Девочка Джа

Глава 21

Гарик остался медитировать на посту, а мы с Сашей позавтракали.

— Саш, тебе лучше остаться дома, — заметил он мне, я хотела ответить, но он выставил палец вперед. — Мы проводим их только до края города и вернемся. Мне так будет спокойней, правда. Я не жду пакостей, но мало ли что.

Я уткнулась в свою чашку. Легко ему говорить. А вдруг они просто уедут и не вернутся? Подло, конечно, по отношению к нам с Любой, но такой вариант я не могу исключать. К сожалению.

И все-таки ничего говорить не стала. Остаток дня прошел для меня лично в валянии на диване, потому что Гарик сидел на посту, а Саша весь день где-то пропадал. Появился только к вечеру. Быстро поев, они с Гариком стали собираться и вскоре уже сидели в машине у нас же во дворе.

Я разместилась на месте силы, то есть у окна, и стала глазеть. Вскоре приехало еще две машины, одна прямо к подъезду Стрелки, другая стояла на выезде. Я посмотрела на часы: десять. Даже волнение какое-то напало. Фонарь во дворе горел один, чуть в стороне, но все же свет доставал и до нужного подъезда. Я поставила локти на подоконник, а подбородок — на ладони, и стала ждать.

Из машины вылезло двое мужчин, как раз открылась дверь подъезда, Стрелка сделал шаг вперед, в тот же момент его шатнуло назад, и он смешно стал оседать вниз. К нему бросились люди, я только глазами хлопала, не очень понимая, что происходит. А потом дошло: его застрелили! Застрелили, мать вашу!

Из нашей машины выскочили Саша с Гариком, пожестикулировали с криками, и побежали в разные стороны, Саша — в наш подъезд. А до меня дошло: его убили с крыши нашего же дома. Я заметалась по квартире, не зная, что делать. Сердце отчаянно колотилось, я нацепила сандалии и, схватив вазу (ну в прошлый раз она мне помогла), ринулась к дверям.

Выскочила на лестничную клетку и услышала возню этажом выше. Понеслась туда и замерла: Саша дрался с каким-то типом в черной одежде и с чулком на голове, в котором были прорези для рта и глаз. Тот вышиб у Саши пистолет, а потом ударил, лишив сознания. Я подскочила и огрела мужика вазой. Он почувствовал мое приближение, увернулся, потому она только плечо задела ему и даже не разбилась.

Мужик дернулся в сторону, а чулок остался висеть на резной ручке вазы — зацепился, видимо. Я стояла, глядя во все глаза на убийцу. Не так я представляла себе киллеров, честное слово. Этому было лет пятьдесят пять, на голове короткий ежик седых волос, а лицо такое… Приятное очень, вот не скажешь, что он занимается тем, что людей убивает по будням с девяти до шести.

А потом передо мной оказалось дуло пистолета. Я широко открыла глаза и поняла: он меня убить хочет. И почему-то в голове картинка вспыхнула, как будто в кино. Моего лица бы не показали, только руки. Ваза медленно падает из них и разбивается вдребезги, а потом на осколки капает кровь.

Короче, эти мгновенья были не самыми приятными в жизни, я вцепилась в вазу, словно она могла меня защитить, и зажмурилась, как вдруг услышала:

— Опусти пушку.

Глаза открыла: Саша стоял сзади убийцы, тяжело дыша, из губы сочилась кровь, а сам он прижимал дуло пистолета к его голове.

— Брось, — ответил тот, — ты не выстрелишь.

Вот ведь у человека нервы стальные, а.

— За нее выстрелю, — сказал Саша, внутри все задрожало, и прямо-таки захотелось в обморок грохнуться от избытка чувств.

— Даже так? — мужик слегка повернул голову в сторону Саши, тот только губы сжал и надавил на его голову дулом.

Вообще, странный диалог, конечно. Почему-то у меня опять подозрение, что я чего-то не понимаю. Или киллеры со всеми так общаются?

В следующий момент мужчина вытащил магазин и бросил его на пол, следом полетела пуля, уже заряженная в ствол. Я только глазами хлопала. Мужчина убрал пистолет за край брюк и отошел в сторону от Саши.

— Уйти дашь или будем драться? — поинтересовался спокойно.

— Проваливай, — процедил Саша, я неприлично широко открыла рот.

— Масочку верните, юная леди, — обратился ко мне киллер и даже улыбнулся, потому что я не реагировала. Отцепив маску, кинула ему, он натянул ее, а потом… Открыл ключом дверь одной из квартир на этаже и, подмигнув нам, скрылся за ней.

Я перевела изумленный взгляд на Сашу, но спросить ничего не успела, потому что внизу раздались крики и топот. Саша быстро поднял магазин и пулю, убрал в карман. Когда мужики появились, выставил руки вперед:

— Ушел через крышу, — сказал им, они рванули дальше, а он только кивнул мне, и я последовала за ним в квартиру. Гарик уже был там, выскочил нам навстречу, вглядываясь в Сашино лицо.

