Бастард Императора. Том 23

Глава 5 Первые, вставшие под знамя будущего Императора

Я поднял голову, смотря вниз.

Этараксийцы на площади стояли, склонив головы. Каждый из них смотрел себе под ноги, ни один не смотрел вверх на меня. И я знаю почему. Они просто не могут себе позволить увидеть, как я кланяюсь… Таков уж их Род. Таков уж их менталитет.

Этараксийцы позади меня закончили вытаскивать клинки, и послышались звуки, как лезвия входят в камень. Не оборачиваясь, я смотрел вниз.

Они не примут извинения от меня. Преданный до жути народ. Этараксийцы за счёт своей связи верны не только себе и партнёру, но и тем, кто их ведёт.

Старик пару мгновений помолчал, а потом продолжил:

— Вы когда-нибудь задумывались, почему вы для нас Свет? Не потому что вас признала королева. И не потому что вы были рядом в наш самый трудный час, хоть это и значит для нас очень многое. А потому что когда наш народ предлагал вам все возможные блага за помощь и просил остаться, вы помните, что тогда сказали нам?

Я тихо ответил:

— Я буду там, где нужна правда и моя сила…

— Я буду там, где нужна правда и моя сила… — тихо повторил вслед за мной старик. — Такие простые слова… И вы, наверное, даже сами не задумываетесь, сколько в них значений и сколько в них величия. Вы всегда были там, где нужна была правда и ваша сила. Не редко она нужна была и нам. А что мы в ответ…? — его голос стал ещё тише и в нём появилась глубокая старческая скорбь. — Что мы…?

Я обернулся.

Этараксийцы стояли на одном колене, держась одной рукой за рукояти воткнутых в площадку клинков. На испещренных шрамами лицах мужчин, женщин и стариков лежали глубокие тени. Губы поджаты, взгляд наполнен немой болью. Все они смотрели вниз перед собой и каждый словно переживал прошлое.

— Мы предали вас, наш Свет… — тихо продолжил старик.

Он стоял на колене передо мной, рядом с Сашей, чей взгляд тоже был опущен вниз и губы также поджаты.

— Предали Свет, что светил для нас… — продолжил тихо старейшина. — Я был там. Был в тот день, когда королева рвалась открыть врата в Ничто. Был там, среди тех, кто отговаривал её… Среди тех, кто твердил, что мы не должны этого делать, говоря, что это был ваш приказ. Помню ту ярость, с которой она рвалась добраться до вас…

На лице старика отобразилась боль, а другие старейшины склонили головы ещё ниже и стиснули зубы.

— Тогда, после некоторого времени спустя, королева, когда уже успокоилась, сказала нам: — Я прощу, он простит, но… Простите ли вы сами себя…? Простите собственную растоптанную гордость и растоптанную веру в того, кто всегда протягивал нам руку, а мы даже не посмотрели ему вслед…?

Старческая, но всё ещё крепкая рука с силой сжала рукоять клинка. На ней выступили вены, металл заскрипел и меч задрожал, а старик всё сжимал и сжимал. Голос старейшины стал хриплым и дрожащим:

— Признаться… Я смог жить всё это время с осознанием и принятием того, что мы натворили… Что мы предали не только вас, но и нашу королеву… Не все из старейшин смогли принять это решение, однако королеве пришлось это сделать… Пришлось смириться и жить с этим ради своего народа… Мы обрекли её на вечные терзания.

Я слушал его, ничего не говоря, но перед глазами у меня была лишь Ваартирия. Я помню, как буквально на моих глазах маленькая девочка стала прекрасной и сильной королевой.

— И даже несмотря на то, что мы не пришли, вы, Свет, вновь здесь… — продолжил он, хрипя от душащих и сдерживаемых слёз. — Вы снова с нами! Не оставили нас в очередной тёмный час! Мы снова живы, вновь победили, когда вы оказались рядом, хоть ситуация ранее и была безнадёжной! И всё это благодаря вам! Вот поэтому вы — наш Свет! Я прошу вас никогда не склоняться перед нами, ведь это именно мы должны стоять не разгибаясь перед тем, кого предали, потому что не решились идти вперёд!

Старейшина замолчал и ослабил хватку дрожащей руки, затем вытянул и поднял свой меч, положив его лезвие себе на ладонь второй руки, всё также некоторое время молча смотря на себя в отражении. Вокруг была тишина. Никто не решался нарушить её.

