Домовина

Глава 2

Наши дни

1

Прошло почти двадцать девять лет с того знаменательного события, которое произошло в «Суровикино». Мне тогда было всего четыре года. Я появился на свет в начале девяностых годов, когда в стране происходили масштабные изменения: перестройка власти, разгул бандитизма, развал производства. Конечно, было и много хорошего. Это было трудное время, но что поделаешь — выживали как могли.

Вспоминаю, что, несмотря на все трудности, было и много радостных моментов. После того случая, когда упал звёздный дождь Ориона, городок как будто исчез, испарился, его не видно даже на картах. Я тогда не помню, что произошло, мне было всего девять лет. Мои родители не говорят, что там могло случиться. Мама и папа молчат и ничего не рассказывают.

Сначала приезжали родственники, бабушка Люда работала в школе преподавателем младшего класса и преподавала в седьмом и восьмом классах по предметам химия и биология. Потом, после того случая, долгое время не было никаких новостей от близких родственников. Будто они исчезли. Моя мама много раз писала письма, но так и не получила ни одного ответа.

Однажды, почти двадцать пять лет спустя, позвонили на сотовый, моя мама долго разговаривала с родственниками. Они сказали, что всё в порядке, ничего не произошло. Городок «Суровикино» развивается, как и раньше. Мама спросила, почему в новостях говорили, что маленький городок погиб.Тётя Таня Ратникова ответила резко: «Всё хорошо! Ничего не произошло».

Казалось бы, ответ был дан в спокойном тоне, но всё же закрадывались сомнения. Что же произошло, раз она отвечает так резко, что мама не может понять, в чём дело?

Тётя Таня приглашала их в гости, но родители не смогли поехать — у них работа, дача, некогда. Тогда предложили мне, а я, как раз, работаю в одной из крупных компаний, занимая должность главного руководителя архива. Без моей заверенной подписи документы недействительны.

Работы много, государственный архив, всегда много документов, и приходится разбираться по полочкам. Очень скучная работа, не для всех. У моих друзей гораздо интереснее, чем моя.

Лена Раевская работает в одной из крупных компаний издательства «Рассвет», по специальности дизайн и художница. В основном работает в детскую литературу, рисует очень красивые картины. Многие мои друзья работают в издательстве, кроме меня, конечно. Я выбрал не то ремесло, и теперь страдаю, приходится терпеть этот проклятый архив.

Почему я не пошёл в журналистику или в редакторское дело? Сидел бы сейчас и печатал журналы, какие мне надо. Нет, я поперся на исторический факультет и получил архивариуса. Зачем? До сих пор задаюсь этим вопросом.

Хотя моё образование связано с культурологией, я могу попробовать свои силы в издательском деле. Почти семь лет я занимаю должность руководителя государственного архива.

Поздним вечером мне позвонил мой друг Владимир Чарушин, известный футболист, недавно отметивший свой тридцать четвёртый день рождения. Вокруг него всегда много поклонниц — высокий парень с короткими волосами и ямочками на подбородках. Он сообщил мне о планах отправиться в путешествие по городам, чтобы отдохнуть от городской суеты.

Я, конечно, с радостью приму участие в этой поездке, поскольку для меня это большая честь. Я устал от постоянного внимания на работе, а город вызывает у меня ещё большее утомление — постоянное движение, суета и тлен.

Мы обсудили с Володей состав нашей компании и договорились о дне поездки. Он сообщил, что машина будет ждать нас завтра вечером. После разговора с Володей я сообщил родителям о предстоящей поездке. Мама попросила меня заехать к её родным и передать привет от неё и кое-какие поручения. Я согласился.

Как вы уже знаете, я занимаю должность руководителя в государственном историческом архиве. Без моей подписи ни один документ не имеет юридической силы.

Меня зовут Миша, мне тридцать четыре года. Как я уже упоминал ранее, семь лет назад я начал свой путь в архиве. Сначала я был всего лишь архивариусом и работал в отделе. Ровно год спустя меня повысили до ведущего архивариуса. Через два года я стал заместителем главы архивариусов. К тому времени я уже владел всеми необходимыми навыками и знаниями.

