Айлин

Глава 26

Айлин

В кабинете неуютно. Мы оказались тут сразу, как вошли. Сажусь на край огромного кресла, в котором можно утонуть в силу моей хрупкой комплекции.

Дядя старается не давить, садится напротив, внимательно изучая мое лицо, просит вспомнить события прошлого, которые стараюсь изо всех сил забыть.

О том, что дядя будет расспрашивать о произошедшем более детально, догадываюсь когда вижу выражение лица родственника.

Я еще больнице решила, что буду поддерживать легенду о потере памяти, потому что больно вспоминать липкие взгляды насильников, так и не смогла забыть следы неприятных прикосновений.

Сглатываю, смотрю в пол, общими фразами сообщаю, как я оказалась в том подземном переходе, говорю медленно, не хочу, чтобы дрожь в голове стала заметной.

В образовавшейся паузе, наблюдаю за дядей, он трет лицо. а когда ему звонят, отворачивается к окну, отвечает на входящий вызов.

По его реакции могу предположить, что ничего нового я не рассказала, ведь все это я ранее слово в слово я неоднократно повторяла психологу.

Слушая разговор дяди с кем-то на нашем родном языке, перед глазами снова неконтролируемый страх. Он накрывает меня, стоит только вспомнить безысходность и отчаяние, которое пережила, оказавшись в суровой реальности, без поддержки семьи.

Стараюсь успокоиться, закрываю глаза, про себя повторяю: "Я справлюсь, не дам воспоминаниям отравить мою жизнь"

В новой реальности, оказалось, не так просто абстрагироваться от неприятных воспоминаний. Как ни печально это осознавать, но психолог права, для того чтобы вновь нормально реагировать на случившееся необходимо взглянуть на ситуацию со стороны, только так получится подавить мнимые страхи и следующее за ними реакции такие как гнев, обиды. Все это прошлое.

Повторяю про себя слова психолога, которые выучила наизусть:

" Это не я боюсь, это другой человек с которым я себя ассоциирую, это другая оказалась в той чудовищной ситуации боится, я же чистый разум и я смогу освободить себя и ту испугавшуюся девочку от поглощающего меня страха, вместе мы справимся"

Вздрагиваю, когда рука дяди касается плеча:

— Все хорошо, Айлин, ты дрожишь? — пытаясь унять частое дыхание, сбивая тревожные мысли, не заметила как ко мне стали возвращаться страхи. Оказалось, что я не могу это контролировать.

— Все в порядке, мне надо выпить таблетку, — скрывая панический страх, поглощающий меня, на дрожащих ногах поднимаюсь, выходу из кабинета, дядя придерживает меня за локоть.

Я знаю, что как только приму лекарство, все будет хорошо.

На кухне достаю таблетку, надавливая на формуляр, проглатываю пилюлю, запиваю водой.

Близкие мне люди, хоть и стараются не смотреть открыто в мою сторону, делая вид, что заняты делами, но все равно замечаю, как тетя Елена поглядывает в мою сторону с тревогой в глазах. Я предвидела такую реакцию, потому никогда не расскажу никому о том, что эти насильники касались кожи, трогали интимные места, порвали блузку, мне стыдно. Я не хочу чтобы они знали, это только разозлит, родные будут мстить.

Насильники все равно погибли, так мне сказала психолог Нина Ивановна. Небеса сами наказали их за злодеяния. Подробности ничего не изменят.

Единственное, чего бы мне хотелось, так это стереть свою память, тогда не буду так реагировать. Я только думаю, что порядке, но разговор с дядей показал, что не справляюсь, панические атаки сильнее меня.

Постепенно погружаюсь в водоворот событий: домашняя атмосфера уюта, которая мне всегда нравится отвлекает от мрачных мыслей.

Племянники играют в войнушку, обстреливая друг друга из водяных пистолетов, бегают и победоносно выкрикивая "попал", перемещаются из комнаты в комнату. Тимур и Данияр почти погодки, у них полтора года разницы и они очень дружны. Я часто подменяя тетю сидела с племянниками и знаю, что справиться иногда с сорванцами не так просто.

