Бракованный

Глава 11

Лия вернулась в свою комнату через пару часов на дрожащих ногах и с полным сумбуром в голове и на сердце.

Секс в такой обстановке и тем более с этим мужчиной не должен был принести ей никакого удовольствия!

А она что?

А она кончила!

ТРИЖДЫ!

Мать твою.

Такого Лия от себя точно никак не ожидала и потому с трудом верила в реальность происходящего. А еще всё меньше и меньше в то, что она действительно была чистой и нетронутой, находясь в таком месте.

Впервые ей не хотелось залезть под душ и смыть с себя присутствие психа.

Запах и вкус его тела отдавались ненормальной блаженной дрожью глубоко внутри.

Мысль о том, что теперь она принадлежит ему, была занозой в душе.

Только это заноза не кровоточила и не делала больно.

Скорее даже наоборот.

От нее становилось тепло и волнительно.

Потому что принадлежать такому мужчине было страшно. И желанно.

Слова о том, что он убьет за нее - не были пустым звуком или красивым сравнением.

Он действительно убьет.

Любого.

И кажется такой расклад должен был бы пугать девушку, но ей было чертовски приятно осознавать, что в этом большом страшном мире она теперь не одна.

И что она кому-то нужна так горячо и отчаянно, что ради нее могут лишить жизни человека, кто посмеет причинить ей вред.

В комнате Лия была не одна, и вздрогнула от неожиданности, когда на своей кровати увидела блондинку Дору - живую куклу.

Хорошо, что была именно она – нежная, с большими глазами и мягкой улыбкой.

Хорошо, что была не Камила, которой едва ли Лия смогла бы сейчас что-то рассказать, не смотря на их искренние отношения.

В этом доме было много девушек, и все любили Лию, все проявляли участие и заботу, но почему-то именно к Доре у девушки душа лежала больше, чем ко всем другим.

Она смотрела своими голубыми глазищами с длинными пушистыми ресницами, сжав обе ладони так, что под кожей выступили тонкие крошечные венки.

- Ну как все прошло, девочка моя?

Девушка протянула раскрытые ладони к Лие и она взяла их, в буквальном смысле тут же рухнув на свою кровать рядом с той, кого наверное могла бы назвать своей подругой.

По крайней мере, ей было не страшно что-то рассказывать.

В её словах Лия не искала ответов и подвоха, как почему-то происходило с Камилой.

- Ужасно…- выдохнула Лия в ответ с тяжелым протяжным вздохом и сразу не подумала о том, что подруга ее ответ воспримет в другом ключе.

В е теле все еще была та самая нега, от которой жар продолжал разливаться в венах золотыми отголосками, а потому хотелось тихо сладко застонать.

- Он сделал тебе больно? - тут же ахнула Дора, и легла рядом, чтобы осторожно обнять Лию, на что девушка тепло улыбнулась и вдруг хихикнула.

Глупо, но счастливо.

Сделал ли он больно?

В голове девушки тут же вспыхнули яркие образы, вкус которых все еще был на языке, а отпечатки - на ее теле.

То, как он схватил ее за шею, когда был сзади и потянул на себя.

То, как он укусил ее где-то в области лопатки и зарычал, обдавая ее кожу мелкими колючими мурашками.

То, как он удерживал ее руки над головой, когда был сверху и не давал отвернуть голову, потому что все целовал и целовал, словно хотел забрать весь кислород в ее теле и стать этим кислородом самому.

То, как ей приходилось выгибаться, чтобы он не был так глубоко, что не хватало сил дышать.

Да, он делал больно!

Но как же ей это, черт побери, понравилось!

- Сделал.

Дора приподнялась на локте и удивленно посмотрела в сияющее лицо Лии, но тут же всё поняла.

- Чертовка! – она шлепнула подругу с облегченным вздохом, - Испугала меня! Я чего уже только не придумала в своей голове! Завтра будет больнее, чем сегодня, будь готова к этому. Адреналин стихнет и эйфория пройдет, а следов на теле станет еще больше. У меня есть чудо-мазь, будем мазать ею, и через пару дней все заживет.

- Я правда в порядке. Не переживай.

Дора только покачала головой с мягкой улыбкой.

- Поверь моему опыту и не противься.

Лия только кивнула и облизнула губы, снова ощутив вкус этого сумасшедшего мужчины, о котором она никак не могла перестать думать.

Кажется, она тоже становилась сумасшедшей.

