Бракованный

Глава 7

Лия проснулась в холодном поту.

Снова.

С тех пор, как появился этот чертов псих, сны стали еще куда более реалистичными и частыми, что совсем не радовало.

Каждый раз, когда она открывала глаза, то еще долго не могла понять, где она и что происходит.

Запахи медикаментов казались настолько реальными, что бросало в дрожь. Неприятную липкую дрожь, от которой девушка в ознобе бежала первым делом в горячий душ, а потом еще долго сидела в ванне, пока вода не остывала настолько, что находиться в ней становилось неприятно и зябко.

Каждый такой сон был цикличен.

Он всегда начинался в одном месте, с одними и теми же запахами. И всегда заканчивался каким-то необъяснимым провалом, словно ее бросали в сгусток темноты.

А она падала.

Возможно летела.

Возможно даже разбивалась.

И чаще всего просыпалась от собственного вскрика.

Иногда она звала кого-то. Или искала. Но кого именно и для чего Лия уже не понимала.

Эти чертовы сны выжимали из нее энергию и, что хуже всего, поселяли в голове рой совершенно ненужных мыслей и сомнений, от которых к обеду голова начинала только жутко болеть.

Нет ничего страшнее, чем потерять память.

Нет ничего страшнее, чем сомневаться во всем. В каждом человеке. Даже в собственных снах.

Сначала Лия рассказывала Камиле про свои сны в надежде на то, что она сможет связать их с той реальностью, которую сама Лия уже не помнила.

Но женщина уверенно утверждала, что никаких проблем с больницей у нее никогда не было.

- Тебе не делали никаких операций, родная, - гладила ее по голове красивая и неприступная ни для кого женщина, позволяя себе забраться на кровать девушки, и даже скинуть свои жутко дорогие шикарные туфли на шпильке, - Тебе даже зубки лечили всегда в городе в самых лучших клиниках, где ты не чувствовала боли и никогда не боялась самого процесса. А в нашей больнице ты и пару раз не была! Однажды, когда Дола сильно порезалась и вы поехали вместе с охраной в приемный покой. И второй раз…когда тебя нашли и привезли сюда.

Про этот день Камила всегда говорила с содроганием и Лия знала, что она не лжет и не преувеличивает свои эмоции.

Скорее наоборот.

Эта невероятная красивая женщина была крайней скупа на эмоции и разговоры в целом, но с первого же взгляда Лия поняла, что она значит для нее действительно слишком много.

Если бы Лия была хоть немного похожа на нее, то могла бы наверное даже подумать, что Камила была ее матерью.

Но нет.

Не была.

По крайней мере, не была матерью биологической.

Но она всегда обнимала с такой теплотой и слушала так внимательно, что сомнений в отношении Камилы у Лии не возникало никогда.

- Так и до панических атак недалеко. Это очень плохо, родная.

- Я знаю, что плохо, но эти сны выше меня.

- Нам нужно съездить в город, чтобы встретиться с лучшим врачом.

- И что он скажет? То же самое, что говорил предыдущий - что в этих снах проявляется мой страх перед прошлым, которого я не помню.

- Возможно, что скажет что-то новое! Мы найдем самого лучшего врача, родная!

Лия только качала головой, потому что не верила.

И врачам уже тоже не верила совсем.

Сложно было доверять кому-то, если она не помнила себя саму.

Жутко наверное, но самым ярким человеком в этой её новой жизни стал как раз псих.

Этот жуткий одержимый тип, который исправно приходил из недели в неделю, чтобы быть с ней.

Жуткий, пугающий, и вызывающий такую лавину эмоций, что ее мозг просто перестал справляться с этим, а потому и вылезли эти сны снова.

Он и сегодня должен был прийти.

Как всегда в назначенное время.

Лия не хотела бы думать о нем, но так случалось, что за последнее время он стал единственной ее мыслью.

Как нечто постоянное и неизменное.

Хоть и не в самом хорошем смысле.

Девушка отчетливо понимала, что должна ненавидеть его за то, что он вынуждал ее делать, но ненависти не было.

Пожалуй, был страх и судорожные попытки понять его поведение.