— Дети, успокаиваемся! — бабушка Мадина, предвидя реакцию своего сына отбирает водяные пистолеты

— Мама, почему тут такой хаос? — дядя может быстро навести порядок и привести племянников в чувство

— Ничего сынок, детки порезвились ты в их возрасте и не такое вытворял, — дядя Руслан обнимает маму, это единственная женщина которая может ему открыто говорить все что думает. Жаль что она редко гостит в столице, приезжая на несколько недель. По моим наблюдениям она очень помогает тете Елене с детьми.

Таблетка начинает действовать, расслабляюсь.

Дядя ловит пробегающего Данияра, берет на руки, говорит строгим голосом на нашем языке, который дети постоянно слышу в доме и понимают.

Данияр моментально приходит в чувство, становится послушным, просит прощения, обещает что этого не повториться.

Дядя Руслан для своих детей авторитет.

Улыбаюсь смотрю на старшего племянника: Тимур по сравнению с младшим ангел во плоти, если его не провоцировать, то будет играть спокойно с конструктором.

В семье это знают и всегда начинают ругать "главного инициатора", понимая, что этот маленький разбойник Данияр не дает покоя своего брату Тимуру и подбивает его на авантюры. Как только дядя объясняет правила поведения, отпуская Данияра, племянник спокойно идет в комнату больше не бегает. Власть отца приводит в чувства не только детей, мои братья всегда прислушиваются к дяде.

Вспоминая свое детство, в нашей семье папу ругал старшего брата, Алан был младше и имел неприкосновенность, хотя также как Данияр, нарушая привычные порядки

Хорошо, что у дяди Руслана воспитательные меры справедливые.

В семье дяди царит любовь, в каждом жесте и взгляде.

Аленка очень органично смотрится: не боится работы, мы почти как сестры, она частенько бывает в доме дяди, ее тут знают.

И если сначала настороженно к ней относились, но за четыре года учебы свыклись, прониклись симпатией, они понимают, что она моя самая большая поддержка. Подружка стоит спиной, а я наблюдая за тем, как она управляется с хозяйством, нарезая овощи так, как показала ей тетя Елена, удивляюсь, мы так похожи. У нас одинаковый цвет волос, только сейчас замечаю, что и длина почти до лопаток совпадает с моей, только у нее прямые волосы, а у меня вьющиеся кончики. Хорошо, что в прошлом году, она оставила волосы, ее идея сделать короткую стрижку не находила во мне поддержки, девушка в моем представлении всегда должна иметь возможность распустить волосы, это красиво.

— Айлин, посмотри я собрал конструктор быстрее Тимура, — не замечая меня, младший племянник Данияр со спины путает нас, обнимая Аленку за коленку. Она оборачивается и племянник понимая подмену сразу же затихает прячется за юбку тети Елены. Он стесняется подружку, а она всегда находит для него конфеты и выдает по штучке ему и брату.

— Сын, а ну прекрати приставать к девушке, иди к брату, — тетя Елена строга с детьми, хотя я вижу как ей трудно, они такие "домашние пирожки" не всегда удается скрывать свою материнскую любовь под маской грозных речей.

Старший племянник более сдержанный, он подходит и садится на коленки, обнимает, младший тут же подбегает и пытается сесть тоже.

Алан появляется внезапно, забирает Данияра, оценивает обстановку, думает дети мне мешают:

— Дети идем играть, дайте Айлин отдохнуть, она не в последний раз к вам пришла, — брат забирает детей, мельком смотрим в сторону Аленки. Замечаю в его взгляде столько тепла, она улыбается ему одними глазами. Значит не держит зла, простила его.

Не понятно, что случилось этими двумя, главное что они нашли слова и заключили перемирие.

Не привычно, но мне нравится, что они не ругаются, может со временем научатся жить в согласии. Тем более у Аленки сейчас новый роман. Мы не общались друг с другом, но уверена, что сегодня, как только мы окажемся дома, она расскажет насколько продвинулись их отношения.

