Девочка Джа

— И кто мог на такое решиться?

Но тут разговор пришлось прервать, потому что дверь открылась, и появился Саша. Потянувшись, сел на ступеньку и спросил:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— О чем говорите?

Удивительно, но ни я, ни Гарик не пожелали делиться. Я понятно почему — Гарик мой пока единственный источник информации, по крайней мере, из него можно что-то вытянуть. А он, наверное, уверен, что Саша ему по голове наскучит за такие подробности. Потому и сказал сейчас:

— Да я все о Сашином голосе. Так поет, заслушаться можно.

И заснуть — хмыкнула я мысленно.

— Кстати, — улыбнулась Саше, — кто-то мне «Такамин» обещал.

— Это еще что за зверь? — удивился Гарик.

— Гитара такая.

— Обещал, значит, будет. Гарика в город зашлем, привезет тебе «Такамин».

Я уставилась во все глаза, Гарик, кстати, тоже.

— Ты серьезно? — спросила все же.

— Ну да. Обещания надо выполнять. Сгоняешь, Гарик? Я тебе объясню, что купить.

Мужчина перевел взгляд с Саши на меня и обратно, потом вздернул брови, пожимая плечами.

— Ну если очень надо…

На его лице было ясно написано: у нас тут такие дела творятся, а мы за гитарами собрались. Типа в бой, так с песней? Но все-таки он ничего не сказал по этому поводу, только спросил:

— Сейчас съездить?

— А чего тянуть? — усмехнулся Саша. Гарик снова пожал плечами и потопал в дом через сени. Мы проводили его взглядами, а потом я услышала вопрос:

— Теперь ты перестанешь на меня злиться?

Я непонимающе на него посмотрела, и тут дошло.

— Ты от меня типа откупиться хочешь гитарой? — спросила возмущенно.

— Нет, просто порадовать. А то ты очень напряженная стала.

Ну здрасьте вам. Напряжена я. Сейчас я тебе покажу, что такое напряжена. Я улыбнулась, даже присела на ступеньку рядом с ним. Заглянула в глаза, Саша наблюдал внимательно.

— Я понимаю, как у вас тут все это устроено, — заметила ласково. — Ты с женщиной спишь, даришь ей шубы, духи, гитары, тут по настроению, а она всему радуется, даже тому, что ты спишь не только с ней. Так вот: я не такая. Я переспала с тобой, и это было моя ошибка. Больше я ее совершать не намерена. И не надо задабривать меня, ясно? А «Такамин» ты мне и так был должен, потому что обещал за все случившееся в ресторане. Так что не рассчитывай, что я перестану быть такой напряженной. Я нахожусь здесь только потому, что вынуждена в силу обстоятельств. И поверь, вытерпеть рядом с собой очередного бабника могу вполне без задабриваний с его стороны. И не бойся, твоей дорогой Любе я ничего не расскажу.

Я ушла в дом, Саша остался на улице. За мной не пошел, не окликнул. Значит, я права, ничего ему от меня не надо. Лишь бы не мешалась под ногами и лишнего не болтала. Ну и плевать. Плевать я сказала, а не нюни распускать.

А «Такамин» я все-таки приняла, потому что действительно заслужила, и договор о нем был еще до секса. Да тогда даже и мысли о сексе не было никакой, только гонки на автомобилях и труп в туалете. Ну и взрыв.

Кстати, за гитарой Гарик уехал вместе с Сашей, и последний обратно не вернулся. Спрашивать, где он, я разумно не стала. У меня теперь «Такамин» есть, он лучше всех мужиков.

«Только с ним сексом не займешься», — шепнул надоедливо внутренний голос. Вот уж кто бы помолчал сейчас, выступать надо было, когда я совершала ошибку, и спасать меня от нее, а не вот это вот все.

Любу гитара не заинтересовала, она занялась готовкой, Гарик как раз продукты привез. Странная она все-таки певица. Гарик же сразу попросил сыграть что-нибудь.

— Сейчас, настрою и сыграю, — не стала я отнекиваться. «Такамин» же, ну.

В общем, до вечера дело у меня нашлось, я даже отвлеклась от всех этих мрачных бандитских дум и взрывных мужиков. Ужинали мы втроем, потом Люба отправилась мыть посуду, а я решила тактично не мешать, вместо этого устроилась на заднем дворе с Гариком и чаем. Вкусно он его все-таки заваривает.

И конечно, раз уж дело к чаю, я сделала глоток и попросила:

— Расскажи мне дальше про разборки.

На этот раз Гарик был готов, хмуро покачал головой на мои слова.

— Джа не будет доволен, что я тут болтаю.

— Так мы ему не скажем.

Он посмотрел укоризненно, потом спросил:

— А что ты еще хочешь знать?

— Как что? Есть идеи, кто этот бесстрашный, убивший Святогора?

— Пока нет. Вот Джа узнает новости, расскажет, может, у кого умные мысли появились. Пока что оставшиеся объединились и рыщут в поисках убийцы.

Я нахмурилась.

— Они считают, это Саша убил Святогора?

— Не исключают такой возможности.

Я немного посверлила Гарика взглядом, а потом спросила напрямую:

— А ты не думаешь, что это действительно Саша?

Гарик поперхнулся чаем и закашлялся.

— С ума сошла? — высказался наконец. — Джа это ни к чему.

— Тогда чего он сбежал?

