ЗНАНИЕ-СИЛА, 2000 №01

* Начало в номерах 9-10 и 11–12 за 1999 год.

Клетка 4. Теория виртуальной личности

Данная статья представляет собой выжимку из книги «Теория Виртуальной Личности», над которой мы работаем в настоящий момент. Здесь мы представим лишь несколько профессиональных советов в помощь начинающим разработчикам Виртуальных Личностей. Мы не собираемся затрагивать технические детали этого непростого искусства. Предполагается, что вы сами знаете, какого рода «следы» можно оставлять в виртуальном пространстве (например, IP — адрес), и понимаете, как можно этого избежать. Возможно, на том уровне виртуализации, который вы выберете, вам и не понадобятся все эти тонкости. Кроме того, опытные специалисты вроде нас могут сознательно допускать некоторую небрежность — как гласит восточная мудрость, настоящий мастер всегда работает слегка тупым резцом. Наконец, как вы вскоре поймете, Виртуальная Личность — это явление более широкого радиуса действия, чем просто анонимность в компьютерных сетях. Руководствуясь этими и другими соображениями, мы решили оставить в стороне технические аспекты и сконцентрировать наше внимание на психологических проблемах, с которыми разработчики ВЛ сталкиваются особенно часто. Итак, наши рекомендации.

1. Имейте концепцию. Собираясь создать ВЛ, подумайте, что вы будете с ней делать. Есть ли у вас какие-то идеи, настроения, которые отличались бы оттого, что вы демонстрировали ранее? Довольно глупо заводить ВЛ лишь для того, чтобы выражать через нее свои каждодневные мысли, это можно делать и под своим обычным именем.

2. Главное — имя. Говорят, что аппетит приходит во время еды. Это заблуждение. Аппетит приходит, когда вы видите вывеску ресторана. Взгляните на эти имена: «Александр Сергеевич», «Вдова Клико», «Луноход-2». Чувствуете, как имя определяет… практически все? Статью, подписанную именем «Андрей Соколов», многие люди вообще не будут читать. Поэтому хорошенько расслабьтесь и подумайте — какое имя должна носить ваша ВЛ? После выбора имени все остальное (от желания сказать гадость приятелю до тяжелых психических расстройств) придет к вам само собой.

3. Создавайте уникальное. Старайтесь сделать вашу ВЛ непохожей на другие. В сущности, именно это и определяет, насколько ваша ВЛ — Личность. Каждая новая ВЛ должна опровергать или дополнять те принципы, по которым строились предыдущие ВЛ (или даже — предыдущие поколения ВЛ). Используйте метод инверсии: выделите некоторый всеобщий принцип и реализуйте его противоположность. Вот простейший пример. Общий стереотип (старый принцип): ВЛ создается одним человеком, который на протяжении всей ее жизни является ее единоличным «хозяином». Инверсия (новый принцип): ВЛ создается и управляется группой людей, либо управление передается каждый раз новому «хозяину».

4. Не выдумывайте лишнего. Все великие ВЛ созданы до вас. Посмотрите примеры в литературе, особенно в английской и американской, XVIII–XIX веков. Два основных архетипа описаны в одном из рассказов Эдгара По: роковая женщина безумной красоты (лица которой никто не видел) и мужчина — неуловимый благородный разбойник. Есть и другие примеры. Выберите один из таких архетипов и развивайте его. Добейтесь, чтобы это была живая, действующая личность, а не просто литературный персонаж.

5. Помните о Станиславском. Вживайтесь в образ своей ВЛ, говорите на ее языке. Никогда не думайте: «Я скажу это и подпишусь как Собака Баскервиллей». Думайте так: «Что бы сказала на это Собака Баскервиллей, окажись она на моем месте?» Учитывайте все — почерк, язык того слоя населения, к которому принадлежит ваш персонаж, и т. д.

6. Не перегревайтесь. Если вы свободно входите в роль своей В Л и так же свободно выходите, при этом никогда не путаетесь и даже не всегда помните, что Вы делали в роли ВЛ, поздравляем: у вас шизофрения! Рекомендуем выбирать клиники в местах с мягким климатом — Бахчисарай, Баден-Баден, Борнео.

7. Сила — в деталях. Помните, что кетчуп — это наркотик пострашнее героина: если в Москве неожиданно пропадет весь героин, будут страдать лишь несколько тысяч наркоманов, а если пропадет весь кетчуп… представляете, что будет?! Поэтому не гонитесь за экстравагантным, все гениальное просто. Научитесь обставлять вашу ВЛ мелкими, естественными деталями как бы невзначай. Опишите как бы случайно здание Тартуского университета, употребите ленинградское слово «поребрик», и вот вы уже привязали свою ВЛ (и тех, кто за ней наблюдает) к местам, где вы сами никогда не были. Так же может осуществляться привязка к профессии, возрасту и ко многому другому.

8. Ваши дела — ваши доказательства. Не старайтесь доказать реальность вашей ВЛ с помощью каких-либо «документальных свидетельств». В наш век высоких технологий никого уже не купишь «честно отсканированным паспортом» или «уникальной электронной подписью/адресом». Но если ваша ВЛ постоянно выдает что-то впечатляющее (не обязательно даже очень талантливое), у наблюдателей не возникнет сомнений в ее существовании.

9. Не лезьте на рожон. Говорят, каждый преступник возвращается на место преступления. У создателя ВЛ часто появляется искушение «вылезти» самому: подискутировать со своей ВЛ, порадоваться ее успехам со всеми вместе. Сдерживайте это желание — не высовывайтесь, когда не надо.

10. Предотвращайте разоблачение. Попытки разоблачения начнутся рано или поздно, поэтому лучше сразу взять этот процесс под контроль. «Разоблачайте» свою ВЛ сами — вовремя предсказывайте место вероятного нападения и нападайте раньше других, смягчая удар и отводя его в сторону от своей ВЛ. Более тонкий прием — создание Виртуального Разоблачителя одновременно с созданием ВЛ. Даже если одну из этих ВЛ раскроют, вторая останется с вами, имея алиби победителя. Можно использовать и более сложные схемы ухода (см. п. З — о передаче другому «хозяину»).

11. Провалились? Не отчаивайтесь! Считайте, что это была репетиция, черновик. Проанализируйте ошибки и двигайтесь дальше, к более совершенной ВЛ. Ваш идеал — Виртуальная Личность, которая останется жить в веках даже после того, как ваше бренное тело, отдавшее ей все свое время и энергию, сгниет в гробу.

12. Вовремя оглядывайтесь. Слабая реальная личность никогда не создаст сильную виртуальную (обратное неверно). Если вам удалось создать сильную ВЛ, возможно стоит попробовать себя и в других творческих средах: затяжные прыжки с парашютом, разведение горных пчел, работа воспитателем детского сада.

