Долгий путь к счастью (СИ)

Глава 40

Карина

Едва я представила, что мне предстоит остаться одной в этом огромном доме, как мне тут же стало не по себе. Неуютно здесь как-то. Понятно, что все чужое, не свое. Но и дом какой-то пустой, не обжитый. Здесь нет ничего, что говорило бы о его хозяевах. Ни фотографий, ни каких-то других аксессуаров. Словно это гостиница, а не дом. Хотя Глеб говорил мне, что он сюда приезжает лишь затем, чтобы поработать в тишине. Вряд ли ему для этого нужны все эти мелочи. Для того чтобы отдохнуть и согреться душой у него есть другой дом, где его ждет любимая жена, а скоро будет ждать и малыш. И только от этой мысли, я почувствовала, как мое сердце сжалось. Соболева в его уютном доме, скоро будет ждать малыш, которые сейчас живет внутри меня.

Самопроизвольно кладу руку на живот, желая защитить этого кроху ото всех, даже от его отца, который его уже очень любит.

— Ты что, боишься? — с нескрываемой улыбкой спрашивает он.

— Если честно, то да. — Признаюсь ему я. — Дом такой большой, а я тут буду совсем одна. Наверное, нужно было снять квартиру.

— Не говори глупости. Никто тебя тут не тронет. Дом под надежной охраной. А что на счет квартиры, так это не вариант. Скоро лето, здесь природа, чистый воздух. Будешь больше гулять, это полезно для малыша. Так что выбрось из головы все глупости и страхи и располагайся. А мне действительно нужно ехать, я и так на тебя трачу слишком много времени.

— Заметьте, я вас об этом не просила. — С нескрываемой обидой отвечаю я.

— Я уезжаю в командировку, так что в город будешь ездить с моим водителем. По магазинам ходить тоже с ним. Вернусь, как раз когда будем делать УЗИ. — сообщил он мне, а потом, сухо попрощавшись, вышел.

Так начались мои серые однотипные дни. Днем я ездила на работу, а вечерами была готова выть от одиночества. И лишь разговоры с сыном по видеосвязи спасали от одиночества и не позволяли упасть духом. Звонила я и свекрови, и подругам. Но все это не заметит живого общения.

Соболев сдержал свое слово, и вернулся, когда нужно было делать УЗИ. На котором были только он и я. Его жена, снова по каким-то причинам отсутствовала. Но я не стала спрашивать, это не мое дело.

Для меня важнее было то, как развивается малыш. И доктор нас порадовал, сказав, что у меленького все хорошо и развивается он согласно сроку. И все показатели в норме.

— Хотите узнать, кто у вас будет? — спросил Андрей, словно мы муж и жена, а не двое людей, связанных контрактом.

— А уже можно узнать? — удивился Соболев.

— Да, все уже прекрасно видно. — Улыбнулся в ответ его друг.

— И кто же? — спросил Глеб, глядя с замиранием на экран.

— Девочка, у вас будет дочка. — Сообщил доктор.

Девочка, как же это прекрасно. Я так мечтала о дочке. Мечтала, как буду наряжать ее в красивые платья, заплетать косички. Мечтала, как Ваня будет защищать свою сестренку. Но видимо, моим мечтам не суждено сбыться, и сейчас я подарю свою мечту другим людям.

Интересно, а Глеб рад тому, что у него будет дочка. Ведь мужчины чаще всего хотят сыновей. Наследников, продолжателей рода. И я думаю, что Соболев не исключение. Тем более что ему есть, что передать своему сыну. Невольно перевожу взгляд на Глеба, чтобы увидеть его реакцию.

— Девочка, — почти одними губами шепчет он, — моя дочка. Дочка. — Повторяет Соболев, словно пробует это слово на вкус. — Дочка. — Снова повторяет он, и его глаза начинают блестеть слезами. — Андрей, спасибо тебе. — Благодарит он друга.

— Не меня благодари, а Карину, — начинает скромничать доктор. — Только благодаря ей, ты станешь отцом.

Но вместо благодарности, Глеб просто переводит на меня сухой безразличный взгляд. Будто перед ним неодушевленный предмет, а не живой человек.

— Подожди меня в коридоре. — Командует Глеб, после того, как помогает мне встать с кушетки.