За столом, молчу, ем мало. Аленка, обычно любящая разговоры, в этот раз немногословна. У меня складывается впечатление, что присутствие Алана на нее давит, его взгляд часто останавливается на ней, он будто гипнотизирует ее. В такой ситуации любая девушка будет чувствовать себя некомфортно.

После разговора с дядей, никто не спрашивает о том, что случилось, интересуются, разве что, как себя чувствую. Отвечаю односложно, успокаивая родственников, постепенно переключаюсь на другие темы, обсуждая приезд папы и мамы Алимы.

Выясняется, что дядя хочет, чтобы наша многочисленная родня собралась в ресторане, спрашивают мое мнение, пожимаю плечам: мне все равно, лишь бы Егор был рядом.

Под вечер, собираюсь домой, тетя Елена, как обычно, просит меня быть на связи, дает кучу установок, беспокоится.

Аленка и Алан выходят на улицу, а задерживаюсь, потому что дети, по-своему обычаю, переборщили с нежностями, не хотели чтобы я уезжала. Пришлось пообещать, что приеду на этой неделе.

Хорошо, что время моего пребывания в больнице, я заготовила несколько вариантов правильных ответов, они стали моим щитом в ответах, где я всячески старалась не показать своего истинного состояния.

Находясь в пространстве квартиры, дядя собирается со мной и напоминает:

— Айлин, прошу, когда вспомнишь, любые факты, не скрывай, необходимо разораться в ситуации, — обнимая меня, дядя волнуется, а я находясь в крепких мужских объятиях, даю обещание, которое никогда не выполню.

— Хорошо, — я знаю этот тот ответ, который он хочет услышать

Дядя идет со мной, пока ждем лифт спрашивает:

— Психолог хочет завершить курс, найди время, пожалуйста, твое состояние не стабильное, лишним не будет, — слова дяди больно отдают в сознании, я ведь не больная и могу контролировать себя, отстраненно отвечаю, стараясь не зацикливаться на словах:

— Не могу обещать, если буду успевать, нам раздали темы для диплома, — делаю вид, что будет не так много времени и от меня мало что зависит

Дядя молчит, в силу воспитания, я не могу в открытую заявить, что не хочу прорабатывать эту ситуацию с психологом, потому что уверена, со временем справлюсь сама.

— Линка и когда ты успела повзрослеть, скоро замуж тебя отдавать будем, — натянуто улыбаюсь, он хоть и изучает мое лицо внимательно, но больше не допрашивает.

— Главное, чтобы папа разрешил, — я не знаю нравится дяде Егор или нет, но то что он явно помогает моему мужчине видно невооруженным взглядом, а значит он настроен все-таки положительно

— Айлин не переживай, мы все тебя любим, — выходим на улицу, вокруг темно, включены фонари

Я жадно втягиваю свежий воздух

— Разрешит, уговорим, раз любовь такая сильная

— Сильная дядя, мне никто не нужен кроме него, — целуя макушку моей головы, уточняет:

— Ну вот и хорошо, Алан отвезет тебя, нам всем будет спокойно, учитывая, что первое время твоя однокурсница будет рядом, — ищу глазами Аленку, идя к машине Алана.

Ладони трясутся, я словно сжатая пружина, убираю руки в карманы, сжимаю их в кулаки, не хочу чтобы кто-то из присутствующих заметил мое замешательство.

Сажусь в машину брата, слышу наставления дяди:

— До квартиры проводи и "пулей" ко мне, — Алан обещает и выезжает с парковки.

Аленка берет мою ладонь, в ответ сжимаю ее сильнее, она достает свой телефон и показывает сообщение от Егора.

Когда читаю сообщение где мой мужчина уточняет размер безымянного пальца, улыбаюсь искренне впервые за вечер.

Отворачиваюсь и смотрю в окно автомобиля, замечая, что весна уступает свои права.

