Бракованный

Глава 14

Борзый уже не помнил, когда в последний раз был такой злой.

Настолько злой, что в глотку не лезло ни кофе, ни вода, ни чертов воздух, отчего казалось, что легкие просто горят внутри.

Он не спал всю ночь.

Как полный псих ходил от стены до стены, пока кровь внутри пульсировала от переизбытка адреналина с такой скоростью, что в голове гудело.

Было ощущение, что он упал в котел с энергетиком и нахлебался этой жижи настолько, что переизбыток энергии шел от каждого волоска на теле.

И всё это почему?

От гребаной обиды!

Из-за этой чертовой девчонки, которая плевать на него хотела!

А он-то реально был готов залезть под пули ради неё.

Чтобы только она увидела в нем настоящего героя, и рассмотрела наконец какого мужика не видела всё это время.

Он бы хотел, чтобы Лия смотрела на него таким же взглядом, как на этого огромного бородатого мужика, который взялся не пойми откуда.

Будь он сотни раз проклят!

До этого момента Борзый считал, что мужики явно преувеличивают, когда говорят, что у Лии на самом деле появился некий постоянный клиент, которого она обслуживает по своей воле.

Да, на душе скребли кошки, но когда он увидел ее в день вручения повестки для Камилы, то едва ли поверил в слухи.

Просто вид у этой девушки был настолько чистый и незапятнанный, что он бы скорее перестал общаться с целым городом, чем поверил в то, что Лия стала шлюхой как остальные девушки в том особняке.

В этом и была проблема. Тотальная и сбивающая с толка - Лия всегда выглядела хрупкой, нежной и чистой. С открытым прямым взглядом, словно у ребенка.

Он не видел и не чувствовал в ней фальши или лжи.

Не было в ней и того, что он видел отчетливо в других девушках.

Не распущенности или вульгарности, а скорее желания нравится мужчинам и лишний раз обращать на себя внимания.

Она была скромная и спокойная.

И это не было маской.

Борзый в людях никогда не ошибался, потому что работа была такая. Да и внутреннее чутье никогда еще не подводило.

А потом он увидел их вместе.

И мир раскололся.

Потому что невозможно было не заметить с каким восторгом она смотрит на него. Как искренне она радовалась, и как Лия не отводила взгляд от этого мужлана, словно не видела его кровожадности и жестокости по отношению ко всем.

Да он был профессиональным убийцей!

Самым настоящим головорезом.

Такие убивают не ради денег, а потому что им это дело нравилось.

Такие мужчины и в сексе были извращенцами и маньяками.

Но ведь Лия с ним спала.

На самом деле спала и не испытывала отвращения.

Это Борзый тоже понял, стояло только увидеть их взгляды, направленные друг на друга.

Вчера его мир не просто рухнул, а он горел в адском пламени, превращая его самого в безумца.

Сначала мужчина пытался себя успокоить, но через пару часов хождения от стены до стены, словно зверь в клетке он понял, что ему помогут только кардинальные меры.

Безумные и неоправданные.

И плевать на сломанную руку.

Его так штырило, что под гипсом он впервые не чувствовал боли. Потому что когда болит душа - всё остальное уже не важно.

Сегодня у него была назначена официальная встреч с Камилой в полицейском участке, и только поэтому он пришел на работу.

Коллеги издалека видели, что Борзый явно не в себе, поэтому в его кабинет никто не заходил даже с обычным предложением выпить кофе и закусить это дело сладким пончиком, как было всегда по заведенной традиции.

И Камила пришла.

Пунктуальная до секунды.

Она шла к нему в кабинет по коридору и все, кто видел ее, оборачивались.

Все. И мужчины, и женщины.

Они смотрели с завистью, ненавистью, потаенным темным желанием трахнуть такую кралю хоть разок, чтобы запомнить этот день на всю жизнь.

Но никто не оставался равнодушным.

Камила не выглядела вульгарной.

Напротив, шикарная, словно королева своего насквозь продажного царства, она шагала на высокой шпильке дорогущих туфлей, гордая и величественная, словно эти взгляды делали ее еще сильнее.

