Глава 45

— Жалкие букашки! — внезапно взревел биджу.

Одновременно он выплеснул титаническое количество чакры и превратился в огромную коралловую гору, настолько быстро последние выросли вокруг него, обрывая почти обездвижившие его цепи и отбрасывая назад Ёру. Пара неуверенных шагов назад закутанного в камень шиноби и ему удалось восстановить равновесие, приготовившись крушить новую защиту хвостатого зверя. Вот только Санби доказал, что не является безмозглым зверем, способным только на простые тактики и вполне умеет оценивать ситуацию — не успела пара бойцов вновь перейти в атаку с учетом новых условий, как кораллы взорвались изнутри, шрапнелью полоснув по всей округе. Раскалывался камень, рассекалась вода и со звоном хрустального дождя вздрагивал барьер, выдерживая натиск тысяч смертоносных снарядов. Ёру пережил бомбардировку относительно без потерь — пробиться через три-четыре метра, пропитанного чакрой камня не так-то просто даже для биджу, а вот Цутому пришлось в срочном порядке ставить перед собой один барьер за другим с помощью цепей, чтобы не превратиться в подушечку для булавок. Даже подобные предосторожности оказались не лишними — заряженные чакрой, снаряды при столкновением с твердой поверхностью ломались, скалывались и разлетались во все стороны осколками, производя еще больший разрушительный эффект. Волна снарядов прошила только три кеккая и потеряла силу на четвертом и последнем, но и без прямой атаки, шиноби оказался весь в порезах и ушибах от прилетавших со всех осколков, что врезали в землю неподалеку. Ничего смертельного или действительно опасного для ниндзя его уровня, но несколько мгновений отвлеченного внимания гарантировано.

Единственным, кто проигнорировал тотальное разрушение вокруг, оказался старый Узумаки, просто сложивший сколько одноручных печатей не отрываясь от основного занятия активации артефакта, в результате чего на земле вокруг него вспыхнула вязь символов, на первый взгляд никак не способных повлиять на ситуацию, но долетевшие до пространства над ними куски кораллов просто теряли скорость и падали вниз, образовав настоящее кольцо вокруг нетронутого пятачка с ветераном.

Сам же биджу под прикрытием атаки не воспользовался моментом развить полученное преимущество над нападавшими Узумаки, а на огромной скорости пересек озеро, выплевывая мощнейший столб воды в стенку серого кеккая, что закрывал все пространство битвы. Барьер вздрогнул, но выстоял, имея мощную подпитку от четырех резервов эС-класса. Видя отсутствие результата, Санби лишь еще больше ускорился и выскочив на берег с противоположной стороны от Узумаки, свернулся в гигантский шипастый шар, бешено вращаясь, благодаря набранной скорости и намереваясь идти на таран.

Треххвостый понимал, что прибить двух мощных букашек займет некоторое время, время, которого, вполне возможно, не так и много — старик, оставшийся позади пары шиноби все это время, что-то делал и биджу не испытывал ни малейшего желания испытать конечный результат на своем панцире. Хвостатые звери в большинстве своем не испытываю страха, даже повстречавшись с мощным врагом, но в этом случае, инстинкты Санби кричали о крайней опасности седого человека, чьи запасы чакры оказались неприлично огромными. За всю свою долгую жизнь и несколько запечатываний в джинчурики Киригакуре, он встречал лишь одного похожего по ощущениям человека — повелителя деревьев. Та встреча глубоко отпечаталась в памяти и хвостатый предпочел не рисковать, выбрав поспешное отступление.

— Куда! Не уйдешь! — воскликнул Цутому, заметив, что цель сделала ноги и бросаясь в погоню.

Не обращая внимание на поднятые биджу волны на поверхности озера, Узумаки рванул по воде следом, вздымая тучу брызг и оставляя пенный след. Полученные ранения, как и разодранная форма, ничуть его не беспокоили.

С внезапной сменой ситуации, Ёру замешкался лишь на мгновение, но в следующее живым снарядом выскочил из каменной оболочки и в полете с огромной скоростью сложив печати…

— Суйтон: Дайкодан но Дзюцу (Высвобождение воды: Техника большого акульего снаряда)!

