Джунгли Вечного Сумрака (СИ)

Глава 16(2)

Идея то неплохая. Главное, чтобы в тех группах, что тоже прорываются к пирамиде, адекваты были. А то от этого мира можно ожидать все что угодно.

Но все же буду надеяться на лучшее. Это чертово рубилово мне уже жутко надоело. Черти волосатые все лезут и лезут. Словно в кошмар попал.

Бой и продвижение проходит словно в тумане и мимо меня. Сознание просто успевает констатировать факты.

Вот я бью. Еще раз бью. Уворачиваюсь. Тут блокирую. Кусаю обезьянье ухо. Зачем? Не знаю. Но противник в ужасе визжит: «Еда-обезьяноед!».

Бью оружием в руке. Пускаю молнию. Щупальце бьет того, кого я пропускаю. Еще пара щупалец блокирует вражеский удар мне по голове и замораживает оружие и конечность противника. Я снова бью рукой…

Стоп!

В смысле замораживает?

В этот момент меж щупалец пробегает небольшой разряд статического электричества, и через мгновение тот ударяет в очередную мартышку.

Охренеть!

Продолжая раздать направо и налево, иногда тоже отхватывая (хорошо, что по касательной), размышляю над непонятным…

Мне тут в голову приходит лишь последняя добавленная особенность питомца под названием «Сохранность навыков и способностей носителя и возможность их использовать».

Но это же не совсем то. Наверно. Особенность дает возможность Ктулху пользоваться умениями и навыками носителя, но… Делать все это он может именно телом носителя, а не своими щупальцами.

Тогда, что за фигня происходит? Почему краказю научился хреначить холодом и статическим электричеством?

А может все дело в особенности, что сама собой выбралась после получения мной десятого уровня? Я же не знаю, что там было. Читать сейчас совсем некогда. Плюс, та же фигня с внеочередным выбором особенности самого питомца.

По-любому все из-за этой хрени! Вернее, обеих особенностей, что по какому-то хрену выбрал не я!

Так, нужно успокоиться. Плюсы тоже есть. Один так точно. Не Ктулху управляет моим телом, а я могу управлять его щупальцами.

Еще мой питомец может долбить магией, которую я знаю. А может, и не только магией. Возможно, и навыки скитальца на него распространяются. Например, «Мастерство боя скитальца». И теперь любой подручный… Вернее, подщупальцный предмет в его гибких конечностях — грозное оружие.

Интересно, если я отцеплю от себя Ктулху, полученные от меня возможности сохранятся? Сможет он, например, вновь управляя телом того же обезьянолюда, метать шары холода или лупить молнией?

Сейчас, конечно, проверять не буду. Не то место и не те обстоятельства. Но хотелось бы узнать.

Когда мне чуть не сносят голову маку-ахуитилем, и вся жизнь проносится перед глазами, приходит в голову еще один интересный вопрос.

А если бы я выбрал питомцу особенность «Перенос своих особенностей телу носителя», то была бы у меня возможность мимикрировать или выделять нейротоксин?

Ага. А потом выбрать «Повышенная кислотность», и раствориться в кислоте, когда та побежит по сосудам вместо крови. Брр…

О, одно из щупалец обзавелось обрубком копья с наконечником. И орудует им довольно неплохо. Жаль, длины этих гнущихся конечностей не хватает. Нужно растить.

Две группы, что прорываются к пирамиде, уже соединились. Черти волосатые разлетаются от них в разные стороны с завидной регулярностью. Саму объединенную группу я не вижу, в отличие от области с научившимся летать мартышками. Жаль, самих наших случайных помощников не разглядеть.

Кстати, судя по их скорости, к пирамиде они прибудут раньше нас. И если эта группа действительно уничтожит источник купола, то получится здорово. Можно будет вообще сразу поворачивать и двигать обратно по проторенной дороге.

А это кто там выплясывает?

Взгляд цепляется за странную фигуру на плоской макушке пирамиды. Это какой-то высокий, по сравнению со своими соплеменниками (те тоже там присутствуют), обезьянолюд. Тощий. По крайней мере, ширина плеч такая же, как у обычных обезьянолюдов.

Сам тощий обряжен во что-то цветное и яркое. На голове какой-то пышный убор, что еще больше добавляет ему видимого роста.

Блин, а он там не просто выплясывает. Он, по-моему, вскрывает глотки стоящим вдруг него соплеменникам. Те падают. И, по-любому, кровь хлещет на тот постамент, что чуть в стороне от центра пирамиды. На место померших встают новые, еще живые обезьянолюды.

А еще там над постаментом поднимается багровое с оранжевыми всполохами марево. Оно своими вспышками реагирует на танец тощего.

Я буду не я, если этот волосатый хмырь не готовит какую-нибудь дикую гадость для нас.