Девочка Аллигатора

Глава 23.

Чуть замедляюсь, и, крутанувшись в воде, поворачиваюсь к нему.

– Слушай, Крокодил...

Легонько перебирая ногами, плыву на спине.

Вижу, как он хмурится.

– Аллигатор, – поправляет он.

Прямо в воде, на плаву, солидно оглаживает бороду. Ахах.

– Я так и сказала, – прищурившись, говорю я. – Если что, я в рептилиях не очень разбираюсь. Слушай, а ты и вправду этот... как его... фридайвер?

– Да, – кивнув, всерьёз отвечает он.

– Или наврал? – ещё больше щурюсь я.

– Нет, не наврал.

Отвечает очень серьёзно. Тоже, похоже, не чует подвоха. Ну и славно. Веселее будет. Я мстю и мстя моя страшна.

– Окей, – вновь, переворачиваясь на живот, но только теперь к нему лицом, задорно говорю я. – Значит не утонешь.

И, не дав ему опомниться, выпрыгиваю из воды так высоко, как только могу, а затем, вытянув руки, падаю на него. Обеими ладонями на голову. И как только касаюсь её, тут же из всех сил давлю вниз, погружая этого огромного придурка в воду. На несколько секунд мне удаётся даже почти по пояс приподняться над водой. А этот бугай только в прозрачной океанской воде руками машет, да брызгает немного, когда они выныривают из воды. Сверху наблюдать крайне ржачно. Такой большой и такой беспомощный.

Наконец он, нырнув глубже, избавляется от меня и уплывает под водой на несколько метров в сторону. Надо отдать ему должное, очень быстро. Выныривает, отфыркивается и ржёт.

Теперь и я хохочу.

– Ну и характер... – качнув головой, с улыбкой бормочет он.

– Какой есть, – смеясь, отвечаю я.

– Мне нравится, – продолжая улыбаться, произносит он.

– Да ладно? – недоверчиво тяну я.

– Серьёзно, – вмиг посерьёзнев, произносит он. А потом, кивнув в сторону левого берега лагуны, добавляет: – Поплыли туда? Там рыб много красивых.

– Я их боюсь, – хмурюсь я.

– Напрасно, – подплывая ко мне, говорит он. – Они не кусаются. Зато знаешь, какие разноцветные? Как цветы.

И тут меня осеняет.

– Так ты, получается, здесь не впервые? – спрашиваю я его. – В этом самом месте.

– Не впервые, – качнув головой, отвечает он.

– И много ты сюда девчонок возил? – обиженно щурюсь я.

– Сюда? – он искренне удивляется, а потом качает головой: – Никого. Я здесь вообще один раз всего был. В позапрошлом году. И жил в другом бунгало. Но неподалёку, да. На этой же территории.

– Один? – не верю я.

– Один, – совершенно серьёзно отвечает он. – Ну, в смысле, с Ваней, но без девчонок.

Мы потихоньку плывём рядом.

– А почему без девчонок?

Он усмехается.

– Что я, по–твоему, перманентно трахаюсь, что ли? Хотел просто побыть наедине с природой. Я так иногда уматываю в разные уголки мира.

– Ясно, – задумчиво произношу я. – Слушай, а зачем ты попросил Ваню мне это сказать?

– Ты про то, что он сказал в патио?

– Угу, – хмурюсь я. – Про это.

Он качает головой.

– А я не просил. Это его инициатива.

С удивлением смотрю на него.

– Это как? – спрашиваю я. – Он же без твоих распоряжений шагу ступить не может.

– Он хороший сотрудник, – отвечает Аллигатор. – Это так. Надёжный. Но в данном случае я его о таком не просил. Он просто тебе не доверяет.

– Чего? – я даже немного теряюсь.

– Понимаешь, – поясняет Аллигатор, – у него основная задача – охранять меня. Он отслеживает вообще всё, что касается моей безопасности. Тебя он не знает, кто такая Даша – понял сразу. А поскольку она твоя подруга – неудивительно, что он настороже. Вот и захотел, походу, вывести тебя на чистую воду. Чтобы я иллюзий не строил.

– Вон оно что... – тяну я, и усмехаюсь. – А ты, значит, разговор услышал?

– Точно, – отвечает он. – Я в принципе наблюдательный.

– И плаваешь хорошо, ага. И богатый ещё. Заканчивай хвастаться.

Он ухмыляется. Ныряет под воду, обгоняет меня и выныривает в паре метров впереди. Поворачивается ко мне.