…приземлился уже на спину гигантской акулы, поднявшейся из воды и по размерам больше напоминавшей кита, чем упомянутую хищницу. Размер техники никак не сказался на ее скорости, и бугай даже начал нагонять напарника.

Санби успел за несколько прошедших секунд достигнуть барьера и со всей дури впечатался в него, заставив стенку, ранее казавшуюся нерушимой, ощутимо прогнуться. Шипы в месте удара не выдержали, ломаясь, а земля и окружающие скалы ощутимо вздрогнули. Оказавшись откинутым на десяток метров назад, треххвостый не остановился, продолжая вращаться и воспользовался твердостью своего панциря, чтобы буквально пробурить себе путь через преграду к свободе.

И не сказать, что такая тактика не принесла свои плоды — по барьеру сперва пробежала одна трещинка, затем вторая и третья, несмотря на все усилия поддерживающих его четверых якорей. Если одиночные удары монструозной силы или не слишком сильные площадные атаки он выдерживал с честью, то постоянный напор огромной туши биджу, превратившейся в натуральную дрель, вгрызавшуюся в барьер, уже не был рассчитан удерживать долго.

— Готово! — воскликнул Иори Узумаки, убирая руку от ярко пылавшего синими узорами куба.

Несмотря на занятость, ветеран продолжал отслеживать краем глаза обстановку, потому за долю мгновения подхватил цепи артефакта, закидывая на плечо, а потом рванув вслед за стремившейся ускользнуть целью миссии. Камень раскрошился, разлетаясь во все стороны как после взрыва, а воздух с хлопнулся там, где только что стоял старый шиноби, Узумаки уже был в десятках метров от места старта и с бешенной скоростью рассекал поверхность не успевшего успокоиться озера, оставляя за собой далеко раскидываемую воздухом водяную взвесь.

Раздался громкий треск и с хрустальным звоном, окружавший озеро барьер рухнул, выпуская торжествующе взревевшего биджу на волю. Впрочем, рев ревом, а останавливаться он вовсе не собирался, огромным шипастым шаром катясь вперед и осыпая почти нагнавших шиноби градом каменных осколков. Попадавшиеся на пути Санби глыбы и булыжники дробились походя, ничуть не замедляя его стремительный рывок к реке, зде шанс оторваться от преследования имелся намного выше, чем по суше. К сожалению, чтобы вырваться, требовалась именно твердая поверхность, чтобы иметь достаточно для опоры, чего на воде не хватало.

— Отрезайте его от реки! — гаркнул Ёру остававшимся снаружи Узумаки, но шестеро джонинов ощутимо не успевали.

Внезапно, мимо молодняка пронесся Ирои, делая последних как стоячих и уверенно нагоняя биджу. Мощно метнув ему вслед пылающий ослепительно белым куб, старик еще больше ускорился, буквально размываясь в зрении подчиненных и внезапно скрылся из виду в осколках камня и поднявшейся пыли. Одно короткое мгновение понадобилось подчиненным, чтобы обнаружить седовласую фигуру высоко в воздухе почти над тушей биджу, чьи руки просто размывались в пятно, складывая печати, а потом от него сверкнула молния на пол неба. Точнее, так сперва показалось спешившим следом бойцам, на самом же деле, это на половину неба развернулась гигантская печать, нарисованная в воздухе одной чакрой, прямо под центром которой оказался хвостатый зверь. А в следующее мгновение, вращающийся шипастый шар просто вдавило в камень, будто невидимой ладонью великана. С жутким треском, вся территория под огромной печатью ужималась, прессовалась, образуя идеальный круг. По камню рядом с пораженной площадью шли глубокие разломы, змеясь во все стороны.

— Фуин: Чи но Тенно Атсурьёки (Печать: Давление тысячи небес)! — донёсся сквозь какофонию разрушения спокойный голос старого Узумаки.

В следующий момент все закончилось и печать в небе исчезла, но не успел биджу оклематься от совершенно неожиданной атаки, как сверху в панцирь врезался пылавший светом металлический куб. В момент касания, из него во все стороны выстрелили сотни прозрачно-серых лент, больше напоминавших дымные струи и очень быстро опутав хвостатого зверя с ног до головы, затянули внутрь артефакта. Санби даже крякнуть не успел, оказавшись запечатанным.