Вытерев гель с живота, и приведя себя в порядок, я молча выхожу из кабинета, оставив мужчин наедине.

Соболев

— С моей дочкой точно все в порядке? — спрашиваю я, после того, как за Кариной закрывается дверь.

— Точно. — Спокойно отвечает Андрей. — Глеб, ты, конечно, прости за нескромный вопрос. Но где Ольга? Почему за все это время она ни разу не приезжала вместе с вами.

— Она не может. — Коротко отвечаю я, не желая вдаваться в подробности.

Хотя мне и самому не очень понятен этот момент. Если раньше она боялась, что эмбрион не приживется, потом, что срок слишком маленький. Потом была не готова, то сейчас что? Уже двадцать одна неделя беременности, а она так и не была ни на одной процедуре, постоянно находя отговорки.

— И чем она таким занята? — строго спрашивает Андрей. — Глеб, может это, конечно не мое дело, но я все равно на правах друга спрошу. А ей точно этот ребенок нужен?

— Андрей. — Пытаюсь обрубить я его.

— Что Андрей? Глеб, разве я не прав? — продолжает допытываться он.

— Прав, конечно, — вздыхаю я, — просто она боится повторения тех случаев.

— Каких случаев, Глеб? Каких? — не понимает друг. — Там первый эмбрион не прижился, а второй раз выкидыш случился на восьмой неделе, да и то по вине той женщины, так как она сама его спровоцировала. А у Карины уже двадцать одна неделя. И сейчас на УЗИ было такое чувство, что это ваш с Кариной ребенок, с каким трепетом и умилением она смотрела на экран. Глеб, это не игрушки! Вы с Ольгой затеяли все это, а ее рядом нет.

— Ей просто нужно время чтобы привыкнуть. — Снова вступился я за жену.

— Надеюсь не до совершеннолетия вашей дочери. — Пошутил он. — Ладно, Глеб, прости, может это и не мое дело. — Вздохнул он. — Просто когда родиться эта девочка, ей нужна будет мама, понимаешь, мама, а не няня. Тем более что вы столько с Олей к этому шли. Столько пережили всего вместе.

— Все нормально. — Я похлопал Андрея по плечу. — Спасибо, что беспокоишься. А Карина, как она? Как протекает беременность? Есть какие-то опасения? — решил уточнить я.

— Все отлично. Карина отличная мама, пусть в данный момент и суррогатная. Беременность протекает легко, по женской части у этой девушки просто отличное здоровье. Так что вам с Ольгой очень повезло, что вашего ребенка вынашивает именно Карина. — Рассказал друг.

— Спасибо тебе. — Благодарю его я, а потом беру результаты УЗИ и выхожу в коридор, где меня ждет Лакина. — Идем. — Командую ей я, направляясь на выход.

Ничего не ответив, Карина послушно встает и следует за мной.

— Ты как? — спрашиваю ее я, когда мы садимся в машину.

— Все хорошо. — Спокойно отвечает она, поглаживая живот.

— Карин, смотри, — поворачиваюсь к ней, — сейчас обед, поэтому предлагаю заехать в какой-нибудь ресторан и пообедать. Ты как? Голодная?

— Есть немного. — Признается она. — К тому же она сейчас растет и мне периодически хочется чего-нибудь съесть. — Она снова кладет руки на свой уже хорошо округлившийся живот и, улыбаясь, начинает его гладить. — Она шевелится. — Сообщает Лакина, посмотрев на меня, а затем берет мою руку и кладет на живот, внутри которого уже отчетливо чувствуются толчки малышки. — Чувствуете? — улыбается Карина.

— Привет. — Приветствую я свою дочку, и она затихает.

— Эй, солнышко, ты чего? — ласковым тоном спрашивает Лакина. — Это же твой папа. — Объясняет она дочке. — Ну же, маленькая, порадуй папу, не бойся.

И в этот момент дочка снова начинает шевелиться, после чего я и Карина, не сговариваясь, смотрим друг на друга.

И я впервые поймал себя на мысли, что Карина была бы очень хорошей и любящей мамой для моей дочки. Ведь эта малышка ей абсолютно чужая, а она относится к ней, будто это ее родная дочь. С таким трепетом и нежностью, что даже у меня замирает сердце.