Борзый точно знал, что под этим строгим деловым костюмом, который облегал ее стройное тело, точно было очень красивое кружевное белье.

Откуда он знал?

Чутье так подсказывало.

А еще он точно знал, что за хрупкими плечами этой красивой и мудрой не по годам женщины было столько, что всему полицейскому отделению даже не снилось в страшных снах.

Про заведение Камилы в народе много что говорили омерзительного и грязного, но Борзов понимал, что эти слухи на ровном месте не берутся.

Да, конечно, многое было явно преувеличено и выдумано, но были истории, от которых кровь стыла в жилах даже у прожженного опытом полицейского, вроде самого Борзова.

Например о том, что Камилу продавала мужчинам собственная мать с малолетнего возраста.

Она не была из разряда тех, кого называют элитными девочками по вызову, и говорили, что не отличалась красотой и чистоплотностью, готовая ублажать кого угодно и за сколько угодно, лишь бы ей платили деньги.

Кто был отцом Камилы едва ли она сама знала.

Но дочка родилась хорошенькая, словно картинка, и мать быстро увидела, что ее клиенты стали заглядываться на девочку.

Жуткая история. Омерзительная.

Но что-то внутри Борзова всегда подсказывало что было правдой, а что ложью.

Называй это инстинктом или внутренним голосом, но этой штуке Борзов доверял, потому что она никогда не ошибалась.

И сейчас он знал, что этой шикарной стройной женщине с холодным умным взглядом прошлось в своей жизни пройти через такое, что другим было просто не пережить и за десяток жизней.

Нервы у Камилы были явно стальные, потому что выглядеть, словно королева, и не показывать даже вида, что было в ее прошлом – это нужно было уметь!

Она вызывала у Борзова только уважение и наверное даже восхищение тем, что никакие сложности ее не могли сломать.

Ведь еще вчера все ее девочки и она сама были на волосок от смерти. Еще вчера мир мог разделиться на страшное ДО и ПОСЛЕ, а уже сегодня она выглядела все так же холодно и величественно как всегда, заставляя оборачиваться себе вслед каждого, кто ее видел.

- Доброго утра, - проговорила женщина, останавливаясь у стола Борзова, и он поднялся, жестом указывая на единственный стул в его кабинете, который стоял прямо напротив его через письменный стол.

- Прошу, присаживайтесь.

Утро для него было ни хрена не добрым!

И он уже понимал, что добрым не будет и день, и вечер, и тем более ночь.

Борзый в принципе не представлял, что в его чертовой жизни теперь может быть хоть капельку добрым, потому что всё катилось куда-то в самый ад!

А ведь еще вчера еще была надежда на то, что Лия увидит в нем своего защитника и просто хорошего парня, на которого можно было бы обратить внимание.

Как же быстро и жестко все могло измениться.

Камила села на стул, словно это был трон, закинув изящную ногу на ногу в лучших традициях Шэрон Стоун, и обратила мудрый, чуть уставший, но пытливый взгляд на Борзова.

Ему казалось, что женщина видит его насквозь. И не ошибался в этом.

Она точно знала, что Лия давно не дает покоя этому полицейскому.

Но если раньше он присматривался и не переходил черту, то сейчас в его глазах разгорался плохой огонь, который сжигал изнутри, и толкал на дурные мысли и поступки.

Камила хотела понять, на что способен Борзов в своей ревности.

Для этого она пришла.

И теперь видела, что дела совсем плохо.

На своем веку она видела достаточно одержимых мужчин.

Некоторых можно было смело назвать маньяками.

И Борзов был готов переступить черту, к которой нормальный здравомыслящий человек никогда не подойдет. Сейчас его нужно было выслушать и попытаться понять. Не наиграно, а по-настоящему. Проникнуться его черной болью и злобой на девушку, которая выбрала другого - не такого хорошего, как Борзов по его мнению.

Такая черная боль ломала судьбы.

Нельзя было, чтобы это коснулось Лию сейчас, когда ее глаза горели настоящим счастьем и желанием жить. Впервые за долгие мучительные месяцы, когда она открыла глаза и не узнала никого вокруг.