13. Никогда не используйте все эти советы сразу. Выберете несколько — например, все четные или все нечетные, или пять-семь случайно взятых советов (в качестве генератора случайных чисел от 1 до 12 можно использовать наручные часы).

Клетка 5. Шаровая молния

— …говорю, кубик для Вас свободен! Второй этаж, блок «D».

Передо мной снова стоял белобрысый бармен «Тетриса». Похоже, я слишком ушел в себя, так что ему пришлось подойти и крикнуть эти слова прямо мне в ухо. На другом конце зала я заметил удаляющуюся женскую фигуру. Рыжие волосы женщины рассыпались по плечам, тонкий зеленый плащ от быстрого шага взлетел, приоткрыв стройные ноги. Интересно, что ей могло понадобиться в Нет-кафе? Вряд ли комбинезон «Эротик»: у женщины с такими контурами наверняка нет отбоя от реальных мужиков всех мастей. Хотя… я вспомнил про «глушение всех типов «чипа верности» за счет заведения». А что, тоже вариант: ревнивый муж, не брезгующий современными технологиями надзора, сидит себе на работе, лелеет в кармане брелок с «сигнализацией», а его жена- красотка, не будь дура… Я проводил ее взглядом до двери, втайне надеясь, что она обернется, но этого не произошло. Видимо, это она освободила кубик.

По короткой и крутой лесенке, выстеленной звукоизолирующим ковром, я поднялся на второй этаж. Нынешний кубик представлял собой треугольную, а не четырехугольную комнату: старые кубики несколько лет назад разделили пополам диагональными перегородками, так что комнат получилось вдвое больше. Но это было не особенно заметно по сравнению с тем, что позволяли теперь компьютеры: голосовая подача команд, голографическая трехмерка, и прочее, и прочее. Сейчас я вошел в слабо освещенную беседку с видом на море. Смахивает на Никитский ботанический сад в Ялте. Хорошая заставочка. Беседку немного портил мольберт посередине: уж больно аккуратный. Я помедлил перед тем, как убрать все это, потому что на мольберте остался незаконченный пейзаж — берег моря, прорисованный акварелью только с одной стороны, а с другой лишь намеченный карандашом. Возможно, просто часть заставки. Я произнес «кабинет-34» — обстановка сменилась, мольберт стал обычной персоналкой. Вынув из кармана карточку, полученную от безопасников «Аргуса», я загнал ее в щель на рабочей панели.

поиск узла… установка канала связи…

От нечего делать я стал разглядывать кабинет. Я выбрал его во время последнего посещения «Тетриса», он чем-то походил на мой кабинет в Университете. Наверное самая старая из интерьерных заставок в этом кафе, комплект MS Rooms первого поколения. Сейчас в моде более изощренные штучки, комнаты в виде огромной инфузории-туфельки или даже какой-нибудь части человеческого тела. Мне лично всегда хватало кабинета. Не так-то легко на все новое переключаться. Еще, кажется, вчера сидел за обычной клавой обычной персоналки, и тут — на тебе, внутренности инфузорий вокруг.

канал связи установлен

идентификация… успешно

ожидайте аудиенции…

Правда, надо сказать спасибо Сергею — он почти вылечил меня от виртобоязни простым и грубым методом, который в двадцатом веке назвали бы «шоковой терапией». Два года назад, когда в нашей совместной деятельности по созданию «Вольных Стрелков» возник вопрос о визуализации, я мягко пытался обойти эту тему. Я выдвигал различные разумные доводы в защиту письма как вполне мощного — в умелых руках — средства воздействия на других людей. Но Жиган заявил, что это восстает мое трусливое подсознание, а все умные доводы — лишь рационализация внутренних страхов. Тогда я заметил, что никогда не уважал психоанализ. Жиган молча вынул «лапоть» и немного поколдовал над ним, после чего из мини-компа донесся мой собственный голос:

«Письменность — одна из самых нерациональных систем сохранения и передачи информации, благодаря многовековой практике укоренилась в культуре настолько, что даже сейчас, когда новые технологии позволяют задействовать все каналы человеческого восприятия максимально эффективно, призрак литературы все еще реет над нами, как эдипов комплекс информационного бизнеса…»

Последние слова потонули в бурных аплодисментах, хотя в оригинале лекции их не было, и по ухмылке Жигана я понял, что это его подколка.

Конечно, я мог сказать, что тоща было совсем другое время, когда хотелось новых технических чудес; и другой я, писавший такими шизофренически-длинными предложениями; и главное, совсем другая цель — хотелось попросту разозлить некоторых зануд этой лекцией, которую я прочел когда-то в Универе и которую Сергей вытащил сейчас из Сети. Но я устал отбиваться оттого, чего даже не видел. Может, и впрямь комплекс, подумал я и согласился с Жиганом: с картинками, наверное, будет веселей. Жиган, как выяснилось, того и ждал. И сразу же потащил меня к Саиду.

Саид жил на Северо-Западе. Он оказался низкорослым толстячком с цепким взглядом азиата. Крупную голову обтягивала черная лыжная шапочка, в восьмидесятые такие «плевки» носили рэпперы и прочая околокриминальная молодежь. На левой стороне груди под распахнутой шелковой рубашкой чернела татуировка, ряд цифр и букв. Мы остановились в прихожей — я был здесь посторонним, и цепкие глаза смотрели настороженно.

— Доброго коня тебе, нукер! — приветствовал азиата Жиган. — Это Профессор, я тебе о нем говорил.

— Конь сегодня дважды брякался, да покарает Аллах неверных китайцев с их косоглазым метеоспутником, — отвечал азиат сонно. И неожиданно опять уперся острым взглядом в меня:

— По чем профессор-то, по маканию крекеров в чай?

— Нет, по лечебному онанизму, — хмуро ответил я.

Вежливость вежливостью, но лет в двадцать я вывел правило, согласно которому лучший способ доказать человеку его ошибку — это повернуть его метод против него самого. С тех пор прошли десятки лет, и многие другие полезные правила пытались войти в мою этическую систему, но так и остались за порогом. Не дожидаясь реакции на предыдущую фразу, я указал на татуировку:

— Это что, пин-код Вашей лички? В голове не держится?

Шутка прозвучала неуклюже, но по крайней мере этот наглый рэппер будет знать, что я не глухонемой.

— Лички? В голове? Ха-ха, да ты остряка привел. Жиган-каган! Это группа крови и коэффициенты совместимости тканей.

Саид отвел полу рубашки еще немного в сторону, обнажив узкий шрам под татуировкой. Шрам начинался у солнечного сплетения и уходил вверх к подмышке.