— Когда вы оказались во тьме, мы должны были протянуть вам руку! Мы должны были быть вашими светом и силой! Мы должны были рваться сражаться! Должны были во что бы то ни стало дойти до конца, спасти вас из тьмы! Но… — его плечи сотряслись. — Мы дрогнули…

Старейшина поднял клинок на двух руках вверх, выше своей головы, протягивая мне и всё также смотря вниз:

— Я, Длартаар, вверяю вам свою жизнь. Я клянусь в вечном служение и преданности. Клянусь, что больше никогда не оставлю вас, наш Свет! Клянусь, что чтобы не произошло, я буду стоять рядом с вами и если придётся, отдам свою жизнь за вас! Теперь моя жизнь — принадлежит только вам!

Другие Этараксийцы тоже резко вытащили свои клинки и перехватили их как старик, склонив головы и поднимая вверх.

— Вверяем, — тихим глухим хором произнесли они.

Я стоял, не понимая, что происходит, и в этот момент услышал ещё один единый хор позади внизу:

— Вверяем…

Обернувшись, увидел, что все Этараксийцы стоят на одном колене, склонив головы.

— У вас есть королева, — нахмурился я, поворачиваясь. — И я не приму вашу клятву. Не стану и не собираюсь становиться тем, кто предаст Ваартирию.

Старик горько покачал головой.

— Мы любим и чтим свою королеву… И однажды великая и мудрая Ваартирия сказала: — Когда он вернётся, каждый будет сам решать, как искупать свою вину…

Старейшина на пару секунд прервался, явно вспоминая свою королеву и те события, но вдруг в сердцах заговорил:

— Мы, Этараксийцы, чтим долг и честь! Однако сами растоптали их своим решением! У нас больше нет чести! Мы променяли её на мир! Предали вас, ради того, чтобы было мирное время! Но где теперь этот мир⁇! Где это мирное время⁇! Мы… — его голос стал очень тихим, — идиоты, что не видели дальше своего носа… Ведь мир всегда был рядом, мы это понимали, но решили закрыть глаза…

Старик с силой сжал лезвие меча, по его руке потекла кровь, капая на площадь.

— Я совершил ошибку! Выступая против того, чтобы открыть портал в Ничто! И теперь, долгое время спустя, я вновь почувствовал, как во мне просыпается моя честь, моя совесть! Это было спрятано во мне, далеко внутри, в темноте, там же, где мы и оставили вас! И это грызло меня. Но вы своим светом вновь разогнали вековую тьму. Разогнали и открыли мне глаза! Я больше не слеп. Больше не предам, клянусь! Я прошу вас, примите мой меч и вершите свой суд! Если на то будет ваша воля — лишите меня жизни! Но прошу… Не гневайтесь на простой народ… Они хотели вашей свободы, как и молодая королева, и лишь мы, старые идиоты, уставшие от войн, бежали от реальности…

Другие Этараксийцы тоже сжали лезвия своих мечей, окропляя своей кровью площадь.

Глядя на них, я взял клинок из руки старейшины за рукоять, поднял, и с силой повёл вниз, втыкая в площадку, при этом отвечая:

— Что было — то прошло. Вы сделали всё правильно. Врата в Ничто не должны открываться просто так. Я не злюсь ни на кого из вас. Моё заточение — это моя ошибка. И я усвоил урок.

— Даже если это и было верным решением, — ответил старик. — Это совсем не означает, что мы не виноваты перед вами. Вы в который раз спасли наши жизни, и поэтому, — он поднял голову. — Мы просим вас принять нас к себе на службу.

— У вас есть королева, — ответил я. — Ваартирия точно жива, так что не стоит просить так опрометчиво.

— Как я и сказал, — старейшина покачал головой. — Мы любим свою королеву и не предаём её. Однако, чтобы восстановить нашу че… — старик вдруг замолчал, стоя на колене пару секунд так и не договорив, он неожиданно помотал головой из стороны в сторону. — К чёрту честь…! Наша честь — уже растоптана нами же…! Мы будем следовать за вами, чтобы отплатить вам за доброту, проявленную к нашему народу!

В его взгляде теперь читалась уверенность и он продолжил:

— Мы будем следовать за вами до тех пор, пока не исполнятся все ваши цели! Такова наша расплата за трусость и предательство. Мы не станем никого принуждать. Все Этараксийцы, кто захотят уйти — уйдут. Оставшиеся же поклянутся вам в верности и будут служить до тех пор, пока не заберёт смерть или пока мы не дойдём до конца.

