Бывшие. Не отрекаются любя

Глава 20

Для начала пришлось вытерпеть представление гостям и бесконечные поздравления. Полянского представили в статусе Бога. Юля никогда в жизни не слышала столько похвал. Вынуждена была краснеть за двоих.

За столом оказалась зажатой между прошлым и будущим. Дивеев искоса бросал взгляды. Олег что-то без устали болтал. Его послушать, так жизнь впереди устлана лепестками роз.

От бывшего веяло холодом. Юля могла поклясться, что слышала, как скрипят сжатые до упора челюсти.

Она поднялась. Хотелось выбраться на свободу, подальше от тяжёлых взглядов с одной стороны и словесного поноса с другой.

– Ты куда? – Полянский вытер салфеткой губы. – Я с тобой!

Чуть не рыкнула: «Сядь!», но справилась с эмоциями:

– Носик попудрить! – ноги быстро несли прочь. Не обращала внимания на оценивающие взгляды.

Выскочила за дверь ресторана и вздохнула полной грудью ночную прохладу.

– Кайф… – воздух пьянил до головокружения.

Знала точно, что будет так чувствовать себя, добившись поставленной цели. Но сегодня счастье оказалось не на её стороне.

– Что ты творишь?! – злой голос раздался из-за спины. – Ты же не любишь его!

– Твоё какое дело? – она резко обернулась к Дивееву.

Тот не успел отвернуть лицо. Юля не смогла удержаться от смеха. Ничто человеческое сильным мира сего не чуждо. Такой же бланш, как у Полянского, придавал мужественности злому лицу Дивеева. И так же под правым глазом. Она кивнула на синяк:

– Тоже «бандитская пуля» или мужские игры?

Он скривился, но не ответил. Припасённые для неё слова о другом.

– Прости меня! – хриплый голос ломающего себя мужчины.

Большие ладони сжали плечи. В глазах сожаление. Руслан впервые извинялся искренне.

– Не могу объяснить, что на меня нашло тогда… – Он встряхнул головой. Длинные пальцы сжались плотнее. – Безумие, дикая ревность… Если бы не настолько сильно любил. Я поверил в измену.

Всё это она могла понять. Пережила сама. Ждала слов о главном. Но там ничего не изменилось.

– Тест ДНК Игоря не был поддельным. Я проверял. Даже записи с видеокамер смотрел. Игорь лично принёс образцы для анализа.

Руслан склонил голову. Слова давались непросто.

– Хотел сделать свой тест, но пока очнулся, твои и Арины вещи из дома исчезли. Не только расчески, но даже одежда. Родители избавились от следов вашего присутствия, чтобы не вызывать у меня болезненных воспоминаний.

Ещё один удар оттуда, где не ждала. Кровь прилила к вискам. Шум в ушах. Противный до тошноты холод в животе.

– Выходит, поиски нас с Ариной для всех были невыгодны? – про тест пропустила мимо ушей. Не мог он быть настоящим.

– Родители тут ни при чём! – в чёрных глазах Рустама отчаяние. Каждое его слово, каждую фразу можно интерпретировать по-разному.

Юля закрыла уши ладонями. Веселье «бывшей» внушило надежду или на лбу печать «лохушка»? В душе горькая боль неизбежности. Бабушка с дедушкой слишком легко отказались от внучки. Интересно, чем сама не угодила им как сноха? Так и подмывает вернуться. Увидеть, как они станут прятать виноватые взгляды. Вывод напрашивался сам собой:

– Если хочешь – ищешь возможности. Если не желаешь – выдумываешь причины!

Дивеев нависал скалой, не собираясь отступать. Повернулся спиной к ветру, чтобы защитить собой от холодных порывов.

– Ты опять не права! Я пытаюсь тебе объяснить… – Он встряхнул бывшую жену за худенькие плечи. Большие пальцы больно сдавили тело. – Услышь меня! Я любил и люблю только тебя! Прости за то, что натворил!

Юля мотнула головой. Нужно отключить эмоции. Поверить, отказаться от планов и снова остаться у разбитого корыта? Ему говорить сложно, а ей легко слушать глупые оправдания? Есть красная тряпка, которая не позволит потерять бдительность.

– В постели с сестрой тоже оказался в приступе ревности?

Он поморщился и отшатнулся, словно получил очередную пощёчину. Сколько раз задавал себе этот вопрос и никогда не мог найти правильного ответа. Хотел, проснувшись утром, по-прежнему тонуть в зелени любящих глаз? Иметь рядом с собой её частичку, но в то же время не предававшую его любви?

– Не помню, как! Сначала она переехала в дом, чтобы помогать. Я тогда был слишком расклеен. Даже запил. Родители улетели, не смогли смотреть на меня такого. Нам со Светой было о чём поговорить. Друзья по несчастью. А однажды проснулся… Она лежит под боком голая… Сильно пьяный был, ничего не помнил.

Ладони с расставленными пальцами выставила перед лицом как щиты. Чужая правда по сердцу бьёт больнее, чем собственная.

– Всё! Ради Бога, избавь меня от подробностей!

Дивеев не собирался останавливаться. Словно в голове сломался рычаг, отвечающий за правдоблудие.

– Ты права насчёт Игоря. Труп мужчины, что нашли совершенно голым в тамбуре того поезда, захоронен как неопознанный на кладбище одной из станций. Пытаемся найти его родственников. Разрешение на эксгумацию получим на днях… – Заговорил после паузы. – Не хочется верить, что Света причастна. Но мои юристы готовят документы для бракоразводного процесса. Там всё не так просто.

Ухмылка на пухлых губах. Конечно, не просто. Света не была ослеплена любовью, чтоб отказалась от брачного контракта. Она своё урвёт, сбегать, в чём есть не станет. Высосет то, что останется после раздела имущества с ней. Каждый сам выбирает свою судьбу. Хотел любви двух сестёр? Получит счёт за обожание в квадрате!

– Если выяснится, что она причастна к убийству Игоря, будет другой разговор. В возможность, что Света хотела избавиться от тебя, плохо верится. Вы сёстры. Может, есть ещё кто-то третий, желающий твоей гибели?

Юля устало сомкнула веки. Можно до бесконечности биться головой о стену. Вздыхать. Раздувать щёки. Дивеев не желает слышать о причастности Светы к криминалу.

Или причина в другом? В спокойствии совести? В противном случае придётся объясняться со всеми? В первую очередь с заботливыми родителями, вычеркнувшими сноху и внучку из его жизни. Всё равно, что расписаться в коллективной вине. Нелегко признать, что три года провёл в одной постели с врагом…

Ладони с силой упёрлись в мускулистую грудь.

– Всё! Хватит, Дивеев. Время назад не открутить. Возвращайся к своей жене. Проживи жизнь как хочешь. Я не расскажу дочери, что тётя пыталась нас убить. Разрешу тебе общаться с Аришкой, только не в её присутствии.

Наконец, вырвалась из захвата. Развернулась, чтобы уйти, но Руслан поймал за руку. Сверкнувшие пламенем Ада глаза на потемневшем лице. И под стать им злой голос:

– Я знаю, зачем ты нужна Олегу!

Он не успел договорить. На лестнице появился Полянский.