( Бес ) Предел

Глава 60

Год спустя

Смотрю на себя в зеркало и мысленно кайфую. Никогда не думала, что буду такой счастливой, да и чего уж греха таить настолько красивой. Мамочки, какая же я шикарная…Обалдеть! Никогда и представить себе не могла, что выберу такое платье. Сколько себя помню, всегда хотела что-то пышное, аля принцесса, а это… совершенно другой стиль. Пышной юбкой тут и не пахнет, зато платье выгодно подчеркивает фигуру и потрясающе обтягивает попу. А какая полуобнаженная спина в кружевах… а шлейф… Господи, нехорошо так собой восхищаться. Хотя нет, ну как такой красотой можно не восхищаться? Если я кайфую, глядя на себя в зеркало, то что будет с Игорем?

— Лесь, ну может хватит уже насиловать это несчастное платье? Оставь его на завтра. Давай, раздевайся.

— Во-первых, Инна, оно не несчастное, а счастливое. Во-вторых, хочу и насилую.

— Снимай, говорю. Игорь пришел. Его вряд ли остановят доводы, что ты не одета.

— Закрой! Закрой дверь! — в панике кричу я. — Еще не хватало, чтобы он увидел меня в платье! Примета плохая. Помоги мне, только аккуратно! Давай быстрее, — пытаюсь самостоятельно выбраться из платья, но получается это с трудом.

— Тихо! Не спеши ты так. Вот так, умница. Все, выдыхай. И давай не жри сегодня на ночь, вон живот выпирает.

— Ничего не выпирает!

— Ой, да я шучу. Я просто не хочу, чтобы ты сегодня что-нибудь хомячила на ночь, а то с таким лицом проснешься, что и молодой возраст не спасет. Закон подлости всегда работает не вовремя. Если вздумаешь чего перекусить, то никакой соли. И воды минимально.

— Я и не собираюсь есть. Сегодня вообще больше ничего не возьму в рот.

— Ну и отлично. Все, я пошла, мы с Сашкой придем поздно, надеюсь, ты уже будешь спать и видеть десятый сон. Не грузись, думай только о хорошем. Все пройдет, как надо.

— Спасибо, — улыбаюсь Инне, убирая платье в шкаф.

— Только не надевай, пожалуйста, снова платье.

— Не буду.

— Все, давай, невестушка, дам добро твоему женишку.

— Давай.

Накидываю на полуголое тело первую попавшуюся футболку, едва прикрывающую попу, и не успеваю толком ее одернуть, как в комнату заходит Игорь.

— Привет, — говорю, как можно спокойнее, подавляя в себе улыбку, а самой хочется наброситься на него, а еще лучше зажать на этом самом диване и… Умерь свой пыл, Олеся! Терпи, так надо.

— Привет, — опираясь одной рукой о стену, тихо произносит Игорь, не скрывая улыбки. — А ты в курсе, что твоя подружка уходит до глубокой ночи?

— В курсе. Но у нас все равно ничего не будет.

— Блин, кому скажи, не поверят, — усмехается Игорь, проходя на середину комнаты. — Футболка на тебе, кстати, ужасная, Олеся Игоревна. — В такой только…

— Могилы копать и землю утрамбовывать. Я знала, что тебе понравится. Кстати, я надену ее завтра в нашу первую брачную ночь, — тянусь к нему на носочках и целомудренно целую в щеку. — Шучу. Я надену ту белую шелковую ночнушку, которую ты мне недавно подарил в комплекте.

— Не старайся, Лесечка. Ты как это представляешь в своей странной головушке? Что-то типа, заношу я тебя на ручках в спаленку, ставлю на пол, снимаю свадебное платье, оставляю обнаженной, и тут ты такая, «Ой, подожди, Игорь. Я же сорочку не надела. Я быстренько». Так? Можешь не отвечать, все так и есть, думаю ты сейчас осознала абсурдность своих мыслей. Я предлагаю сделать все по-другому. Прямо сейчас предаться предсвадебному греху, предварительно сняв эту футболку. Так уж и быть, я стерплю этот малопривлекательный диван.

