взяла князя под руку. Лед и Пламя. Бездна и Честь. Игра в столице завершилась полной, безоговорочной победой, но в глазах Теневого Владыки уже загорался азарт новых, еще более грандиозных партий. Дракон пробудился, и теперь весь мир должен был научиться жить в его тени.