— А это то место, где ткани совмещались хреново, несмотря на «пин-код». Тот головорез, от которого мне делали пересадку, оказался очень старомодным парнем. V него все эти шифры-мухры были записаны на жетоне, а жетон унесло вместе с его башкой во время взрыва. Зато сердце у басмача оказалось — будь здоров! А мое- то как раз навылет прошило.

Но доктора наши — люди практичные, не дадут добру пропасть. Да и без головы какой он противник? Тут главное, чтоб ткани совмещались. Мне-то еще повезло, но я все равно потом нашел радиоволну, на которой ихние командиры-навадиры переговаривались, да прочел им нотацию. В плане того, чтоб выбросили нафиг эти хваленые штатовские жетоны с кнопочками-лампочками и сделали бы нормальные тату, как у нас. Ато никакой пользы от них, когда вместе с башкой с них и жетоны срывает. Как ты говоришь? Коды в голове не держатся совсем? Ха-ха, верно угадал! Настоящий Профессор, заходи, гостем будешь!

Ошеломленный шутливым тоном, не вязавшимся с мрачной историей о пересадке сердца от убитого врага, я не решился продолжать словесную пикировку и прошел в комнату. И там был поражен не меньше: на столе в центре комнаты стояла старинная ламповая радиола «Омега», каких я не видел уже лет тридцать. Даже в магазинах старья.

— Ого! Целая?! — Сергей подошел к радиоле и стал разглядывать ее, как дорогой предмет антиквариата.

— Почти. Двух ламп не было. Пока поставил чип.

— Ха-ха, так не че-естно! — протянул Сергей.

— Говорю же — пока. Вчера починил двум лохам ореолы, деньга-таньга теперь есть, в выходные смотаюсь в Авто во, мне там один тип уже обещал эти лампы.

— Мы к тебе по делу, Сай. — Сергей кивнул на меня. — Хочу Профессору показать настоящую сибирь, без сиропа.

Саид комично воздел руки к потолку:

— О нэвэрный! Сколка раз тэбэ учит: нэ сибир, а кибир!

— Хорошо, хорошо. Показать Доку киберпространство, виртуальную реальность и прочий мир неорганичных… или как там, неограничных… короче, только психи могут юзать такие длинные иды.

— Неплохо бы сперва покурить, — заявил Саид и оглядел меня скептически.

Свой черный «плевок» он так и не снял с головы, и я снова подумал о рэпперах: они тоже носили свои дурацкие шапки даже в помещении. Словно читая мои мысли, Саид почесал под шапочкой около уха, потом повернулся к Жигану:

— Ты ничего для души не принес случайно, хакер-шакер?

— Извини, чистой травы не смог достать. Нет нигде. Но есть гаш.

Саид поморщился, принимая от Сергея коробок:

— Знаю, знаю. Цифровой оксид-хасид совсем вытеснил органику. Для гаша у меня и аппарата-то приличного нет. Ну да ладно, сейчас чего-нибудь забацаем.

Вытащив из коробка короткую колбаску, он оторвал от нее кусочек, раскатал в шарик, выдернул из мягкой игрушки на стене булавку и насадил шарик на нее. Затем достал из стола шариковую ручку, вытряхнул прямо на пол стержень, и с помощью обрывка скотча прикрепил булавку с гашишом к концу пластмассовой трубочки. Я с интересом следил за таинством церемонии. Саид поджег шарик на булавке зажигалкой, притушил его и вдохнул через трубку голубой дым тлеющего «пластилина».

— Кальян, в натуре, — улыбнулся Сергей.

— А что такого плохого в диоксиде? — подал голос я. На самом деле, я знал об этом достаточно. Но мне было интересно, что знают они.

— Неправильная штука. Нетворческая. — Лицо Саида плавало в облаке дыма. — Либо ходишь весь обдолбанный этими картинками и радуешься, что весь мир такой правильный и блестящий, полный сандал-миндал. Либо потом, когда пройдет, страдаешь от всяких неправильностей вокруг и ищешь снова этих аккуратных узорчиков. Либо просто переберешь и — в психушку. А я люблю, если уж вмазать, так чтоб под зто дело можно было еще чего-нибудь поделать: в Сетке погулять или с девочками повозиться, или поработать. Ну и вообще, синтетику я не очень. Лучше травка. Гаш тоже можно, в нем и смолы меньше… Но я раз видел, как этот гашиш-бакшиш делают. Гоняют го полю потного коня, на него пыльца налипает, получается таком… конь в пальто. Это пальто с него катышками соскребают и курят. У меня с той поры на весь гашкаргаш рвотный рефлекс. Но раз уж принесли…

Он передал «кальян» Сергею. Тот тщательно сглотнул слюну, прежде чем затянуться. Саид продолжал:

— Ладно, сейчас покажем Вам виртухалку. Улетите по полной программе. Во-он с той чалмой-далмой на голове.

Он кивнул на конструкцию, висевшую над рабочим столом. Когда я входил в комнату, я принял эту вещь за произведение художника-авангардиста, который специализируется на изделиях из индустриального мусора.

— Это самопальный ореол?

— Это хуже. Или лучше, — хитро ухмыльнулся Саид.

Сергей добавил:

— Технически гораздо проще сделано. С точки зрения попсовой Сибири, это типа сыроварной и очень глючной варежки. Но есть такая хакерская байка… Говорят, старик Фасимба из банды «Лед Запилен» на всех взломанных им тачках оставлял визитку со словами: «Что для чайника — варежка с дырками, то для мастера — перчатка без пальцев». С нашей самопал ком Сибирь можно пошарить самую чистую, не то что RPG какое-нибудь. Это как один укол никотина вместо вашем ежедневной полпачки сигарет. Вы будете чистым, свободным электроном, гордо летящим через все сибирские ужасы.

— Попахивает сказками Гибсона, — проворчал я. Сравнение с чистым никотином мне не понравилось: вспомнилась зловещая капля, убивающая лошадь.

— Вы про старинное худло? Не-е, я Вам серьезно говорю. Хотя всякие текучие и бесформенные чудища сибири и у фантастов были, точно. Но понимаете, люди консервативны, и даже сейчас стараются моделировать свои скины более-менее человекоподобными. Ну там руки-ноги, два глаза… Эго гораздо труднее ваять… и не так интересно, чем то, что мы Вам покажем. Вот представьте: у Вас два глаза, оба спереди, сектор обзора не более 200 градусов, если не вертеться. А в сибири такие детальные фичи необязательны. На зрительный нерв можно сливать полный сферический обзор. Словно Вы — не человек, а отдельный круглый глаз. Так же и с остальными членами… в смысле, с органами чувств.