- Иногда влечение мужчин происходит не из нежности или страсти, а из болезненного влечения, которое идет как правило от агрессии, злобы и детских обид. Чаще всего таких мальчиков унижали какие-то женщины - мамы, бабушки, учительницы, соседки. Возможно, они доминировали слишком сильно и тем самым оставляли болезненные раны в душах мальчиков. Здоровый человек за свою жизнь может полюбить несколько раз. И его чувства будут расти и зреть вместе с ним. Здоровый человек будет работать над своими отношениями. Но такие обиженные мальчики всегда тянутся лишь к одному типу женщин - тех, кто причинил слишком много боли и сломал что-то внутри. Они не тянутся к настоящим чувствам. Их желание только одно - найти похожую, и сделать ей так же больно. Через секс. Или унижения. А еще лучше, если будут присутствовать оба аспекта.

Лия чувствовала, что Камила точно знает о чем она говорит.

И страшно было спросить откуда глубина ее знаний.

Вероятно, раньше Лия знала историю жизни этой женщины, но теперь думала, что есть вещи, о которых лучше не думать, чтобы спать спокойнее.

-….ты думаешь псих именно такой? – тихо выдохнула девушка.

- Пока я ничего не могу сказать, родная. Он словно призрак.

Камила редко хмурилась, но сейчас меду ее изящных бровей пролегла складочка от тяжести мыслей, которые посещали голову женщины.

- Потому что предпочитает всегда оставаться в тени?

- Потому что нет ни одной существующей базы данных, где он нем можно было найти хоть какую-то информацию.

- А зачем нам о нем что-то узнавать?

Камила только дернула неопределенно плечиком, но так и не ответила.

- Я могу попытаться узнать хотя бы его имя, если это чем-то поможет.

- Не факт, что он скажет свое настоящее имя, родная.

Судя по тому, как тяжело и протяжно выдохнула Камила этот тип ее действительно очень тревожил.

Очень. Как никто другой из клиентов, среди которых было полно откровенных маньяков и явно психически нездоровых личностей.

Такие ее не пугали.

С ними она работала всю жизнь, сколько себя помнила, благодаря стараниям своей матери, которая была сначала проституткой, а затем той, кто продавала собственную дочь.

Камила умела определять степень опасности каждого клиента с первого взгляда.

И от этого типа у нее до сих проносился мороз по коже.

Почему, она не могла объяснить. Просто доверяла собственным ощущениям, которые ее еще ни разу не подводили.

- Он не обижает меня, - тихо прошептала Лия и сама не знала, зачем сказала эти слова. То ли, чтобы успокоить Камилу, чьи руки стали даже холоднее от ее тяжелых мыслей. То ли, чтобы успокоить саму себя и лишний раз напомнить, что наверное не все так страшно, как могло бы казаться со стороны. Девушки ведь рассказывали про такие извращения, которые в ее голове до сих пор не укладывались.

А этот был почти нормальным.

Да, странным. Но все же.

- ПОКА не обижает, родная, - еще тише и глуше выдохнула Камила, и крепко обняла свою девочку, которую она так хотела защитить. Хотела, но в этот раз не смогла. - Но ты не бойся и не переживай, моя девочка. Я решу вопрос с ним до того, как он успеет просто подумать о том, чтобы причинить тебе вред!

Лия не знала, что можно ответить на это.

Она никогда не пыталась узнать больше о Камиле, чем о ней с любовью и уважением рассказывали девушки. Но сейчас она чувствовала, что женщина может быть опасной, и ее связей явно было достаточно, чтобы решить любой вопрос радикально.

Они еще долго сидели в обнимку, пока у Камилы не зазвонил телефон, напоминая о том, что пришло время работать, и она поднялась, первым делом облачившись в свои неизменные шикарные шпильки.

- Потерпи еще немного, моя дорогая, и скоро ты будешь вспомнить о нем, как о страшном сне.

Лия только сдержано кивнула в ответ, стараясь не думать о том, что могло скрываться за этими словами.

Вечер наступил слишком быстро, и как бы девушка не готовилась морально, а внутри по-прежнему все сжималось, когда она переступила порог знакомой комнаты, и тут же ощутила ознобом на коже, что псих здесь.

- Опять без света?

- Да.

- Кажется, у вас какой-то комплекс на счет собственной внешности?

Не стоило этого говорить, но удержаться Лия не смогла, а мужчина промолчал, отчего стало еще больше неловко.

Впрочем, разве ее задевали его личные проблемы?

Хотелось просто, чтобы время прошло как можно быстрее, и он ушел.

- Снимать трусы и садиться на кровать?

- Садись на меня.

А вот это уже было не хорошо.