— Ого, это знаменитая гравитационная печать Иори-сама! — с сияющими глазами воскликнул здоровяк Узумаки, — Не думал, что когда-нибудь увижу ее своими глазами!

Пусть действовала она всего секунду, но кое-какие элементы разглядеть удалось и джонину не терпелось вернуться домой, чтобы попробовать сделать свою версию. Его реакция оказалась не единичной среди остальных Узумаки, что больше впечатлились мастерством фуиндзюцу, чем продемонстрированной ветераном мощи — все отлично знали, что старик, не так давно переваливший за двести лет, входит в первую сотню наиболее опасных бойцов Узушиогакуре и далеко не на последнем месте. Лишь Цутому, которого дед иногда натаскивал лично, оставался относительно спокоен.

— Эх, молодежь, даже с простой задачей удержания биджу справиться не можете, — с грохотом приземлившись, покачал головой старик, небрежно отряхивая пыль, — вот в мое время мы куда более ответственно подходили к поставленным задачам, не то что сейчас.

— Простите, Иори-сама, барьер был рассчитан на удар биджудамы, но никак не на то, что биджу будет непрерывно прорубать себе дорогу, — повинились четверо джонинов со смущенными лицами, — вот и не удержали.

— Ладно, не до ваших промашек сейчас, — отмахнулся упомянутый шиноби, — с падением кеккая, здесь теперь силой биджу фонит на всю округу и скоро будет не продохнуть от патрулей Киригакуре, так что забираем артефакт и проводим эвакуацию.

— Да, Иору-сама!

Здоровяк Узумаки поспешил спуститься в кратер и привычно закинув цепи на плечо с артефактом, светившимся синим, а не белым светом гравировки, присоединился к остальным.

— Возвращаемся, — махнул рукой ветеран и отряд стремительно покинул основательно раздолбанную местность тем же путем, что и появился.

Взобравшись на одинокую скалу к наблюдательному окну, скрытому иллюзией комплекса печатей, джонины оказались встречены чунином. Парень мужественно молчал, но по сияющему лицу было хорошо видно, что даже короткое окончание боя, более чем заметное с такого расстояния, послужило куче восторгов.

Спустившись в более просторное помещение, чем тесная для восьми человек площадка, старик достал странный, буквально с прожилками металла в бумаге свиток и распечатал толстую каменную плиту метр двадцать на метр двадцать, очень похожую на использовавшиеся для перемещения.

— Напоминаю, время работы этой плиты — семь секунд, так что все должны пройти уже за пять, — повернулся к подчиненным Иори, — последним идет Ёру с артефактом, потому что это дестабилизирует структуру комплекса фуин, приведя к немедленному взрыву.

— А меня не расщепит во время переноса? — нервно сглотнул упомянутый шиноби.

— Чакра хвостатого зверя полностью изолирована от мира, а переправка артефакта была проверена болен пяти раз на клонах, в том числе два последних с добровольцами и все получилось благополучно, — отмахнулся ветеран и прикоснулся к плите, — приготовились!

Импульс чакры и на начавший работать комплекс печатей начали стремительно запрыгивать шиноби, тут же исчезая. Предпоследним исчез командир, укладываясь в обозначенный срок, а потом и здоровяк с артефактом. Стоило последнему Узумаки исчезнуть, как плита начала трескаться и спустя мгновение, взорвалась ослепительной вспышкой, которую можно было заметить за многие десятки километров, надёжно уничтожая не только временное убежище, но и саму скалу, в которой оно находилось, надежно засыпая единственный вход и всякие следы пребывания ниндзя. Теперь, это оказалось еще одно разрушение от произошедшей битвы с биджу к тем, что имелись чуть далее. Без опытного пользователя дотона, которого отродясь не имелось на островах, окромя обладателей лавового кеккай генкая, разобрать завал и найти улики, что здесь действовали именно Узумаки, не представлялось возможным.

Загрузка...