Девушка для холостяка

Подводя итоги

Когда мы прошли уже довольно долго по коридору, откуда-то с потолка на нас спикировала молниеносным движением летучая мышь и попыталась укусить Кристиана крошечными, острыми как бритва, зубами. Грохнул выстрел. Сбитая на лету зверушка упала, а немец ругнулся:

— Вроде и приятно, что всё оживает, а вместо всяких химер появляются приличные животные. Но почему возрождение начинается не с каких-нибудь единорогов, а со всякой мелкой вредной и кусающей дряни?

— Давайте-ка двинемся отсюда поскорее, пока к покойному мышу- вампиру не слетелись приятели пить нашу кровушку, — буркнул я.

Потому что, кажется, наконец-то понял, чего нам подарил волшебник на прощание. Достаточный объём магии плюс оригинальные и полные знания — он поправил нам троим магический каркас так, как он должен быть в изначальной матрице. Кристиану исправлений понадобилось меньше: он сильно старше, и его организм сам уже понемногу себя подкорректировал? Или немец владел собой лучше, отсюда внешне я в его поведении разницы не заметил? Он даже шёл всё те же мягким шагом, готовый в любой момент к новой драке.

Нам с Алисой подарок бесценен: стабильные без узлов и деформаций внутренние потоки дают не только расширенные возможности, но и существенно меньший расход энергии на поддержание. Значит, реже придётся охотиться и меньше риска для мозгов. И всё это уже сейчас, а не лет через триста. Когда окончательно разберусь и научусь пользоваться — буду прыгать от восторга. Но пока вокруг повышенный магический фон, эти новые способности мешали. Очень неудобно, если на какое-то время ты без предупреждения можешь слышать ультразвук, или то появляется, то исчезает без всякого желания способность воспринимать тепло как ещё один цвет. Когда через четверть часа мы увидели вдали свет и открывшийся клочок неба, а магический фон упал до нормального, то есть до близкого к нулю… Какое это счастье — стать обратно просто человеком, без каких-либо паранормальных возможностей! Судя по выражению лица Алисы, она, выбравшись наружу, тоже почувствовала облегчение.

Мы вышли на склоне холма, если я правильно понял — километрах в пяти от посёлка. Длинного гранитного коридора, по которому мы до этого шли, больше не существовало, за спиной осталась неглубокая пещера со стенами из земли и глины. У горизонта, уже подёрнувшегося розовой лентой рассвета, длинной полосой стелилась туманная муть. Тянуло холодком после ночи.

— Жалко немного этого Публия, — вздохнула Алиса. — Он так хотел вырваться — и погиб.

— С другой стороны, он бы всё равно оказался прикован к этой местности, — ответил я. — Он же наполовину магическое создание уже, иначе столько сотен лет в пещерах не протянул бы. Думаю, он и сам это понял, пускай и не сразу. Ну и повод есть железный остаться, не испугался — а навести порядок.

Кристин неожиданно рассмеялся:

— Ну пройдоха, теперь я понимаю, в кого итальянцы такие. Он нас знаете, куда вывел? Как раз к холму, который над поселением и той первой церковью. А заодно, Игорь, если принюхаешься, сам поймёшь. Он же выкинул и все тела этих покойничков оживших вместе с оружием и барахлом. Видимо, как-то наш разговор про будущий монастырь смог подслушать и понять. Готов держать пари, что там и других артефактов, причём двухтысячелетней давности, но в хорошей сохранности будет полно.

— Это и в его интересах, чтобы заклинание наверху стабилизировалось, — парировал Ростовцев. А взаимный интерес — самая лучшая основа партнёрства. И вообще, я ему отдельно благодарен должен быть. Последнее время на перемену погоды голова болит, а сегодня не просто ничего — давно себя таким здоровым не чувствовал, лет на десять помолодел как минимум. Я ещё когда обратно пошли, вдруг заметил, что рубашка шрам от аппендицита не натирает, хотя вечно с этим мучаюсь. Проверил — шрамы вообще все рассосались, как не было, — он вздохнул. — Как я это врачам и жене объяснять буду, пока не представляю.

— Вам с монастырём всё наладили, Николаю Евгеньевичу здоровье исправили. А я сейчас должна расстраиваться, что мне ничего и сокрушаться об упущенных возможностях, — хихикнула Яна. — Ну в книжках всегда так написано… Уф. Даже не думала, что так устать можно. Когда за вами бежала, рюкзак как пёрышко был, а обратно идём — как кирпичей туда насыпали.