— Ты знал? — спросил Саша, закрыв дверь. Гарик сразу поник, а я нахмурилась. — Ты поэтому в Сосново приехал и помощь свою предложил? Чтобы легче убийства было обстряпывать?!

— Нет! — повысил голос Гарик и тихо добавил: — Нет. Я бы и так помог, ты же знаешь, Джа… Он не хотел, чтобы тебя зацепило. Вот и просил докладывать, где мы и что.

— Это называется меня не зацепило, по-твоему? — зло рассмеялся Саша. Гарик вздохнул, я продолжала хлопать глазами.

Просто голова кругом от происходящего, честное слово. Вазу пока лучше не отпускать, мало ли что.

— Ты неудачно попал со Святогором, — качнул головой Гарик. — Не надо было сбегать… Но дело было сделано, а у него заказ… Вот он и поставил меня, чтобы контролировать ситуацию.

— Кто заказал?

— Я не знаю. Правда, не знаю, Джа. Ты же понимаешь, я подневольный, всегда был таким. Он меня держит, как и тебя…

Саша только головой покачал, доставая телефон.

— Вещи бери и к машине, она в Стрелкином дворе, даю пять минут. — Повесив трубку, повернулся ко мне: — Пошли.

И двинул к двери. Я аккуратно поставила вазу на пол под мучающимся взором Гарика.

— Джа… — позвал он.

— Пошел ты в жопу, Гарик, — тот даже не обернулся, открывая дверь, а я, пожав плечами, посеменила следом, оставив мужчину одного в квартире.

Надо сказать, Люба знала, что такое аврал. Когда мы сели в машину, она как раз подошла к ней. Разместилась на заднем сиденье, даже не высказав ничего на тот счет, что я спереди. Только спросила Сашу:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Что случилось?

— Стрелку грохнули, мы возвращаемся.

Люба захлопала ресницами, перевела на меня взгляд, я пожала плечами.

— А Гарик?..

— У него еще дела, — отрезал Саша.

— А как же… Я хочу сказать, нас ведь там будут ждать…

— С этим проблем не будет.

Люба откинулась на спинку, озадаченно поглядывая на Сашу. Я молчала, смотря в окно. Картинка в принципе была более-менее ясная. Во-первых, Саша и Гарик знают убийцу, причем хорошо. Все-таки маловероятно, что они стали бы так общаться с малоизвестным типом. Во-вторых, Гарик оказался предателем. Обидно, но факт. Хотя он там утверждал что-то, что не по своей воле, да и вообще…

Но дела это не меняет. А дальше вопрос интересный: кто же этот киллер? И на ум сразу пришел общий знакомый Гарика и Саши, который, собственно, их познакомил. Под ложечкой, где бы она в моем организме не располагалась, засосало крайне неприятно. Вспомнились слова Гарика: ты же понимаешь, он меня держит, как и тебя…

Что это значит? Как киллер может держать людей? Ответ на ум приходит сразу: какой-то прошлой криминальной историей. Гарик был хакером и влез куда не надо, а Саша… Тут у меня случился ступор, потому что представить, на чем его поймали, я не могла.

А еще не могла понять, почему он этого киллера отпустил? Да будь он хоть трижды с ним знаком, сдать его властям, а еще лучше бандитам, пусть они с ним разбираются! Ой, что-то я кровожадная стала в последнее время. Не к добру это.

Или Саша боится, что этот киллер его сдаст тогда? Потому тот мужик так спокоен и был, знал, что его отпустят. Ну если не пристрелят. В чем он, кстати, тоже был уверен. Хорошо, что Саша смог его убедить в обратном. Все-таки волшебная у слова сила, а. Особенно у Сашиного.

Короче, вопросов было немало, очень хотелось спросить сразу обо всем, но когда я косилась на Сашу, то замолкала, прикрыв рот. Он был зол, не просто зол — в бешенстве. Тяжело дышал, взгляд хмурый, и лицо такое… Короче, ни один нормальный человек в своем уме не стал бы к нему лезть в такой момент. Тем более он машину вел, и, кстати, довольно быстро.

В общем, я пристегнулась и решила молчать в ожидании лучшего момента. Только вот не дождалась, стресс, видать, сказался, и я вырубилась, а когда проснулась, мы как раз сворачивали в мой родной двор. Я встрепенулась и почти расплакалась от досады, честно! Как я могла так безбожно все проспать!

Мы тормознули, я бросила взгляд в зеркало заднего вида, Люба не спала, смотрела в окно. Саша все еще злился, это у него надолго, по ходу, теперь. Я щелкнула ремнем безопасности, он повернулся ко мне.

— Ну, я пошла? — зачем-то спросила его. Саша кивнул, поджав губы, мыслями был явно где-то далеко.