А теперь я руковожу архивом уже почти два года. Вот так я продвинулся по карьерной лестнице.

За мной постоянно бегают репортёры, я в центре внимания. Наш архив хранит важные исторические документы. За семь лет мы перевели несколько языков и раскрыли несколько исторических фактов.

Наш архивный исторический фонд издаёт ежемесячный журнал, в котором публикуются новые находки в области славянской письменности.

Благодаря моему другу Виктору Раевскому и его жене Елене Раевской, которые работают в издательстве, наши труды печатаются. Виктор занимает должность главного редактора, а его жена создаёт для нас иллюстрации и фотографии.

Это замечательные люди, с которыми мы дружим со школы. Я никогда не думал, что они будут работать в издательстве. Хотя я давно мечтал об этом, несмотря на то, что поступил на исторический факультет по специальности «культурология».

Вместо издательства я выбрал архив. Никто меня не заставлял идти туда работать, хотя у меня был огромный кабинет и окна выходили прямо на город. Однако мне этого мало, хочется чего-то иного, я стремлюсь к созданию собственного дела, а не к тому, чтобы разбираться с архивами и выяснять, кто и откуда. Теперь вы немного знаете, кто я на самом деле.

Утром я отправился на работу. Мама, как обычно, приготовила завтрак, и я позавтракал, пока отец занимался цветами на лоджии. Наша квартира большая, в ней четыре комнаты и огромные лоджии. Попрощавшись с мамой, я поехал на работу. Сев в свою машину, «Ладу Гранту», я уже через десять минут был в своём кабинете. Меня уже поджидала толпа журналистов, которые расспрашивали меня о новых публикациях древнего текста египетского фараона.

— СЕНСАЦИЯ! СЕНСАЦИЯ! СЕНСАЦИЯ! — кричали они внизу.

Я включил телевизор. Там шёл прямой эфир, посвящённый нашему архиву. Опять говорили о раскрытии древнего текста фараона, который недавно привезли нам с востока. Как по секрету. Не знаю, кто проболтался. Зачем выдали наши секреты? Мы никому не говорили, и сами толком не знаем. Говорят, это и есть тот самый свиток, книга мёртвых. Невозможно слушать это по телевизору. Я выключил его и пошёл в комнату, которая находится прямо напротив меня. Там хранятся ценные документы, книги, видеофильмы и даже одежда, которую носила какая-то кровавая графиня. Она убивала своих рабов в подвале, расчленяла их, заливала кровью ванну и купалась в ней. Жуткие вещи. Даже на платьях графини до сих пор остались капли крови с тысяча восемьсот второго года. Иногда нам попадаются жуткие истории.

Я вошёл в комнату, включил свет. Загорелась комната, стало светло. На столе лежали распакованные пергаментные свитки. Внутри пергамента находился огромный пласт с египетскими иероглифами. На нём изображены несколько богов, один из которых, похоже, бог Ра, общается с богом Анубисом.

2

Я сосредоточенно изучал предмет, который, как я осознал, был своего рода посланием от Анубиса, вестника царства мёртвых. Мои размышления были прерваны появлением моей ассистентки, Риты.

— Доброе утро, Михаил Александрович! — поприветствовала она.

— Доброе, — отозвался я, не отрываясь от своего занятия.

— Я заметила, что дверь кабинета открыта, подумала, вы забыли, — сказала Рита, кокетливо подходя ко мне и заглядывая через плечо.

— Это тот самый свисток, книга мёртвых? — спросила она, указывая на предмет моего интереса.

— Да, — ответил я, поворачиваясь к ней. — Сегодня вы могли бы временно заменить меня и не допускать никого в мой кабинет, особенно к архивам. Я буду в отпуске, сегодня мой последний рабочий день, и через месяц я вернусь к работе.

— Хорошо, как скажете, Михаил Александрович, — ответила Рита, делая записи в своём ежедневнике.

— И ещё, не пускайте журналистов, они наверняка захотят посмотреть на свисток. Если что, закройте архив и мой кабинет.