- Хочешь поговорить о том, что происходило у вас?

Мягко и осторожно Дора коснулась руки Лии, потому что понимала слишком хорошо, что не всегда есть силы и правильные слова, чтобы описать свое состояние после секса с совершенно незнакомым мужчиной.

Да, иногда эти мужчины могут быть симпатичными и вполне себе хорошими.

Но, судя по тому, что Дора слышала о том мужчине, что приходил только к Лие - его невозможно было назвать нормальным.

Парни их охраны его так и называли - зверь.

Никто до сих пор не знал его имени или хоть каких-то фактов из биографии.

- Давай просто будем спать?

- Конечно, девочка моя. Я буду рядом с тобой столько, сколько ты захочешь.

Лия с благодарностью кивнула и прикрыла глаза, ощущая себя странно, но уютно.

Ей нравилось, что она была не одна в этой тишине и полумраке комнаты.

Девушки даже не заметили, как уснули, крепко обнявшись.

Никто им не мешал, никто их не будил.

Только Камила заглянула спустя несколько часов уставшая после долгого напряженного разговора и тяжелых мыслей о том, что вокруг ее мира сгущались тучи, противостоять которым ее сил не хватало. Увидев девушек, мирно спящих на одной кровати и под одним пледом, она устало улыбнулась и снова пообещала себе самой, что пойдет на любые риски, чтобы ее девочки всегда могли вот так же спать и не бояться ничего. И никого.

Даже если ради этого ей придется принимать страшные решения, которые тяжким грехом лягут на ее душу.

Лия проснулась в обед на следующий день оттого, что ее желудок призывно урчал и требовал еды, аромат которой уже витал по особняку и пробуждал всем терпким свежесваренным кофе.

Многие из девушек еще спали после трудовой ночи, но те, что были на кухне радостно улыбались и подмигивали смущенной Лие, словно теперь она вступила в их закрытый клуб, где все понимали друг друга и поддерживали.

К счастью никто не задавал никаких вопросов, а потому скоро она расслабилась и снова жизнь потекла в обычном русле.

Все было как всегда.

Вот только Лия никак не могла выбросить из головы психа.

Его слова.

Его голос.

Его прикосновения.

Впервые дни до новой встречи тянулись просто бесконечно, и каждый день Лия то корила себя за то, что ждет этой встречи, то забывалась и начинала мечтать о том, как же она пройдет в этот раз и изменится ли что-то в отношении к ней.

- Мне это не нравится, - пожаловалась как-то Лия своей подруге, когда та в очередной раз заглянула к ней вечером и девушки лежали в обнимку на кровати, - Я не хочу думать о нем.

- Не хочешь, но думаешь?

- Да.

Дора как всегда мягко улыбнулась и понимающе кивнула белокурой головой.

- Свои привязанности очень сложно контролировать. Они возникают сами по себе, и порой это не поддается каким-либо объяснениям. И тем более логике.

- Он знает обо мне очень много. Я чувствую это.

- Тебя это пугает?

Лия пожала плечами, стараясь сделать это небрежно, хотя на душе было неспокойно.

- Возможно. Он сказал, что придет время, когда я все узнаю.

- Значит, так оно и будет.

- Думаешь, этому психу можно доверять?

Дора кивнула. И сделала это на полном серьезе.

- Да. Он странный, но он защищает тебя и не причиняет вреда. А это очень важно.

В тот день, когда псих должен был прийти снова, Лия подскочила раньше обычного и весь день не могла найти себе занятие, чтобы унять нервную дрожь предвкушения.

Она помылась несколько раз за день.

Приготовила для всех девочек завтрак и обед.

Тщательно убралась в своей комнате.

Но при этом время дотикало только до обеда, и вечер казался недосягаемым и далеким.

В этот раз Лия знала наверняка, что шампанское больше не понадобится.

Ей хотелось ощутить полноту и глубину всех эмоций без дополнительной помощи.

Она знала, что у них всё получится и будет еще лучше, чем в прошлый раз.

За пару часов до намеченной и уже привычной встречи Лия оделась и принялась ходить от стены до стены воображая себе, как будет проходить их встреча в этот раз.

Интересно, он накинется на нее сразу с порога? Или снова будет массаж или какие-то приятности?

А может он выполнит свое неожиданное обещание и споет для неё?

Лия вздрогнула, погруженная в свои сладостные мысли, когда дверь неожиданно приоткрылась и в неё заглянула Камила.