- Полагаю, вы хотели поговорить о Лие, - начала Камила как всегда деликатно и спокойно, но без лишней воды, которая могла только раздражать.

Борзов заметно дернулся, словно имя девушки било током.

- Верно полагаете.

Мужчина поджал губы, потому что наружу рвалось слишком много, но пока он отчаянно сдерживал себя.

- Боюсь, что я рассказала вам всё, что знаю в прошлые допросы. Никакой новой информации не добавилось.

- Вы говорили, что Лия была девственницей до пропажи и не являлась….работницей в вашем заведении!

Камила даже бровью не повела, спокойно кивнув в ответ:

- Я говорила правду.

- Тогда как она стала ублажать того мужчину? Бородоча.

Голос Борзового изменился, зазвенев яростью и истеричными нотками, когда речь зашла о том, что его задевало слишком глубоко.

- Когда этот мужчина пришел к нам в клуб, он заявил, что хочет именно Лию. Возможно, он видел ее где-то. По-другому я не могу объяснить его желание быть только с ней.

Борзов нахмурился, тут же переваривая информацию.

- И Лия согласилась?

- Да.

Камила не стала говорить, что это было не без шантажа со стороны бородача.

Как и то, что она пыталась убить его, чтобы защитить свою девочку.

Просто сейчас это было уже не важно.

Камила видела счастливые глаза своей Лии, когда Бородач появился в самый трудный и страшный момент их жизни, и понимала, что именно в нём она нашла свое счастье.

Да, пусть он был странным и пугающим, но ради Лии он был готов убивать - а это было ценно и важно.

Борзов же недовольно поджал губы, сверля женщину тяжелым взглядом.

Если Лия согласилась на связь так легко, то чем она была лучше шлюх, рядом с которыми жила?

И разве это не было главной причиной, по которой ее нужно было выкинуть из головы и сердца?

Проблема была в том, что внутри истерично и злобно билась тонким пульсом только одна мысль - если она не будет его, то она не достанется больше никому.

- Я знаю, что сейчас это прозвучит грубо и обидит вас, но, поверьте моему опыту - пройдет время, и вы встретите девушку, которая залечит все ваши раны и станет той самой половинкой, о которой все мечтают. Лия не ваша. И вашей уже не станет.

Камила говорила мягко и выглядела такой понимающей и мудрой, что хотелось заорать и перевернуть стол.

На лице Борзова появилась злобная циничная улыбка.

- О какой такой любви мне может говорить женщина, которая с малолетства была шлюхой?

Камила не изменилась в лице, и в душе ничего не дрогнуло.

Ей и не такое говорили, и не так оскорбляли, пытаясь задеть за живое.

Она понимала, что когда человеку больно и горько, то он хочет сделать больно другим.

Ничего личного. Всего лишь психология.

А еще говорят, что обиженные и брошенные женщины способны на месть и страшные поступки.

Нет, обида недооцененных мужчин куда страшнее и сильнее.

Потому что в своем стремлении обидеть они становятся похожи на маленьких надутых детей, но к сожалению сила уже мужская и мысли шальные, а от этого и начинались все проблемы.

- Для любви нет критерия хороший человек или плохой. Всех любят. Рано или поздно, - все так же спокойно и мягко отозвалась Камила, словно совсем не замечала, что Борзов не хочет слушать то, о чем она говорит, - Иногда достаточно сбросить пелену с глаз и обернуться. Порой в нашем окружении есть люди, которые смотрят на нас по-особенному, но мы это не видим, погруженные в мысли о других, кому мы не нужны.

Женщина говорила очень мудрые и правильные вещи.

И Борзов понял бы это и даже согласился, если бы в его груди так не рокотало сейчас, и не было так гадко.

Его отвергли.

Предпочли другого.

Не такого хорошего.

Вероятней всего полного придурка, да еще и жутко опасного.

С подобным чувством он сталкнулся впервые и оно задело его за живое слишком сильно. Через чур.

Настолько сильно, что он сам от себя не ожидал, и поэтому не мог контролировать.

На самом деле Борзов никогда не был плохим человеком.