Я смотрел на них, понимая, что старейшина говорит искренне. Они действительно винят себя за то, что не пришли за мной. Но я не могу винить их в этом. Ведь моё прошлое наполнено моими ошибками.

Вздохнув, посмотрел на небо, отвечая:

— Я тоже ошибался, когда шёл своим путём совсем один. Возможно, что не откажись я тогда от помощи, и мир сейчас был бы совсем иным…

Приняв решение, я опустил взгляд вниз.

Саша ранее и не задумывалась о том, что услышала сегодня. Когда-то ей казалось, что человек перед ней — это легенда. Возвышенный, великий и… Такой недостижимый.

Оказавшись подле того, кого превозносил её народ, Саша поняла, что не ошиблась в своих мыслях и суждениях. Глава действительно великий человек, но его величие не в силе или в славе, а в том, как он смотрит на этот мир.

Но сегодня девушка поняла и ещё кое-что… При всём своём величии Асшель Вайторл — человек. Непростой, с великой судьбой и великими свершениями, но всё же… Человек. Человек, которого они бросили утопать во тьме совсем одного…

Саша никогда ранее не задумывалась над этим так сильно, но теперь начала понимать, что каким бы глава ей раньше не казался сильным, он один нёс на себе бремя за всех.

— Ошибки совершены, и не только вами… — послышался тихий, спокойный голос главы. — И мы должны учиться на ошибках друг друга. Поднимите головы и встаньте, братья и сёстры Этараксийцы! — его голос зазвучал как гром среди ясного неба.

Саша и другие начали подниматься.

— Я принимаю вашу клятву! — продолжал громом звучать голос главы. — Вашим клинкам вновь придётся петь, а вашим душам снова придётся рыдать над павшими! Однако после каждой даже самой долгой ночи всегда приходит рассвет! И этот рассвет наступит и для нас с вами! Я не обещаю вам славы, я не обещаю, что все мы выживем, но я обещаю вам мир! Во имя общего будущего!

Саша резко приложила кулак к груди, громко и чётко крича вместе со всеми:

— Во имя общего будущего!!!

Девушка почувствовала, как у неё внутри закипела кровь. Вот он, тот, кто одним своим словом способен поднять на бой легионы. И она слышала истории о том, как он это делал. И также девушка слышала, что это частично то, почему его и боялся Сайрнойл. Он боялся восстания.

Правда это была или ложь — не важно. Важно то, что сама Саша чувствовала прилив сил и понимала, что готова пойти в бой хоть сейчас. А ещё девушка слышала, как гулко бьётся её сердце.

— Впереди нас ждёт непростое будущее, — продолжил я, глядя на Этараксийцев. — Моя цель — трон империи. И я пойду до конца, чтобы не допустить в будущем того, что происходит сейчас в галактике. Если вы готовы идти со мной за троном — я буду рад вашей поддержке.

— Мы служим вам, — заговорил один из командующих, когда все командующие и старейшины встали в одну линию.

Его слова подхватил другой:

— Ваше слово — наш приказ. Всё, что вы скажете, мы исполним.

Заговорил и другой старейшина:

— Пусть вы пока и не заняли космический трон, но дочь нашего народа верно обозначила нашу позицию ранее: За Императора!

— За Императора! — отозвались хором Этараксийцы.

— И пусть нас пока немного, а империя по сравнению с нашими силами огромна, — заговорила женщина старейшина, — мы знаем, что вас поддержат и другие Этараксийцы. Ибо королева однажды сказала: " — Наши сердца обретут покой тогда, когда он будет свободен.' Вы свободны, но теперь у вас есть цель, и ваша цель для нас — ориентир к будущему. Либо мы одержим победу, либо Сарнойл разрушит вечный уклад.

Я кивнул и ответил:

— Пока нас действительно мало, но будет больше. Я вверяю вам наследие моего Рода — Гекатенхальт. Отныне вы — мой первый флот, первый флот Рода Вайторлов, и я рассчитываю на вас. Слушайте приказ, первый флот! Спрячьте всех тех, кто не готов и не может сражаться на безопасной планете, а сами отправляйтесь на поиски Ваартирии и других Этараксийцев.

