Дочь врага. Невинность в расплату

Глава 31

Это последнее мое убийство. Обещаю. Больше я никогда не возьму в руки огнестрельное, не оставлю дыру в человеке от ножа.

В моей жизни больше не будет смертей, потому что она наконец-то приобрела смысл. Мой ребёнок, который находится внутри единственной женщины, которая смогла вызвать во мне нежность и любовь.

Я-то думал, что кроме сестры никого больше и не полюблю. И это же надо как все случилось. Дочь врага, молодая девчонка, в чьём воспитании я когда-то принимал активное участие. Сказали бы мне тогда, что моя Аришка будет подо мной, я бы разбил этому извращенцу голову. Но сейчас уже и не воспринимаю ее малышкой. Словно это были совершенно два разных человека.

Иногда посещали мысли, что наши отношения — неправильны и даже аморальны, но вся моя жизнь это одно сплошное недоразумение. А Арина свет в ней, который так был необходим. Она как-то смогла вернуть мне смысл жизни.

Я буду жить ради неё, ради нашего ребёнка, который будет нуждаться в отце. Я все изменю. Сегодня я совершу последнее преступление.

Только вот что-то все равно останавливает. Я знаю, что мне нужно его убить, но впервые я ощущаю страх поимки, а совесть пытается заключить со мной сделку. Я стал слабым, раньше ничего не боялся, а сейчас мне есть, что терять и меня даже трясти начинает.

Я бросаю в сторону своего бывшего друга, который продолжает лежать в отключке и понимаю, что этот человек отобрал у меня одного родного человека, но подарил другого. Он вряд ли выживет с таким ранением на шее.

Его можно просто оставить здесь умирать.

— Камиль! — слышу я громкий голос Арины. — Нет! Я сказала, нет! Мы должны вызвать скорую! Это неправильно, не по-человечески!

Девушка подбегает ко мне и дергает за руку, пытается увести меня подальше от своего отца.

— Я сказал тебе сидеть в машине, — напоминаю.

— Нет, я тебе этого не прощу. Посмотри на него… — всхлипывает девушка. — Ты осуществил свою месть, дальше пусть Бог решает спасать его жизнь или нет. Мы должны вызвать скорую.

Отец беременную собрался отдавать ее за пацана, о котором ходят не самые лучшие слухи. Вот так просто, взял и бросил ее. А она сама вонзила в него осколки. И до сих пор защищает.

— Блять! Арина! Ты делаешь из меня слабака, — говорю как есть.

— Это не так, я люблю тебя, Камиль, но я не хочу, чтобы на наших руках была кровь моего отца… — вновь в ее глазах стоят слёзы. — Пойми меня.

Эти разборки не для неё. Она слишком хорошая, слишком добрая, не знающая о кровавой мести. Кровь за кровь, жизнь за жизнь, в бандитском мире всегда были такие правила. Не я их придумал.

Но все меняется. Я больше не с ними, я не главарь банды уже давно. Предателя нужно было убить ещё семь лет назад, но я не смог этого сделать из-за некоторых обстоятельств, а сейчас не могу из-за его дочери.

— Мы уедем, прямо сейчас. Через пару дней мы будем в другой стране и ты никогда в жизни сюда не вернёшься. Никогда. У тебя больше нет никаких родственников. Ты готова на это?

Арина вздрагивает. Я знаю, что это серьезное решение. Она буквально должна отдать мне свою жизнь. Довериться мне. Я принял решение идти до нового конца. С ней за руку.

Арина поднимает на меня свой чистый, такой открытый взгляд и мне прямо сейчас хочется ее зацеловать до потери сознания.

— С тобой я готова поехать куда угодно, — шепчет она и во мне просыпается радость.

Но нам некогда праздновать начало наших серьёзных отношений, сначала мы покончим со старой жизнью.

Перетаскиваю ее отца в машину, забинтовываю его рану, из которой идёт кровь, чтобы дать ему ещё один шанс на его никчёмную жизнь.

Когда делаю это, то чувствую, что меня отпускает. Ненависть отступает. Я знаю, что жизнь его сама накажет. Вот-вот.

Мы вызываем скорую помощь и уезжаем. Давид помогает нам с необходимыми вещами, передаёт свою машину, мы прощаемся с ним и его женой, Ладой, желая им счастливой, а главное спокойной жизни, отправляемся в дорогу.

У Давида до сих пор нерешенные дела с Варшавским, по поводу их общего завода, но у меня все же есть хорошие старые связи, которые помогут ему защитить свою долю и забрать ту, что была получена Пашей.

Всю долгую дорогу, малышка не может сомкнуть глаз, вижу, что переживает, отворачивается, чтобы я не заметил, как она вытирает слёзы.

Я могу ее понять. В одно мгновение ее жизнь поменялась, ей пришлось оставить все то, к чему она привыкла, а все ради мужчины. Я буду ценить этот ее поступок и оберегать до самой смерти.

Решаю остановиться в отеле, чтобы передохнуть, потому что сам уже устал. Мне бы принять ванную, хорошо потрахаться со своей женщиной и уснуть. Завтра нас в России уже не будет.

— Это не опасно? — спрашивает девушка, когда мы оказываемся в номере отеля.

— Что именно?

— Вдруг нас найдут… — тихо шепчет.

Ей не нужно бояться. Когда она со мной рядом, ей ничего не угрожает.

— Арин, все хорошо, мои знакомые контролируют ситуацию, твой отец уже в больнице, до сих пор не пришёл в себя.

— Ох…

Было бы отлично, если бы и не пришёл, но как сказала Арина, на все воля Бога. Надеюсь Варшавскому хватит ума не искать нас, когда он придёт в себя.

Я дал один шанс, второго не будет.

Подхожу к девушке и тяну к ней руки, желая уже поскорее прикоснуться к ее гладкой коже.

— Давай я тебя раздену.

— Зачем? — не понимает она, продолжая быть в своих мыслях.

— Мне не нравится, что ты все ещё в этом платье, — произношу с недовольным рычанием. — И нам нужно искупаться.