— Будет сделано, — сказала Рита, записывая мои указания.

Мы вышли из комнаты архива в мой кабинет. Перед тем как выйти, Рита ещё раз взглянула на египетский свисток, который, видимо, так заинтересовал её, что она не удержалась от повторного взгляда на книгу мёртвых.

— Не желаете ли кофе? — предложила мне Рита.

— Да, пожалуй, — согласился я, присаживаясь в своё кожаное кресло и устремляя взгляд на город. Вид был поистине впечатляющим, ведь я находился на десятом этаже огромного офиса, оформленного в современном стиле. Мой кабинет был просторным, занимая сорок пять квадратных метров, и в нём было всё необходимое: рабочий стол, кресло, диван, банкетка и даже искусственный камин. Чуть дальше располагалась комната для отдыха.

Рита вошла с подносом, на котором стояли две чашки кофе со сливками. Она поставила поднос на стеклянный журнальный столик.

— Рита, подождите, присядьте, нам нужно поговорить, — сказал я, наливая кофе и себе, и ей.

Я взглянул на свою секретаршу. Рита была молодой и серьёзной девушкой. Насколько мне было известно, она была помолвлена с известным бизнесменом, который заезжал за ней после работы, и они вместе отправлялись в итальянский ресторан.

— Сегодня я работаю до обеда, — сообщил я Рите. — Не могли бы вы всё закрыть?

— Будет исполнено, — ответила Рита спокойным голосом, как и подобает воспитанной девушке из состоятельной семьи.

— Хорошо, Рита. Тогда вот что нужно сделать. На столе есть несколько писем, отправьте их на почту. Затем Вислоухов должен подписать документы, и после этого отправьте копии по адресу. Я оставлю все рекомендации на столе.

— Как прикажете, Михаил Александрович.

— Прекрасно. И ещё, докладывайте мне обо всём, что здесь происходит, и звоните, если что-то случится.

— Хорошо! Рита серьёзно записывала в свой блокнот все наши разговоры, замечания. Рита всё раскладывала по полочкам. Повезло мне с ней, отличный секретарь.

По завершении совещания я отдал распоряжение Рите, и она, откланявшись, направилась к своему рабочему месту.

После полуденной трапезы я уже намеревался покинуть кабинет, как вдруг раздался телефонный звонок. Звонила моя супруга Таисия, в девичестве Карнаухова, взявшая после замужества мою фамилию Дунаева.

«Дорогой, ты скоро будешь дома? Мы уже ожидаем тебя», — произнесла она.

«Уже собираюсь, дорогая», — ответил я.

«Скоро приедут наши друзья. Они сказали, что будут через два часа, но, возможно, раньше. Володя сказал, что заберёт Раевского по пути в издательство «Рассвет» и сразу приедет к нам».

Я завершил разговор и, воспользовавшись парадным входом, покинул офис, поскольку внизу вновь собрались журналисты, пытавшиеся привлечь моё внимание. Рита помогла мне выйти через парадный вход, и я наконец смог спокойно отправиться домой.

3

В тот же вечер я собрал свой небольшой саквояж. Настя, как обычно, крутилась перед зеркалом. В мою комнату вошла матушка и вручила мне пакет с угощениями и свёрток с дарами.

— Дитя моё, Таисия, — обратилась она к нам с супругой, — прошу вас быть осмотрительными, ведь неизвестно, что может приключиться в пути. Матушка говорила серьёзно, словно предчувствовала что-то, интуиция всегда подсказывала ей, когда что-то должно было произойти.

— Матушка, не тревожься, — я поцеловал её в щёку на прощание. Таисия обняла матушку, и мы вышли из комнаты. Времени было мало, нам следовало поторопиться, ведь скоро должны были прибыть друзья. А мы ещё не собрались, — сказала Таисия. В этот момент подъехал автодом. За рулём сидел Владимир Чарушин, рядом с ним — Юлия Белова. Все остальные были в домике: Марта Ростова, известная модель, Виктор Раевский и его супруга Лена, работающие в издательстве «Рассвет». Все компании собрались, и только мы с супругой ещё не были готовы.