К такому повороту Лия не готовилась, поэтому застыла у края кровати, глядя в темноту – туда, где сидел мужчина, и вздрогнула, когда неожиданно ощутила его ладони на собственных бедрах.

Большие и непривычно горячие.

Лия никогда раньше не обращала внимания на то, насколько горячей может быть мужская кожа. Казалось, что этот тип температурил. Или это была всего лишь ее больная фантазия и через чур острое восприятие его рядом.

Всё в нем было с приставкой «слишком».

Слишком мало света. Слишком много жара. Слишком большие очертания. Слишком много молчания. Слишком много тайн, окутывающих его, о которых она иногда думала, в чем себя корила.

Мужчина все так же молча притянул ее к себе, заставляя сделать эти пару шагов, и остановиться между его ног.

Но времени на передышку и осознание происходящего он Лие не дал.

Потянул за запястье снова, неожиданно скользнув под коленку девушки, чтобы поставить ее на диван возле его бедра.

Лия сжалась, но не от его касания, а потому что боялась почувствовать зловонные запахи его тела.

Все-таки это жуткое прозвище «бомж» намертво прилипло к нему, и Лия боялась, что отчасти это было правдой.

Но к огромному счастью, от мужчины не пахло ничем отталкивающим.

Наоборот. Он словно недавно вышел из воды. Холодного природного источника, отчего аромат его тела казался тоже холодным, хотя кожа по-прежнему горела от жара.

Очень странное сочетание, пока не укладывающееся в голове.

Он не хватал ее.

Не касался грубо или болезненно, но в каждом его прикосновении чувствовалась жажда до нее.

Чувствовалось, что как сильно он хотел ее касаться, оттого поддерживал двумя раскрытыми большими ладонями, словно пытался собрать ее в своих руках.

Лия старалась не потерять равновесия, и упорно не прикасалась к нему в ответ, только послушно поставила вторую коленку на диван, стоя теперь широко раскрытыми ногами по обе стороны от бедер мужчины.

Она уже собиралась присесть, когда он хрипло проговорил:

- На лицо.

- Что?...

- Садись на мое лицо.

Девушка медленно моргнула, пытаясь понять происходящее, и ощущая, как кровь хлынула к ее щекам.

Он извращенец?!

Как же хорошо, что трусики она не успела снять!

- Я могу отказаться?

- Нет.

- Может, сделать что-нибудь другое?

- Не сегодня.

Черт! В его голосе не было ни единой эмоции!

А вот руки сжали сильнее, отчего давление его пальцев на ее кожу стало просто невыносимым, напоминая о том, что он гораздо сильнее и что судьбы людей, к которым она была привязана, сейчас были в ее власти.

Мужчина снова подхватил ее под коленку, потянув выше – на спинку дивана, куда он запрокинул голову.

- Хочу тебя так.

Лия тяжело сглотнула, пока не представляя, КАК она сделает это все.

Но душа дрожала и сворачивалась клубочком, защищая себя, а тело делало все, что должно было.

Опираясь ладонями в стену за диваном, она поставила и вторую коленку на спинку, ощущая, как задрожали от напряжения ее ягодицы в попытках удержать себя на весу, и не сесть самым натуральным образом на его лицо.

Но психу именно это и было нужно.

Он положил большие ладони на ее бедра, чуть надавив на них, и заставил опуститься ниже.

Еще ниже.

Пока не уткнулся кончиком носа в ее лоно, вдавливая мягко ткань трусиков внутрь, отчего по телу прошла дрожь.

Господи, стыд-то какой!

Лия зажмурилась, стараясь не сосредотачиваться на том, что ощущало ее тело.

Она правда очень старалась, но то, что происходило сейчас было выше ее понимания, когда мужчина глухо застонал и потерся носом между ее бедер, словно словил самый большой кайф.

Его большое тело дрогнуло, потому что желание достигло максимума и хотелось получить большего.

Девушка хваталась ладонями за стену, боясь, что в какой-то момент просто сползет вниз, прямо по нему, но мужчина подхватил ее под ягодицы, насаживая на себя.

На свой язык, который прошелся по ткани трусиков, увлажняя их, и касаясь так откровенно, что в какой-то момент у нее перехватило дыхание.

Ни в одном своем самом раскованном и грязном сне она бы не могла представить, что будет способна сделать подобное.

Но ведь делала, и с ужасом ощущала, что в теле скручиваются тонкие звенящие от напряжения пружинки от этих прикосновений.

