Джунгли Вечного Сумрака (СИ)

Глава 14(2)

Что? О чем он? К чему готовиться то?

Мне бы подробностей побольше!

Несмотря на то, что в джунглях и так постоянный сумрак, впереди надвигается какая-то тень. Нет, что-то большое и темное. Массивное, высокое и растянутое во все стороны.

— Держитесь! — вновь кричит Леха.

— Аааа! — орет Закко.

Раздается треск и какой-то шум.

И тут мне открывается то, что парни на первом ящере увидели раньше нас.

— Охренеть! — еще громче, чем раньше вопит Буги. — Разобьемся!

И я с ним согласен.

«Что-то крупное», по словам Лехи, — это огромная стена из переплетных ветвей и лиан. Явно искусственного происхождения. И перед тем, как мы сталкиваемся с ней, успеваю заметить сверху стены обезьянолюда с расширившимися от шока глазами, который даже роняет свое копье.

— Прижимайся к ящеру! — кричу в последний момент.

ХРЯСТЬ!!!

Набранной скоростью и весом, своим и нашим, варану-узкороту удается сначала мордой, а потом и своей тушей раздвинуть толстые ветви, а мелкие проломить.

Пригибаясь, ловлю сшибленного веткой Кешу и, прижимая его к себе, давлю на спину Ктулху. Тот, благодаря моим действиям, придавливается к телу рептилии. Ветвь, что сшибла химероида, скребет меня по хребту.

— Уй! — раздается за спиной голос Буги.

Надеюсь, он удержался на спине варана-узкорота.

Получаю еще несколько неслабых ударов по телу и голове. Сам чудом удерживаюсь.

— Аааа! — звонко визжит кто-то сбоку.

— Большая злая еда! — с другой стороны.

Проморгавшись от попавшего в глаза сора, успеваю взглядом выхватить приближающееся строение. И разбегающихся обезьянолюдов перед ящером под Лехой и Закко, что несется дальше.

Прыжок. Варан-узкорот, на котором сижу я, перемахивает через метровое каменное основание строения. И проламывается через плетеный из лиан каркас и крытую разлапистыми широкими лиственными ветвями крышу.

На миг снова теряю зрение, когда глаза окунаются в листья и ветки, и мы оказываемся внутри темного помещения. Под нами кто-то визжит. Получаю чем-то по башке. Скорее всего, какой-то балкой. Миг, и ящер с нами вырывается наружу.

В стороны разлетаются строительные материалы порушенного строения и предметы быта. А еще мохнатое тело аборигена.

— Туда! — орет впереди Леха. — К треугольнику!

К какому еще, к хренам, треугольнику⁈

Разобраться в мельтешении проносящихся на скорости объектов сложно. Плюс тряска. Но все же мне удается наткнуться взглядом на ЭТО.

Нашел, блин, треугольник. Это пирамида! Не как в Египте. Как у ацтеков. Не зря мне одежда этих обезьян чем-то напомнила эту культуру.

А еще я теперь понимаю, почему Леха решил прорываться к «треугольнику». Широкая лестница ведет к плоской вершине, где находится кубическая хренотень из блестящего желтого металла. И вряд ли парня привлекло золото (а это сто пудово оно), а, скорее всего, ярко сияющая хрень на нем. От этой хрени луч уходит в небо, в вышине начинает расширяться и постепенно растворяется. Похоже, это источник того непроходимого купола, что не выпустил нас из этой локации.

Но до пирамиды еще далеко. Это благодаря крупному размеру ее отсюда видно.

Вжух!

Перед глазами проносится копье, чудом не задевая мой нос.

Ого! Это было близко.

А плотность коротышек вокруг увеличивается. Ящеры всех съесть не успеют. Самих скоро массой завалят и съедят. Как пить дать!

Ведь самое главное в словах аборигенов не «злая» и «большая», а «еда».

Чтобы прорваться к пирамиде, нужно было Лехе с целым стадом этих варанов закорешиться. А не с парочкой.

Вон, еще одна мартышка замахивается копьем. Пригибаюсь и прижимаю поднявшегося было Ктулху. Кеша и так теперь старается головы не высовывать.

Еще успеваю предупредить Буги:

— Берегись!

Бум!

Копье, пролетев надо мной, втыкается в бревно здоровяка.

А мне на глаза попадается еще один подбегающий злобный обезьян с копьем.

Хрен тебе, а не дырочка во мне!

Чиркаю наручами.

Получай разрядом!

Выполнив конвульсивный танец, пораженный молнией противник спотыкается и падает. В еще одного волосатика влетает копье, брошенное Буги. Он его выдернул из своего «щита».

Леха и Закко впереди тоже бросаются копьями, что, видимо, до этого бросили в них.

Я от ребят не отстаю. Правда, орудую не копьями. У меня есть кое-что другое. Кидаю сферой холода в злобную харю другого аборигена. А голову пораженного молнией и застывшего врага сносит маку-ахуитилем Ктулху, что тоже подключается к «веселью».

На нас бежит еще пятерка обезьянолюдов. Их, сука, тут все больше и больше.

Если бы не вновь набранная скорость варана-узкорота, нас бы давно смели. И угораздило же меня наткнуться на группу малолеток-отморозков. Они вообще безбашенные, что решились на такое. А самый безбашенный это Леха — сын другого безбашенного, по рассказам этих ребят, отморозка, в чьем теле я оказался.

Но такое продвижение не может продолжаться вечно. Оставив позади группу строений и преодолев немалое расстояние, мы врываемся в еще одну область со зданиями. Но здесь застройка более плотная. И обезьянолюдов набежало больше. Чувствую, рано или поздно мы тут завязнем. И тогда нам настанет полный абзац.