Он и в полицию пошел, потому что искренне хотел, чтобы в мире всё было правильно и по закону - если провинился, то будь добр, получи свое законное наказание.

Но сейчас внутри него словно поселился другой человек.

А может он был внутри всегда, но не показывал себя долгое время.

- Поверьте, вам лучше обратить внимание на других девушек…

- Я сам знаю, что мне лучше делать! - рявкнул Борзов, но Камила не изменилась в лице даже после этого.

Черт, а она была крепким орешком!

Отправь такую на зону - она построит всех самых матёрых мужиков и точно станет негласным главой у лютых бандитов! Нервы у нее были стальные, как и яйца, чего по красивой мордашке сразу было и не сказать.

Камила какое-то время смотрела во взбешенные глаза мужчины и наконец поднялась, давая понять, что продолжать общение, пока он был в таком состоянии – не было смысла.

- Мне пора.

Она даже не дождалась ответа от Борзова.

Просто вышла из кабинета своей королевской походкой от бедра, оставляя в душе еще больший горький осадок.

Глупо было думать, что Камила встанет на его сторону и хоть как-то поможет.

А ведь он даже не попытался как-то расположить ее к себе и доказать, что он куда лучше того придурка. Камила ведь была почти как мать для Лии, и наверняка ее слова имели для девушки хоть какой-то вес?

Впрочем, сейчас это было уже не важно.

В груди рокотало еще громче.

Настолько, что внутри было физически больно, словно мысли могли надламывать кости.

Такого с ним еще никогда не было.

Кажется, ему нужно было проветриться.

Освежить голову и мысли, потому что настолько кровожадными и дикими они еще никогда не были.

Было ощущение, что он был готов сейчас не просто убить, а растерзать голыми руками любого, кто посмеет подойти к нему.

К счастью, Камила уже успела уехать с парковки участка, когда Борзый вылетел во двор, не оборачиваясь на вопль верного друга Гибсона, который выбежал за ним с недоуменным криком:

- Борзый, ты куда? У нас же планёрка через десять минут!

Сейчас Борзова не могло остановить ничего - даже угроза увольнения, потому что пропуск планерки в кабинете начальника приравнивался к прогулу, и мог закончиться очень плачевно.

Мужчина в прямом смысле задыхался.

Его штырило так, словно в воздухе витали наркотики, от которых с ним творилось что-то непостижимое и страшное.

Борзов запрыгнул в свой старенький джип и рванул с места, оставляя позади только Гибсона, который всплеснул руками и смотрел за другом, пока машина не скрылась из вида, прежде чем вернулся обратно в участок, сокрушенно качая головой.

Его друг сходил с ума.

И всё это из-за той девчонки.

Красивая она, да. Но разве она стоила таких страданий?

Едва ли Борзов смог бы ответить на этот вопрос.

Он просто несся вперед с мыслью о том, что нужно куда-то бежать, чтобы только можно было начать дышать, как прежде, а не задыхаться с мыслью о том, что с его телом происходит что-то странное.

Ногу в буквальном смысле свело судорогой, когда он увидел прямо перед собой Лию.

Красивую и такую чертовски счастливую, что казалось, что следом за ней асфальт начнет покрываться благоухающими цветами.

Будь оно всё проклято!

Едва ли Борзов понимал, что творит, когда завернул руль так, что колеса противно завизжали, привлекая внимание всех, кто был на этой улице. В том числе и внимание девушки, которая нахмурилась, увидев его.

Не улыбнулась. Не обрадовалась его появлению. Чем задела еще сильнее.

Она смотрела так, словно не знала куда бежать, и этот её взгляд стал последней каплей.

Если она считала его монстром после всего, что он для нее делал, то пришло время этим монстром стать!

- Садись в машину! Быстро!

И если бы у девушки не было этой паники и какого-то омерзения в глазах, то может быть все могло бы пойти иначе.

Если бы она была смиренной, скромной, пусть и испуганной, то может Борзов бы притормозил и сам себе напомнил, что он не монстр черт побери. Что он не маньяк, который кидается на девушек, а тот, кто от этих самых маньяков защищает.