— Отдельный круглым член!!! — выкрикнул Саид.

Оба хакера заржали, а я с еще большим сомнением оглядел аппаратуру. Какие-то проводки, смотанные изолентой… Платы, торчащие наружу из открытых корпусов… И два молодца, накурившихся гашиша. Очень светлая перспектива. Сибирьпанк в дырявых варежках.

— Да Вы не перегружайтесь. Профессор. Все под контролем. Правда, иногда Саид устраивает всякие штучки под настроение. Типа, чинил он ореол одной тетке и дернуло его посмотреть, на что ее приемник настроен. А там — мыльный сериал «1001 ночь». Ну, Саид разозлился почему-то, и вместо обычной воспроизводящей головки поставил записывающую. И отдал ей этот ореол, вроде как починил. Так теперь эта тетка — натуральная Шахерезада. Каждый день рассказывает сказки медбратьям на Пряжке.

— Военные давно этим занимаются, — поддакнул Саид. — И в Кремниевой долине, там у каждого третьего чипы в черепушках. А наша Европка как подсела на дешевый ширпотреб, так и не слазит, сплошная попса-шамса и никакого прогресса. Ну ничего, я вчера подобрался к одном дырке в израильской телефонии, скоро пойдем доить ихний Мосад-прасад…

— Профессор, не смотрите Вы так скорбно! — продолжал Сергей, возвращая «кальян» Саиду. — С помощью ореола ничего записать нельзя, зто стандартная наколка для чайников. А вот кода Саид сделал «базар-контроль», это был реальный улет. Аккуратная такая мулечка, прямо в коробочке из-под пультика для телевизора. Начисто вырубает речевой центр на расстоянии десяти метров. Типа, подходит к нам в кафе прилипала из «Нетпросвета» и давай впаривать какие-то якобы очень крутые и запрещенные варежки. И даже невооруженным «лаптем» видно, что диски нафаршированы троянами УКИБа так, что вот-вот звезды на пластике проступят. Мы этой козе вежливо говорим, мол, ваша циска купила бы «тампакс» и заткнулась, не мешала честным кодерам иметь свою «Хакнутую Мзри». Но прилипала не отстает, ее просто переклинивает на другую тему, и она начинает еще громче грузить: «Виртуальный Обмен Телами!!! Невиданное развлечение для любителей острых ощущений!!! Почувствуйте мир телом Вашей подруги, пока она смотрит на мир Вашими глазами!!! И Ваша любовь станет крепче!!!». Тогда Саид достает пультик, на кнопочку — чик! — и все, немое кино, девица без презента. Ничего понять не может, бедная, руками за горло хватается — полный бряк, в общем. Но однажды Сай многовато выкурил и не тем концом пультик направил…

Хакеры снова заржали. Меня дурили и пугали, как новичка.

— Что касается травки… — задумчиво сказал я. Молодежь насторожилась: никак Профессор собрался «лечить»? Но я лишь наблюдал, как давно забытый голубой дым вытягивает из памяти вереницу картинок прошлого: костры на крымском берегу, волосатые люди, одетые в одни только феньки, Лиза-Стрекоза, совратившая меня прямо там, в трех метрах от костра, звон браслета с бубенчиками на ее щиколотке…

— Что касается травки, у меня тоже был замечательный случай, в августе 91-го. Мы стояли тогда в Рыбачьем, в Крыму. И в одну из ночей, обкурившись, устроил и дичайший сабантуй: пели, плясали, вызывали дельфинов, ходили в автокемпинг грузить цивилов разными байками… А утром — я только-только уснул, часов в семь — кто-то будит меня и серьезно так говорит: «Вик, нам всем полный конец: в Москве военный переворот!». А я ему отвечаю: «Мужик, ну хоть бы в такую-то рань не грузил, а?! Граждане СССР имеют право на сон! Накурился сутра — иди восход встречай». И на другой бок переворачиваюсь. Днем проснулся, смотрю — натурально, все наши вокруг приемника сидят притихшие. И по всему побережью такие же кружки, словно пена огромной волны сошла, а пузырьки на песке остались. Ну а вечером мы опять покурили, и у них там в Москве все наладилось. Ладно, чего болтать, давайте сюда ваш хайратник!

— Наш человек — полууважительно, полусаркастически прокомментировал Саид. Он поднялся, надел на меня шлем и стал закреплять электроды. Сергей, помахивая «кальяном», продолжал:

— Честно, Профессор, ничего опасного. Саид даже думает, что этой штукой можно мультиков лечить.

— Каких мультиков?

— Ну, мульти персоналов. Помните, Вы читали лекцию про виртуальные театры и все такое? И там у Вас было про одного мужика, который был одновременно волком тамбовским. И звали его, кажется, Мистер Шакал.

— Не «тамбовским», а «Степным». А мистер Джеки л — это вообще другая история. Ты, наверное, спал на той лекции.

— Не-е, просто я названия плохо запоминаю. Знаю-знаю, сейчас Вы скажете: синдром «мертвой памяти», вся современная молодежь сменила собственную память на комповую, дважды два в уме не может умножить и имена приятелей не помнит без адрес-бука. А может, это иногда и неплохо? Раз что-то за нас может делать машина, значит, мы можем что-то другое делать на освободившихся ресурсах. Например, запоминать идеи, а не факты. Так и с волком Вашим — неважно, как его там звали, суть-то я себе скачал. Он был типичный мультик, с раздвоением личности. А бывают и с растроением, и с расчетверением… В Сети им полное раздолье, они от этого только шизе ют еще дальше. Ну вот, а Саид говорит, что с помощью чистой Сибири их можно лечить. Типа, обратно в целостную личность компилить. Кстати, я про Вас тоже сначала думал, что Вы — мультик.

Уж больно у Вас хорошо все эти флиртуальные личности выходили…

— Короче, Мамин-Сибиряк, — прервал Саид. — Не отвлекай клиента, он сам сейчас получит весь кизил-музил. Вот этот шарик возьмите в руку. Профессор. Будет ваша мышка, только в трехмерке. Ну, поехали…

Запах и Свет. Сначала все-таки свет, но сразу же накатил и запах, какого мне не доводилось ощущать никогда в жизни. Вспоминалось: походы в горы, поездка в африканский парк-заповедник… Но здесь! В памяти всплыла еще одна сценка: за год до Целлофанового Мора я сижу на холме и гляжу на маленькую белую дворняжку, что весело бегает по полю и нюхает разные травки. А я сижу и жутко завидую ее носу, улавливающему сотни запахов; ведь сам я на том холме мог отличить по запаху только полынь да, может, еще мяту. Теперь, в виртуальности, я ощущал себя как настоящий собачий нос. Я улавливал запахи сосны, березы, гниющего дерна, запах подсоленной воды и слегка вспотевших тел, и еще множество всего в этом коктейле из чистейшего воздуха.

