50 вариантов яичницы или Спорим, дракон?

Глава 27 Долг платежом красен

О, да! Стаки – драконья валюта, самая дорогая в этом мире. А уж золотые! И целых сто!

И как ее тогда, действительно глупую, развели нелюди, втянув в спор на подобную сумму, которую она точно не смогла бы выплатить? Уже тогда планировали не отпускать ее? Вот так хитрож... кхм, крылый дракон! Хотел, пользуясь случаем, заполучить себе новую игрушку... то есть юную человечку в свои загребущие лапы? А она еще была ему благодарна за оплаченную комнату! Хотя, по сути, он всего лишь обеспечивал жильем ту, которая от него уже никуда не денется, свое будущее имущество?

Только поздно теперь на них обижаться, вышло даже к лучшему.

Наверное, в человеческих землях на сумму в сто золотых стаков можно купить... небольшое баронство? Кстати, ее папаша как раз бароном оказался. Так что, заложит свои земли со всем, что на них находится, чтобы вернуть блудную дочь "в лоно семьи"? Или ему будет выгоднее поссориться с графским сынком и выплатить тому неустойку за сбежавшую невесту?

– Ох, отец, я понимаю, что эта сумма несколько больше, чем вы обычно возите с собой, – продолжала Люда.

Где-то там у стены слаженно фыркнули айн с оргом. Дракон и оборотень у стола всеми силами держали лица серьезными.

– Но вы ведь можете занять недостающую сумму у виконта Лурненеша? По-родственному, так сказать. Мы же уже почти одна семья, да? А мы... вы можете потом еще раз пересмотреть условия вашего... – подчеркнула тоном. – ...брачного договора!

И ресничками похлопать, мол, вот я какая молодец, так умно придумала!

– Иные условия за ваше небольшое беспокойство, виконт, – Люда и женишку подарила фирменную улыбку-оскал.

– Ты... ты... ополоумела?! Что за чушь?! – не сразу смог вдохнуть воздух аж покрасневший от гнева барон Девицус. – Ты не могла! Не смела! Ставить такие суммы! Вообще спорить! Без меня! Без дозволения!

А вот теперь, наконец, зашевелился дракон, подаваясь вперед и опираясь локтями на стол.

– Могла. В землях Великой империи Юаджи любой свободный может от своего имени и по своей воле совершать любые правоправные деяния, как и обязан отвечать по их результатам. В том числе может участвовать в пари и делать ставки.

– Но... но! Она несвободна! Она зависит от моей воли!

– Меня не волнует, что на ваших землях, человек, ваши женщины несвободны, – холодно процедил герцог. – На нашей земле любая взрослая девушка, достигшая брачного рубежа... Конрой, сколько лет Милдред по бумагам, предоставленных бароном Девицус? Она достигла нужного возраста на момент нашего с ней спора? Который произошел на нашей земле? Значит, наш спор законен. Замечу сразу, человек, он упомянут письменно, в присутствии многочисленных свидетелей и, даже если это тебя не устроит, то с магической печатью. Коль магия приняла наш договор, то он правомочен. На территории любых стран.

Ух ты! Так вот как можно было! Поэтому та Милдред бежала в земли нелюдей – за свободой для женщин? А у людей, значит, махровый патриархат царит? Судя по репликам ее папаши – в самой отвратной форме.

И, кстати, дракон немного хитрит. Опять. Магия приняла договор ее с айном – займа денег. Но да, внутри упоминалось, на что именно пойдет то золото – на пари с драконом. Так что вроде и не солгал? Вот же... политик!

В любом случае, кто молодец, что в свое время потребовал письменный договор? Люда молодец!

А то как бы уже не паковала вещи, выезжая в сторону женишка... вернее, обители, куда бы ее запихнули до свадьбы "отмаливать грех побега"?

– Я хочу видеть тот договор, – неожиданно подал голос жених.

– Ты. Не. Вер-ришь. Слову. Гер-рцога?! – вибрирующе прорычал Конрой, подаваясь вперед.

Жених побледнел, но отменять желание не стал, лишь руки поближе к оружию на поясе переместил. Даже так?

Что ж он такой настырный? Прям настолько ему нужна именно Милдред? Но любовью здесь вроде не пахнет, на взгляд попаданки.