Осенённый догадкой, я сдёрнул со спины Яны рюкзачок и расстегнул. Вместо вещей и продуктов там лежали несколько горстей древнеримских золотых монет и какие-то драгоценные камни. Ну да, золото — очень тяжёлый металл. Ошарашено мы некоторое время смотрели.

— Это нам? — наконец спросила Яна.

— Это конкретно тебе от нашего римлянина, — улыбнулся Ростовцев. — Если ты не против, как придём домой, пока положим в сейф, а дальше я придумаю, как это для тебя легализовать.

— Д-да. Конечно, — растерянно согласилась Яна.

— Тогда все домой, пока там не проснулись. А по дороге у нас с Яной будет важный разговор. Янка, ты ещё не поняла? Ты же сама говорила, что вы с Матвеем мечтаете о свадьбе и готовы хоть завтра, но из-за денег её откладывали? Вот тебе и сделали подарок. Всё, можем начинать планировать…

Глядя на разом вдохновившееся лицо Яны и то, как не обращая на нас внимания и поглощённые целиком разговором, подруги зашагали к посёлку. На меня же накатило какое-то философское настроение, и я негромко сказал:

— Магия закончилась, как и закончилась вся эта история. И вообще целый кусок нашей жизни уходит отныне в прошлое.

Сам же мысленно сам себе добавил, что действительно — у меня неожиданно закончились целых две истории, каждую из которых хватит на целую жизнь. Закончилось моё одиночество. И чуть больше года назад мы как раз познакомились с Алисой.

— Откуда столько пессимизма. Игорь? — хохотнул Кристиан. — Да, эта история закончилась, но жизнь продолжается, и непрерывно. Ты завершил один круг судьбы. Пройдёт лет десять или пятнадцать — завершишь следующий круг, закончив историю успешного директора перспективного и его молодой жены. Исчезнешь из прошлой биографии и шагнёшь в новую, в другом городе и уже совсем для окружающих другим человеком. И даже сам ещё не знаешь, кем захочешь стать. А лет через двадцать — тридцать снова. Мы как феникс, который сгорает, чтобы возродиться из пепла

— Ну как вы говорите «ближайший следующий круг жизни» точно будет интересным, — неожиданно весело сказал Ростовцев. — Потому что готов поспорить, что свадеб мы скоро играть будем не одну, а две. Вон туда посмотрите.

Мы как раз поднялись на верхушку холма, и сверху стал хорошо виден протекавший неподалёку ручеёк, на берегу которого сидел тот самый парень, к кому вчера ходили на день рождения. И этот парень обнимал сидевшую рядом Олю.

— Фроляйн Ольга, когда я усыплял всех перед нашим разговором, в доме отсутствовала, — педантично уточнил Кристиан.

— Готов держать пари, что они всю ночь гуляли и целовались. И если в ближайшее время всё не закончится сначала новым свиданием, а потом предложением о замужестве, я ничего не понимаю ни в своём соседе, хотя знаю этого мальчишку с детского сада, ни в молодых людях вообще, — хохотнул Ростовцев. — Осталось сообщить новость их родителям, пусть готовятся.

— Да нет, — присмотревшись, ответил я. — Всё у них именно так и закончится, это я вам как демон страсти и соблазнения гарантирую, — и не удержался: — А родителей отправим убеждать Кристиана, он у нас как самый опытный и старый, да ещё вдобавок целый немецкий барон с этим просто обязан справится.

— А я сейчас вспомню, что главная немецкая черта, по мнению всех в России — это тяга к порядку и прагматичность, — рассмеялся Кристиан. — Давайте-ка заберём этих влюблённых, чтобы не шлялись по окрестностям и не мёрзли, догоним Яну с Алисой и все вместе двинемся домой. Жизнь продолжается, новый круг жизни начинается, и не хочется начинать его с простуды, а утро выдалось прохладное. Куртку я оставил где-то там, в пещерах.

Мы с Ростовцевым засмеялись в ответ, после чего быстрым шагом вниз по склону зашагали к ручью. А ещё я заранее предвкушал разговор Оли и Романа по возвращении в Москву.