Бывшие. Не отрекаются любя

Глава 12

Полянский не обращал внимания на то, что происходило в зале. Сейчас его интересовала женщина, которую он хотел тут и немедленно. Об остальном станет думать потом. Главное найти правильные слова и настроить Юлю против Дивеева.

– Ну, как себя ощущаешь? Не боишься гнева брошенного мужа?

Она вздрогнула и зябко повела оголёнными плечами. Попал в точку! С каждой минутой вера в любовь Руслана испарялась. Сердце билось сильнее, а обида росла. Но больше всего напрягало другое. Не могла избавиться от тревожного чувства надвигающейся беды.

– Думаешь, я ему нужна? После того, что он или его новая жена сделали?

Решение, как обезопасить себя и дочь пришло неожиданно. Нужно, чтоб узнали люди из круга Руслана, Юлию Дивееву хотели убить! Поэтому была вынуждена скрываться. Она усмехнулась:

– По дороге в Усть-Илимск меня два раза пытались убить. Больше я ничего не боюсь!

Полянский тряхнул головой, проверяя, что не ослышался:

– Убить? Ты уверена?

Юля кивнула.

– Более чем! Спасла случайность в виде одного очень хорошего человека. Но пусть это останется между нами?

Олег не стал обещать невозможного:

– Посмотрим! Ты не просто так выдала мне эту информацию. Я найду, как ею распорядиться, чтобы обезопасить вас с Ариной. Можешь расслабиться. Теперь ты под моей защитой!

Смотреть на предателя выше сил. Юля старательно отводила взгляд от центра зала и не заметила приближения сестры. Она едва устояла на ногах, когда Полянский рванул за руку на себя и прикрыл спиной. Капля шампанского попала на нос. Пиджак Олега походил на дорогую тряпку, попавшую под сладкий дождь.

– С ума сошла?

– Упс!.. Пардоньте! – голос женщины, изрядно подшофе, бил по нервам. – Я не специально! Мне стыдно за собственную неуклюжесть… – Рука с бокалом дёргалась из стороны в сторону. – Хотела поздороваться с сестрой, но споткнулась…

С каким удовольствием залепила бы негодяйке пощёчину, но нельзя портить имидж несчастной жертвы. Юля оставалась под защитой широкой спины, опасаясь, что остатки шампанского достигнут цели.

Света с детства привыкла методично добиваться своего. В неуклюжесть сестры могли поверить те, кто её не знал.

Она насмехалась, провоцируя на ответную агрессию пьяным голосом:

– Сестрёнка, ты выглянешь из-под живого зонта или мне занырнуть к тебе?

Полянский вырвал из цепких пальцев бокал и отдал официанту, сопроводив словами:

– Этой женщине больше спиртное не давать.

– Кто ты такой, чтоб распоряжа…

Она замолчала, почувствовав, как локоть больно сжимает ладонь подоспевшего мужа. Злой шёпот в ухо не оставлял сомнения в его решимости.

– Устроишь скандал, пойдёшь в Москву пешком! Или оставлю здесь, менеджером по управлению говном и паром. Достала пьяными истериками!

– А кто виноват, что я пью? – Света взвилась, не ожидая от обычно безразличного к ней мужа настолько жёсткой реакции.

Он улыбался, цедя сквозь сжатые зубы:

– Что-то из моих слов до тебя не дошло?

Давление на локоть усилилось. В глазах пьяной истерички появились слёзы.

– Ты пожалеешь! – она деланно всхлипнула. – И будешь вымаливать прощение!

Руслан продолжал цедить слова:

– Давно пожалел. Сейчас вытрешь сопли и начнёшь улыбаться. Разговаривать с Юлей, как с любимой родственницей! А с тобой поговорим дома.

– Олег, прости! От ревности у неё сносит крыша. А пить вовсе нельзя, – попытка оправдать жену перед другом потерпела фиаско.

– Ничего страшного. Я пострадал за невесту.

Полянский скинул пиджак под недоумевающим взглядом Дивеева.

– Как невесту? – Руслан переводил взгляд с друга на бывшую жену. – Ты с ней встречаешься? – Желваки ходили под натянутой кожей. Он с трудом удержал руки у лацканов серого пиджака блондина. – Знал, что моя дочь живёт в этом городе, и молчал?