И тут еще более неожиданно включился в разговор айн.

Все так же стоя в стороне, из полутени негромко, мелодично, чуть растягивая слова, протянул:

– Ваша Светлость, вы забыли сказать людишкам, что на спор с вами золото Мила... Милдред занимала у меня. И должна она мне. Сто золотых имперских стаков. По заверенному магией договору. Должна официальному посланнику Великого Леса в западные провинции Великой империи Юаджи. И если ее родственники... или другие заинтересованные в ней людишки не захотят возвращать долг... в полной мере...

Последовал наигранно печальный вздох. Колыхнулись тени, в которых высокий, стройный айн развел руками, видимо, изображая размер своего сожаления... прям как заправский рыбак показывает размер улова.

Вот теперь Люда точно возлюбила этого вредного ехидну-эльфа!

– Мда, – подхватив наигранно печальный тон, громко цокнул языком Конрой. – Как жаль, что наши соседи, королевство Санай, не заключили мирные соглашения с Великим лесом. И любой гражданин Великого леса, особенно на таком важном для Леса посту, может спросить со своих должников из подобных стран любым... вот прям совсем любым способом, который ему больше нравится. Лайнфаэр, а тебе какой способ больше нравится? Лук или...

– Что ты, Конрой, наш ритуальный лук – слишком почетно... для людишек...

Что?! Вот так, значит?

Так, может, тогда оборотень поэтому специально послал ее занимать деньги именно к айну?! Вообще к негражданину своей драконьей империи, а к левому мужику, иностранцу с особыми полномочиями? Чтобы в случае чего с его герцога взятки были гладки?

Люда метнула на Конроя быстрый взгляд, тот уловил, расплылся в довольной ухмылке. За малым не подмигнул ей в ответ.

Вот же хитрый... пес!

Но ладно, его она тоже... нет, не любит, но почти прощает.

Зато теперь женишок сдался!

Ругнувшись себе под нос – хотя наверняка нелюди всё в деталях расслышали! – полоснул на прощание по девушке убийственным взглядом, крутанулся на каблуках пижонских сапог и вынесся прочь. Гракгаш едва успел сдвинуться от двери. Вернее, не торопился особо. Чтобы человек сам об него споткнулся?

– А ты, человек, будешь выплачивать мне долг за свою дочь? – все тем же певучим голосом лениво поинтересовался из теней айн.

– Знать ее не знаю, дуру такую! Не дочь она мне больше! – бледный, как саван, задергал головой барон, утирая лоб от испарины. – И из родовой книги вычеркну эту дрянь! И имя рода она не смеет больше носить!

Не очень-то и хотелось! Да и не звучит оно совсем. Что еще за Девицус? Фигня какая-то, а не имя рода.

– А в письменном виде можете оставить мне подтверждение, что я теперь не из вашего... – только начала было Люда, как "папаша", истерично обругав ее парой совсем грубых фраз, развернулся и тоже поторопился на выход.

– Не переживай, человечка, как владетель этих земель, я могу подтвердить любое событие, чему был свидетель. Письменно, если хочешь, – хмыкнул дракон, опять откидываясь на спинку кресла и продолжая сверлить девушку темным, практически черным взглядом. В котором опять заплясали алые огоньки.

– Хочу. Подтвердите, пожалуйста, Ваша Светлость, – кивнула Люда. – В письменном виде.

Вроде еще нужно поклониться этой Светлости согласно Уложениям, но сил совсем нет, тогда она просто рухнет на пол.

Наконец-то у нее будет хоть какой-то документ!

А еще свобода!

Ну, почти. Свобода от прошлой семьи этого тела, но теперь она официально должна айну.

Кстати, о нем.

Повернулась в ту сторону.

– Господин лерой, я признаю свой долг перед вами. И готова отработать его согласно нашего договора, но, надеюсь, вы позволите мне посетить дрохгар Торги в качестве его ыарнеры? Это займет не так много времени... можем продлить договор на такой же срок...

– И это все, что тебя волнует, человечка? – удивился Конрой с другой стороны стола. – Возможность посетить дрохгар?

А что еще ее должно волновать?