Он провел языком снова, надавливая в этот раз немного сильнее, отчего новая волна дрожи прошла по позвоночнику колючими мурашками.

Это что еще такое?

Она не собиралась реагировать на эти откровенные ласки!

Особенно его!

- Вы обещали не трогать меня!

- Обещал не трахать. Первое время. И слово свое держу, - его слова в ответ прозвучали под ее юбкой, обдавая бедра горячим дыханием, которое разнеслось по телу предательскими мурашками, - Нравится?

- Нет!

Мужчина хмыкнул и неожиданно щелкнул языком по клитору, отчего Лия вздрогнула, словно ее пронзила первая мелкая молния.

Она попыталась сползти с него, но руки мужчины были слишком сильными, и держали ее в том же положении без особого усилия.

- Я тебя не отпускал.

Девушка попыталась сползти, потому что дело было не в том, что именно он делал. А в том, что ее реакция была совсем не такой, как она ожидала.

Какой она должна была быть черт побери!

Ее должно было колотить от отвращения, а в итоге что?

Он воспользовался самым наглым образом замешательством девушки, и ее попыткой спасти собственную репутацию от самой себя, когда его наглый палец скользнул под юбку и ловко отодвинул ткань трусиков в сторону.

Лия ахнула, когда ощутила, что он провел языком прямо по ее лону, раздвигая складочки и погружаясь в нее так жадно, словно он слизывал растаявшее мороженое.

Она забилась в его руках, упираясь ладонями в стену в попытках выбраться из этого положения, но он был слишком силен и слишком увлечен, чтобы позволить ей сделать это.

Черт, он вылизывал её!

И делал это так, что почти мурчал от удовольствия!

А Лия была готова залезть на стену, чтобы это прекратилось, потому что внизу живота стало больно от тянущей горячей энергии, которая родилась там, где не должна была!

Черт!

Не здесь!

Не с ним!

И совсем не так!

Это ошеломило и сломало ее настолько, что девушка умудрилась извернуться в его ручищах, завалившись торсом на диван с приподнятыми бедрами вверх, потому что он продолжал держать их.

Его лица Лия по-прежнему не видела, но ее трясло не от этого.

Она брыкалась, в попытках оттолкнуть его, и, кажется, у нее это почти получилось, когда он приподнял голову и опустил ее вниз.

Неужели свобода?

Лия шарахнулась прочь на нетвердых ногах, но эйфория полета была недолгой.

Уже через шаг она оказалась придавленной к стене так, что грудь расплющилась под тонким платьем.

Он стоял сзади, собрав ручищей ее волосы в кулак, словно показывал, кто в этой ситуации хозяин.

Жест не был грубым и боли не причинял, но ощущение его позади себя сыграло в злую шутку с ее эмоциями, добавив в кровь адреналина, от которого стало еще хуже.

Лия ощущала ягодицами его возбуждение.

Чувствовала, как его нерушимая степенная сила струиться по ее коже, заставляя сжаться и подчиниться.

- Сними трусики.

- Нет!

Мужчина довольно хмыкнул, словно именно такого ответа и ждал.

Его дыхание она ощущала где-то на своей макушке, снова упираясь руками в стену перед собой, но теперь уже стоя, когда он неожиданно опустился на корточки, и ловко забрался под подол, чтобы рывком порвать нежную ткань.

Лия издала возмущенный вопль, когда поняла, что осталась с обнаженными бедрами и ягодицами, а он не собирается подниматься.

И тем более не собирается отпускать ее, пока не добьется своего.

Его силы хватало, чтобы придавить девушку одной рукой к стене в районе копчика, отрезая все попытки к побегу и сопротивлению, пока сам он поймал ее под коленкой, которую потянул в сторону и немного вверх, фиксируя в таком положении.

Сколько бы она не вопила, не сопротивлялась, и не пыталась показать свои коготки – он делал все по-своему.

Делал молча, степенно, уверенно и так ловко, что хотелось дать ему по морде с разворота, если бы только Лия умела!

В этом положении оказалось еще хуже, чем сидя на нем.

Она была настолько раскрыта для его губ и языка, что казалось он может так же слизнуть золотую пыльцу с ее метающейся души.

Он был слишком глубоко, слишком развратно, чтобы можно было сделать вид, что она ничего не чувствует.

