Айлин

Глава 13

Егор

Набираю в домофон номер квартиры. Оказавшись в подъезде, удивляюсь как интересно и с роскошью, оказывается, устроены дома в самом элитном и престижном районе Москвы, так называемой «золотой миле». Ранее мне приходилось бывать в домах сталинского типа. Но никогда в подобном этому.

Складывается ощущение что строили на века: толстые внешние стены, чистый подъезд, современный лифт, везде видеонаблюдение, на площадке по две квартиры, удобно, чего не скажешь о современных новостройках.

Выхожу почти сразу вижу дверь с номером квартиры Айлин. Не заперта Девчонка явно меня ждет.

Захожу в квартиру, везде приглушенный свет от светильников, висящих по стенам. Айлин стоит в домашних спортивных штанах и широкой бесформенной майке с коротким рукавом. Замечаю насколько белоснежная кожа на ее плечах.

— Ты быстро приехал, — студентка первая начинает разговор, стоя на приличном расстоянии, натянутая улыбка, смущается, скорее всего, от того, что помнит случай в машине, но старается не показать мне этого. Хотя по ее поведению можно предположить, что она больше зажата, нежели хочет показаться растерянной.

— Я рядом был, документы нужны с утра, — стараюсь стереть воспоминания о поцелуи и не смотреть на девчонку, она поворачивается, исчезая с моего поля зрения, уходит в комнату, но, надо отдать должное, быстро возвращается, протягивает документы.

Забираю файлы, наши пальцы соприкасаются, меня бьет током, стараюсь не реагировать на импульсы в своем мозгу от соприкосновений, в очередной раз убеждаюсь, сколько в ней всего намешано.

— Извини что так с документами получилось, — девчонка снова улыбается, — я не специально, как только увидела, сразу написала, — киваю, думаю, что надо бы обсудить ситуацию в машине и наш поцелуй, но решаю оставить это на утро, когда мозг будет соображать быстрее.

День напряженный, собираюсь взять документы и сразу домой. Чувствую, что очень устал. Сказывается общий недосып, это не удивительно, три последних дня спал минимум часа по три. Я знаю предел своих возможностей и понимаю, что надо притормозить, мне просто необходимо элементарно выспаться, чтобы снять стресс.

— Все нормально, я сам не проверил, — не хочу зацикливаться, по сути она молодец, проявила внимательность, а я не проверил.

Разворачиваюсь, открываю дверь, говорю на автомате:

— Спасибо, Айлин, до завтра

Стараюсь не хлопать, слегка придерживаю за ручку дверцу, иду к лифтам не оборачиваясь. Останавливаюсь, уверенно нажимая кнопку. Как только двери железной кабины распахиваются, я не могу войти, потому что меня сшибает с ног женщина с маленьким серебристым пучком на голове. Первое что бросается в глаза — это огромные на все лицо очки с крупными диоптриями.

Женщина почти сразу же начинает о г говорить громко на повышенных тонах со студенткой.

Потирая переносицу, захожу в кабину лифта, понимая, что разборки соседей не мое дело. Но не знаю почему задерживаю кнопку дверей больше чем положено, не позволяя железным створкам сомкнуться и начать движение лифта к первому этажу. Наверное меня насторожило то, что Айлин отказалась пускать к себе соседку, в то время как старушка стоит на своем, уверяя, что студентка и есть та, кто является причиной порчи ее имущества. Не могу уехать не разобравшись, выхожу и вмешиваюсь в разговор, уточняя:

— Извините, вы на каком основании хотите сейчас в квартиру попасть? — Айлин стоит как вкопанная, лицо бледное, старушка, смотря на меня снизу-вверх, начинает рассказывать детали ее "горя".

Из рассказа становится ясным только одно: какое-то пятно на потолке, соседи сверху не открыли, она поднялась этажом выше к Айлин.

То, как старушка решительно изъявляет желание проникнуть в квартиру стало напрягать уже меня. Хорошо, что знаю что пускать ее девчонка не обязана.

Помнится, у Дины был подобный случай, но там повреждение труб было внутри межэтажных перекрытий и пришлось привлекать в качестве третьего лица управляющую компанию. Все — таки моя вторая специальность сантехник, я могу почти любую поломку и протечку устранить не вызывая специалистов. Потому решаю закрыть вопрос, говорю:

— Где конкретно у вас пятно, какая комната? — старушка поджимает губы, после долгого объяснения, уточняет конкретный участок, поясняя:

— В ванной, я ремонт сделала, у меня все трубы в порядке…, - прерываю ее диалог, не хочу терять время, предполагая:

— Сейчас я проверю, есть ли в ванной комнате подтеки, это могут быть трубы в межэтажных перекрытиях, — перевожу взгляд на студентку, спрашиваю:

— В ванной есть доступ к трубам? — Айлин моргает, какое-то время молчит явно, напрягая мозг, выдает задумчиво:

— Обычно брат все знает, я ничего в этом не понимаю, — старушка хмурится, я игнорирую ее строгий взгляд и частую одышку, отодвигаю ее тело, захожу в квартиру, определяя границы:

— Стойте тут, я посмотрю есть ли проблема, — разуваюсь, кладу документы на пуф, туда же кидаю пиджак. Остаюсь в рубашке, осматриваюсь, фоном слышу, что Айлин ориентирует меня, чуть повышая тональность голоса:

— Направо, выключатель выше, — довольно быстро нахожу в просторной ванной комнате нужный мне люк. Он хоть и обложен плиткой сливаясь с пространством душевой, выдержанной в светло-бежевых тонах, визуально больше напоминает греческую стилистику. Прорези выдают наличие люка моему опытному взору.

Не обнаружив следы для ручки, нажимаю, люк открывается, внутри все трубы сухие, трогаю вентили, на предмет подтеков — ни намека на сырость.

Наклоняюсь проверяя под ванной — также сухо. Под раковиной нет следов от воды, ровно как и признаков повреждений, трубы новые, проблем не вижу.

Возвращаюсь, двигаю студентку, чтобы видеть лицо старушки, уверенно заявляю:

— Я посмотрел в ванной комнате ничего нет, в квартире сухо, вам нужно искать причину этажом ниже.

Старушка поправляет очки, долго всматривается в мое лицо, переводя взгляд на руки Может мои наспех подвернутые рукава рубашки убедили, что я действительно проверил, не могу знать точно, только, как ни странно, прорваться в квартиру женщина больше не пытается, оспаривать мои слова не спешит. Только молча разворачивается и воинственной походкой следует к лифтовому пространству.

Айлин закрывает дверь, мы оказываемся, достаточно близко к друг другу в замкнутом пространстве. Это расстояние ближе, чем планировалось мной вообще в принципе, когда я с девчонкой. Первый делаю шаг назад, иду в ванную, хочу помыть руки. Студентка идет за мной, словно хвостик.

В ванной открываю кран, как оказалось, быстрее, прежде чем понимаю предостережение Айлин:

— Надо переключить с душа и нажать на кнопку, — и только когда вода неожиданно из насадки льется на рубашку, быстро закрываю кран.

Айлин извиняется, а чувствую себя идиотом, что без спроса стал вести себя будто все знаю.

Рукав мокрый, часть капель на поверхности рубашки. Девчонка протискивается, тычет какую-то железную кнопку ниже, у нее плохо выходит, она не поддается.

Я сразу понял, что плохая идея взять душевую насадку и начать крутить ее в руках. Свои мысли озвучить не успеваю, студентка открывает кран и вода снова брызжет, заливая уже футболку Айлин. Ткань тут же обтягивает тело, капли воды стекают на пол.

Пока действия девчонки не привели к каким-то неблагоприятным последствиям, перехватываю насадку, слышу:

— Господи всевышний, кнопка не сработала, прости, — студентка волнуется, а я рассматривая ее, начинаю улыбаться от того насколько нелепую ситуацию я сейчас наблюдаю.

Поворачиваю насадку в другую сторону, наклоняю ниже, чтобы вода больше не была направлена в нашу сторону. Параллельно открываю воду, нажимаю копку, чтобы переключить с душа на кран. Получается. Никогда не видел, чтобы кран на раковину и на ванную был один. Странная конструкция.

Мою руки.

Оборачиваюсь в поисках полотенца, девчонка стоит позади и подает мне его.

Молча вытираю руки, вешаю полотенце и перевожу взгляд на футболку Айлин.

Ткань от воды намокла, обтянув тело студентки. Не знаю как себя сдерживаю, когда вижу очертания девичей груди с острыми сосками, выделяющиеся слишком явно.

Черт, почему девчонка бюсты не носит?

Может быть, я рассматриваю девчонку слишком откровенно, не знаю, я с трудом заставляю себя оторвать взгляд от футболки, усилием воли перевожу взгляд, задерживая взор на нежно-розовых губах.

Тру глаза, провожу ладонями по лицу, пытаюсь избавиться от дурманящего оцепенения.

Нельзя поддаваться инстинктам, нельзя!

Айлин смотрит на меня испуганно, замечаю, что она прикусывает губу до белых следов на коже, и я снова подвисаю.

Она как ребенок, который испугался, когда сделал что-то не так.

А мне совсем не нравится то наваждение, которое я не могу с себя стряхнуть.