В этом году весна дала мне любовь, я спустя время снова повстречала Егора. Я вижу в этом знаки судьбы.

Набирая в грудь побольше воздуха, вспоминаю, как сегодня, пока мы ехали вместе, солнышко заставляло Егора жмуриться, мне особенно запомнились мелкие морщинки в уголках его глаз. Я могу смотреть на него бесконечно. Его улыбка обращенная в мою сторону, согревает изнутри. Мы не говорили, но мне с ним и тишину слушать комфортно, главное, чтобы вместе.

Егор для меня самый красивый мужчина: он высокий подтянутый мужественный, никогда не думала что буду засматриваться на мужчину, мне это не свойственно.

Но ведь сердцу не прикажешь, оно всегда бьется в два раза быстрее, и порхающие бабочки в животе оживают, едва только чувствую его прикосновения.

Мечтательно смотрю на яркие огни вечернего города. Любовь приходит внезапно когда ее совсем не ждешь.

— Хватит улыбаться как дурочка, — Аленка сжимает мою ладонь, а я жду когда мы останемся вдвоем в квартире. Знаю точно: всю ночь будем делиться впечатлениями.

— Как дела с Женей? — я вдруг вспоминаю что она так и не поделилась как у нее на личном. Алан делает музыку в автомобиле тише, настолько тише, что я это замечаю.

Аленка нервничает.

— Никак, — машина заворачивает во двор и останавливается перед шлагбаумом.

Она чуть кашляет в кулак, добавляет:

— Мы больше не общаемся, — она говорит хоть и не громко, брат точно прислушивается к разговору, делая вид, что ищет брелок, ведь без него попасть во двор не получится.

— Я думала у вас… — Алена не хочет обсуждать ничего при посторонних и я ее понимаю, зная взрывной характер моего брата, лучше не усложнять. Я тоже не подумала стала спрашивать, вступая на тонкий лед.

— Вечером дома я расскажу, — то как она смотрит на Алана, лишь подтверждает мои догадки, она не хочет его злить.

Когда у брата звонит телефон мы с Аленкой начинаем обсуждать университет.

Алан крайне вспыльчивый и ранее я не реагировала, когда он переходил на повышенные тона с собеседниками в телефонных разговорах для него это почти что норма, учитывая его взрывной характер.

Продолжая выяснять отношения с собеседником, Алан вдруг в разговоре упоминает имя и меня отбрасывает в тот вечер, когда я точно также сидела в автомобиле и неизвестные лица издевались надо мной, угрожая расправой.

— Марат, а как я могу тебе помочь, я Зауру не нянька! — меня будто опрокинули на дно глубокой ямы, из которой не так давно вырвалось мое подсознание, чувствую панику, часто дышу.

Уверенность, что я могу контролировать состояние, улетучивается. Я снова не могу объяснить свой страх, который не давая покоя охватывает нутро. Пытаюсь дышать, выходит плохо, хватаюсь за ворот рубашки застёгивая пуговицы, мне не хватает воздуха, я начинаю задыхаться.

Аленка странно смотрит на меня, а я ловлю губами воздух, Алан по прежнему разговаривает на повышенных тонах.

Волна панической атаки захватывает все больше, замкнутое пространство автомобиля этому способствует, голова кружиться.

— Алан останови машину! — голос Аленки где-то далеко, мне трудно дышать, я слышу собственные хрипы. На уровне подсознания не хочу чтобы меня видели в таком состоянии, но ничего не могу сделать, панические атаки, преследовавшие меня почти каждую ночь, пока я лежала в больнице, не спрашивают меня какое время подойдет лучше. Аленка быстро открывает окно. Как только машина паркуется на стоянке, подружка помогает выбраться из машины.

Алан в растерянности, Аленка держит мою ладонь до боли сжимая костяшки пальцев. Я дышу часто, с хрипами, не могу остановиться.

— Айлин, дыши, слышишь? — подруга заглядывает в глаза, — все хорошо, ты в безопасности, — я осматриваю территорию вокруг себя, мы во дворе, скоро будем дома, мне надо потерпеть, стыдно, что так неожиданно опять началось, моя уверенность что я все контролирую испаряется мгновенно.