— А меня точно никто не схватит и пытать не будет? — спросила я на всякий случай. Если честно, этот вопрос меня сейчас волновал несильно. Я просто пыталась задержаться в машине и отсрочить неизбежный момент расставания.

— Все улажено, Саш, — ответил он коротко, — Амир разобрался с этим вопросом. Убийцу не нашли, — тут он снова сжал губы, а я выдохнула, — но от нас всех отстанут.

Повисла пауза, потом я выдавила:

— Хорошо, если так. Тогда я пошла.

Саша снова кивнул. Бросив на Любу взгляд и получив короткую улыбку в знак прощания, я вылезла из машины. Закрыла дверцу, отошла, затопталась на месте, глядя, как Саша выезжает задом со двора. Вот и все. Вот так вот.

Я как угодно себе это представляла, но не пара слов ни о чем и тупое равнодушие. Он что, не понимает, что я… Что мы…

Машина скрылась за поворотом, я заморгала, чувствуя, как покатились предательские слезы. Размазала их по щекам. Вот еще! Не буду я из-за него плакать! Ни за что!

Бросил меня глубокой ночью в темной подворотне! Ну и что, что дом жилой, и фонари горят. Все равно бросил!

Дотопала до подъезда, набрала номер квартиры на домофоне. Ждать пришлось долго. Только на третьем наборе ответила сонная Яна.

— Кто?

— Саша.

— Саша?.. Саша! Ребята, подъем, Саша верну… — тут открылась дверь и отрезала меня от Яниных радостных воплей. Я взлетела наверх и попала в объятья всей честной компании. Вот кто мне был действительно рад. Сонные, галдели наперебой и обнимали, целовали.

— Ладно, ладно, — я даже рассмеялась от такой бури эмоции, — все хорошо, ребята, я цела и невредима.

Потом была долгая ночь, иван-чай, и мой рассказ о случившемся. Правда, я его немного… Нет, не приукрасила, куда уж больше? Наоборот, сгладила некоторые моменты, некоторые и вовсе опустила. И о краткосрочном романе умолчала, конечно. Впрочем, ребята сидели с открытыми ртами, так что если в моем итоговом рассказе и были нестыковки, они их точно не заметили.

— Вот это да… — протянул Ваня в конце. — Похлеще, чем в боевике.

— Саша, ты просто крепкий орешек, — пошутил Филя, я хмыкнула.

Крепкий, ага… Крепкий, да не очень.

А потом я рухнула в постель и спала много-много часов. Наверное, надеялась выспать все эмоции и воспоминания. Проснулась бы и решила: это был только сон.

Но когда я проснулась, то еще четче ощутила: все правда. И все кончилось. Приняла душ, позвонила родителям. Они плакали и кричали в трубку, одновременно от радости и ужаса. Я ведь для них столько дней была пропавшей без вести, и даже весточку не могла послать, вдруг бы ее отследили.

А теперь оказалось, что подозрения с меня сняты, даже по телевизору об этом объявили. И бандиты действительно решили оставить меня в покое. Оказывается, и возле нашего дома, и возле родительского, постоянно тусовались люди в машинах, на случай, если я появлюсь, я так понимаю. А пару дней назад уехали, и все — никого.

Значит, правду Саша сказал: Амир все разрулил. Хотя и не представляю, как он мог это сделать. В любом случае ему большой респект. Учитывая обстановку, оправдаться нам с Сашей было бы весьма и весьма трудно.

Кстати, о Саше.

Я его совсем не жду. Вот совсем-совсем. Даже не вспоминаю. Ни разу за три дня, что вернулась.



Ладно, кого я обманываю — ни разу я не думала о чем угодно другом, кроме него. Это настоящее мучение, честное слово, когда в твоих мыслях поселился только один человек и не вытравить его оттуда никакими своими тараканами. Даже они ему место уступают.

Я играла на гитаре, регги все время скатывалось во что-то грустное, плейлист тоже наполнился жутко сопливой фигней, так что я сама на себя разозлилась. И на пятый день укатила к родителям.

Вообще-то я их очень люблю. Но отношения у нас непростые. Потому что родители как раз ну очень простые. А я нет. Долгое время они привыкали к тому, что словосочетание «творческая личность» — это не пустой звук. И что я — вот это оно самое. Творческая и личность. Музыку мою они не понимали и тайно мечтали выдать меня замуж, чтобы я сидела дома в борщах, носках и детях.

Хотя тайно — это я загнула, ибо при каждом разговоре вопрос «а парень у тебя есть?» как-то незримо витал в воздухе. Они все там у нас привыкли рано жениться и замуж выходить, и если пока еще я котировалась как незамужняя, то через три-четыре года на меня махнут рукой. Мол, неудачница. Ну и что, что у тебя своя регги-группа? А там парни есть? А хорошие? Ну ты могла бы…