— Ну, хватит, Игорь.

— То есть, это ты мне говоришь хватит? Я стерпел заскок по поводу времени года, даты свадьбы, и мать ее, растущей луны. Я также терплю твою мать с совершенно непослушным ребенком, который только и делает, что ползает, орет и снова ползает, зажимая нашу кошку, где попало с возгласом кысь-кысь-кысь. Как-то нечестно получается, мать и сестра твои, а живу с ними третий день я, пока ты ошиваешься у своей подружки.

- Я не ошиваюсь. Ну так надо, Игорь. Это приметы. Неужели так сложно понять, что я в это верю?

— А сексом почему нельзя заниматься за девять дней до свадьбы? Прибежит дьявол и даст нам люлей во время совокупления?

— Ну, Игорь!

— Ну, Олеся! — копирует мою интонацию Бессонов, наигранно выпучивая глаза. — Мы два года спим вместе, ты наивно веришь, что за несколько дней у тебя там все зарастет? Так я тебя удивлю-не зарастет, ряды девственниц больше не пополнишь.

— Ну хватит нести чушь. Тебе что, так сложно уступить? Осталась всего одна ночь. Я же тебе уступала не единожды: вместо семи возможных дней пою в ресторане два раза в неделю, не поехала со всеми праздновать окончание первого курса, не устроила девичник, который между прочим хотела, но ты был против. И ничего! Не включаю режим истерички, а уступаю. Между прочим-это основа нормальных взаимоотношений и крепкого брака.

— Так все, хватит. Общение с Леной до добра не доведет.

— А вот это ты зря, Бессонов. Если бы не Лена, я бы сейчас здесь не стояла и не примеряла свадебное платье. В тех кустах и осталась бы, если бы она не отправила тебя поближе к народу. Ты только задумайся, все было бы сейчас по-другому.

— Вот трепло блондинистое.

— Ну хватит уже притворяться, что Лена тебе не нравится. И давай не ссориться. Не хочу портить ни сегодняшний день, ни тем более завтрашний. Хочу, чтобы все прошло хорошо. Так, как я задумала в своей голове, ну или хотя бы на половину. Иди сюда, — беру его за руку и веду к большому зеркалу. Становлюсь напротив и прижимаю ладонь Бессонова к своему животу. Накрываю ее своей рукой и перевожу взгляд в зеркало.

— Ты что беременна? — сглатывая произносит Игорь, меняясь при этом в лице.

— Нет. А ты был бы против?

— Нет. Просто это было бы…неожиданно, — несколько секунд мы смотрим в зеркало, не отрывая друг от друга взгляда и я, наконец, решаюсь задать вопрос, который занимает все мои мысли последние месяцы.

— Можно я брошу таблетки сразу после свадьбы? — стою в ожидании его ответа, а самой страшно. Страшно услышать не отказ, а увидеть нежелание в глазах.

— Можно, — не задумываясь отвечает он. — Только это как-то не вяжется на данном этапе с твоими предыдущими целями стать певицей и продолжить обучение в университете. Что, уже передумала?

— Я закончу университет, пусть с перерывом, но закончу. И диплом получу. Обязательно. И не потому что мне нужна эта корочка, а потому что я так борюсь со своей слабой половиной. Я очень многого не понимаю, но мне дико нравится тот момент, когда я перебарываю себя и ставлю галочку в изучении ужасно трудного вопроса. А петь я буду всегда, это моя отдушина. Но все то, о чем я говорила почти три года назад, мне не надо. Не хочу становиться популярной и ездить по городам. Тогда бы я посчитала только что произнесенные слова верхом абсурдности, это же вроде как было моей мечтой. А сейчас все изменилось. Точнее я изменилась. Не хочу слать с экрана телевизора тебе привет и кичиться тем, что смогла чего-то добиться. Все это такая чушь. А петь я буду. Для тебя дома и в ресторане. Ну а вообще, тебе грех жаловаться на такое мое желание, — усмехаюсь в голос, продолжая неотрывно смотреть Игорю в глаза. — Ты же бесишься, когда я выступаю на людях. И тебе дико, прям до трясучки не нравится, когда на меня пялятся. Думаешь я этого не знаю?