— Не бойся, поняла, все в прошлом!? — я моргаю, — мы уже дома, сейчас мы поднимемся в квартиру и будем отдыхать, — Алан кому-то звонит, я замечаю это, когда паника уходит, не так часто дышу, но не могу унять биение сердца.

— Мне интересно какое кольцо купил Егор? — я поднимаю глаза на Аленку и медленно возвращаясь к реальности, начинаю понимать, что это только в моей голове, она отвлекает меня, стараясь заострять внимание на том, что для меня важно.

И что на меня нашло? Обычная манера разговора Алана: он всегда орет когда злится. А может имя, которое он произнес, снова заставило вернуться в тот ад? Я ведь понимаю, что людей с именем Марат может быть много. Это совпадение и я должна забыть. Делаю те упражнения, которые советовала психолог, когда приступы случаются внезапно, дышу полной грудью, считаю до пяти.

— Айлин может к врачу поедем? — Алан подходит ближе, я вижу его тревожный взгляд. Я не хочу больше в больницу, мне там плохо.

— Ты в своем уме?! Мы. Идем. Домой! — Алан идет к машине за сумкой с вещами, что мы забрали из палаты накануне.

— Айлин, ты устала, сейчас отдохнем, позвоним Егору, хочешь я узнаю купил ли он что-то? — мотаю головой

— Пусть сюрпризом будет, — слышу звонок своего телефона вздрагиваю

На экране высвечивается номер дяди. В голове бьет подозрением, что Алан сообщил ему, иначе зачем он звонит сейчас.

Нажимаю кнопку приема вызова, борюсь со стыдом:

— Да, — мой голос дрожит, хотя я стараюсь, чтобы не так заметно было

— Как ты малышка? — сжимаю телефон сильнее, беру себя в руки

— Я хорошо

— Давай Нине Ивановне позвоним? — упоминание психолога заставляет вздрогнуть, я не сумасшедшая

— Я… я в порядке, — Аленка не отпускает мою руку, пока дядя говорит и успокаивает меня, снова произношу заготовленные фразы как все замечательно, и мне нужно отдохнуть

Звук зажигалки добавляет нервозности, Алан нервно выкуривает одну сигарету за другой.

Завершая вызов, чувствую себя опустошенной. Я не смогла справиться и теперь все подумают, что я душевно больная и не могу контролировать себя.

До квартиры идем молча. Алан заходит с нами в квартиру.

Алена быстро разувается, идет на кухню ставит чайник. Алан аккуратно спрашивает:

— Айлин можно я останусь? — смотрю в пол разуваюсь, хочу чтобы брат уехал.

— Все в порядке Алан правда со мной Алена, — поднимаю глаза я вижу он не верит мне

Иду в комнату, я слышу как брат дает указания, чтобы Аленка была на связи. Не придаю значению их приглушенным голосам в коридоре, главное они не скандалят, а это уже прогресс

Когда входная дверь закрывается, выдыхаю, теперь я могу дать волю эмоциям и просто плакать, когда хочется, Аленка не скажет никому. Она знает меня слабой, поймет и поддержит.

Закрываю ладонями лицо, подружка садится рядом, обнимает за плечи и тоже плачет. Мы всегда так делаем когда одной из нас больно. Может по-детски глупо, но когда даешь волю слезам становится легче.

Перемещаемся на кухню. Надеваю любимую пижаму с единорогами, Аленка берет мой халат. Чай с травами успокаивает.

— Спасибо, — благодарна подруге, — мама не против что ты осталась у меня на ночь?

У Аленки только мама, папу она никогда не видела и как-то вначале нашего знакомства сказала, что не хочет искать своего биологического отца, потому что не любит его, он бросил маму

— Нет конечно, мамочка разрешила побыть с тобой несколько дней, — улыбаюсь, я не буду одна.