Мужчина легко прикусывал ее ягодицы, если Лия снова пыталась выбраться и показать свои силенки, а когда затихала - он не жалел ее, и принимался исследовать своим языком ее лоно, все ближе и ближе подводя к той черте, куда она идти категорически не хотела.

Господи, только бы не кончить!

Эта мысль казалась совершенно сумасшедшей, но сейчас она носилась по венам тонкий колючим пунктиром и кусала сумасшедшими мыслями, от которых бросало в откровенный жар.

А что, если она все таки была проституткой?

Что, если Камила явно не договаривала о прошлом самой Лии, чтобы не травмировать ее хрупкую и без того изломанную психику еще сильнее?

Иначе как можно было объяснить этот постыдный факт, который подкрадывался к ней все сильнее и сильнее?

Ей нравилось то, что делал этот сумасшедший!

Черт!

Да это было просто немыслимо!

Ей нра-ви-лось!

Её тело реагировало на его прикосновения, на то, как он хватал ее своими ручищами, как подчинял себе и своей воли, хоть и не стремился завершить все половым актом!

По крайней мере, пока не стремился.

Разве подобное могло нравится простой незапятнанной девушке, в жизни которой - как все вокруг утверждали - не было мужчин?

От этой мысли стало настольно тошно, что в какой-то момент перед глазами даже поплыли блестки, а в висках загудело.

- Отпустите меня!

- Нет.

- Отпустите сейчас же!

Псих не отпустил, но хотя бы перестал терзать ее своим через чур умелым языком, из-за чего голова продолжала кружиться, а внизу живота было тяжело и даже покалывало.

Он отступил, но лишь для того, чтобы подняться во весь свой огромный рост и нависнуть теперь сверху, не давая ни единого шанса сбежать из его чертова плена.

От мужчины шел настолько ощутимый терпкий жар, что Лия чувствовала его собственной кожей, словно стояла рядом с открытым огнем.

Впрочем, задумываться над тем, то с нормальными людьми такого быть не может, у нее просто не получилось бы.

Он тяжело дышал.

Лия могла бы поклясться, что сейчас он всеми силами сдерживает себя от продолжения. И что ему тоже больно физически.

Откуда она это знала, сейчас было не важно.

А еще она понимала, что такому человеку, как псих бесполезно угрожать или ем боле ставить какие-то условия. Едва ли он боялся в этой жизни что-нибудь. Да и чем она могла бы его запугать, стоя так, что вжималась в стену до дрожи под коленями.

- Пожалуйста…. - прошептала Лия тихо, и почувствовала, как мужчина вдруг перестал дышать, потому что затаил дыхание.

Было стойкое ощущение, что он нашла какой-то ключик к неведомой душе этого монстра, заглядывать в которую было очень страшно.

- Пожалуйста, не делайте так…хотя бы какое-то время.

Не смотря на то, что в комнате было по-прежнему темно, Лия не поднимала ресниц и никак не могла заставить себя поднять голову, но кожей ощущала, что псих смотрел на нее. Рассматривал ее. Пытался восстановить свое дыхание, но никак не мог справиться с собой.

- Сколько времени тебе нужно, чтобы я мог касаться тебя так, как захочу?

Его голос стал еще более низким и хриплым, когда он приговорил это и уперся ладонью в стену, словно давал понять, что он ждет правдивого ответа, и у Лии нет шанса сбежать от него.

Было странное ощущение, что врать ему нельзя. И что он видит ее насквозь.

- Хотя бы еще пару встреч.

Псих ответил не сразу, и девушка напряглась, но едва не выдохнула облегченно и протяжно, когда он неожиданно отозвался после непродолжительного молчания:

- Хорошо. У тебя есть еще две недели, чтобы привыкнуть ко мне.

- Спасибо.

- Я не хочу, чтобы ты боялась меня. Даже в том, что чувствуешь, как бы сильно ты этого не хотела.

Теперь пришло время самой Лии задержать дыхание от услышанного.

Сердце странно сбилось ритма и застучало быстрее, разгоняя по еще не остывшему телу снова жар.

Разве можно было понять человека, чье поведение иногда было похоже на истинного маньяка?

Но что-то внутри нее трепетало, и будто понимало.

- О чем вы говорите? - тихо проговорила девушка и впервые приподняла голову, чтобы снова ничего не увидеть в этом гнетущем полумраке, только почувствовать еще острее, как он смотрит на нее, склонившись с высоты своего огромного роста.

Смотрит жадно и не отрываясь.

