( Бес ) Предел

Глава 50

А ведь еще недавно Олеся говорила о том, что хочет ляльку. Сейчас, глядя на эту картинку, ощущение, что я подсматриваю за многодетной мамкой, которая из кожи вон лезет, чтобы накормить своих тройняшек, но беда в том, что руки только две. Собственно, ей и с кошачьим семейством хорошо, в ее случае в ближайшем будущем можно обойтись и без ребенка. Позитивности и счастья в ней сейчас хоть ложкой жри, несмотря на явные хлопоты и реальный напряг.

— Ну может хватит делать вид, что чем-то занят в телефоне. Ты же все равно смотришь на меня и котят. Иди сюда, покорми их со мной. Тут еще есть бутылочка. Один котенок как раз не при делах еще.

— Сама корми, раз ввязалась, — как можно резче отвечаю я.

— Язык отсохнет сказать, что они тебе нравятся, да?

— Мне много что нравится, Олеся, и что с того?

— Так если нравится, покорми.

— А это тебе урок, дорогая. Когда завтра ты уедешь в ресторан, кто будет их кормить днем? Убирать за кошкой? Давать ей лекарства?

— До завтра нужно дожить. И вообще, будет новый день, будут новые мысли. Здесь им всяко лучше, чем на улице. И тут есть шанс поесть два раза в день и не быть затоптанными какими-нибудь отморозками.

— В этом ты безусловно права, — констатирую я, присаживаясь на пол к Олесе. — Коврик бы под жопу постелила.

— Тебе еще детей рожать и бла бла бла. Мама мне тоже так говорит, вот только раньше тетки и на морозе спали, и тяжести таскали, и нормально рожали, — беззаботно произносит Олеся, уставившись на мое лицо. — Ой, у тебя на лбу царапина, а я и не заметила. Хочешь обработаю?

— Ты сначала этот кошатник покорми, а я переживу.

Беру детскую бутылочку и подношу к оставшемуся не при делах рыжему котенку. Кажется, самому маленькому из имеющейся компании. Вот уж никогда бы не подумал, что в принципе могу завершить свой день именно так.

— А тебе какой больше нравится? — неожиданно спрашивает Олеся. — Мне светло-серый.

— А мне нравится кошка. Вон как смотрит осмысленно. Не завывает песни из-за того, что трогают ее котят, не набрасывается, в лоток успела сходить, а не пол обоссать. У нее есть потенциал. И мне кажется, я ей нравлюсь, — на мой ответ Олеся лишь улыбается, демонстрируя мягкую, я бы сказал какую-то нежную улыбку.

— Так может оставишь ее?

— Еще чего. Животные мало живут. И пусть у нас у всех одинаковые шансы умереть в любой момент, но животные не могут прожить больше определенного срока.

— Странная логика. Все могут умереть хоть завтра, что теперь не жениться и не рожать детей?

— Ты в мою логику не лезь. Корми котят и не задавай вопросов, на которые можешь получить не очень приятный для твоих ушей ответ, — зло произношу я, на что Олеся тут же замолкает и переводит взгляд на живность.

Я же, как только закончил с рыжим, быстро встал с пола и, бросив сухое «спокойной ночи», ушел к себе в спальню. Вот так, одна дурацкая фраза смогла перечеркнуть весь день.

***

Да уж, глядя на себя в зеркало с уверенностью могу сказать, что веткой меня приложило знатно. На лбу как будто кто-то расписался красной ручкой. Одним словом, красавчик. Оборачиваю бедра полотенцем и выхожу из ванной. Кажется, у меня что-то тряхануло в груди, когда я обнаружил в своей спальне Олесю, сидящую на кровати. Мягко говоря-неожиданно. Но еще более неожиданно то, что на ней из одежды только белая сорочка.

— Я, наверное, тебя обидела теми словами. Прости меня, — неожиданно выдает она, шумно сглатывая.

— Я не обиделся. Ты пришла ко мне только для того, чтобы это сказать?

