Дочь врага. Невинность в расплату

Глава 27

Слёзы ручьём льются из глаз и я никак не могу остановить их поток. Натыкаюсь взглядом на многочисленные побрякушки и горько усмехаюсь. Стоимость некоторых превышает сотни тысяч и я со злобой все скидываю на кафельный пол.

Раньше любила все это примерять, красоваться перед зеркалом. Все это подарил мне отец, которого отныне я ненавижу.

Находясь в своей бывшей, хорошо обставленной, дорогой мебелью комнате, я мечтаю отсюда сбежать. Золотая клетка, а за ней стоит охранник, который никогда кажется не спит. Сбежать отсюда у меня не выходит, столько попыток уже предприняла, ни одна не увенчалась успехом.

Ненавижу это место, этот дом, всеми фибрами своей души, хочу куда угодно, да хоть в собачью конуру, только подальше отсюда, но ближе к Камилю, о котором я ничего давно не слышала.

Я так желаю его увидеть, поделиться радостной новостью! Он бы мог меня защитить, меня и нашего ребёнка, который только-только зародился. Срок три недели, он ещё совсем крошечный, но я знаю, что не позволю отцу его убить.

Он как и обещал, оправил меня в клинику, где мне пришлось сдать анализы, я просила врача в случае положительного результата соврать, но он сказал, что максимум, что может сделать, это повременить с ответом всего на неделю.

Сегодня мы узнали, что во мне все же есть частичка моего любимого, который сейчас не рядом.

Он так мне сильно нужен! Где же он? Почему не забирает? Нужна ли я ему?

Не могу больше без него, разочарование накрывает. Безысходность бродит где-то рядом, заходит в комнату.

Нет, это всего лишь мой старший брат, который выглядит довольным.

— Что тебе нужно? Пришёл позлорадствовать? — спрашиваю я, вытирая слёзы, встаю с кресла.

— Ты правда залетела от него?

На лице Кости выраженное отвращение. Да как он смеет!

— Я забеременела от любимого человека, — произношу максимально спокойно, потому что знаю, что он специально начиняет меня сейчас выводить, но мне стоит держаться до последнего. — Это разное, Кость.

— Знаешь, я не сильно тебя переношу, но кое-что могу тебе рассказать.

— Что же?

Он не хочет меня обрадовать, нет, но внутри все же загорается надежда на то, что новость может быть связана с Камилем.

— Отцу не удалось его найти, даже через их общих знакомых, но он все равно настроен убить Камиля.

Зря надеялась на лучшее. Удача покинула меня, как и счастье.

— Это все? Ты ничего не сказал мне нового. Камиль не тот человек, которого можно загнать в угол.

Если бы папа хотел его убить, он бы давно это сделал. Разве нет?

— У отца есть план и скоро он его осуществит.

Слова Кости меня настораживают, мне не кажется, что он врет. Этот блеск в его глазах даёт мне понять, что он правда что-то знает.

— Какой план?

— Я слышал, его разговор по телефону, он передумал тащить тебя на аборт, здесь можешь не переживать.

Кладу руку на свой ещё плоский живот, чтобы его погладить, это помогает мне успокоиться.

Я должна его сохранить. Никому не отдам! Им пришлось бы забрать моего ребёнка силой, но я бы и шагу не сделала навстречу гибели моего ангелочка.

— Но что не так?

— Кузнецов старший согласился на сделку с нашим отцом. Ты выйдешь замуж за его сына, Витю, а они готовы оставить ребёнка.

Нет. Только не этот урод!

Возможно я бы сама согласилась на сделку, если бы от этого зависела жизнь малыша, но Витя не тот человек с которым безопасно находиться.

— Этому не бывать, — говорю я твёрдо.

— Отец уже занимается документами по передачи некоторого имущества на их семью. Ты должна быть ему за это благодарна.

Усмехаюсь. Откупается отец. Отдаёт своё, чтобы замять то, что я беременна от другого. А все из-за того, что сильно переживает за свою репутацию.

— Благодарна за что, Кость?

— Ты опозорила нашу семью, забеременев от врага, а наш отец смог найти того, кому ты нужна с чужим выродком. Прости, сестрёнка, но иначе и не скажешь. Он спас нашу репутацию.

Все так как я и предположила.

Делаю в его сторону несколько шагов, чтобы оказаться напротив. Заглядываю в его хитрые глаза и вот ничего не чувствую, кроме ненависти.

Отец, Костя и мама, которая даже ко мне ни разу не зашла, родные мне по крови, но чужие по духу люди.

— У тебя нет сердца. Нет сострадания. Мне жаль, ту девушку, которая станет твоей женой, ты не лучше нашего отца, а может даже и хуже.

Яблочко от яблоньки, как говориться.

— Ты лучше больше волнуйся о том, что с тобой будет делать твой будущий муженек, непросто так все его называют садистом, а девчонки наотрез отказываются с ним встречаться.

Даже я об этом слышала, так, что я уверенна в том, что это правда.

— Я не выйду за него замуж. Камиль меня спасёт, — произношу я максимально уверенно.

— Нет! Где он сейчас? Прошла целая неделя, а он так и не появился! Ему на тебя все равно.

Меня срывает. Вся злоба, отчаяние, которые копились во мне все эти дни, вырываются наружу. Я делаю взмах и сильно ударяю ладонью по лицу брата.

— Не смей так говорить! — кричу, замечая, как загорелая его взгляд.

Он готов ударить в ответ, но не успевает этого сделать, потому что в комнату заходит отец.

— Что у вас здесь за крик?!

— Она меня ударила! — визжит как поросёнок.

— Заслужено, — говорю я, следом смотрю на того, кто меня воспитал. — Ты правда собираешься выдать меня замуж за Кузнецова?

— Да. Они согласились взять тебя с ребёнком, — произносит он с неким облегчением. — Видишь, я не такой ужасный человек, как ты думала.

Не лучше выгнать меня из дома?! Чем отдавать тому, кто хочет взять меня из-за своей выгоды!

— Я не выйду за него замуж! Уж лучше смерть.

Нет, знаю, что это не выход. Не собираюсь этого делать, у меня есть за кого бороться и я буду биться до самого конца.

— Ты теперь не одна, — словно читает мои мысли отец. — И ты выйдешь за него. Уже через неделю.

— Но… — делаю шаг в его сторону.

— Не обсуждается! — перебивает. — Договор я с ними уже заключил сегодня утром.

— Нет… — шепчу я себе.

Он выходит из комнаты, а Костя идёт за ним следом, но останавливается прямо перед выходом, чтобы обернуться и наградить меня своей самое отвратительной ухмылкой.

— Через неделю ты станешь подстилкой садиста, который точно не позволит тебе родить. Но я все же хочу тебе пожелать «счастливой» семейной жизни.