Казалось, что даже кожа начинает покалывать от этого невидимого, но такого осязаемого взгляда.

Разве это было возможно?

- Ты знаешь, о чем я говорю.

- Вы ошибаетесь.

- Я никогда не ошибаюсь.

Повисло молчание, от которого становилось неловко.

- Я могу уйти?

- Не можешь.

Псих всегда говорил отрывисто, но лишь сейчас Лия вдруг подумала о том, что ни одно слово, произнесенное им, не было резким или грубо сказанным.

Да, манера его речи оставляла желать лучшего, если в принципе можно было назвать «речью» его слова. Но он не пытался запугать, унизить или тем более как-то указать на место девушки, как проститутки.

И в этом псих не был похож на тех маньяков, о которых Лия часто слышала из уст девушек или самой Камилы.

- Что вы еще хотите от меня?

Эта фраза вырвалась из губ Лии быстрее, чем она успела осознать, что именно она сказала.

Но было поздно размышлять, когда мужчина сделал резкий шаг к ней, снова приближаясь настолько близко, что она хрипло выдохнула, тут же ощутив волну жара, которая шла от него и обволакивала ее тело, словно кокон.

- Всё! – вдруг прорычал он, склоняя голову сильнее, отчего его дыхание обжигало все ее лицо, - Хочу всё, что в тебе есть! Всё, что ты из себя представляешь! Хочу всё, что ты мне можешь дать и что попытаешься безуспешно скрывать!

Будь ситуация иной Лия не смогла удержаться от смешка, потому что сейчас она услышала от молчаливого и немногословного психа целых три предложения, что по его меркам было просто поэмой.

Но говорить что-либо и тем более шутить было неуместно, если не сказать страшно.

Лия была настолько напряжена, что в буквальном смысле подпрыгнула на месте, когда неожиданно ощутила горячие большие руки мужчины на себе.

Нет, он не хватал ее. Не прижимал к стене насильно. Не пытался притянуть к себе ближе и впечатать в свою огромную широкую грудь.

Но именно это заставляло напрячься куда сильнее.

Где-то нутром Лия чувстововала, что нежность чужда этому мужчине.

Что он не знает и не понимает этого щемящего ощущения, которое зарождается в груди и разносится особенным теплом по всему телу не так быстро и разрушительно, как желание, но так же всепоглощающе и глубоко.

Казалось бы, он не делал ничего страшного, и после того, что он вытворял каких-то пару минут назад, эти касания и вовсе не должны были отзываться такой реакцией в теле.

Но они отзывались и снова заставляли дышать иначе.

Псих провел горячими, чуть шершавыми кончиками пальцев по ладони Лии, не стремясь хватить и доминировать.

Он наблюдал и прислушивался к тому, как дышит и что чувствует девушка.

В каком смятении она находилась, вдруг испугавшись его странной ласки куда сильнее его напора и страсти.

- Не бойся меня, душа.

Душа?

Лия вдруг перестала дышать, слишком сильно отреагировав на это слово. Слишком.

Ведь как обычно называют девушек мужчины? Детка, крошка, зая, киска.

Но кто называет проститутку душой?

Для него же она была именно продажной девушкой, которую он купил насильно. И сделал такой шантажом и угрозами расправы с хорошими людьми, которые не были чужими.

Об этом стоило никогда не забывать. Особенно в такие моменты, как сейчас - когда голова кружилась, и тело предавало самым откровенным образом!

К счастью, в дверь громко и отрывисто постучали.

Это были парни из охраны, которые давали понять, что у психа время вышло, а Лия должна выйти из комнаты.

- Мне пора! - тут же встрепенулась девушка, но он не сделал и шага назад.

Напротив. Склонился сильнее так, что его дыхание в буквальном смысле обожгло лицо.

- Не смей! - только и успела ахнуть Лия, сжавшись в ожидании непрошенного поцелуя, но мужчина удивил ее снова.

Он не прикоснулся к ее губам своими.

Не сделал это насильно и жадно, как мог бы.

А неожиданно прикоснулся кончиком своего носа к ее носу, замерев на пару секунд.

Лия не видела его лица как бы близко он не находился, но могла поклясться, что в этот момент псих закрыл глаза.

И она едва не закрыла, но раздался раздраженный и явно напряженный голос одного из парней охраны, который пробасил:

- Выходи или мы тебя выведем не самым культурным образом, бомж!

Псих хмыкнул и его, черт побери, можно было понять.