— Нет, — медленно привставая с кровати, тихо произносит Олеся. — Садись, я обработаю тебе лоб. Царапины от кошек требуют тщательной обработки, а то можно занести всякие неприятные болячки.

— Какая ты заботливая, Олесечка.

— Мне не нравится, когда ты меня так называешь, чувствуется что-то не естественное. Садись, — неожиданно хватает меня за руку и тянет на кровать.

— Да я смотрю у вас, Олеся Игоревна, несмотря на хиленький вес, много сил.

— Это все полкило лука в шаверме.

— Точно, как же я забыл, — не могу скрыть сарказма в голосе, особенно, когда Олеся встает напротив меня и тянется рукой к кровати.

Как бы совсем случайно при этом касается меня волосами и принимается открывать флакон.

— Не хотелось бы тебя разочаровывать, но мне не нужно обрабатывать лоб. Во-первых, это последствие не кошачьей царапины, а всего лишь удара от ветки. А во-вторых, я ее обработал.

— Точно?

— Абсолютно точно. Но ты же не за этим пришла сюда в такой час, в одной сорочке, да?

— Да. Я хотела сказать тебе спасибо, — вполне серьезно произносит она, заправляя за ухо волосы. — За одежду, белье. Но за кошку с котятами особенно, это деньгами не измеряется, это… в общем, я очень благодарна тебе, правда, — протягивает ко мне руку и аккуратно, почти невесомо начинает гладить мое лицо. И вот тут, когда я осознаю сказанные ею слова, меня повторно торкает. Резко перехватываю ее руку и сжимаю запястье так, что Олеся вскрикивает.

— Ты чего?!

— Это я чего?! — встаю с кровати и нависаю над ней. — Мне на твои благодарности по хрен! Ты чего удумала, приду-ка я нему в сорочке и отплачу за столь насыщенный день?

— Нет!

— А что тогда? Просто так вдруг захотелось ко мне в постель?

— Да захотелось и что тут такого?!

— То есть в примерочной, когда тебе реально хотелось, ты вдруг остановилась, а тут, после спасения кошачьего семейства подумала почему бы и не дать, да? — еще несколько секунд Олеся смотрит на меня своими глазищами, а потом резко вырывает руку из моего захвата.

— Нет. Мне просто не хотелось лишаться девственности в примерочной, — жестко произносит Олеся и со слезами на глазах выбегает из комнаты, громко хлопнув дверью.

А я стою как вкопанный, смотря на дурацкую дверь и не могу поверить в то, что так облажался…

***

Обидно… как же черт возьми, обидно! Слезы непрекращающимся потоком льются из глаз, и сколько бы я ни пыталась заставить себя прекратить реветь-не получалось. Соленые капли падают на сорочку, от чего ткань прилипает к телу и становится еще более противно от себя самой. Ну сколько человек может плакать?! Что будет утром с моим лицом? Черт, а что вообще будет завтра? Как я посмотрю ему в глаза, когда сама фактически себя предложила? Но судя по стуку в дверь, посмотрю не завтра. Этого мне еще не хватало.

— Олеся, открой, пожалуйста, дверь, — вполне сдержанно произносит Игорь.

— Уйди. Я сплю!

— Либо ты открываешь дверь сама, либо я выбью ее как когда-то в ванной. Оно тебе надо?

— Я сказала уйди!

— А я сказал открой дверь и веди себя как взрослая, раз таковой себя считаешь! Считаю до десяти, или ты остаешься без двери.

На восьмой секунде я сдалась и, буквально подлетев к двери, открыла ее. Вот только встречаться с ним взглядом, ровно, как и говорить-нет никакого желания. От чего я и плюхаюсь на кровать и накрываю себя с головой покрывалом. Сворачиваюсь в позе эмбриона и, крепко зажмуривая глаза, мысленно заставляю себя прекратить шмыгать носом. Чувствую, как с моей стороны проседает матрас и тянут за покрывало, но я крепко удерживаю его рукой. Не дам Игорю довольствоваться моими слезами.