От девушки не укрылась, что хозяйка заведения выглядела бледнее обычного и под ее красивыми глазами явно залегли темные круги.

- Прости, я стучалась, но ты не отвечала, поэтому я решила заглянуть, - проговорила женщина, на что Лия смущенно улыбнулась, боясь, что женщина поймет, что она слишком много думала об этом мужчине, с которым должна была встретиться с минуты на минуту, - Я могу войти?

- Да, конечно. Кажется, я задумалась, извини.

На это Камила ничего не ответила, но вошла и осторожно присела на край кровати.

Невозможно было не заметить, что женщина была скованной и явно встревоженной, хотя умело пыталась скрывать эти эмоции за обычной маской полного покоя.

Она ничего не говорила, только смотрела на Лию.

Смотрела пару минут, до тех пор, пока девушка не приподняла бровки:

- Что-то не так?

- Ты выглядишь иначе.

- И как же?

Камила склонила голову к плечу, подбирая слово, а потом выдохнула:

- Взволнованной. Счастливой.

Лия поняла, что неожиданно стала краснеть, поэтому подошла к окну, якобы для того, чтобы поправить занавеску, чем, конечно же, выдала себя еще сильнее.

- Тебе кажется.

Она не увидела, как Камила улыбнулась. Устало, но понимающе.

Женщина хотела бы подойти и обнять её, но почему-то не решилась этого сделать, словно побоялась, что волнение и тьма, которые кружили в её душе смогут навредить тому хрупкому и нежному цветку, что расцветал в душе Лии сейчас.

- Я просто хотела убедиться лично, что с тобой всё в порядке, милая. Приходи ко мне в любое время, когда захочешь.

- Хорошо, спасибо, Камила.

Она ушла молча и тихо прикрыла за собой дверь, а Лие почему-то стало неловко и стыдно за то, что она доверяла Доре свои личные переживания больше, чем Камиле.

Это было как рассказывать подружке больше, чем матери.

Девушка не знала почему так происходило. Может, она боялась осуждения за то, что привязалась к мужчине, к которому не должна была испытывать ничего, кроме омерзения и ярости.

Впрочем, думать об этом сейчас Лия не могла, потому что время наконец подходило к долгожданному часу, когда они снова должны были увидеться, и сердце начинало колотиться быстрее в ожидании шагов охранников, которые всегда приходили, чтобы сопроводить ее до комнаты.

Вот только этих шагов всё не было.

А время шло вперед, заставляя к ноткам эйфории добавляться ноткам паники.

Что не так?

Ведь зверь никогда не опаздывал.

Никогда. Ни единого раза из всех тех, что были до этого дня.

Так что же могло случиться сейчас?

Может часы показывали не верное время?

Голова девушки судорожно и нервно работала, выдавая все возможные варианты того, что могло случиться, пока она успокаивала себя и повторяла как заклинание, что ничего страшного не происходит.

Всё в порядке.

Всё отлично.

Вот только в груди становилось всё больнее и больнее.

Может, всё дело было в ней?

И не смотря на все слова, зверю не понравилось быть с ней?

Или он добился своего и потерял интерес к ней теперь?

Одна мысль была хуже другой, и от них становилась тошно. И горько. Ведь в тот момент, когда она привыкла и почти раскрылась ему, зверь неожиданно пропал, оставляя после себя только боль в душе и кучу вопросов, на которые сейчас не было ответов.

И снова время тянулось бесконечно долго и сводило с ума, когда Лия не знала куда себя деть и как выбросить из головы все мысли, которые переплетались с обрывками памяти об их прошлой ночи и разбитыми надеждами на то, что между ними всё может быть еще лучше.

Спустя некоторое время, за которое запросто можно было сойти с ума, она услышала в коридоре шаги и подскочила, на секунду оглохнув оттого, как снова завелось ее сердце в ожидании ответа на свои вопросы.

Так зверь пришел или нет?

Не в силах сдерживать себя и подумать о гордости, Лия распахнула дверь, и лучик надежды прошелся тонким лезвием по венам, потому что к ней шел большой Сэм - начальник охраны, очень важный человек и очень добрый мужчина, который защищал и обнимал каждую из девушек, словно собственную дочь.

Нет, он никогда не приходил лично, чтобы отвести ее в комнату.

Обычно это делал кто-нибудь из парней.

Но и появление самого Сэма стало причиной для того, чтобы надежда вспыхнула снова и задрожала тугим комочком где-то под ребрами.