– А может я на тебя впечатление произвести хочу?

Усмехаюсь. И ловлю себя на том, что мне почему–то приятно.

– Тем, что по лесу за мной несёшься, как маньяк? – не удерживаюсь от ехидства я.

– Что сразу, как маньяк–то? – ухмыляется он.

– Да ты в принципе себя ведёшь, как дикарь какой–то.

– А как надо? – вдруг совершенно серьёзно спрашивает он.

Я даже теряюсь немного.

– В смысле, "как надо"?

– Ну, как надо, чтобы ты перестала меня считать маньяком или дикарём?

– Цветы мне подари, – неожиданно для себя самой, говорю я.

– Цветы? – его брови взлетают вверх.

– Цветы, – повторяю я. – А что тут удивительного?

Прямо в воде он пожимает плечами.

– Интересное кино, – говорит он. – То есть, если бы я заявился к тебе в твой Мухосра... – осекается, и тут же поправляется: – в посёлок, с цветами, то ты типа поехала бы со мной?

– Нет, – качаю головой я. – Не поехала бы. И цветы бы не взяла.

Он озадачивается. Снова плывём рядом. Несколько секунд молча. Такие приятные тихие всплески воды. И пение птиц. Щурюсь из–за яркого солнца, которое теперь немного светит в глаза.

– А что изменилось? – вдруг спрашивает Аллигатор.

– Сама не знаю, – говорю я. – Но сейчас я цветы бы твои взяла.

Снова немного молчим.

– Странные вы...

– Кто?

– Да девчонки... Хуй вас проссышь...

– Слушай, – хмурюсь я, – а ты мог бы не разговаривать, как гопота на районе?

Он искоса смотрит на меня.

– Ты воспитательницу, что ли, включила?

– Не, – качаю головой я. – Мне просто неприятно, когда ты так общаешься.

Он шмыгает носом.

– Ну ладно, – говорит он. – Постараюсь.

Я даже удивлена. Вот прям серьёзно – удивлена.

– Что, правда, что ли постараешься? – спрашиваю я.

– Ну да, я ж сказал.

Теперь мы молчим уже по моей инициативе. И, честно говоря, я получаю теперь большое удовольствие от этого плавания. Не, правда классно... И спокойно как–то стало. Без этих нервотрёпок сплошных...

– А можно я тебя кое о чём спрошу? – интересуюсь я.

– О чём? – чуть напрягается он.

– Можно или нет?

– Ну, – кивает он, – спросить можешь точно.

Переворачиваюсь на спину. В следующую секунду он делает то же самое. И теперь мы тихонько плывём рядом уже на спине.

Повернув к нему голову, внимательно смотрю на его лицо, на профиль, на торчащую вперёд аккуратную влажную бороду.

– Пообещай, что ответишь, – прошу я.

Он усмехается. Поворачивает лицо ко мне. Глаза красивые такие... Надо же...

– Не, на это я не пойду, – говорит он.

– Ну, тогда, не буду спрашивать, – хмыкнув, говорю я.

– Ну, – отвечает он, – тогда не спрашивай.

Вот ведь гад! Нифига не заинтриговался!

– И всё–таки спрошу, – быстро говорю я.

– Ну, тогда спроси.

Вздыхаю. Снова переворачиваюсь на живот и снова плыву брассом. И он снова следом за мной делает тоже самое.

– Так как тебя всё же зовут? – набравшись смелости, спрашиваю я. – Я имею ввиду, по имени.

Моментально он снова уходит под воду. Вижу, как в искрящейся от солнца прозрачной голубой воде, играют рельефные мышцы его мощной спины. Тёмную голову с устрёмлённым вниз лицом. Вижу, как уверенно расходятся в стороны сильные руки, как синхронно с ними двигаются ноги с могучими бёдрами. Он выглядит просто потрясающе в этой пронизанной солнечным светом прозрачной воде океана.

Выныривает впереди, ладонью проводит по мокрому лбу, убирая вверх волосы. Щурясь, смотрит на меня.

– Тебе это зачем? – хмуро спрашивает он.

Видно, что напрягся.

– Отвечать вопросом на вопрос – невежливо, – тихонько произношу я.

– А мы вроде сейчас не про вежливость.

– Слушай, – подплываю к нему, – ну мне же надо как–то тебя называть?

Сурово смотрит на меня. Солнце сверкает на влажных тёмных бровях. В мокрой, почти чёрной сейчас, бороде.