— Господин… — старейшины благодарно склонили головы.

— Отложим это, — остановил я их рукой. — У нас ещё полно дел. Вам лучше спрятать своих сородичей рядом со второй частью Гекатенхальта или на любой другой планете, — перевёл взгляд в небо, на висящий диск. — Когда откроется портал — мы с Сашей уйдём. У нас ещё есть дела в другом месте. Сразу после этого вы должны будете уничтожить эти корабли. Мы попробуем открыть портал сюда через цикл. Если получится — хорошо, у нас будет возможность иметь связь, а впоследствии я смогу взять с собой на ту планету кого-нибудь из вашего народа.

Этараксийцы кивнули, слушая меня.

— Если же не выйдет открыть портал — вашей целью всё также останется поиск сородичей и королевы. Когда закончите, отправитесь по одним из координат, которые я передам вам. К тому времени мы с сестрой сможем усилить портал и попытаемся дотянуться до вас.

Меня слушали внимательно и вновь кивнули.

Мы с Сашей шли по коридору в сторону портала. В прошлый раз он открывался примерно в это же время. Девушка была молчалива и задумчива. Она смотрела прямо, порой бросая на меня взгляд.

Оказавшись в нужном зале, огляделись.

Здесь успели убраться, чтобы ничего не мешало. Правда, свалили всё в кучу в углу, но это уже издержки войны и с этим ничего пока не поделаешь.

Мы стояли какое-то время молча, а потом Саша вдруг заговорила:

— Глава…

— Да? — я посмотрел на неё.

— Помните, вы обещали мне два желания?

— Помню, — кивнул, не упоминая, что одно уже исполнено.

— Я… Благодарна вам за всё, что вы делаете… А особенно за то, что вы не бросили мой народ. И всё же… — девушка повернулась ко мне лицом. — Хотела бы попросить вас исполнить обещание.

— Конечно, — снова кивнул я. — Чего ты хочешь?

Губы девушки дрогнули и она отвела взгляд.

— Закройте глаза, — тихо попросила Саша.

— Раз просит красавица, — я закрыл глаза.

Дал обещание — надо держать.

В следующее мгновение моей щеки коснулись мягкие губы девушки, они задержались на секунды две, а затем Саша отступила. Я открыл глаза, смотря на неё.

— Я вас люблю, глава, — тихо заговорила Саша. — И это мои чувства, а не моего народа. Честно, я бы хотела большего… Но пока не всё ясно с моей связью — не могу себе этого позволить. Ведь однажды… Я могу и не проснуться…

Ох Саша, Саша… С такими упадническими мыслями… Далеко не уйдёшь.

Глядя на неё, я покачал головой, понимая, что не могу всё оставить просто так.

Сделал шаг вперёд, обхватил не ожидавшую такого девушку рукой за талию, притянул к себе, прижал и поцеловал. Она тихо «умкнула» в моих руках, пока я целовал её. Поначалу Саша даже попыталась отстраниться, но потом ответила на поцелуй своим неопытным язычком и даже расслабилась.

Мы оба слышали гудение портала и тихий хмык Эйр.

Саша всё же прервала поцелуй, оглядываясь назад и выскальзывая из моих рук.

— А вы времени зря не теряете, — усмехнулась сестра, хлопая в ладоши. — Умничка Саша, — она подмигнула девушке.

Та, ничего не отвечая, быстро пошла в портал. Уверен, что она не обиделась, а просто не знает, как себя вести.

Эйр посмотрела ей вслед, а потом перевела взгляд на меня.

— Я так понимаю, что пришлось всё делать самому? — снова усмехнулась она, явно намекая на ситуацию с Сашей. — Ох уж эти Этараксийцы… Как дети, честное слово. И как только их народ стал таким великим? Они же без связи вообще ничего не понимают, вот и теряются, любит их кто-то или нет. Они поэтому и такие замкнутые в основном. А у Саши ещё и травма… Так что не удивительно, что девочка сомневается в себе. Но ты же понял, что её связь теперь привязывается к тебе из-за твоей энергии?

Я ничего не ответил, просто проходя в портал.

Уже с той стороны понял, что не чувствую практически никого в замке. Эйр прошла через портал и сразу обратился к ней:

— А где все? В разломах?

— Если бы, — покачала головой сестра. — У других Вяземских проблемы и наш младший братишка взял силы Рода, чтобы впервые повести их в бой лично.