Ведь он сейчас скажет: «Идем, принцесса. Я пришел за тобой, чтобы сопроводить»?

Только вместо этого мужчина остановился и мягко улыбнулся, кивая на распахнутую дверь:

- Я могу войти, дочка?

Сердце заныло так, что задрожали кончики пальцев, и руки стали холодными от единственной мысли - он не пришел. Точка.

Дальше можно было начинать медленно и уверенно сходить с ума.

Обвинять себя.

Корить его.

Делать хоть что-нибудь, чтобы только внутри не было так больно и горько.

- Лия?

Девушка поняла, что продолжает молча стоять посреди дороги, не впуская мужчину, и смотреть в коридор потухающим от волнения взглядом, поэтому поспешно кивнула и отступила в сторону:

- Да, конечно. Простите, я задумалась.

- Я вижу,- понятливо улыбнулся Сэм и вошел, чтобы присесть на край кровати, и дождаться, когда девушка тяжело вздохнет и закроет дверь, опустив плечи так, словно в эту секунду на них опустилась вся тяжесть мира.

Мужчина пришел в этот особняк много лет назад, в тот самый день, когда Камила открыла его, и отделилась от своей матери, чтобы защищать девушек, а не быть их наказанием.

Это уже давно была не работа, а часть его жизни.

Сэм знал историю жизни каждой из девушек до того, как они попадали сюда.

Знал, что каждая из них кушает на завтрак. Их страхи и радости. Все перенесенные болезни и аллергии. Знал, чем живет каждая из девочек, о чем мечтает и к чему стремится, потому что здесь не было проходящих или лишних.

Здесь все были свои. Как одна странная и большая, но дружная семья.

Мужчина никогда не осуждал их за работу и образ жизни, потому что давно понял одну простую истину - если мужику не дать то, что он хочет какой бы извращенной не была его фантазия – он все равно сделает это только больно, незаконно и сломав чью-то жизнь под корень.

Да, возможно его найдут и посадят.

Вот только загубленную жизнь и психику уже будет не восстановить никогда.

Одного он только так и не смог понять за эти годы - как девушки часто умудрялись откровенно влюбляться в этих маньяков?

Вот как сейчас.

Ведь Лия была нежная, как цветочек.

У нее взгляд был чистый и открытый, и не важно, что она помнила, а что нет - ее отзывчивая душа и пытливый ум никак не изменились.

Она ведь на его глазах росла и всегда поражала своей нежностью.

Да и какой она могла вырасти, если ее все любили и в буквальном смысле носили на руках?

Девочка ведь никогда не знала боли, обид или унижений.

Для всех здесь она была принцессой.

И как эта нежная душа смогла привязаться к этому ненормальному, который определенно и точно знал, как ломать кости и причинять боль так, чтоб люди это надолго запомнили?

Сэм с молодости был профессиональным спортсменом и поэтом служил элитных войсках, а потому мог представить, на что именно был способен этот тип, какой силой и навыками обладал.

Можно было даже больше сказать - этот ненормальный был настолько силен и подготовлен, что это вводило в ступор даже самого Сэма, который за свою жизнь много кого видел и из спорта, и из бандитов.

Но видимо не зря говорят, что противоположности притягиваются.

Вот эти двое притянулись совершенно неожиданно и пока необъяснимо.

И ждать от этого беды или радости Сэм пока не знал.

Он предпочитал наблюдать и делать выводы.

А выводы на данный момент были очень неоднозначные!

- Выглядишь расстроенной, дочка.

- Вовсе нет, - быстро отозвалась Лия и села на край кровати с другой стороны, напряженно выпрямив спину.

Сэм долго смотрел на ее бледное красивое личико и всё думал о том, что делает, и правильно ли он поступает.

Он ведь привык проверять всех людей и всю информацию, но всё, что было связано с этим мужиком, было словно покрыто густым холодным туманом.

Впервые за свою практику и наличие связей в госструктурах Сэм не смог узнать об этом человеке ровным счетом ничего.

А еще Сэм был не силен в разговорах, поэтому молча достал из кармана своего пиджака конверт, туго набитый деньгами, и положил его рядом с девушкой.

- Что это?

- Это от него.

- От зверя?

- Да.

Лия смотрела на конверт и совершенно не знала, что теперь думать.

Это что? И как можно было воспринимать этот жест?