– И чем тебе не нравится "Аллигатор"?

Я даже теряюсь немного из–за этого вопроса.

– Да блин, – плывя, чуть даже пожимаю плечами я, – это непохоже на то, как обычно зовут людей. Даже если бы у тебя было такое имя, всё равно его хотелось бы сократить для общения. Мне банально дискомфортно называть тебя по названию твоей яхты.

Он чуть заметно качает головой. Удивительно, он в воде может просто ровно стоять, почти не двигаясь при этом.

– Это яхта названа в честь меня, а не наоборот.

Надуваю щёки и вздыхаю.

– То есть тебя зовут "Аллигатор", да? Имя родители дали такое, да?

– Нет.

Чувствуется прям напряжение. Почему эта тема заставляет его превращаться в сталь? Что в ней такого?

– Пойми, у меня всего два варианта. "Босс", как тебя называют. При том, что ты мне не босс. И... крокодил.

Он чуть усмехается.

– Ты знаешь, почему аллигаторов назвали аллигаторами?

Ну, хоть на контакт пошёл. Хоть так...

– Почему? – спрашиваю я.

Плаваю рядом с ним, а он просто стоит в воде. Как он это делает, блин?

– По сути, – говорит он, – так их назвали испанцы. "Эль лагарто дэ индиас".

– И что это значит?

– Значит "индейская ящерица". А слово "ящерица" в испанском происходит от латинского слова "Лацертус", что означает то же самое.

– То есть ты типа ящерица, да?

– Нет, – позволяет себе улыбнуться он. – Я – Аллигатор.

– Тогда для чего ты это мне рассказал? – озадачиваюсь я.

Он смотрит мне прямо в глаза. Пристально так, жгуче.

– Потому, что если шагать от латыни, то есть такое слово – "Аллиго".

Он делает паузу.

– И? – недоумеваю я.

– Оно означает "связывать, фиксировать". И в таком контексте "аллигатор" – это связыватель, фиксатор.

Холодок по спине. Не от воды. Она тёплая. От взгляда и слов.

– Звучит стрёмно, если честно, – осторожно говорю я.

– Так и должно. Прежде всего это манера ведения бизнеса. Я фиксируюсь на конкретном деле и целиком себя ему посвящаю.

Оставаясь в том же положении, поднимает согнутую в локте руку и крепко сжимает большую ладонь в нехилый такой кулак.

– Моё, – жёстко добавляет он. – Понимаешь?

– Эм... – нервно облизываю губы. – Наверное...

– Если ты вспомнишь бильярдную на яхте, то поймёшь, что я в принципе такой. И в сексе, в том числе.

– То есть ты... – вспоминаю слово, – доминант?

– Точно. Доминант.

– Это ведь про БДСМ?

Он морщит нос. Довольно забавно, учитывая общую суровость.

– Нет, это не в контексте всех этих игрищ. Я от них далёк. Но если бы я был там, то – да, однозначно.

– Ты, короче, тиран, – улыбаюсь я, чтобы хоть как–то разрядить обстановку.

Напрасно, наверное, я затеяла этот разговор. Он только что был такой тёплый, а теперь вот опять – будто огромный холодный камень. Или... большая рептилия...

– Эта моя яхта – отображение меня. Потому так и называется.

– Понятно.

– Не наоборот.

– Я поняла... Аллигатор...

– Хорошо, – чуть кивает он.

– Но... коротко вздыхаю и смотрю в сторону.

Ну, как с ним разговаривать?!

– Но что?

Он плавно, без всплесков ложится на спину. Но всё равно будто напряжён. Просто внутренне. Так и хочется сказать: "Ну, расслабься ты уже!"

– Но... – уже нехотя повторяю я, потому что почти уверена, что это бесполезно. – Я не могу тебя так называть. Сейчас вот назвала и почувствовала себя по–дурацки. Это слово... оно... оно заставляет держать дистанцию.

Он усмехается:

– В этом и суть.

– То есть ты боишься сближения, да?

Он чуть отворачивается в сторону. А затем перекатывается телом в воде, делая полный оборот, будто дельфин или другое морское животное, и принимается плыть на спине к берегу левого края лагуны, до которого осталось всего метров двадцать. Быстро перебирает ногами, взметая воду. Скорость набирает огромную.

– Догоняй, – доносится до меня.

Вздохнув, принимаюсь плыть туда же. Но с той же скоростью. Ничего, подождёшь...