Сравнение себя с носом заставило заметить и странности со зрением. Как предсказывал Сергей, я видел во все стороны, но не видел самого себя! Я почувствовал легкое головокружение, вернее, лишь мысль о головокружении — самого головокружения не было! Я висел в десятке метрах над поверхностью озера. На берегу виднелись живописный старинный замок и какие-то люди на лужайке перед ним. Но как же мне д вигаться, где же руки? Они остались где-то там, в комнате Саида, и в них — управляющий шарик! Я попытался представить свою руку с шариком и тут же почувствовал несколько острых уколов со всех сторон. Блин! Я теперь находился в лесу за озером, прямо в частоколе длинных сосновых игл! Надо все-таки аккуратнее шевелить «мышкой». Наметив направление на озеро, я снова представил руку с шариком, двигающуюся чуть-чуть вперед, и действительно вылетел из леса и оказался над водой. Ну-ка, а если попробовать вбок? Работает! Меня понесло вбок и вниз, и, не успев остановиться, я плюхнулся в воду.

Вода, против моего ожидания, оказалась теплой. Только я подумал о ее вкусе, как — ох, а как же мне отплевываться-то от этой гадости? — ощутид, какая она противная. Вылетев на свет из воды, я поднялся метра на три вверх и направился к замку, продвигаясь по воздуху неуверенными рывками.

На лужайке у озера разместилась довольно странная компания. Четверо пожилые но крепких еще мужчин в плавках развалились в шезлонгах, попивая что-то из бокалов (бокалы при этом не опустошались). Рядом с каждым мужчиной, у него в ногах или на коленях, имелось по хорошенькой девушке не старше 14 лет, topless. Все с испугом глядели на меня. Не придавая этому значения, я продолжал гадать, как бы мне «прополоскать горло» после горькой озерной воды. Ага! Я мгновенно перелетел к одному из бокалов и не долго думая плюхнулся прямо в него. Получалось, что по размеру я даже меньше, чем теннисный мяч! Но это меня уже не волновало: я купался в пиве, да не в простом, а не иначе, как… Ого, да не в Чехии ли я? И замок вполне соответствует…

В этот момент мое круговое зрение уловило движение: трое мужчин просто пропали. Слиняли из киберпространства, догадался я. Оставшиеся девочки и мужчина по-прежнему во все глаза глядели на меня. Во взгляде мужчины читалось профессиональное любопытство (я специально подлетел к самым его глазам, но он по- прежнему оставался в шезлонге). А девчонки, похоже, были на работе и не должны были сбегать ни при каких обстоятельствах. Я вмиг сказался на бедре одной из них — она не шелохнулась, лишь огромные глаза расширились еще больше. Прокатившись по теплой, шелковистой коже туда-обратно (у девочки булькнуло в животе), я подпрыгнул и распластался между ее маленьких грудей. Это было замечательное местечко, с маленькой родинкой ближе к правому соску, и хотелось навсегда остаться жить именно здесь, в этой ложбинке… но все вдруг померкло, я открыл глаза и снова очутился в комнате Саида.

Хакеры выглядели очень веселыми: видимо, летая в киберпространстве, я выделывал нечто комичное в реальной жизни. Я начал вставать — брюки натянулись, выдавая эрекцию. Пришлось снова сесть.

— Все, Док, аборт вам сделали. Кончита ля фигедия! — развел руками Жиган.

— Где это я был? — спросил я осипшим голосом. За окном серело низкое небо северного лета, сейчас оно казалось плохой ксерокопией с хорошей линогравюры.

— Завтра в новостях все узнаете! — заверил Саид. — Надеюсь, это хоть как-то скрасит Ваш отходняк: у Вас завтра будет кружиться голова и немножко блин ковать глаза. Возможны также тошнота и понос. Поздравляю с возвращением в реальность, Профессор! Кстати, сны тоже могут быть паршивыми пару дней. Мне после одного такого виртуального бунгала-мангала приснилась комната, полная покойников. И пусть Аллах никогда не даст мне коннекта к эль-Каабе, если я вру — все покойники были с треугольными головами.

Он снял черную лыжную шапочку и бросил на стол. Я поспешно отвел глаза от его голой головы, было там кое-что неприятное, и хотя меня тянуло разглядеть получше, но все же неприлично так явно пялиться… Особенно если человек специально скрывает какое-то уродство под шапочкой, ходит в ней даже дома. Я перевел взгляд на стол, где лежал черный «плевок»…

И мысленно посмеялся над своей тактичностью. Скрывает он, как же! Наоборот, он с этой штукой залезает туда, где другие что-то скрывают! Раньше я видел лишь отдельные простенькие биочипы у Риты. А про «мягкую машину» вообще только слышал. И никогда бы не подумал, что она выглядит так противно. Но сомнений не было — эта медуза, вшитая в качестве подкладки в обычную лыжную шапочку, представляла собой что-то вроде «ореола», только куда мощней той штуковины, которую хакеры надели на меня!

Черный «плевок» Саида, брошенный на стол, сложился пополам, словно разорванная камера футбольного мяча, но сложился еще не совсем, и было видно, как внутри него растопыренные присоски «подкладки» медленно сжимаются бахромой по краям, так что шапочка немного шевелится, как живая. Бр-р-рр…

Я качнул головой, и надетое на голову сооружение из индустриального мусора качнулось тоже. Вот ведь гады! Стало быть, они дали мне покататься в киберпространстве на ржавом велосипеде, а сами при этом следили за мной с «Харлея» на воздушной подушке. То-то они так веселились, когда я вернулся.

На следующий день после знакомства с «чистой виртуалкой» я лежал дома в состоянии, напоминающем сильный грипп, и слушал присланную Жиганом статью. Программа-чтец, которую я поставил еще в 2012-м, обладала неудачной интонацией типа «не могу кончить никак», и я запускал ее только в исключительных случаях. В этот раз я тоже попытался читать статью самостоятельно, но после первых же строк началось головокружение — предсказания Саида подтверждались. Пришлось запустить чтеца с его нескончаемым воодушевлением в голосе.

«Вечерний Интернет. Заметка от 17 июня 2016.

ХОЛОДНО, ТОВАРИЩИ, ХОЛОДНО!