К счастью, мысли девушки не успели разогнаться и напридумывать такое, что стало бы еще хуже, потому что мужчина заговорил:

- Он приносил эти деньги постепенно. Каждый раз, когда приходил, чтобы встретиться с тобой, дочка. Часть положенных денег он отдавал Камиле, а эти лично мне в руки. Видимо так, чтобы никто ничего не знал.

Лия медленно моргнула, по-прежнему мало что понимая.

- Но зачем?

Мужчина неопределенно пожал плечами, но ответил:

- Он сказал, что возможно однажды ты захочешь уйти из этого места, и для этого у тебя должны быть все возможности.

Вот теперь она точно не знала, что должна была думать обо всем этом!

- Он сказал что-то еще?

- Нет, дочка.

Сэм помолчал, словно не был уверен в том, стоит ли говорить дальше, но видимо не сдержался.

- Это не мое дело, дорогая, и не мне давать тебе советы, но я хочу, чтобы ты отчетливо понимала, что этот мужчина может быть очень опасен.

- Я понимаю, - устало и даже как-то обреченно отозвалась девушка.

Она действительно понимала, что Сэм может сказать многое о звере.

И, может, это было правильно.

Может, послушав его, ее сердце и горящая душа успокоилась бы хоть немного.

Но сейчас Лия ничего не хотела слушать и не хотела говорить.

Девушка просто хотела остаться одна со своими мыслями и ноющей дырой в груди.

К счастью, Сэм это понял.

Он скованно кивнул и проглотил явно подготовленную заранее речь про психа.

Об одном только Лия не подозревала и не могла себе представить - Сэм не стал бы отговаривать ее от отношений со зверем.

Напротив, сказал бы, что рядом с ним она всегда будет под такой опекой и защитой, которую едва ли другие смогут понять. А он мог.

Мужчина показывает свое отношение к женщине не словами, а поступками.

А этот ненормальный каким бы не был странным и – что уж там скрывать! - пугающим, а о девушке он заботился по-настоящему.

Молчаливо, маниакально, скрупулезно.

Это было важнее любых слов о любви.

И ценность этих поступков Сэм понимал как никто другой.

Он не знал где именно этот псих брал столько денег - крал, убивал из-за них, или на самом деле выполнял очень высокооплачиваемую работу вроде наемного убийцы – но то, что он был готов делать это ради Лии и ее свободы – говорило слишком о многом.

- Я пойду, дочка. Работа только началась.

- Да. Хорошо.

Мужчина не удержался и приобнял ее, потому что отчетливо видел, как изменилось ее красивое личико за эти пару минут, буквально потеряв все краски жизни.

Она переживала по-настоящему.

И по-настоящему влюбилась, хотя наверное сама еще этого не понимала.

Сэм надеялся только на одно - что зверь не пропадет бесследно и не разобьет сердце малышки, которое открылось для него против логики и понимания.

Лия прикусила язык, чтобы не позволить себе спросить придет ли зверь сегодня и знает ли Сэм что-нибудь об этом.

Пусть не приходит!

Пусть пропадет пропадом!

Она наконец начнет жить спокойной привычной жизнью без этого озабоченного извращенца!

Лия не притронулась к конверту.

Она еще долго ходила по комнате без дела и всё продолжала себя убеждать в том, что ей нет дела до того, куда пропал этот чертов зверь.

Жаль только что никакие убеждения не помогали.

В груди было так больно, словно сломали все ребра разом, а она продолжала упрямо дышать и никак не умирала.

Лия не знала были ли в ее прошлой жизни такие тяжелые ночи, когда от своей боли и мыслей некуда было спрятаться, но надеялась, что эта ночь закончится и с приходом нового дня станет легче.

Нет.

Не стало.

Она переоделась в свободную пижаму лишь когда взошло солнце, и в темной комнате стало светло, а на душе темнее, чем было ночью.

Зверь так и не пришел.

И с собой забрал покой, сон и сердце.

На какой черт ей были нужны эти деньги?!

Словно откуп за то, что он ушел и ничего не объяснил!

Не в силах найти покой, Лия с брезгливостью откинула от себя этот конверт и выдохнула с дрожью.

Боже, какая же она дура…и как же это было страшно вот так привязаться к человеку, о котором не знаешь ровным счетом ничего – ни имени, ни телефона, ни возраста - ни единой зацепки за то, что относилось бы к его жизни.

С этими мыслями девушка промучилась еще один день без сна, покоя и еды.

Не смогла помочь даже Дора, когда заглянула следующим вечером, чтобы обнять свою бледную подавленную подругу, которой было настолько плохо, что она не могла говорить.