— Когда мы с тобой первый раз встретились, я посчитал тебя подростком. И только глаза мне показались взрослыми, как у весьма мудрого человека… А сейчас ты ведешь себя как самый настоящий ребенок, натягивающий на себя одеяло. Прекращай, Олесь.

Но даже и через пять минут покрывало я не отпустила, хотя прекрасно осознаю, что если бы Игорь захотел, он бы давно выдернул его из моих рук. Самое странное, что он не произнес больше ни слова, а через несколько мгновений встал с кровати и, выключив свет, вышел из комнаты, громко захлопнув за собой дверь. Хотела, чтобы ушел? Получай! Одергиваю одеяло и тут же ощущаю, как рядом вновь проседает матрас, от чего я неосознанно вздрагиваю.

— Не пугайся. Так даже лучше. Темнота-друг молодежи, — усмехаясь произносит Игорь, и ложится рядом со мной.

— Так заикой можно стать.

— Ну судя по всему, ты не стала, — констатирует Игорь и прижимает меня к себе, крепко обвив рукой мою талию. Это еще что такое?! — Ты можешь не верить, но я не хотел тебя обидеть. Прости меня. Но если ты поставишь себя на мое место, не зная о том, что ты мне поведала, как бы расценила твое поведение?

— Я шлюха, которая периодически трахается на твоем столе и дает всем за шмотки и помощь животным.

— Прекрати! Во-первых, заканчивай плакать, во-вторых, послушай меня сейчас внимательно, — сдержанно произносит Игорь, аккуратно поглаживая мой живот через ткань сорочки. — Чтобы ты ни говорила, но ты пришла ко мне в спальню на эмоциях от пережитого дня. Я хочу, чтобы ты все обдумала, и твое решение о наших дальнейших отношениях было принято осмысленно.

— Понятно, теперь тебя напрягает физический недостаток у меня между ног. Тебе не угодишь, шлюха не нравится, девственница тоже.

— Услышь, пожалуйста, меня и прекрати нести чушь, — тяжело вздыхает Игорь, утыкаясь мне в шею. — Просто не спеши.

— А ты точно нормальный мужик? Так говорят мамы, бабушки и прочие представительницы женского пола.

— Мне кажется, ты давно должна была понять, что я ненормальный мужчина. Но если ты все обдумаешь и осознанно решишься на секс, не переживай, здесь у нас будет полная гармония. В этой моей нормальности можешь не сомневаться. Олеся…, - вдруг замолкает Игорь, сильнее стискивая меня в объятьях. — Спи.

— Ты не это хотел сказать.

— Просто спи, — целует меня куда-то в шею и еще крепче прижимает к себе. А мне это нравится, так нравится, что я не могу и не хочу спрашивать будет ли он спать со мной вот так всю ночь.

Уже через полчаса, убедившись, что Игорь спит, тихо посапывая над моим ухом, мне вдруг снова стало хорошо. Может действительно так лучше. Он же не отказывается, не выгоняет, а наоборот поступает как хороший мужик. И даже не ушел спать к себе. Более того, у меня есть время подготовиться не только морально, но и физически. Ведь порядок нужно навести не только в голове, но и в трусах. И ночнушку красивую купить и белье новое постирать. Так незаметно для себя и заснула с улыбкой на губах.

***

Не знаю, что со мной происходит, но я снова проспала и снова виновник-севший телефон. Игоря в кровати я не обнаруживаю и испытываю что-то сродни разочарования. Быстро переодеваюсь и спускаюсь вниз. И стоило мне только наткнуться на Игоря, кормящего котят, как я вмиг забыла, что проснулась одна. Умилительная картинка, такая, что хочется неосознанно сжать этого мужчину в объятьях и не отпускать. Каким бы гадом ни казался, он-хороший, а может даже самый лучший.

— Хватит за мной наблюдать, иди корми своих найденышей и за кошкой убери. Судя по запашку, она только что нагадила.

— И тебе доброе утро, я сейчас все сделаю, — воодушевленно произношу я и принимаюсь за дела.