Пусть звучит эгоистично, но мне важно чтобы первое время кто-то был рядом. Я надеюсь, что тут дома меня перестанут душить ночные кошмары.

— В университете дали темы дипломов, — киваю, слушая повествование Алены про учебу, вовлекаюсь в беседу, узнаю последние новости. Когда образуется, пауза, Аленка листает ленту сообщений в телефоне кому — то пишет. Уточняю:

— Как у вас с Женей? — Аленка пытается скрыть волнение, думаю, что она в этот самым момент пишет именно новому ухажеру, потому что на ее губах возникает загадочная улыбка, когда подружка набирает сообщения.

— Айлин мы не встречаемся, после несостоявшегося свидания меня больше не было на практике, — странно, прогуливала потому что было стыдно перед ухажером?

— Почему? — Аленка молчит, но потом быстро произносит

— Алан не заставлял меня, я просто не могу без него, — не сразу понимаю о что имеется в виду. Замечаю сбивчивые фразы она, будто, оправдывает брата, чего с ней не случалось очень давно. Из подробного рассказа понятно, что Алан не разрешил ей ходить на практику, потому что узнал что ее новый ухажер работает в той же компании. Затем принес документ, в котором написано, что она прошла практику в компании название которой настолько длинное, запомнить проблематично. Что-то связанное с транспортом.

— Ты была все это время дома?

— Нет, — Аленка смотрит в сторону, — я жила с Аланом

Сердце бешено колотится. Аленка снова будет страдать

Откровения подруги отрезвляют я перестаю думать о себе, переключаясь на нее.

— Алена, он не жениться на тебе, — она сжимает кружку ладонями делает глоток чая, смотрит в пол

— Он сказал, что жениться, — думаю что ослышалась, Алан не тот человек, чтобы разбрасываться словами, — и я ему верю, Айлин!

— Он разорвал помолвку? — наверное я многое пропустила, это целое событие для нашей семьи. Хотя я бы знала. И потом Заур приходил в больницу навестить меня, вряд ли навестить желание навестить меня у него было, если бы с его сестрой так поступили.

— Алан сказал дать немного времени, — вздыхаю если в ближайшее время брат собирается сообщить о своем решении отцу, то пусть это будет после того, как Егор переговорит с отцом, и попросит руку и сердце. Потому что если это сделать в неподходящий момент, то я попаду под раздачу.

Закусываю губу, мне стыдно от своих мыслей. Снова думаю только о себе. Делаю над собой усилие, произношу онемевшими губами:

— Прости, я эгоистка, если Алан сказал, то значит так и будет, — она смотрит на меня

— И ты не против, что я буду женой Алана? — встаю и обнимаю ее

— Я не против, главное что вы любите друг друга, если Алан идет против семьи, то это говорит о том что ты в его сердце, — хочу верить своим словам

— А если семья не разрешит и будет против? — я не знаю, что мне на это ответить. Старший брат женился по указке отца. Да и Алан никогда не нарушал волю родителя. Папа вряд ли погладит брата по головке. будет совершенно точно скандал.

— Давай думать что все будет хорошо, — мы обнимаемся

Аленка сильная несмотря на то что у нее в душе много сомнений она поддерживает меня, находится рядом. И я считаю своим долгом верить, что Алан не разобьет ей сердце снова и сдержит обещание данной подруге.

Мы еще какое-то время разговариваем, постоянно прерываясь на звонки от родственников: от дяди, потом от тети Елены, которая скрывая волнение в голосе, спрашивает о повседневных вещах, но я чувствую, что пытается угадать настроение.

Я, в свою очередь, делаю все возможное, чтобы родные не волновались, уверяю, что в порядке, со мной Алена.

Апогеем становится то, что позвонила мама Алима. Не сомневаюсь, она все знает. Стараюсь успокоить свою вторую маму, не хочу, чтобы она волновалась, я ведь знаю как она меня любит.

Я справлюсь, с Егором мне будет спокойно, если папа даст согласие на брак я не буду одна, смогу пережить это вместе со своим мужчиной, время все лечит.