Может он бы вспомнил, что он хороший добрый парень, который всегда хотел стоять на защите порядка и прав людей, а не быть по другую сторону.

Вот только Лия будила в нем что-то темное и страшное.

Она показывала, что внутри он совсем не такой, каким пытался всю жизнь быть.

Вместо того, чтобы просто промолчать, девушка вдруг проговорила:

- Одной сломанной руки тебе не достаточно? Не боишься отправиться надолго на больничный?

Его просто накрыло.

В какой-то момент было даже ощущение, что перед глазами потемнело, словно кровь затмила собой глаза.

Какая там рука!

Если бы у Борзова была пробита голова и на пол машины стекали мозги – он бы и этого сейчас не заметил!

Внутренне его разматывало так сильно и глубоко, что мир сузился до одной только точки и одной только мысли - сделать так, чтобы этой чертовой девчонке было так же больно и паршиво, как было сейчас ему самому.

Да, ужасное решение.

Да, очень некрасивое для мужика, но думать об этом Борзов уже просто не мог.

Он кинулся вперед, сам себя не помня, и с такой скоростью, что девушка испуганно ахнула, выронив из рук пакеты, которые несла из магазина.

Что-то рассыпалось по дороге и забрякало, но Борзову было плевать.

Словно обезумивший он поймал девушку за руку, не вылезая со своего места, и рывком затянул ее в машину.

Шансов на спасение просто не было, да и силы были явно не равны.

Хлопок двери был подобен приговору, от которого становилось жутко до онемения.

Лия даже сразу не поняла, что ей было делать дальше.

Кричать и звать на помощь?

Лия окинула растерянным взглядом улицу, по которой тут же рванула машина, и увидела собственными глазами, что немногочисленные люди прекрасно видели, что происходит, но никто не попытался не то, чтобы помочь девушке, а хотя бы просто достать телефон и позвонить в полицию!

Всем было плевать.

К тому же, после последних событий было бы даже интересно, если бы кто-то попытался вступиться за нее.

Она быстрым взглядом окинула машину, чтобы понять, сможет ли как-то вырваться самостоятельно, но Борзов увидел этот взгляд и демонстративно заблокировал двери, не сбавляя при этом скорости.

Так, ловушка захлопнулась.

Все было чертовски плохо!

Лия вжалась в сиденье, с дрожью подумав о том, что рядом с обезумившим Борзовым ей было куда страшнее, чем с десятком вооруженных мужчин, которые напали на особняк вчера!

От него просто несло безумием.

И девушка старалась не думать с чем это могло быть связано, хотя нутром все прекрасно знала.

Влюбился он.

Или может это и не любовь была, а что-то болезненное и очень неправильное.

Потому что когда любишь, то ни за что не захочешь причинить вред и боль своему любимому.

Все мысли Лии были о том, как выбраться на улицу снова, чтобы закричать и позвать Зверя.

Она боялась, что в таком состоянии он не услышит.

Или, возможно, у нее будет шанс сбежать самой.

Борзов молчал, поджав губы так, что они побелели, и от этого молчания становилось еще более жутко.

Что творилось в его голове определенно лучше было не знать, но Лия все таки тихо выдохнула:

-… куда ты меня везешь?

Борзов сразу не ответил.

Смотрел на дорогу немигающим взглядом, а потом пробурчал:

- Сам не знаю. Но подальше от этого города.

- А для чего?

Зря она это спросила.

Лия это и сама поняла.

Борзов тут же взвился, словно его ошпарило. Даже лицо как-то перекосило, когда он буквально прорычал:

- А сама-то как думаешь? Для чего ты можешь мне быть нужна, если стала шлюхой, как все в вашем гребаном особняке?

- Я уже поняла, что явно не для светской прогулки на машине, - сухо отозвалась Лия, хотя снова лучше было бы молчать и не провоцировать этого ненормального.

Она точно знала, что Зверь найдет ее. И спасет.

Оставалось только понять сколько ей нужно было продержаться самой до этого момента, и как уличить момент, чтобы позвать его.