Адреналин в крови был горький, словно яд, и болезненный.

Он не позволял расслабиться и не опускал мысли девушки ни на секунду.

Голова Лии всё работала и работала, выдавая один вариант за другим, пока в какой-то момент не нахлынула паника - а что, если с ним что-то случилось?

А что, если зверь попал в беду и поэтому не пришел?

К счастью Сэм был на кухне и один, когда Лия заглянула туда в поисках начальника охраны, который мог найти кого угодно.

- Что такое, дочка? - тут же поднял голову добрый мужчина и девушке показалось, что он наверняка знает о чем она собирается его попросить, наплевав на собственную гордость и унижение, если окажется, что зверь не пришел по своей воле. Просто не захотел это сделать.

- Найди его, пожалуйста.

Уголки губ мужчины чуть не дрогнули в понятливой улыбке, но он сдержался и кивнул на полном серьезе:

- Уже работаем над этим, милая. Что бы там не было, мы узнаем где он.

Это было неожиданно, а потому еще более приятно.

Лия не подумала о том, что Сэм мог искать зверя совсем по другой причине.

Сейчас для нее было главным лишь одно - услышать, что с ним всё хорошо.

Как же оказывается страшно в век технологий остаться без связи с тем, кто оказался так чертовски дорог.

Девушка не была уверена, что у зверя мог быть телефон.

Но если бы был – он бы сказал ей свой номер и дал возможность связываться хоть иногда, в случае вот такой необходимости?

Видимо, мысль о том, что большой Сэм на ее стороне, подарила душе хоть немного успокоения. Или усталость душевная и физическая дала о себе знать, потому что Лия ощутила такую разбитость и тяжесть, что с трудом донесла собственное тело до комнаты и кровати, где уснула быстро и крепко-крепко.

Лия не смогла бы сказать сколько она спала, но когда услышала какие-то голоса, то сначала не обратила на это никакого внимания.

Её не смутило то, что кто-то оказался в ее комнате без спроса - слишком сильно хотелось спать.

Но от всхлипа у самого своего уха она в буквальном смысле подскочила, даже сквозь липкий сон понимая, что рядом с ней плачет Дора.

- Тссссс! Не шевелись! Лежи тихо! На нас напали!

Кто напал и для чего напал были вопросами из разряда риторических, потому что узнать ответы на них пока не было никакой возможности.

И в первую секунду просто хотелось ошарашено спросить - ты ведь это не серьезно?

Но стоило только увидеть перед собой бледное и перекошенное от сдерживаемых рыданий лицо Доры, как сразу становилось ясно, что серьезно. Еще как серьезно.

Остатки сна прошли мгновенно, но в голове было как-то поразительно пусто и сумбурно.

Мысли носились, но результата от этого не было.

Лия просто лежала и смотрела на свою перепуганную подругу, пока не в состоянии понять, что же в этой ситуации делать дальше.

Лишь когда девушка отчетливо услышала резкие пронзительные хлопки и сообразила, что это выстрелы – тело обдало сначала жаром, а потом бросило в колючий холод.

Вот черт!

А ведь и правда всё было куда серьезнее и страшнее, чем она могла бы себе просто представить!

В коридоре послышался истеричный плач девушек и топот босых ног, но к счастью мужские голоса были очень даже знакомые.

- Девочки, на выход.

Дверь хоть и распахнулась, но не грохотала, а в проеме появился сосредоточенный мужчина из охраны. С оружием в руках.

- Не паникуем. Действуем быстро и слушаем меня.

Он не был испуган, и это очень помогало внутренне собраться и поверить каждому слову.

Лия зашевелилась первой, поспешно отцепляя от себя дрожащие руки перепуганной и заплаканной Доры, и подтолкнула ее двигаться тоже, потому что подруга лежала с краю на кровати.

Но Дора так дрожала, что кажется просто не понимала ни одного сказанного слова.

Она была в панике и эти эмоции отключали разум.

Пришлось действовать иначе.

Лия перелезла быстро и на удивление ловко через подругу, а затем потянула ее за руки вслед за собой, насильно заставляя подняться на дрожащие ноги.

- Давай, девочка! Нам пора идти!

Дора судорожно всхлипнула, но все таки зашевелилась, глядя своими огромными голубыми глазищами, где было столько страха, что Лия старалась не смотреть в них, чтобы не запаниковать самой.

В коридоре были другие девушки.