Тут Гарик откровенно замялся, но все же ответил, хоть и неохотно:

— История одна была, но даже не начинай просить, не буду рассказывать. Джа пришлось уехать на время. И вот вернулся, хотел, так сказать, наладить былые отношения с высшими нашего города, а тут нате вам.

— То есть кто-то мог его подставить специально? — нахмурилась я.

— Мог. Но кто — не знаю, и Джа не знает, потому и спрятался на время, чтобы попытаться разобраться в ситуации.

— А кто он вообще такой, Саша? — додумалась я спросить. Ответ получить не особенно рассчитывала и оказалась права.

— Чужие истории я рассказывать не буду.

— Ладно, тогда ответь на другой вопрос. Это ведь все опасно, зачем тебе влезать? Зачем помогать Саше, ставить себя под угрозу?

Гарик задумался. Ничего себе, реально ответ ищет? Философию затирает в голове поди о высших смыслах? Я уже готовилась что-то такое услышать, когда он ответил:

— Джа хороший человек. Помочь хорошему человеку в беде — разве это неправильно?

О как. Ну почти философия, что тут скажешь.

— Слушай, — вернулась я к делам земным, — неужели эти твои высшие нашего города не понимают, что настолько подставляться было бы глупо? Прийти на праздник и тупо грохнуть Святогора в туалете… Это же форменное идиотство.



— Так поди им объясни это. Они сначала из Саши душу вытрясут, а потом будут думать, правильно ли сделали.

— Да уж, не самые умные люди правят нашим городом, — вздохнула я. Гарик хмыкнул, тут мы услышали автомобильный гудок и поспешили к воротам. Приехал Саша, Люба встречала его как истинная жена декабриста: смотрела преданным взглядом, прижав полотенце к груди. Ну или как будто двадцать пять лет ждала из царской армии, не меньше.

— Кушать будешь? — спросила ласково, я закатила глаза. Кушать. Он что, дите малое? Или она его будет кормить с ложечки?

Так далеко Любина влюбленность не заходила, ел Саша сам, она сидела, подперев щеку кулаком, и смотрела. Я бы уже раз двадцать подавилась, если бы мне кто-то так в рот заглядывал. Но Саша, видать, привычный, съел все и даже чай выпил.

Распространяться на тему того, где был и что видел, он не спешил, а его никто не спрашивал, так что, помаявшись немного, я отправилась к себе. Слышимость здесь отличная, если будет что интересное, всегда можно просто припасть ухом к стенке. Но они как назло ничего интересного не обсуждали. Болтали ни о чем, вот ведь, то слова из них не вытянешь, то не заткнуться никак.

Под их монотонный бубнеж я в итоге и уснула. Спала на удивление крепко, а еще долго. Проснулась последней, сладко потянувшись, вышла в комнату. Так, штаб в полном сборе, лица хмурые. По ходу, ничего хорошего ждать не стоит.

— Что еще? — уперла я руки в бока. Гарик печально вздохнул, отводя взгляд.

Саша буднично ответил, прямо вот как диктор из новостей. Кстати, он бы хорошо смотрелся в этом блоке, и насколько бы повысился сразу рейтинг передачи… Боже, о чем я думаю? Не о том, явно, потому и смысл сказанного дошел до меня позднее.

— Вчера около восьми вечера в своем загородном доме был убит товарищ Павленко, крупный криминальный авторитет нашего города.

Я некоторое время поморгала.

— Только он? — спросила зачем-то. Саша кивнул.

— Жена с ребенком были в гостях.

— А как его убили?

— Он заходил в дом, тот взорвался, когда Павленко открыл дверь. По крайней мере, так предполагается сейчас.

Вот тебе и на-а-а… Взрыв, значит. А кто у нас тут главный специалист по взрывам? Теперь вопрос: это его так грамотно подставляют или?.. Или это он так ловко водит нас всех за нос. Его ведь не было весь вечер. Если прикинуть, он вполне мог сгонять до загородного дома, заложить бомбу, гранату, чем они там пользуются, эти специалисты… А потом вернуться сюда. Ох, как мне не понравились эти мысли.

— Умоюсь пойду, — буркнула я, хотя все ждали, видимо, комментариев к случившемуся.

Холодная вода взбодрила, в голове стало яснее. Итак, что мы имеем. Саша откуда-то возвращается, причем история мутная. Он якобы хочет наладить отношения с местными авторитетами, и на первой же встрече один из них погибает. Саша скрывается с места преступления и всеми силами старается, чтобы его не нашли.

С того момента, как мы встретились в кустах под окном, он все время был рядом, ну или в ощутимой близости. И только вчера уехал в город. И нате вам — тут же погибает еще один криминальный авторитет. Совпадение? Что-то мне так не кажется. И вот тут наконец стало страшно. Наконец — потому что бояться надо было начинать значительно раньше.

Тот факт, что Саша мне нравится, никак не означает, что он человек хороший. Ну ладно, что он хотя бы не причастен ко всему происходящему. Меня могут ловко водить за нос, в этом он мастер, уже убедились. И пока водят за нос — милейшие люди, а потом — бац! — и нет Саши Суздальцевой.

Нет, и уже как будто давно. Потому что о моем исчезновении толком ничего не известно. А если еще хуже: если Саша просто потом подпихнет меня разъяренным бандитам, лишившимся кровных руководителей, которые им были и отцами, и братьями, и… ну вы поняли. И меня растерзают, меня, а не его. А иначе зачем он так обо мне печется? За собой утащил из ресторана? Вроде как охраняет? От чего или для чего?