Вчера синоптики обещали завалить нас снегом и заморозить. Я по обыкновению решил, что это предвещает теплую погоду. Дай, думаю, тряхну стариной, прогуляюсь пешком. И зря. Только я отошел от дома, как ударил мороз и повалил снег. Еще с полчаса я месил белую гадость вдоль улицы Фестивальной (мысленно посылая все известные мне китайские ругательства в адрес тех, кто устроил нам такое хорошее лето), но наконец вернулся домой, чтобы написать эту заметку.

Кое-кто из наших читателей, вероятно, решил, что сейчас я сравню заснеженный пустырь у стадиона «Динамо» с листом бумаги, и поведу речь про холодную, то бишь вялотекущую войну между поклонниками «персональных газет» и сторонниками других средств массового оболванивания. Сейчас, думают некоторые читатели, я напомню, как в 1999-м Hewlett-Packard начала бесплатно распространять программу Instant Delivery; как вскоре после этого Xerox и еще несколько фирм заткнули рот борцам за права зеленых насаждений, начав выпускать электронную бумагу, называемую в просторечии эльбумом; и как наконец мы докатились до того, что более 40 процентов читателей газет смогли позволить себе роскошь, которую в прошлом веке мог позволить себе лишь Рокфеллер, то есть печатать персональную версию The Times с одними только хорошими новостями.

Увы, об этом я сегодня писать не буду. Потому что, как сказано выше, холодно. Желающих отсылаю к Паравозову, который в позапрошлом выпуске перечислял всех участников сей холодной войны вместе с их основными аргументами. Стоящих аргументов там, как водится, кот наплакал. Вновь всяк кулик свой болт хвалит, и как верно заметил Паравозов, все напирают на таинственное «освобождение читателя». Производители персональных ныос-принтеров кричат об освобождении от компьютерных экранов, производители пилотов и «лаптей» — об освобождении от бумаги и принтеров, держатели типографий — об освобождении от общения с техникой. Завершающим аккордом в этой оде свободе звучит предложение производителей ореолов избавиться от всего лишнего вообще: они обещают проецировать новости прямо «куда надо», без бумаги и экранов. Не стоит забывать и с тех, чья служба на первый взгляд как будто не видна, однако факты говорят, что и у них есть особое мнение: за прошедший месяц в городе обнаружены еще две подпольные клиники, занимавшиеся имплантацией MTV-чипсв, «чипов верности» и прочей нелегальной бижутерии для мозгов.

Уверен, что попади к нам неандерталец, он тоже нашел бы, что сказать в защиту каменного топора как средства распространения новостей.

Но перейдем наконец к главной теме, к холоду. Как я уже заметил, сегодня у меня была возможность убедиться в истинности известных слов Блока, взятых в заголовок этой заметки. Вчера такую возможность получили более высокопоставленные лица. Неизвестный (предположительно — отечественный) хакер сорвал встречу представителей компании Microsoft с вице-премьером правительства сами-знаете-какой страны А. Кумачовым и его помощником. Как сообщил один из участников встречи со стороны Microsoft корреспонденту (Э-Daily, «во время саммита, проходившего в деловой, дружественной обстановке в одном из отделений ВиртЖеневы, перед глазами партисипантов появилась шаровая молния (sic!), которая терри фи цировала собравшихся и вынудила их прервать негоциацию. Шаровая молния эмитировала очень яркий свет и некомфортабельный холод».

Как видите, и на теплых виртуальных курортах никто не застрахован от мурашек. Представители Мелкомягких предполагают, что провокация была спланирована радикально настроенными представителями российской оппозиции, борющимися против дальнейшей экспансии MS Rooms на рынок стран Восточноевропейского союза.

На момент писания этих строк расследование еще не принесло никаких результатов. Это было бы не удивительно, если бы речь шла только об американцах. В конце концов, они еще не оправились от своего Великого Кризиса и последовавших за ним беспорядков. Над Флоридой, где все еще хозяйничают кастристы, клубится сладкий дым запретных нанотехнологий. С юго- востока на соединение с кубинскими товарищами рвутся колумбийские сендерельцы, ухитрившиеся зомбировать почти всю Мексику одной лишь максистской мантрой. И тех, и других поддерживают банды веселых американских парней, которые препарируют полицейских швейцарскими лазерными альпенштоками и зовут себя «Дети Троцкого». При таком раскладе срыв какой-то там сетевой конференции — сущий пустяк. Даже позавчерашняя дурацкая история про мальчика, в рот которому залетел ФБРовский «жучок» и поцарапал крылом язык, вызвала куда больший резонанс в черствых сердцах североамериканских домохозяек.

Другое дело, если смотреть на срыв переговоров отсюда: мы о таких шутках не слышали давно. Как вы наверняка помните, меры по борьбе с хакерами и контент-цензура в Рунете резко ужесточились после скандала 2004 года (который, как утверждают некоторые оппозиционеры, был основной причиной столь неожиданного результата на президентских выборах в России). Ненавистный УСОРМ, поднявший свою гадкую голову над Сетью после тех выборов, попортил достаточно крови свободолюбивым гражданам Рунета. Когда еще через четыре года новое правительство провело значительные сокращения в рядах ФАПСИ и УКИБ, многим казалось, что это означает долгожданную свободу слова и вообще полный Ренессанс. Однако я еще в мае 2008-го писал, что децентрализация полицейского надзора отнюдь не означает его отмену, и может привести к еще более тугому закручиванию гаек частными охранными предприятиями. Что мы и наблюдаем сейчас, когда лицензию на «деятельность по обеспечению информационной безопасности» получить так же легко, как в конце двадцатого века — устроиться работать охранником в супермаркет. Как при этом было допущено залетание шаровой молнии в сетевую беседу столь высокопоставленных лиц, остается загадкой.

Проделав несложный поиск по электронному календарю, я обнаружил еще один факт, который загадочным образом связан с происшествием в ВиртЖеневе. Ровно 200 лет назад, в 1816 году, в этот самый день на вилле Д иодати на Женевском озере состоялась знаменитая посиделка, во время которой лорд Байрон (ныне более известный как отец первой программистки Ады Лавлейс), а также поэт Шелли и его невеста Мэри Уоллстонкрафт-Годвин рассказывали друг другу истории о привидениях. На следующее утро после странного кошмара, виденного ею ночью, Мэри Годвин объявила, что сочинила роман. Таким образом, сегодня — 200 лет «Франкенштейну», одному из самых мурашкогонных романов XIX века. И сегодня же, спустя ровно 200 лет, мы имеем официально зарегистрированный случай явления виртуального привидения на высшем уровне.