— Кто это, чёрт возьми, приехал? — выругался отец, сидя в комнате и смотря телевизор. Его ноги были на стульях, а он смотрел боевик.

— Друзья Миши прибыли, — сообщила мама.

— Вот как, ну что ж, передай им привет! — ответил я, не отрывая взгляда от телевизора.

— Они скоро уедут, — сказала мама, наблюдая за нами, пока мы разговаривали.

Я помог жене подняться в автодом. Когда мы сели в машину, мама наблюдала за нами, затем задёрнула шторы и присела рядом с отцом. Они посмотрели друг на друга и молча продолжили смотреть телевизор, по которому шёл боевик.

В конце мая вечера были довольно прохладными, и на улице царила кромешная тьма. Не было ни фонарей, ни какой-либо другой подсветки.

Когда наш автодом наконец выбрался в город, перед нами предстали яркие разноцветные огни. Мы проехали несколько миль и остановились у торгового центра «Акварель», самого большого торгового и развлекательного центра в городе. В «Акварели» можно было найти практически всё: от развлечений до продуктового магазина. Это был очень дорогой торговый центр.

Мы вышли из автодома и направились в «Ашан», чтобы купить продукты для приготовления ужина. С нами поехала вся группа, с которой мы раньше учились. Каждый из нас выбрал свой путь.

Марта Ростова — модель, ей уже тридцать лет, и у неё много поклонников. Недавно она развелась с мужем.

Владимир Чарушин — известный футболист, ему тридцать четыре года. Он не женат, но у него есть невеста Юлия, которая поехала с нами за компанию. Это высокий широкоплечий парень. Ему, как и мне, тридцать четыре года.

Лена Раевская и Виктор Раевский — семейная пара. Лена работает в том же издательстве, где и её муж. Она занимается дизайном обложек и пишет фэнтези для подростков. У неё аудитория плюс двенадцать. Лене тридцать два года, она амбициозная и серьёзная женщина.

Виктор, муж Лены, работает главным редактором в издательстве «Рассвет». Его основная работа — с авторами. Один из бестселлеров издательства — это пока никому не известный автор, благодаря которому Виктор стал кем-то. Виктор выпускает огромные классические хоррор и ужасы, а также некоторые произведения с элементами детектива и мистики.

Лена и Виктор Раевские всегда вместе и везде.

Юлия Белова — известная актриса и невеста Володи Чарушина.

Ну и моя жена Тая Карнаухова, как я уже говорил, носит мою фамилию Дунаева. По специальности она журналистка и работает у Раевского. Ей тридцать три года. Она умная, любит пошутить и всегда находит шутки и прибаутки во время путешествий. Не зря я полюбил Таису за её юмор и обаяние.

Вся компания собралась вместе, и мы не виделись уже много лет. Таиса, как всегда, рассказывает о своей работе и частых командировках. В отличие от меня, мы с ней вместе уже почти три года, но до сих пор не можем завести ребёнка. То одно, то другое — время быстро уходит. Мои родители и родители Таисы уже три года спрашивают: «Когда же появятся внуки?» Таиса шутливо отвечает им: «Пока аист в отпуске — детей не будет!»

Наша семья очень дружна, мне повезло с женой, друзьями и родителями. Мы с Таисой живём в полном согласии и радости.

— Дорогой, ты где витаешь? — моя жена вывела меня из задумчивости. Мы были в «Ашане».

— А что? — я как будто в трансе.

— Ну, начинается, дорогой, что будем брать?

Я посмотрел на цены — они кусаются. Пельмени в заморозке стоят почти пятьсот рублей. Конечно, мы можем позволить себе такую роскошь, но это факт. А что делать тем, у кого мало дохода?

— Бери, что тебе нравится, — сказала Таиса. Она всегда брала то, что ей по душе.

Тут к нам подошли Володя Чарушин и Юлия Белова. Они уже собрались в автодом и ждали нас.

— Идём, мы вас дождались, — напомнила Юлия.

