Карина
После того, как я подписала договор, по которому должна выносить и родить ребёнка супругам Соболевым, моя жизнь закрутилась с бешеной скоростью.
Я разрывалась между сыном, с которым мне нужно было быть рядом, чтобы он чувствовал мою поддержку и шёл на поправку. И процедурами в центре репродуктологии.
Соболев постоянно был со мной рядом, он возил меня, куда я просила. Конечно, сначала он неоднократно пытался ограничить моё общение с сыном, хотя и обещал этого не делать. Для этого он находил массу причин. То мне нельзя волноваться, то подхватывать вирусы, то мне нужно ограничить общение с людьми.
Но я ясно дала ему понять, что если он и дальше будет на меня так давить, то я разорву с ним договор. А деньги ему верну.
Какое-то время посопротивлявшись, Соболев всё же смирился и всякий раз лишь просил себя беречь. Он переживал за то, что эмбрион, которого мне подсадили, может не прижиться.
Его же супругу я увидела только сегодня, когда мы встретились в клинике, чтобы узнать результат подсадки.
Глеб рядом с Ольгой, так звали его жену, был совсем другим. Он казался мягким, нежным, заботливым. В то время как она была холодной и отчуждённой. Соболев постоянно твердил о предполагаемом ребёнке, она же лишь соглашалась с ним.
Но Глеб этого не видел, он был весь в ожидании результатов.
— Ты сама как, чувствуешь что-нибудь? — спросил он у меня. — Как думаешь, ты уже беременна? — с глазами полными надежды посмотрел он на меня.
— Отстань от человека. — Оговорила его жена. — Что она может чувствовать? Даже если подсадка и удалась, то срок слишком маленький, чтобы что-то понять.
После её слов, Глеб виновато потупил взгляд, таким растерянным я его видела впервые. Ничего не больше не сказав, он хотел вернуться обратно к жене.
— Да, — остановила я его, осторожно взяв за руку, — я думаю, что я беременна. У нас получилось.
— Ну что за пустые разговоры. — Закатив глаза, вздохнула Ольга. — Сейчас будет УЗИ, и всё узнаем. А пока, Карина Андреевна, я прошу вас, не давайте нам лишних надежд. Вы себе не представляете, сколько мы уже неудач пережили.
Но не успели я или Глеб что-то ей ответить, как к нам подошёл Андрей, друг Соболева и как оказалось главврач этой клиники.
— Привет Глеб, — по-дружески поприветствовал он его, — давно ждёте?
— Нет, не очень. — Отмахнулся Соболев.
— Извините, но у меня была веская причина. Только что на свет появились два очаровательных карапуза, которых подарила бездетной паре суррогатная мама. — Объяснил он причину своего опоздания. — Идёмте. — Позвал он нас за собой, после чего мы вошли в кабинет УЗИ.
— Надеюсь, на этот раз у нас всё получится. — Как-то недовольно произнесла Соболева. — Потому что если и сейчас всё в пустую, то я точно больше в этом участвовать не буду.
Ольга начала плакать, но мне почему-то показалось это наигранным и неискренним.
— Не переживайте, — улыбнулся в ответ Андрей, — я уверен, что у нас всё получилось. А вы Карина Андреевна, как думаете? — задал он мне тот же вопрос, что и Соболев несколько минут назад. — Ложитесь на кушетку. — Попросил он меня.
— Карина думает, что всё получилось. — Ответил за меня Глеб. — Но я сомневаюсь, ведь в этот раз подсадкой занимался не ты.
— Глеб, ну к чему такая предвзятость? — Андрей строго посмотрел на друга. — У меня в клинике работают лучшие специалисты, и я ручаюсь за каждого. А мне, как ты понимаешь, нужно было срочно уехать. Но давайте не будем зря спорить, а лучше посмотрим. — Стал мягче он.
Доктор намазал мой живот гелем и стал водить датчиком по моему животу.
— Ну что я вам могу сказать, дорогие родители. — Улыбаясь, сказал доктор. — Карина Андреевна оказалась права. Вот видите, — он показал пальцем на экран, — это ваш ребёнок. Срок беременности шесть недель. — Я перевела взгляд на Соболева и увидела в его глазах слёзы.
Глеб, улыбаясь, смотрел на экран, а в глазах блестели слёзы. В то время как его жена была будто и не рада этой беременности. Или я просто себя накручиваю, считая её чужой для этого малыша. В то время как чужой для него являюсь я.
— Размеры плода и его развитие соответствуют сроку беременности. Плацента в норме. — Перечислял доктор, водя датчиком по моему животу. — Но что самое главное, мы уже можем услышать сердцебиение плода.
После чего он включил звук, и я мы услышали, как бьётся сердце этого маленького человечка. Я снова посмотрела на Глеба, по его щеке побежала слеза, которую он поспешно смахнул.
— У нас получилось! — радостно воскликнул он, обняв жену. — Оля, у нас получилось! — Соболев подхватил её на руки.
Но Ольга почему-то по-прежнему оставалась какой-то отрешённой, холодной. Словно это ее не то что не радовало, а даже огорчало. На её лице была натянутая улыбка, лишённая всяких эмоций.
— Ты не рада? — Соболев вопросительно посмотрел на жену.
— Глеб, я рада. — Ответила она. — Просто срок ещё слишком маленький. Впереди столько рисков. Я не хочу раньше времени радоваться, чтобы потом разочаровываться. Давай дождёмся рождения этого ребёнка, и вот тогда будем радоваться.
Она закрыла лицо руками и уткнулась в грудь мужа.
— Прости, ты права. — Обнимая ее, ответил Соболев.
— Можете одеваться. — Обратился ко мне доктор. — Сейчас я напишу список анализов, которые нужно сдать. Ко мне придёте через три дня.
Доктор что-то написал на бумажке, а затем протянул её Глебу.
— Хорошо, мы всё поняли. — Покорно согласился тот.
— Глеб, я могу уже уехать? — поинтересовалась Ольга. — Мне слишком тяжело здесь.
— Дождись меня, и я тебя отвезу. — Предложил ей Соболев.
— Не нужно, — она улыбнулась мужу, — я поймаю такси. Мне нужно пройтись, чтобы прийти в себя.
Потом она вскользь поцеловала Глеба и ушла. А мы с Соболевым в сопровождении Андрея отправились сдавать какие-то анализы.
Я уже даже в подробности не вдавалась, слишком много их было у меня в последнее время.
Но главное у меня получилось забеременеть. Сейчас главное благополучно выносить и родить этого ребёнка, а потом попытаться начать жизнь с чистого листа. Если конечно у меня это получится.