- Я никогда не хотела обижать тебя, Борзов, - тихо проговорила Лия и сделала это искренне, - И я ничего тебе не обещала. А мужчину, с которым я сплю - я его люблю.

- Замолчи!

- Я его люблю! – упрямо повторила Лия, сведя брови.

Конечно, она понимала, что ведет себя не просто глупо, а очень опасно, но все внутри нее противилось тому, чтобы соглашаться с теми обвинениями, которые выговаривал Борзов.

Да, она принадлежала своему мужчине!

И гордилась этим!

И если это кого-то не устраивало, то он мог катиться к черту со своими мыслями и своим мнением!

- Интересно за какие такие заслуги? - язвительно выплюнул Борзов, - Ты слишком глупая, чтобы увидеть, что он конченый убийца и получает кайф от крови и боли! Не боишься находиться рядом с ним?

- Не боюсь! Он единственный человек во всем мире, рядом с которым я чувствую себя в полной безопасности!

Машина понеслась с такой скоростью, что девушка ударилась затылком о сидение.

Ничего подобного Борзов слышать не хотел.

Но он не мог и подумать, что Лия окажется настолько смелой, чтобы говорить подобные слова ему в лицо.

Откуда в ней взялась эта смелость?

А ведь раньше она казалась такой тихой, можно было даже сказать, что забитой - молчала, отводила глаза, сторонилась людей. Но появился этот чертов бородатый тип и ее словно подменили.

Такая Лия Борзову точно не нравилась.

Она не вписывалась в его представление о ней, которое он успел нарисовать и облюбовать.

И за это хотелось ее наказать.

Сделать так же больно и паршиво, как было сейчас ему, по ее вине.

И если она так любила этого мужлана, то ранить ее можно было только им.

- Думаешь, ты будешь ему нужна, когда он узнает о тебе всю правду?

Лия напряглась и свела брови сильнее, отчего пропитанная ядом душа мужчины тут же довольно встрепенулась.

Вот оно!

Он попал точно в цель!

Значит, бить нужно только сюда!

- Он знает обо мне гораздо больше, чем я знаю о себе сама.

- И знает о том, как тебя нашли голую на обочине дороги? Изнасилованную целой бандой таким способом, что тебя пришлось зашивать?

Лия побледнела, а Борзов удовлетворенно хмыкнул.

Зря она думала, что у него не осталось козырей.

Пусть понимает и то, что на этом он не остановится, и обязательно расскажет об этом и самому мужлану.

- Как думаешь, ты будешь ему так же нужна, когда он услышит, что тобой пользовались самым грязным образом сразу несколько мужчин, а потом просто выкинули, как мусор? Поверь мне, нет таких мужчин, которые смогут закрыть глаза на подобное!

-…меня сейчас стошнит.

- Чудесно.

- Останови машину, если не хочешь, чтобы я испортила салон твоей машины! Сейчас же!

Черт, на такое Борзов не рассчитывал.

Но по ее лицу видел, что девушка не шутит.

К такой правде она была действительно не готова ни морально, ни физически.

К несчастью Борзов был очень брезгливым, и потому вариантов не оставалось - он остановил бешено летящую машину и съехал на обочину, поближе к кустам, куда Лия и рванула, как только он разблокировал двери.

Вот только опускать одну он ее не собирался.

Ничего страшного, переживет рвотные позывы, но не даст ей сбежать!

В конце концов он когда-то был конвоиром, а потому прекрасно знал на какие ухищрения способны люди в критической ситуации, чтобы сбежать.

Но если Лия и думала сбежать, то его слова настолько выбили ее из колеи, что девушка забыла обо всем.

Ее действительно вырвало. И не раз.

Борзов стойко перенес это, только прислушивался к любому шороху, чтобы не упустить момента, когда она решит убежать.

Странно, что вместо этого девушка вышла к нему сама - бледная, потухшая и потерянная - и села прямо на дорогу, зябко обхватив себя руками.

Она была в буквальном смысле раздавлена этой новостью.

- Камила не говорила тебе?

Лия устало покачала головой.

Камила любила и оберегала ее слишком сильно, чтобы ранить такими словами.

- Ты говоришь правду?

- Сама подумай, зачем мне лгать.