О его силе среди охранников уже просто ходили легенды. О том, насколько он быстрый, сильный и неуловимый.

Те парни, что так посмели говорить, были отчаянными или просто умело скрывали собственный страх.

- Иди, - наконец проговорил псих и сделал шаг назад, освобождая Лию от своего жара и аромата тела, который кажется въедался каждый раз после каждой их встречи, - И приду через неделю. Будь готова.

Девушка вылетела из комнаты, не оборачиваясь на охранников, которые смотрели ей вслед.

Она не видела того, как выходил псих.

Лия была слишком растеряна и сметена своими чувствами, чтобы подумать о том, что в коридоре есть небольшой свет и его можно было бы увидеть и рассмотреть хоть немного. Хотя бы лицо. То, что псих огромный она и без того чувствовала на себе.

Как и прежде первым делом Лия скинула с себя одежду и забралась под душ, подставляя лицо прохладной воде, чтобы прийти в себя и задержать дыхание от упругих струй, бьющих сверху, а не от того, что кружило внутри.

Черт! Она чуть не кончила!

Это досадное недоразумение никак не укладывалось в ее голове!

Потому что такого просто не могло быть с приличной девушкой, которой она была.

… ведь была же?

На душе было настолько тошно, что про сон просто не было речи.

Лия заставляла себя вспомнить хоть что-нибудь из прошлой жизни, что могло бы помочь найти ответ на терзающий ее вопрос. Но в голове было по-прежнему темно. И она ненавидела себя за это.

Промучившись пару часов, Лия все таки поднялась с постели и выскользнула из комнаты, чтобы направиться к Камиле.

Ночью рабочий день девушек только начинался как бы сумбурно это не звучало.

Сейчас никого не было в их личных комнатах и поэтому в коридоре было непривычно тихо.

Зато жизнь кипела на первом этаже, где двери открывались лишь в определенное время и лишь для определенных мужчин, которые приходили строго по записи.

Мужчины, которым было мало простого секса.

Как и психу вероятней всего.

Камила была в своем кабинете и Лия тихо постучала в дверь, вдруг подумав, что именно с этого кабинета все и началось несколько недель назад.

- Войдите.

Лия не сразу переступила порог. Сначала приоткрыла дверь и прислушалась, нет ли у Камилы посетителя, которых оказывается иногда нужно бояться и не попадаться им на глаза.

- Что-то случилось, родная? - тут же изменилась в лице женщина, когда увидела на пороге Лию. Бледную и такую ранимую в этой домашней пижаме и все еще влажными волосами.

Камила никому не говорила о том как отчаянно она пыталась найти того, кто смог бы точно убрать этого типа из жизни ее малышки.

К сожалению, время шло, а киллер никак не находился.

В этом деле нужен был только профессионал.

Такой же сильный, быстрый и холодный, как этого ненормальный, которого до сих пор так и не смогли выследить.

Он словно выходил из их дома и растворялся. Как призрак.

Но спустя неделю появлялся вновь.

- Ничего особенного на самом деле, - быстро проговорила Лия, потому что видела, что своим появлением явно испугала Камилу - Я только хочу задать один вопрос и все.

- Я слушаю, милая.

Лия сцепила руки между собой, но глаз не опустила.

Она смотрела прямо в красивое точеное лицо женины, готовая улавливать каждую проскользнувшую на нем эмоцию, чтобы понять правду.

- Я действительно никогда не работала так, как работают девушки?

- Никогда.

Камила ответила без колебаний и глаз не отводила.

Значит, говорила правду.

- Но ведь до своего исчезновения я знала что-то об интимной близости? Возможно, у меня был молодой человек?

Камила медленно моргнула, и ее ресницы дрогнули, а Лия ощутила, как ее руки вдруг стали холодными.

Вот он.

Маленький ключик к разгадке главного вопроса, от которого было не по себе.

Спустя пол часа, во время которых Камила отвечала нехотя и явно была не рада, что разговор зашел на эту тему, Лия вышла из ее кабинета еще более расстроенная и с десятком новых вопросов, главным из которых был один - если у нее был молодой человек, то почему он не приходил к ней в больницу?

А что, если она увидит его и все вспомнит?

Теперь у Лии был его имя и адрес жительства, куда она направилась тайком, выскользнув из особняка, пока у охраны была пересменка, а девочки только возвращались в свои комнаты, чтобы проспать до обеда и отдохнуть.