Такие же перепуганные, бледные и большинство в пижамах, потому что ранним утром их т рудовые будни только заканчивались и все ложились спать.

Те, кто напал сейчас, очевидно знали это.

- Двигайтесь по коридору прямо. Все заходите в последнюю комнату и закройтесь изнутри.

Четко и громко проговорил охранник, чтобы это услышали все девушки, которые чуть ли не гуськом двигались вперед, стараясь не рыдать.

Лия тянула Дору за собой, не оборачиваясь, но по спине вдруг забегали жуткие колючие мурашки, когда охранник смачно выругался, и звуки выстрелов оглушили.

Потому что раздались слишком близко.

Прямо здесь.

В коридоре.

- Быстро все в комнату! Быстро!

Лия рванула вперед, что было силы, буквально волоча за собой Дору, которая разрыдалась и в буквальном смысле повалилась на колени, сдирая их о пол.

Охранник дрался с кем-то.

Жестоко. На смерть.

Он не пускал нападающих к девушкам, выигрывая секунды, вырывая их кровавыми руками, чтобы спасти жизни, и сердце Лии заколотилось, когда она резко выкрикнула:

- Бегом в комнату!

Девушка не знала откуда в ней появились силы и эта сталь в голосе, когда она почти зашвырнула онемевшую от ужаса Дору в нужную комнату, распахнув дверь так, что она с грохотом шарахнулась о стену.

- Бегом!

Лия понимала, что время идет на секунды и медлить сейчас подобно смерти.

Это стало окончательно ясно, когда она обернулась назад и увидела истекающего кровью охранника, который прислонился к стене, держась за бок, откуда хлестала кровь.

Рядом с ним лежал какой-то тип в черном костюме и в маске.

Без движения.

Очевидно, уже мертвый.

Второго раунда охранник просто не выдержит.

А то, что нападающих было много, сомнений не возникало, потому что стрельба не прекращалась, и - что хуже всего - приближалась с каждой минутой все сильнее и сильнее.

Кто-то из девушек начал рыдать в голос, кто-то шикал на них и говорил молчать, а Лия поспешно запихивала всех в комнату, понимая, что ей кто-то помогает из девушек.

- Ты куда?! - взвизгнула она, когда Лия кинулась назад, к охраннику, который кажется начал терять сознание от потери крови.

- Оставим его здесь умирать? - обернулась она на черноволосую девушку, единственную кто сохранял ясность ума и не впадал в панику, на что та поджала губы, заметалась, но в последний момент вылетела из комнаты вслед за Лией, чтобы помочь ей.

- Разве вы не слышали, что я вам сказал? - слабо сопротивлялся охранник, чьи глаза начинали закатываться, когда девушки вцепились в него вдвоем, прилагая все свои силы, чтобы заволочь как можно быстрее по коридору в комнату, - Закройтесь и сидите тихо, пока вам не скажут выходить!

- Помолчи уже, пока все кишки не растерял по полу! - шикнула на него девушка, покрываясь холодным потом оттого, что это оказалось непростым делом, а выстрелы и крики дерущихся мужчин снова становились ближе.

- Помогайте! – крикнула Лия, ощущая, как дрожат ее руки от напряжения, но никто больше не пришел на помощь, а на полу коридора осталась широкая кровавая дорожка, словно было нарисовано жирным маркером куда идти, и где их искать.

Но и к черту!

Она все равно не смогла бы оставить его умирать одного.

Было жуткое ощущение, что время тянется бесконечно или застыло на одной истерично дрожащей ноте, когда они все таки смогла заволочь мужчину в комнату и дверь наконец захлопнулась с громким щелчком.

Вот только ощущения того, что они в безопасности совсем не было.

- У нас тут есть медики? - выдохнула Лия, глядя на бедного стремительного белеющего охранника, который лежал у стены в том положении, в котором девушки его заволокли.

- Ты шутишь?

- Он умрет, если мы не остановим кровь.

- Не факт, что он и так выживет, - пробурчала черноволосая девушка, но своего страха и сейчас не показала, чем Лие очень понравилась, - Нужно зажать рану чем-нибудь и как можно сильнее. А еще лучше вызвать скорую.

- И полицию! - всхлипнула тонко одна из девушек, а Лию как ошпарило.

Ну конечно!

Как она сама до этого не додумалась!

- Телефон у кого-нибудь есть?!

- Вот!

