Бывшие. Папа для пуговки (СИ)

Эпилог

Некоторое время спустя… Некоторое время спустя… Некоторое время спустя…

– Держитесь, папочка! – строго приказывает медсестра Тимуру в то время, пока он, весь бледный, крепко сжимает в своей ладони мою руку.

Не знаю, за кого больше переживаю: за себя, за нашего сыночка или за его невыносимого папашу, которому приспичило пойти вместе со мной на роды.

Хоть бы в обморок не брякнулся с перепугу!

– Мамочка, тужимся! – голос доктора отвлекает меня от посторонних мыслей, все силы и внимание переключается на самый важный в данный момент процесс.

Последний рывок и…

Тоненький писк оглашает пространство вокруг.

От боли из глаз выступают слёзы, катятся по щекам и падают на пол.

Мокрый тёплый комочек опускается на мою грудь, и теперь я плачу от счастья. Для меня этот момент так же, как и для Тимура, первый в жизни.

Еву я рожала в поселковой больнице, и там не церемонились, сразу забирали ребёнка, лишь мельком показав матери.

А сыночка даже позволяют приложить к груди…

– Какой крошечный, – выдыхает муж, любуясь малышом.

Осторожно, практически невесомо касается пальцами коротких завитков на макушке сына. Действует бережно, словно боится навредить.

А я смотрю на любимого и не могу поверить своему счастью.

Когда я разводилась с ним, то думала – всё! Конец. У меня и в мыслях не было давать Тимуру второй шанс, но я не жалею. Мы через многое прошли, осознали ошибки, и теперь рука об руку идём вместе по жизни.

Мать Тимура, Эмилия Карловна, снова уехала заграницу. Не знаю, на всегда ли, но даже если она снова решит появиться в нашей жизни, я не боюсь. Ни её угроз, ни возможных попыток нам навредить, потому что знаю – Тимур не позволит. В этот раз он дал мне понять, что никому не даст в обиду, даже собственной матери.

С отцом муж категорически не хотел встречаться, но всё же сдался и навестил старика. Никто не заставлял Тимура вести с пожилым мужчиной задушевные беседы, делать вид, что всё в порядке, но просто поговорить и решить некоторые вопросы, было необходимо.

Григорий на самом деле оказался братом Тимура по отцу. И как показала экспертиза, вполне вменяемым, правда, мужчине от этого не легче. Он теперь находится под следствием, и за свои проступки будет отвечать по всей строгости закона: и за покушение на Тимура, и за поджог маминого дома. Не знаю, каким образом, но следователи даже смогли найти доказательства причастности Григория к пожару.

Виолетта…

Она тоже получила по заслугам за то, что провернула в нашем офисе, и попала под статью.

Нельзя сказать, что меня радует всё, что случилось с нашими врагами. Я никогда не горела желанием отомстить, жизнь сама всё расставила по своим местам.

А я всего лишь одного хочу – счастья своим детям.

Спустя положенные пару часов меня переводят в одноместную палату. Частная клиника, которую выбрали мы с Тимуром, одна из лучших в регионе. А что самое приятное, мужу разрешают помогать мне после родов.

Конечно, предварительно Макарову пришлось сдать все необходимые анализы. И это было просто превосходно. После всех процедур мой, и без того внимательный муж, и вовсе стал буквально на руках меня носить.

– Это отвратительно, – прошипел он после посещения доктора, – а тебя каждый раз всяким разным процедурам и осмотрам подвергают. Оливка, какая же ты у меня сильная.

Зато теперь наш папочка может быть с нами рядом, и это чудесно. В халате, шапочке и бахилах он выглядит забавно, но вместе с тем очень мило.

– А что ты смеёшься? – замечает, как я исподтишка разглядываю его внешний вид и тихонько хихикаю. – Я выгляжу смешно, да? – хмурится.

– Ты что, нет, конечно, – прячу лукавую улыбочку, – ты очень мужественный в этом… халате и шапочке, – не сдержавшись, всё-таки прыскаю в кулачок со смеху.

– Ай, плевать, лучше медсестру позову, пусть покажет, как мне сына на руки брать, – машет беззаботно рукой.

– Я сама могу…

– Лежи и не вздумай подниматься, поняла? – командует и скрывается за дверью.

Провожаю взглядом спину любимого и понимаю, как уютно и комфортно мне находиться за этой крепкой широкой спиной. Как за стенкой каменной.

Через несколько дней нас выписывают, близкие и друзья встречают толпой из роддома меня вместе с малышом, а Ева всё ждёт не дождётся, когда сможет увидеть братика.

– Он такой маленький! – восклицает дочурка восторженно.

Я боялась, будет ревновать, но нет, Ева ведёт себя, как настоящая старшая сестра. Даже не верится, что ей всего четыре, она так рассудительно и взвешенно подходит к каждому вопросу, что мы с Тимуром просто диву даёмся.

Дома никакого застолья, как бы ни хотелось нашим друзьям. Тимур не позволил особо активным взяться за организацию, сказал, что нам с сыном нужен отдых и покой.

– Пригласим их, когда Ярику будет месяц, а ещё лучше, полгода или год, – бурчит Тимур, выпроводив гостей.

– Как скажешь, – легко соглашаюсь с любимым.

Поверить не могу, что он у меня такой понимающий и заботливый, впрочем, я стараюсь отплатить мужу тем же. Свою чрезмерную энергию мне есть куда девать, я трачу её на детей.

И даже если у нас случаются разногласия, мы все проблемы решаем сообща. Обсуждаем, разговариваем, высказываем своё мнение.

Никому больше не позволим вмешаться в наши отношения, которые становятся всё крепче с каждым днём.

Расставание нас не сломило, а наоборот, закалило и помогло правильно использовать второй шанс, данный свыше.

И в наших руках сделать, всё, чтобы прошлое никогда не повторилось. А будущее стало светлым, безоблачным и самым счастливым для нас и наших детей.

КОНЕЦ