Я посмотрел на жену, и мы пошли к кассе. Оплатили покупки и вышли из торгового центра.

— А вот и наши потеряшки, — выглянул Виктор Раевский.

— Да ладно тебе, — Лена подтолкнула мужа под бок, — хватит шутить, поехали уже, наконец.

Марта сидела в углу, поправляя макияж.

— Подруга, тебе не надоело поправлять макияж? Ты ведь и так красавица, — Лена села напротив Марты.

— Я должна быть красивой, я ведь модель, а значит, должна быть всегда в форме, — Марта снова повернулась к зеркалу.

Володя сел за руль, рядом пристроилась жена.

— Кажется, мы отлично проведём отпуск, посмотри на наших друзей, они такие забавные, — Лена смотрела на нас, мы разговаривали, шутили, вспоминали, как были маленькими.

— Ты абсолютно права, ведь мы друзья, едем отдыхать все вместе. Впервые за всю жизнь мы проводим отпуск с друзьями, много лет откладывали это на потом. Мы с тобой ездили в Майами в прошлом году, помнишь?

— Помню, дорогой, помню, — нежно произнесла Лена, кладя свои изящные руки на тяжёлые мохнатые руки Виктора. Раевский включил двигатель автодома и тронулся в путь.

Всю ночь мы ехали без остановки, и я заснул. Виктор вёл автодом по трассе, не останавливаясь, но вскоре почувствовал усталость, ведь он управлял машиной всю дорогу. Он остановился недалеко от пригорода, в нескольких метрах от какой-то деревни. Виктор посмотрел на свою жену — Лена спала крепким сном. Я проснулся от того, что мотор затих.

— Виктор! — окликнул я.

— А? — откликнулся Виктор.

— Что случилось? Ты устал? — тихо прошептал я, чтобы не разбудить друзей.

— Есть немного, у меня глаза слипаются.

— Ложись, я сяду на твоё место и поведу машину, а ты возьми Лену и иди спать.

Виктор молча поблагодарил меня за помощь, приподнял свою жену и направился в комнату. Мне ничего не оставалось, как завести мотор. Я почувствовал, что машина заводится, значит, всё в порядке, и мы снова едем. Автодом завёлся тихо, никого не разбудил.

Мы ехали по широкой дороге не спеша, на улице было темно, не видно даже дороги. Я пытался отрегулировать фары, чтобы можно было проехать, но ничего не вышло. Казалось, что дорога сама переплетается между собой: одна дорога вроде бы есть, потом она снова раздваивается и снова сплетается, и так на главной дороге.

«О, кажется, у меня начались галлюцинации», — я протёр глаза, чтобы лучше разглядеть происходящее на дороге.

Передо мной вновь простиралась дорога, уходящая вдаль, напоминая мне о сказке Льюиса Кэрролла «Алиса в Стране чудес». Там, когда Алиса бежала по главной дорожке, дороги развивались и менялись, и здесь происходило то же самое. Только в реальности.

Интересно, что же это за чудеса? Я вроде бы не пил сегодня, да и если бы выпил, не сел бы за руль. Я снова тряхнул головой и протёр глаза. Дорога словно ожила и начала двигаться сама по себе.

4

Мне казалось, что всё происходящее — лишь плод моего воображения, причудливая игра моего сознания, вызванная желанием заснуть. Ведь Виктор то и дело клевал носом во время движения автодома. А что, если бы он уснул за рулём? Это могло бы привести к аварии.

Я и сам ощущал усталость, но не в том смысле, как это обычно бывает. Я чувствовал себя бодрым и энергичным. И это было странно, поскольку я не мог понять, почему на дороге происходят такие явления, как раздвоение личности.

Внезапно я услышал лай собак, а затем крик петуха. Представляете, ночью услышать крик петуха? Это плохой знак! Я говорю серьёзно, это дурное предзнаменование. Ночью птицы обычно спят, а тут — крик петуха. И это не утро, а уже полночь. Именно в это время выходят из своих укрытий монстры, оборотни, чудовища, вампиры, мертвецы, вурдалаки, черти, домовые. Ночью происходят тёмные дела.