Девушка притихла и какое-то время просто смотрела в одну точку, прежде чем тихо выдохнула: - В таком случае тебе я зачем? Сам же говоришь, что ни один мужчина не переживет подобного.

Борзов поджал губы и явно призадумался, но в конце концов буркнул:

- Я другой. И хотел быть для тебя героем.

- А девочки всегда влюбляются в мерзавцев и плохишей, - неожиданно раздался до боли долгожданный голос Зверя, отчего сердце Лии дрогнуло от восторга. И страха о том, что он мог услышать все слова Борзова и на самом деле мог бы перестать относиться к ней хорошо.

Борзов тут же напрягся и все собрался в комок из нервов, потому что понимал, что в этот раз одной сломанной рукой дело никак не обойдется.

Он похитил его девушку.

И сделал это нагло и осознанно.

Полицейский не сразу признал в красавчике того самого бородача, которого он видел еще буквально пару дней назад в проклятом особняке. Если бы его мощные плечи, голос и характерная походка - Борзов и вовсе решил бы, что к ним вышел другой человек.

Но при виде на нового «бородача» в груди заныло еще сильнее.

Черт, а ведь он оказался ничего себе таким, если не сказать, что красавчиком.

Борзов и до этого думал о том, что шансов у него немного, а сейчас понимал, что их просто нет. Ни при каких обстоятельствах.

Самое обидное, что этот чертов бывший бородач вел себя подчеркнуто спокойно и по-хозяйски, когда притянул к себе девушку и поцеловал ее прямо в губы, хоть и легко, но явно давая понять, что это его территория.

- Все хорошо, душа моя?

Лия прижалась к нему и выдохнула блаженно и облегченно.

- Теперь да.

Она не представляла, как именно он находил ее и приходил именно в тот момент, когда Зверь был нужен. Сейчас это было уже не так важно.

Но все не могло пройти легко и гладко, пока Борзова раздувало от ярости и злости.

Он выхватил здоровой рукой револьвер и тут же направил его на Зверя, который только дернул бровью, сухо поинтересовавшись:

- Жизнь не научила тебя, стоит наводить на меня свои игрушки и прикасаться к тому принадлежит мне?

- Может я такой отчаянный? - отгрызнулся тут же Борзов, напросто считая, что оружие может ему помочь.

- Ты очень глупый. Хочешь биться за девушку?

- Хочу!

- Так бейся!

Лия даже ахнуть не успела, только округлила глаза от неожиданности, когда раздался пронзительный оглушающий выстрел, и Зверь развернул ее в своих руках, закрывая собой.

В первую секунду Лия просто задохнулась от ужаса, и прижала к себе торс Зверя так, что руки моментально онемели.

Но он не вздрогнул, никак не дернулся, не попытался сменить положение их тел.

- Стреляешь ты так же херово, как дерешься, - усмехнулся Зверь и девушка с облегчением поняла, что он жив и кажется даже не ранен.

- У меня рабочая рука правая, - словно оправдываясь отозвался нервно Борзов, - но я попробую еще раз и не промахнусь!

Зверь действовал так быстро, что Борзов еще не успел договорить, а револьвер уже был выбит из его руки. При чем, легко и так просто, словно зверь забрал конфетку у несмышленого ребенка, а не у сотрудника полиции, которого на минуточку учили всему на свете.

- Если хочешь драться, то делай это как настоящий мужик, а не сыкло. Оружие тебя все равно не спасет. Давай. Нападай.

Зверь отодвинул Лию, поставив ее за свою спину, а сам пошел прямо на Борзова, раскинув руки, и оказывая этим, что он ни черта не шутит, и реально собрался драться с ним.

Но девушка понимала, что это полное безумие!

Зверь был способен убить Борзова одним ударом!

Для чего тогда была нужна эта игра, где победитель был заранее известен?

Кажется, Борзов тоже этого не понимал, но отступать не собирался.

Зверь убрал правую руку за спину в знак того, что эта битва будет на равных и он тоже не будет использовать только одну руку.

Проблема была в том, что он мог бы победить Борзова без рук в принципе, но почему-то не стремился к тому, чтобы завершить все быстро и феерично.