Вероятность, что придется отрабатывать долг натурой, то есть служанкой в доме айна, она рассматривала. Давно смирилась, даже найдя в этом некоторые выгоды. Айн, конечно, еще тот... зараза. Крови и нервов наверняка ей попортит много, но... Это не вынужденный брак с незнакомцем. Не быть безвольной вещью в родной семье, которую продают кому попало. И даже не скитаться бродяжкой без крова и защиты по дорогам, где полно холостых нелюдей, у которых гормоны в крови играют похлеще, чем у людей-подростков. Разве что силы, возможностей и даже власти у первых в разы больше.

А так она всего лишь будет "работником тряпки и метлы", пусть это понижение после должности помощницы Душары, но по магическому договору! Что-то лишнее айн вряд ли сможет себе позволить. А если и позволит, то... можно будет на него пожаловаться герцогу, владетелю местных земель?

Поэтому Люда молча повела плечами. Что еще ее должно волновать?

– Так ради чего ты признала свое поражение в пари? Ради Торги или сама настолько не хотела... м-м, возвращаться к семье и к своему жениху? Он сын графа, значит, ты была бы графиней, со временем, – теперь интересовался дракон, продолжая разглядывать ее поблескивающими красным глазами. – Всяко лучше, чем быть поломойкой, к тому же у нелюдя. Не верю, что рецепты у тебя закончились, человечка. Твоя память... пусть выборочна, но как бездонный колодец. Уверен, ты бы еще многим нас удивила. Если бы захотела.

На этот вопрос Люда тоже пожала плечами. Она не знает. Но с теми людьми точно не стоило ей уезжать. И признать поражение, чтобы долг можно было уже требовать, и сработала финансовая сторона закона – виделось ей единственным возможным вариантом.

– Напомню тебе, человечка, что ты можешь перепоручить свой долг любому, кто согласится выкупить его, – продолжал убаюкивающе вещать дракон. – Например, мне. Или лорду Качевайн.

Видя недоумение на лице девушки, пояснил:

– Тот дракон, для которого ты устроила "желтый обед". Чем впечатлила его, хм, и не только этим. Он тоже высказывал желание выкупить твой долг перед айном. Думаю, что ему лерой не откажет, – последнее прозвучало как вопрос, будто адресованный уже самому ушастому.

Но тот, подойдя ближе, упрямо качнул головой.

– Шанитир, ты забыл упомянуть, что кроме вас двоих ко мне и другие драконы также обращались. С желанием выкупить долг человечки. Даже с большой прибылью для меня, в отличие от тебя не скупились. Надо же, я и не думал, что перепродавать... людей окажется настолько прибыльным делом.

Люда уставилась на него. Ушастый ее только дразнит или уже кому-то перепродал?

– Тебе решать, человечка, – сказал герцог вроде ей, но продолжал пристально смотреть на блондина, слова которого проигнорировал.

Ой, то есть на официального посланника Великого Леса в западные провинции Великой империи Юаджи? Ну надо же, с кем она ссорилась поначалу.

– Нет, благодарю, Ваша Светлость, пусть остается как есть, – отказалась и Люда.

Герцог и его охранник с удивлением глянули на девушку.

– Ты же не ради симпатичного личика Лайнфаэра отказываешься от предложения герцога? Подумай еще раз, – фыркнул Конрой. – Человечка, он – айн!

Чего?! В смысле, что тот, кому она должна, айн, стройный блондин с длинными ушами и пронзительно зелеными глазами, она и сама прекрасно видит, зрение у людей нормальное. А что до личика...

Люда посмотрела на задравшего нос и опять со снисходительно-презрительной миной на лице айна, на оборотня, на дракона. Даже на притихшего, будто каменная гора, орга у двери. Вообще-то, они все здесь симпатичные, даже Гракгаш по-своему... но герои не ее романа. Ну их нафиг, этих нелюдей с их выкрутасами нечеловеческой логики! У нее и без мужских "личиков" проблем хватает.

– Просто выбираю меньшее из зол...

– Что?! – хором воскликнули Конрой и сам айн. – Меньшее?

Непонятно, кто из них более рассержен. И чем именно.