Я понимаю, что это всего лишь выдумки, сказки, но в них есть доля правды. Я знаю, что ночью нельзя ходить в баню, потому что там обитает банник. Если вы зайдёте туда в полночь, то не сможете выйти оттуда живым. Банник так напарит вас, что вы покинете баню ногами вперёд.

Ночью каждое существо занимается своими делами. Я напомню вам о баннике. Он выходит ночью, чтобы прибраться после купания и провести особый обряд, чтобы хозяин мог пользоваться баней на следующий день. Но банник не любит, когда за ним следят, и может наказать.

Что касается домового, то он тоже прибирается только ночью, пока все спят. Затем он садится на стульчик или возле печи и начинает перебирать шерстяной клубок, свою любимую игрушку. Он любит перекладывать его с места на место, а затем распутывать и снова наматывать на нить.

Я питаю особую любовь к фольклору. В детстве я жил в мире сказок, и мой дед рассказывал мне о русалках, домовых, водяных и чертях. Он верил даже в Деда Мороза. Смешно, конечно, но это так.

На дороге ничего не происходило, и мне кажется, что всё это было лишь игрой моего воображения. Я посмотрел на Виктора Раевского — он спал крепким сном, и его невозможно было разбудить. Его жена тоже спала, и во сне она с кем-то разговаривала. В автодоме было тихо, и никто не просыпался, пока я ехал. Я убедился, что все спят.

Автодом нарушал тишину своим гудящим мотором и тряской на дороге. Но даже эти звуки не могли разбудить спящих. Мы проехали несколько миль по пустынной тьме, где не было видно ни деревни, ни города. Вокруг нас были поля и несколько деревьев.

Я почувствовал лёгкую усталость, и меня начало клонить в сон. Мне начали мерещиться всякие странные вещи. Я помню, что мы проехали мимо вывески с табличкой «Городское поселение Михеево». Я подумал, что нам нужно остановиться здесь и спросить у местных жителей, как добраться до Суровикино.

Ночь прошла спокойно, но на улице происходило что-то странное. Городки с частными домами стояли мрачно и без света. Спали даже собаки. Обычно, когда машина подъезжает или проезжает мимо частного дома, всегда слышно лай собак. Но сегодня собаки, похоже, вели себя послушно.

Я подъехал к забегаловке и остановил автодом. Я посмотрел через лобовое стекло, но там никого не было. Забегаловка была закрыта, и даже вывеска висела — закрыто до завтра.

Я почувствовал, что начинаю засыпать, и, сам того не заметив, уснул. Я спал недолго, возможно, всего лишь минут десять или час. Меня разбудил какой-то звук с улицы — шептание листвы, похожее на голос человека.

— Миша-а-а! — внезапно окликнули меня по имени. От этого возгласа по моей спине пробежала дрожь.

Я осторожно, чтобы не потревожить остальных, снова закрыл глаза и прислушался. Мне показалось, что кто-то движется по улице рядом с нашим автодомом. Я не собирался пробуждаться, пока не услышал звук удара о машину. «Ну, — подумал я, — вероятно, это местная детвора балуется». Не в силах более выносить это, я решил выйти и выяснить, кто же это делает.

Я покинул автодом и огляделся по сторонам — никого не было.

5

— Ну, негодники, я вас поймаю, задам вам трёпку, только попадитесь мне, уж я вам покажу!

Я обошёл вокруг автодома, но никого не обнаружил, никаких признаков мальчишек — презабавно! Я же слышал какие-то звуки, кто-то ходил позади машины: топ-топ-топ, и вдруг тишина...

Решили меня с ума свести, я сжал кулак, уверенный, что какой-то бандит издевается надо мной. Я заглянул в окна, все спали крепким сном, моя жена Тая спала, завернувшись в покрывало. Один я не спал, слышал какие-то звуки.

Ночь на дворе, никого не видно, слышу какие-то звуки. Я пошёл в сторону деревни, издалека заметил какие-то тени, форма напоминает монстра, и он так быстро движется, вокруг него окутано чёрным дымом. В профиль еле заметно, что он в чёрном балахоне, одеяние тащится по земле, походка напоминает сороконожку, только движется как живой и быстро-быстро из одного угла в другой дома.