Было бы морально легче, если бы ей было хотя бы тридцать. К этому возрасту женщины понимают, чего хотят, успевают многое попробовать. И потом, мне нравятся женщины с округлыми формами, размером груди не меньше второго. Айлин — это концентрация всего того, что я не люблю. Только почему-то в данный момент она меня возбуждает вопреки всему!

Это какой-то сиюминутный импульс. Мне казалось, что к сорока годам я могу с легкостью разобраться с любой двусмысленной ситуацией, которая толкает на авантюру, потому что в состоянии благополучно посылать все к черту, делая только то, что в моем понимании приемлемо в здравом уме и твердой памяти.

Айлин сейчас ровно тот самый импульс, который словно оголенный провод оказывается на виду и бьет на поражение.

А я вместо того чтобы включить голову, перевязать оголенные провода, веду себя как извр@щенец, оценивая девчонку, словно она для меня сексуальный объект.

Пропускаю момент, когда Айлин подходит, трогает рукав рубашки, а не понимаю с чего опять начинается это безумие, когда я на полной скорости вновь окунаюсь в водоворот событий.

Когда девчонка приподнимается на носочки, тянется руками, желая обнять, отчаянно борясь с самим собой, аккуратно убираю ее руки, разворачиваю к себе спиной, притягиваю, чтобы не видеть ее глаз с поволокой цвета синего неба, касаюсь губами волос, втягиваю приятный еле уловимый запах ванили, прошу:

— Айлин я устанавливаю запрет на поцелуи, иди переодевай футболку, — она делает шаг вперед, оборачивается, наклоняет голову, смотрит на меня снизу-вверх, а я отмечаю что у девчонки есть веснушки на носу, много, еле заметная россыпь, уточняет:

— А можно установить запрет на этот запрет? — девчонка улыбается, провокационная попытка не удалась. Не ожидая такого вопроса, уверенно отвечаю:

— Нельзя, — выхожу следом из ванной, иду в коридор, беру пиджак.

Не помешало бы умыться холодной водой, но решаю лишнее. Надо оперативно собраться и домой.

Айлин прибегает в тот момент, когда обуваюсь, тянет за руку:

— Я могу угостить тебя чаем, — смотрю на студентку, на ней толстовка с капюшоном, она натягивает рукава кофты на ладошки

— Уже поздно, — смотрю на часы, оставаться не хочу, ровно как и говорить выражения «в другой раз», оно стандартное, но в моем случае другого раза не будет

— У меня чай с вкусными травами, я сама умею их собирать и сушить, — хочу сказать снова «что оставаться не собираюсь, — только девчонка бежит на кухню, открывает ящички, что-то делает, стою не знаю, как реагировать, не термос же она мне собирает с собой. Появляется с небольшим пакетом внутри фольга.

— Айлин… — тру лоб, не понимаю, что девчонка хочет мне передать, все это лишнее

— Егор это "хычины", я их сама готовила, я умею, — она сама берет мою руку и вручает пакет,

— Спасибо, — решаю чтобы не обижать студентку все возьму, наверное в ее семье так принято быть гостеприимными.

— Я вкусно готовлю, я буду хорошая жена, лучше не найдешь, — ее заявление заставляет меня снова улыбнуться, а она прикрывает рот ладошкой, делая вид, что сказала лишнего, но при этом не исправляет себя. Какие-то чудные и детские выражения.

Какая жена?! Я вообще не собираюсь жениться. А потому найду лучше или не найду значения не имеет, потому что не ищу

— Я и не ищу Айлин, — беру с пуфа бумаги, девчонка переминается с ноги на ногу, смотря в пол спрашивает едва слышно:

— А эта женщина в Суде, она твоя…?

— Она не моя, — завершаю фразу, понимая ее намеки

Тут же наблюдаю довольную улыбку на лице, она настолько непосредственная в своих эмоциях, я все еще не могу понять, что меня в ней так веселит всякий раз, когда она реагирует на мои комментарии: ее выражение лица или сами вопросы?

Настоящая лисица, вроде наивная девчонка, но дай слабину и студентка заберет в омут синевы своих глаз.

— Правда? — опускает глаза в пол, а у самой улыбка до ушей.

— Правда, Айлин, — открываю дверь квартиры, повторив за ней ее же фразу, не помню, чтобы я улыбался за последний месяц так часто как я это делаю с этой девчонкой.

Сажусь в машину и стою не могу собрать мысли. На пять минут заехал проторчал два часа.

Не понимаю, как собрал остатки самообладания, когда девчонка прижималась ко мне и терлась сосками о рубашку.

Мой мозг вполне себе дорисовал картинки, труднее всего было отвести взгляд, который словно компас потерял ориентиры, указывая стрелкой только на девчонку.

Давно мои внутренние ориентиры не были в полном раздрае. Не знаю что и думать.