Зверь играл, словно опытная кошка с неразумным мышонком.

Драконил Борзова.

Выводил его на эмоции и еще большую ярость.

Дразнил так, чтобы Борзов в бешенстве кидался в попытках причинить хоть какой-то вред зверю.

- И это все, на что ты способен, мальчик? Это вся твоя сила и ярость?- усмехнулся нагло и ядовито зверь, явно наслаждаясь своей невообразимой силой и тем, что едва ли с ним мог кто-то справиться, и в какой-то момент Лии стало не по себе.

Просто зачем это было нужно?

Вот так унижать Борзова, каким бы говнюком он не был.

То, что начинает происходить что-то не то, Лия поняла не сразу.

Как и то, что звериные звуки стал издавать не зверь.

А Борзов.

Он на самом деле рычал, когда кидался на зверя, позабыв о том, что его рука сломана.

У мужчины изменились движения, дыхание, даже взгляд.

Он стал настолько темным, что казалось, будто зрачок лопнул в глазах, и заполнил собой всю цветную радужку.

Волосы вставали дыбом оттого, как изменился Борзов в своей ярости, которую так умело и видимо целенаправленно подогревал зверь.

- Давай! Ещё!

Он отпихивал от себя полицейского, не позволяя прикоснуться, но при этом и не причинял никакого вреда. Напротив, казалось, что зверь действует настолько аккуратно, что это начинает раздражать его самого.

- Злись! Сильнее!

Зверь отшвырнул от себя Борзово, отчего тот пролетел пару метров над землей, но вместо того, чтобы рухнуть тяжелым мешком, неожиданно ловко сгруппировался и приземлился, словно кошка на четыре конечности, не сломав при этом вторую руку.

Глаза зверя полыхнули азартом и какой-то нездоровой эйфорией, а Лия поняла, что у нее волосы встают дыбом от происходящего, потому что к странностям зверя она уже привыкла. Но как можно было уместить в своей голове, что Борзов тоже какой-то не такой, как обычные люди?

- Душа, тебе лучше вернуться в машину и подождать меня там.

Лия не собиралась спорить.

Она даже сделала пару шагов по направлению к дороге - туда, где остался джип Борзова.

Почему-то в голову не пришла мысль о том, почему она должна была возвращаться в место своего заключения - всё происходящее пугало и сбивало с толка.

Но убежать не получилось.

Неожиданно отчетливо раздался хруст, и Борзов закричал так, что по телу пронеслись мурашки.

Мужчина рухнул на землю, хватаясь за руку, которая уже была сломана и теперь кисть была изогнута под каким-то совершенно безобразным углом, словно Борзов был не человеком, а куклой на шарнирах.

Проблема была в одном – Лия отчетливо видела, что зверь не прикасался к руке полицейского.

На эту руку он не падал.

- Какого черта происходит?!

Лицо Борзова покрылось испариной от боли, а глаза округлились, отчего стало еще более заметно, что зрачок на самом деле стал таким огромным, словно глаза мужчины были беспросветно черными.

- Что ты сделал?!

- Ничего, - спокойно отозвался зверь и подошел ближе к мужчине, которого вдруг начало трясти, как если бы температура вокруг резко упала до минус сорока. Он присел на корточки, глядя с неподдельным интересом на происходящее, но Борзова по-прежнему не трогал.

Этого было и не нужно.

Полицейскому и без того было настолько плохо, что придумать что-либо хуже уже было невозможно.

- Тогда какого черта со мной происходит?!

- Сейчас узнаем.

Снова отчетливо послышался хруст и Борзов завопил, прогибаясь в спине.

Его колотило так, что Лия взвизгнула, не в силах смотреть на то, что с ним творилось. Вот только и дать объяснение всему происходящему девушка пока тоже не могла.

- Зверь, ради бога! Что с ним?

- Он обращается.

Лия быстро поморгала, пытаясь понять суть услышанного. Он получалось с трудом.

- … что делает?

- Превращается в хищника, душа. В зверя.

-…какого зверя?

- Сейчас увидим.