Олег смело выдержал взгляд, полный ненависти. Отвечал, не спеша, чтобы стало понятно, Юля с ним не на один вечер:

– Ты забыл сказать, что Ариша живёт с родной матерью, которую дважды пытались убить! – Улыбка сошла с жёстких губ. Он смотрел в глаза бизнес-партнёра. – Согласись, разве не достаточное основание никому не говорить о месте её проживания?!

Дивеев ослабил узел галстука, задыхаясь от душащей ярости.

– Убить? Ты в своём уме? Думаешь, я пытался уничтожить собственную дочь?

– Не Арину, а Юлю…

Руслан покраснел, что бывало крайне редко. Произойди разговор не на людях, скатились бы в драку. Он смотрел на бывшую жену и понимал, та ничего не придумала. Но как принять эту правду?

Когда не знаешь, как избавиться от рвущей душу боли, проще обвинить ту перед которой виноват.

– Больше слушай её. Бурная, неуёмная фантазия! Приревновала к помощнице, чтоб был повод сбежать из дома. А теперь оказывается, я убить хотел?

Полянский скривился:

– Чего занервничал? Никто не сказал, что организатор ты. Под подозрением все. Вот я и молчал.

Ладони прикрыли уши. Слушать о себе гадости выше сил. Взгляд зелёных глаз схлестнулся с чёрными. Юля надменно усмехалась в полыхающие огнём глаза. Совсем скоро Руслан за всё ответит. Говорила, стараясь не сорваться на крик.

– Унижать себя не позволю! Отойдите от нас. Дайте насладиться возможностью побыть вместе. – Она сделала прогоняющий жест пальцами. Словно избавляясь от назойливых мух. – Забыли, зачем приглашены? Выставка-аукцион! Выбирайте картины, как делаем это мы. Без шампанского, вылитого на спину, и оскорблений!

Демонстративно отвернувшись к картине с голубой лошадью, дала понять, что с семейством Дивеевых разговор закончен.

– Милый, посмотри. Какое неожиданное сочетание цвета. Заслуживает внимания.

Тяжёлый взгляд сверлил спину.

– Я хочу видеть дочь! – требование заявлено интонацией собственника.

Будто только вчера девочка вышла с мамой из дома, а теперь вернулась.

Словно не было трёх лет борьбы за возможность жить не хуже других. Не испытывала смертельной усталости, когда нет сил шевелить руками, а нужно сидеть всю ночь у постели болеющей дочери.

Хорошо, если не нужно ни за что отвечать. Пропали жена с дочкой, ну так что поделать? Купил через три года голодной девочке пончик с какао и стал хорошим. Принесёт медведя, и Арина растает от радости. Папа добрый и вкусно пахнет.

Отвечала, не оборачиваясь. Боялась заплакать или вцепиться ногтями в сытую морду.

– Кто мешает? Договоримся об условиях позже. Только, ради бога! Избавь нас от общения с твоей женой! – спиной ощущала исходящую от сестры ненависть.

– Подойду позже! Не уходи, не поговорив со мной. Слово даю, я не пытался тебя убить!

Сил обернуться так и не нашлось.

– Сучка… Ненавижу её! – шипение не унимающейся сестры жалило, но не убивало. Для гадины больше нет места в сердце.

Та продолжала канючить:

– Руслан, сделай так, чтоб Юлька исчезла!

Вместо боли усмешка на полных губах. Вот и свиделись. Исчезнуть – это как? Юля по-другому взглянула на Полянского. Он реально единственный, кто сейчас мог защитить.

Стук каблуков по паркетному полу. Голос постепенно удалялся. Дивеев силой утаскивал Свету за собой.

– Не начинай! Я сказал, как всё будет, или отправишься завтра в Москву!

Юля слышала, что говорили другие мужчины.

– Какой идиот. Променять такую жену на жалкую копию.

– Кого он поменял? Не смешите!

– Видели, как сверкают глаза на бывшую? Он её любит.

– Полянский своего не упустит! Соперники равные.

– Скоро узнаем, кто выиграет в треугольнике.

Осталось услышать, как на мужскую харизму друзей делают ставки.