На этом можно было бы закончить сегодняшний выпуск. Более того, для противников узкопрофессиональной лексики и несовершеннолетних детей он именно здесь и заканчивается, дальнейший текст на этой странице вышеперечисленным категориям лиц читать не рекомендуется. Все остальные приглашаются заценить результаты еще одного изыскания, которое я провел в связи с явлением приведения в ВиртЖеневе. Дело в том, что на прошлой неделе я приобрел на «Горбушке» редчайшую вещь — бумажное издание «Нет-ликбеза» Пегаса Поорал и липипидова. При всей наивности этих определений пятнадцатилетней давности многие из них и сейчас перечитываются с удовольствием:

«ВИРТУАЛЬНЫЙ СЕКС — способ общения посредством Сети. К настоящему сексу не имеет никакого отношения. Вероятно, столь странное название возникло потому, что многие термины электронной культуры образовывались путем присоединения приставки «Е» к обычным словам, так что новые слова часто путали с терминами из сексологии. Например: ЕБИЗНЕС, ЕБЛОК- HОT, ЕБУМАГА, ЕБОМБА, а также ЕБЕРДИЧЕВ, ЕБУРГ и ЕБУЭНОС-АЙРЕС».

К чему это я вспомнил «Нет-ликбез»? А вот к чему: не нашел я там термина для обозначения виртуальных привидений. Хотя нашел электронных троллей, гоблинов и еще ряд персонажей из древнешотландского фольклора. Тогда я собрался с духом и самостоятельно вывел новый термин из соответствующей мифологии с помощью все той же приставки «Е». Получилось и впрямь сексуально: ЕБАНЬШИ. На этом теплом слове я и закончу сегодняшнюю заметку, посвященную самой любимой теме человеческих разговоров — плохой погоде».

Вечером у меня появился и сам Сергей. На мое недовольное бурчание о дурацких экспериментах он ответил:

— Так Вы же сами хотели узнать, как можно управлять сразу несколькими ВЛ. Я Вам и показал… примерно. Если хотите несколько персонажей запустить вместе нужно просто находиться в нескольких таких реальностях одновременно.

Я попытался представить себя в не* скольких реальностях одновременно. Ни* чего хорошего, кроме нового приступа головокружения, из этого не получилось. Нет, хватит с меня телепортаций.

От Жигана не укрылось, как я скривился, и он поспешил разъяснить:

— Я не очень ясно выразился. Вам вовсе не надо будет отбиваться от шести компфеток сразу. Я же говорил: сибирь может быть разной. То, что Вы видели, просто копия реальности. Но можно использовать визуализацию и для другого. Например, для работы в многомерном пространстве. Вы в таких пространствах постоянно работаете, хоть и не всегда осознаете это. Вот лицо, например — многомерное пространство. Вы мгновенно воспринимаете выражение лица собеседника, и сами изображаете что-то на собственном лице, не задумываясь и даже не видя его. А ведь каждая гримаса — это одновременная работа глаз, бровей, рта и еще кучи примочек. В свою очередь, компы тоже могут воспринимать множество команд одновременно. Но между человеком и компами получается «бутылочное горлышко» — желтый интерфейс. Если этот таек решить…

— Ага. Чтобы я, значит, улыбнулся — и Орлеанская уболтала какого-нибудь лоха. При этом я еще пошевелил бы бровями, и тем временем Малютка Джон нашел бы дыру в криптографической системе. Как- то слишком просто у тебя получается, Сережа.

— Не совсем так, но идею Вы верно подметили. Другое дело, что нужно найти подходящее отображение, чтобы так работать. Вот Вы любите сравнивать ВЛ с марионетками, а отдельные программы — с подвижными частями кукол. Стилистический фильтр или там хакерский бот-тестер — это рука. Амстердамская секс-машина — тоже понятный орган, хотя тут дело хитрей, если она самообучается. Более

умный демон-менеджер, который задает целевые установки, это, скажем, голова. И так далее. Красивое представление, но что с него толку? Когда артист ведет куклу, он не вспоминает, где какая отдельная пимпочка-веревочка. Он проделывает один жест, в котором участвуют все пальцы, и кукла оживает. Такие жесты нас и интересуют. Если постараться, можно выбрать такую факторизацию, что в Вашем управляющем пространстве Вы будете показывать руками индийские мудры. Или лепить снежную бабу.

— Я пока только одну такую снежную мудру знаю. «Фигура из трех пальцев» или как вы там говорите.

— Точно, «выход тремя пальцами», Alt- Ctrl-Del. Классика. Примерно так и с остальными. Как при слепой печати, глядите.

Он вынул и положил на стол свой верный «лапоть», а затем проделал над ним серию движений, похожих на особый вид карату для тех, кто принципиально дерется только пальцами. В ответ на последнюю замысловатую кату моя комната взорвалась звуками: зазвонил телефон, застрекотал принтер и громко свистнул лаптоп. Я поморщился.

— Но учиться все равно надо на чем-то видимом.

— Не знаю… Возможно, что и нет. Сам я, конечно, учился на видимых клавах. Вот самая простая, глядите.

Жиган выполнил еще один прием своего бесконтактного тай-чи, и над «лаптем» возник голографический контур тремерной ступенчатой клавиатуры, похожей на детскую модель замка из кубиков. У замка были две башни, каждая окружала одну из кистей Сергея. Он снова бросил пальцы веером в пространство — фантомные клавиши пропали.

— Самая простая? Ну нет, я этому никогда не научусь, — махнул рукой я. По правде говоря, мне не очень-то и хотелось.

— А Вам и ни к чему. Я же говорю — вовсе не обязательно учить, как отдельно двигать локтем, отдельно коленом. Можно сразу учиться танцевать. Ну, по крайней мере, попробовать можно. Не зря же мы вчера стащили духогонку у этих шаманов из «Враг за кона». Теперь…

— Погоди, какую духогонку, кто стащил? «Врата закона» — это люди Гейтса, что ли?

— Нуда, шишки из круга стратегического управления

MS. Духогонку они у себя используют для маркетинговых исследований. Типа как духа вызывают, он им видения будущего показывает…

— Пау-вау?

— Точно! Вы-то откуда знаете зту программу?

— Я не знал, что это программа. Так у индейцев называется процесс общения шамана с духами. В общем-то зто галлюцинации, но в какой-то степени контролируемые.

— A-а, понятно. Я-то имел в виду секретную варежку, с которой шишки из MS колдуют. Она тоже называется пауа… в общем, духогонка по-нашему. На пиджаковом языке — бизнес-органайзер для внутреннего пользования. Очень толковая штука. Сама строит оптимальную визуализацию многомерных задач на основе ваших данных и собственных изысканий по Сетке и выдает все зто в виде наиболее простой системы образов. После предлагает вам эту систему подправить, тоже на образном уровне.