— Для двадцатилетней девочки, ты слишком рассудительна.

— Это плохо?

— Думаю, что нет, — улыбаясь произносит Игорь, крепко прижимая меня к себе одной рукой. Убирает мои распущенные волосы и целует в область едва заметного шрама. Забавно, а когда-то я и его считала ужасным, ровно, как и растяжки. Мда… все познается в сравнении. — Я пошутил, Леська, нормальная на тебе футболка. И в ней ты очень даже хороша. Ну правда без нее будет еще лучше.

— Только после свадьбы, — не сдерживая смеха произношу я, на что Игорь подхватывает мою инициативу и делает то же самое, при этом качая головой. — Значит точно можно…ну с ребенком?

— Можно. Ну что, раз добрачного секса мне в этом доме не видать, иди пои меня кофе.

— Ага. Только шорты накину, негоже как-то в трусах ходить.

— Накидывай, Олеся Игоревна, а то быстро окажешься без трусов.

— Я быстро.

Отстраняюсь от Игоря, он выходит из комнаты, а я натягиваю первые попавшиеся шорты и вновь подхожу к зеркалу, закалываю волосы и всматриваюсь в свое счастливое лицо. Иногда мне становится стыдно за свое счастье перед человеком, которого я даже не знала при его жизни. Я тут же одергиваю себя от этой мысли, ведь я не делаю ничего плохого, но на место стыда приходит страх. Да, иногда мне страшно, что всего этого может не быть. Не хочу со всем этим расставаться. Не хочу и точка.

— Я кофе в этом доме получу или начать снимать с тебя трусы? — поворачиваюсь на голос Игоря и в который раз за день прыскаю смехом.

— Получишь. Уже бегу!

***

Что может быть лучше летней свадьбы за городом, с умопомрачительно красивой атмосферой и пускающим на тебя слюни мужем? Мужем! Правильно, дождик на эту самую свадьбу.

— Ну что, Леся, подгадывала с днем свадьбы, растущей луной и прочей ерундой. А дождик все испортил, да? — приобнимая меня сзади, шепчет на ухо Игорь.

— Ничего ты не понимаешь, Бессонов. Это же великолепная примета. О таком можно только мечтать! Так что все правильно я подгадала, лучше уже просто быть не может.

— Даже так? — усмехается мне в шею.

— И никак по-другому. Кстати, ты только слюни пускаешь на меня, но еще ни разу не сказал какая я красивая.

— Умопомрачительно красивая.

— Вообще-то надо было сказать самая красивая.

— Вообще-то надо бы закрывать рот вовремя.

— Сегодня точно не получится. У меня к тебе просьба, — поворачиваюсь к Игорю, заглядывая в глаза. — Не снимай, пожалуйста, кольцо. Пусть этот факт раньше не имел для тебя значения, а теперь…

— А теперь пусть будет иметь значение. Да? — улыбаясь произносит Игорь.

— Я вообще-то серьезно.

— Да не буду я его снимать. Не буду.

— Если снимешь, я тебе палец отрежу, — вместо ответа что-то в стиле «а я тебе язык», Игорь, ничуть не сдерживаясь, откровенно начинает… даже не смеяться, а ржать. — Рада, что тебе смешно, только я не шучу. Не смей его снимать.

— Не сниму. Как же я без пальца-то буду.

— Ну я серьезно. Если ты вдумаешься, то кольцо это как бесконечность.

— Окей. Только давай уж не заливать тут все ванильными соплями. Я и так на каком-то энтузиазме терплю весь этот табор позади нас. Сказал, не сниму кольцо, значит не сниму.

— Ну и правильно, а то ведь палец отрежу.

— А я тебе язык.

— Вот теперь все на месте.

— Ты о чем?

— Да так, о своем, о девичьем. Пойдем, — беру Игоря за руку и веду за собой. — Нам скоро тортик резать.

— Ты смотри, его могут не донести и уронить в процессе. А нам и резать ничего не придется.

— Типун тебе на язык.