– Глупая человечка! Он – айн! Айн! Самый... породистый из них! – взмахнул рукой оборотень в сторону блондина, но тот только недовольно поморщился. – Хочешь, я дам тебе почитать книгу воспоминаний одного из подобных ему? Его прославленного сородича, генерала, сделавшего себе имя в войнах с людьми? Как он отзывался о людишках, которого вырезал целыми отрядами! Что они делали с пленными! А с человеческими женщинами? Они же вас ни во что не ставят!

– А вы? – фыркнула Люда, вяло отреагировав на возмущения оборотня, перенеся вес с ноги на ногу. Как она устала! Свернуться бы калачиком да проспать пару дней. – Вы, остальные нелюди, ставите? Это вы, Конрой, а не господин лерой, втянули меня в сомнительный спор, долг по которому я не смогла бы выплатить. Ваши волки не дают мне ступить дальше двора таверны. Вы непонятно что мутите у меня за спиной. Вы довели... кхм.

Осеклась, потому что чуть не сболтнула лишнее.

– А айн... Ну и что, что айн? Ну, в крайнем случае, прирежет меня и всего делов-то.

Вот точно лучшая раса во всей этой гадской империи – орги! Без вариантов. Только специи у них вонючие.

– "Всего делов"? – уронил челюсть оборотень.

– "Мутите"? – приподняв смоляную бровь, поинтересовался дракон, выслушавший ее гневную речь невозмутимо. Хотя именно его она и имела в виду, и он прекрасно понял. – Что это значит?

– Ничего хорошего! – огрызнулась вконец уставшая девушка, потирая лоб.

– Мне идти прямо сейчас вещи собирать или есть еще время? – обратилась она к застывшему блондину. – Могу успеть праздничный ужин для Его Светлости приготовить. Прощальный. Так и быть, удивлю вас еще чем-нибудь напоследок.

– Значит, это правда! – выдохнул почему-то удивленный айн. – Ты могла не признавать себя проигравшей, у тебя есть еще рецепты!

– Конечно, есть, – фыркнула Люда. – Уж на... сколько там дней осталось до конца месяца? Три? Четыре? Точно бы нашла чем вас удивить.

Да, обиднее всего было проиграть за считаные дни до финала. Вернее, даже не проиграть, а самой объявить о проигрыше. И ведь даже не совсем вынужденно, выбор был, но иначе пришлось бы ехать с людьми, а насчет спора... да кто знает, как бы там получилось. Может, людям самим бы пришлось разбираться, а не ей.

– Почему три дня? Тринадцать, – поправил ее Конрой.

– Почему тринадцать? – опешила Люда. – Я считала дни. Прошло уже двадцать семь...

Мужчина кивал на ее слова, а попаданка вдруг сообразила и запнулась.

"Ой, я ду-у-ура!". В договоре займа, где упоминался спор, стояла дата его начала – когда она впервые три блюда им вынесла. И что срок пари – один месяц. Но нигде не указывалась конечная дата пари или... что в местном месяце тридцать дней!

Она тоже не сообразила уточнить такую вроде мелочь, но критическую, в круговерти других, более вроде важных, срочных, неотложных дел. Посчитала по умолчанию, что количество дней в месяце, как на Земле.

Как же она накосячила!

Хотя... Девушка задумалась. Еще тринадцать дней? По три блюда. Заглянуть бы сейчас в свой список, где она вела учет приготовленных блюд. Может, и смогла бы протянуть при желании... Можно еще фальшивые яйца предложить. А что, тоже вариант! Те же сырные шарики – в них можно тертый белок добавлять, а если в сердцевину класть желток или лучше перепелиное яичко целиком...

– Может, теперь скажешь, как тебя зовут на самом деле? – спросил вдруг дракон, наклонив голову и вновь полыхнув алыми глазищами.

– Что? – переспросила Люда, возвращаясь мыслями в кабинет.

– О чем ты, Шанитир? – еще ближе подобрался айн. – Так она не Милдред на самом деле? А как же те люди?...

– Ну почему же, – хмыкнул драконище, а у Люды почему-то сердце заранее рухнуло вниз. – Вот это... – он сделал жест, указующий на женскую фигурку. – ...Милдред. Но что... вернее, кто внутри?

– Что?! – выдохнули одновременно Люда и айн.

Но если блондин с ярко выраженным недоумением, то попаданка – с усталой обреченностью.

Неужели ее вычислили?