Первый робкий лучик надежды опалил вены так, что стало тяжело дышать, когда Лия кинулась вперед и забрала из дрожащей руки одной из девушек сотовый телефон.

В комнате стояла такая тишина, что можно было посчитать каждый удар сердца каждой из девушек, пока все напряженно и не моргая наблюдали, как Лия быстро набрала три заветные цифры и четко проговорила:

- Наш дом подвергся вооруженному нападению! Пожалуйста помогите!

Голос в ответ не выражал совершенно никаких эмоций.

Прям как голос зверя, о котором подумала Лия и даже в эту страшную секунду ее сердце снова защемило.

- Уточните что именно произошло.

- Происходит именно сейчас! У нас в доме бегают вооруженные мужчины в масках на лице! - довольно резко отозвалась Лия, потому что искренне считала, что в первую же секунду после ее слов должны были выслать помощь, а не задавать вопросы.

- У нас тут человек ранен и истекает кровью! Этого достаточно, чтобы принять какие-то меры?

- Вы можете сказать сколько именно нападающих?

Да что ж такое-то!

- Не знаю. Но явно больше пяти!

- Подскажите ваш адрес.

С этого и надо было начинать черт побери!

Девушка быстро и нервно продиктовала адрес, все это врем неотрывно глядя на то, как тяжело дышит охранник и с какой силой прижимает к его ране свою ладонь отважная помощница, не позволяя крови вытечь еще сильнее.

Время шло на секунды.

Даже небольшое промедление могло стоить жизни и огромного горя для какой-то семьи.

Неужели этого не понимали бравые сотрудники полиции?

Странно, что после адреса в телефоне стало тихо, а затем раздались короткие гудки.

Разве так должно быть?

Лия нахмурилась, стараясь понять, что делать дальше.

Ведь их вызов зафикисровали? И сейчас же отправили подмогу?

Через несколько минут нужно было ждать полицейских, которые приедут, чтобы спасти девушек и угомонить этих странных типов, которые решили для чего-то напасть?

Заговорить об этом вслух Лия не решилась, потому что видела бледных перепуганных девушек и не могла себе позволить испугать их еще сильнее.

Да, ей тоже было очень страшно.

Но почему-то в этой ситуации внутри, словно что-то мобилизировалось и собралось, заставляя быстрее думать, двигаться и принимать решения. Заставляя быть жестче и увереннее.

Девушка и не знала, что может быть такой.

- Что сказали полицейские? - вскинула на Лию голову черноволосая помощница, глядя твердо и можно было даже сказать совсем не испуганно. Она словно была готова подобному, а потому выглядела максимально собранной, рациональной и надежной.

- Ничего конкретного. Может, связь прервалась. Я не успела понять.

Девушка на миг нахмурилась, а потом сдержанно выдохнула:

- Они не придут.

- Как это?

- Вот так просто. Ты же знаешь, как люди к нам относятся. Им будет только на руку, если с нами что-то случится и ненавистный публичный дом закроется раз и навсегда.

От этих слов вдоль позвоночника прошел колючий холодок.

- Полицейские должны быть выше этого.

-Должны быть. Но вряд ли будут.

Кто-то из девушек снова жалобно всхлипнул, и Лия поджала губы, стараясь не верить в то, что услышала, хотя что-то внутри нее говорило, что так оно и будет на самом деле.

- Оставление в опасности – это уголовная статья.

Девушка только фыркнула в ответ:

- Я тебя умоляю! Никто потом просто не докажет, что мы звонили. Да и кому это будет нужно, если нас всех перебьют.

Конечно же, этот разговор слышали все, и кто-то из девушек тут же надрывно зарыдал.

- Прекрати! Мы выберемся из этой передряги! - шикнула Лия, пока ее мозг отчаянно работал пытаясь отыскать хоть какие-то пути решения, хотя на душе было погано, потому что головой она понимала, что девушка права.

Да, рубит правду жестко и никого не жалеет, но она была права.

Никому были не нужны они.

Люди в городе только выдохнут с облегчением, когда услышат, что их всех перебили.

Словно в подтверждение этого снова раздались сначала единичные выстрелы, а затем и вовсе явно из автомата.

Рыдающих девушек стало в разы больше, а Лия поджала губы, кинувшись к окну.

Она знала только одного человека, который мог им помочь.

Тот, кто был гораздо сильнее полиции и страшнее самих нападающих.

Распахнув створку окна, Лия набрала как можно больше воздуха в легкие и громко закричала:

- Зве-е-е-е-е-рь!