Я пытался разглядеть, кто это был, но не смог, существо исчезло за домом. Я последовал за тенью, пытаясь понять, куда делось это существо. Думаю, это всего лишь костюм для праздника, кто-то надел этот костюм, чтобы напугать прохожих ночью, и, похоже, ему это удалось. Ну что ж, посмотрим, кто кого напугает.

Я заглянул в угол, где спрятался человек в костюме, и чуть не сбил старушку.

— Внучек, куда же ты так торопишься? — воскликнула пожилая женщина, выражая крайнюю степень возмущения.

— Прошу прощения, бабушка, — смущённо пробормотал я. — Не видели ли вы здесь кого-нибудь в костюме, кто мог бы напугать меня?

— Что ты говоришь? — удивилась бабушка. — Я иду домой, уже поздно. А ты что здесь делаешь?

Я взглянул на неё, но не расслышал, что она говорила.

— Я спрашиваю, — повторила бабушка настойчиво, — что ты здесь делаешь?

— Я же говорил, здесь какая-то тень или что-то вроде костюма чудовища.

— А, это, наверное, тот мальчишка, лет восемнадцать, наверное, опять праздник устраивать будет.

— Какой праздник? — не понял я.

— День всех святых, хотя до этого ещё дожить надо. Я их терпеть не могу, этот сатанинский праздник. Ты понимаешь, о чём я?

— Да-да, конечно.

— Ты, я так понимаю, находишься вон там, машина похожа на дом. Ты приезжий? — спросила бабушка.

— Да, сегодня приехали, решили съездить в гости к тёте Тане Ратниковой. В посёлок Суровикино.

— Так вот куда вы собрались, — улыбнулась старушка. — Это недалеко от нас. Говорят, там уже и городка-то почти нет, все разъехались по крупным городам. Многие люди покинули Суровикино, и многие умерли от неизвестной болезни. Ладно, я пойду уже, вот мой дом, передай привет Людмиле Алексеевне!

— Позвольте осведомиться, знакомы ли вы с нашей семьёй? — обратился я к почтенной даме.

— Так вы, стало быть, племянник дяди Станислава? — не ответив на мой вопрос, перебила она меня.

— Да, — спокойно ответил я.

— А как ваше имя, не Миша ли вас зовут? — продолжала она.

— Да, — согласился я, — меня зовут Миша. — Откуда вы знаете? — удивился я.

— Людмила Алексеевна часто рассказывала о вас, — ответила она. — Позвольте представиться: моё имя Любовь Андреевна. Я живу неподалёку.

Пожилая дама, на вид лет девяноста, выглядела взволнованной. Она торопилась домой.

— Позвольте мне проводить вас, — предложил я.

— Благодарю вас, — ответила она.

Мы шли молча. Она спросила меня, куда мы направляемся. Я рассказал ей, что мы едем в автодоме в сторону Суровикино с группой людей.

Любовь Андреевна, прервав свой монолог, произнесла негромко: «Прости, что вмешиваюсь, но в этом маленьком городке на Суровикино происходят странные события. Говорят, что там обитают монстры с другой планеты, принявшие человеческий облик».

Я улыбнулся, подумав, что она не в себе. В прошлом там действительно произошла катастрофа, но с тех пор ничего не происходило.

Старушка взглянула на меня и, увидев выражение моего лица, поняла, что я не поверил ни единому её слову.

«Не думай, что я сошла с ума, — сказала она. — Я знаю, что говорю, хотя я и старая женщина, но пока в здравом уме».

Мы подошли к калитке, и Любовь Андреевна остановилась. Она прикоснулась к моим рукам и прошептала: «Внучок, будь осторожен. Там зло обитает, и никто не знает, откуда оно нападёт на тебя».

Когда я уходил, старушка стояла и смотрела мне вслед. Я обернулся, чтобы посмотреть, стоит ли она ещё там, но её уже не было.