— Но мне-то с ней общаться на каком уровне? Небось клавиатура еще покруче твоей…

— Никакой клавиатуры. Новое поколение интерфейсов, нам такие экспортировать не будут еще лет пять. Клавы тут вообще нет как фиксированной девицы, про которую вы сначала учите, где у ней какой батон, а потом составляете из нескольких целые жесты-команды. «Дух» все наоборот делает — на основе команды, полученной в образном представлении, он создает как бы новую клаву-образ для следующей команды. Причем ваш ответ отслеживается на уровне таких тонких реакций, что даже похоже на чтение мыслей… Короче, выходит как раз управляемая галлюцинация. Думаю, вам понравится. На «соньке» Вашей, конечно, такого Духа не

вызовешь, ему одного гигагерца маловато будет. Но мы с Саидом уже нашли мощную тачку в одном штатовском универе, туда духогонку и слили после Вашего вчерашнего рейда…

— Моего рейда?! Я же ничего не делал! Разве что компфеток всех перепугал, как этот… отдельный круглый член.

— Ну, в общем да. — Сергей замялся. — Как бы зто Вам помягче объяснить. Док… К шаманам Гейтса у нас лазит обычно Саид, через дыру в их собственной MS Rooms. Говорит, они специально оставили этот черный ход для ФБР. А Сай когда-то слазил в башку к одному фебу… Короче, дырка эта в Румах — очень полезная, светить ее не хотелось…

Я вспомнил «шапочку» Саида, которая показалась мне куда более мощной машиной, чем самопальная развалинд, надетая хакерами на мою голову. Так вот, оказывается, в чем дело!

— Все-таки надрали старика, гады. Вам нужна была подсадная утка, верно?

— Типа того. Надеюсь, Вы не в обиде? Я Саиду рассказывал, как вы Робина запускаете и каждый раз так круто придумываете, чтоб в самую болевую точку слегка ударить, — и все тут же падают и показывают регистры. Сай тоже прикололся, и говорит: есть умная варежка, как раз для таких гамов. Но его же ни хрефа не заставишь просто так сделать, ему все с хохмой надо. Вот он и предложил вас вперед пустить — благо вы в первый раз в сибири и вести себя должны, как полный чайник. Шаманы и списали все глюки на ваше вторжение, да еще на свой аварийный выход из ВиртЖеневы. А мы тем временем втихую слили эту варежку у одного из них. Как поправитесь запустим «Дух охотника Херна».

— Ого! Теперь моя очередь спросить — откуда узнал?

Жиган просиял. Заметно было, что обнаружением зтой детали легенды он гордится не меньше, чем удачной кражей программы — органайзера.

— Так вы все нудели, что я не помню всяких там худловых имен… Прямо как на экзамене. Вот я и пошарил по сусекам. Оказывается, этот дух охотника с оленьей башкой — он-то и был самый главный у

Вольных Стрелков. Робин с ним всегда советовался. Теперь и у нас такой будет…

аудиенция для агента Z256 начинается…

предупредил компьютер, возвращая меня в настоящее. Ну все, хватит воспоминаний на сегодня, сейчас надо делать умное лицо.

Тетрисовский интерьер померк, а я оказался в комнате, где меня допрашивали агенты безопасности из «Аргуса». Пиджаковый точно так же сидел за столом, но сегодня он был один, что очень меня порадовало.

— Здравствуйте, Виктор Франкович. Рад, что Вы так быстро все обдумали. Внимательно слушаю Вас.

Я вздохнул, закрыл глаза… Ну, врать так врать!

— Группа Робина планирует удар по одному из офисов ОРЕОЛ — ТЕЛЕКОМ. Кажется, это будет сильный электромагнитный импульс. Послезавтра.

— Хм-м… Нельзя ли поподробнее? Какой именно офис, откуда импульс и насколько мощный?

— Мне не докладывают.

Пиджаковый улыбнулся:

— Если у нас с Вами все пойдет хорошо, я бы мог посодействовать, чтобы Вас взяли в штат. Тогда и Вам будут докладывать.

— Спасибо, не надо. Русские литераторы двадцатого века и так слишком много внимания уделяли не тем органам, каким стоило бы.

Улыбка пропала с лица пиджака, и он стал бросать фразы как пересушенные чипсы:

— Мы уже имеем информацию. Об ОРЕОЛЕ. Получена сегодня. От леди Орлеанской. Тоже про удар. Неизвестным оружием. И тоже неясно, по какому из офисов. Вы добавили лишь дату.

Ничего себе совпадения! Кто-то повторил мою выдумку? Раньше меня?! Да еще Орлеанская, которая сама — моя собственная выдумка!

— Вы чем-то обеспокоены, Виктор Франкович?

Теперь я постарался придать лицу выражение поглупее.

— Да, немного обеспокоен. Вы мне обещали канал для передачи. Как говорится: дай, Джим, на счастье мне дай лап и все такое прочее…

— Ах, Вы об этом. Коне-ечно!

Пиждак снова стал само радушие. Видно, решил сразу ухватиться за проявление меркантильности с моей стороны. Неужели их и вправду учат по книжкам Карнеги?

— Мы проверим Вашу информацию, и если она подтвердится… я хочу сказать, она почти подтверждена, так как получена от двух разных информаторов… Но посмотрим. Если все верно. Вы получите канал, а на Вашем счету появится, хмм… скромный знак нашей благодарности. Надеюсь, мы и дальше будем сотрудничать с обоюдным удовольствием. Поверите ли, я даже могу организовать Вам и Вашей новой передаче неплохой индекс цитируемости — у нашей службы стабильные бартерные отношения с несколькими информационными каналами. Кстати, неплохой просветительский девиз Вы сейчас сказали, про Джима. Не могли бы повторить?

— Это был экспромт, я уже забыл его. Но Вы ведь записываете наш разговор, не так ли? Разве Вас не учили этому в академии УКИБа или где Вы там еще «просвещались»?

Пиджак подался вперед и пристально посмотрел мне в глаза. Ну нет, на расстоянии этот трюк не работает, гражданин начальник. Я зевнул и потянулся, как бы невзначай щелкнув ногтем по стене-экрану. Пиджак все понял и снова откинулся на спинку стула.

— Вы, наверное, считаете меня тупым солдафоном, Виктор Франкович. Жаль. Мы могли бы сработаться. А Вы лично, с Вашими знаниями, могли бы стать неоценимым специалистом в области… просвещения. Жаль. Между прочим, стихотворение про Джима, строчку из которого Вы сейчас переделали, написал Пригов Дмитрий Александрович. Видите, я не такой уж невежа, как Вы полагали.

— Вы имели в виду «невежда» или все- таки «невежа»?

Пиджак ничего не ответил и исчез. Вокруг меня снова был «кабинет-34».

Продолжение следует.