Город Левиафанов

Глава 9

Весь день Ванька провел в закрытой секции магазина Альвины. Самой ведьмы нигде не было, потому парень спокойно расхаживал мимо полок, отбирая наиболее интересные фолианты и свитки. На небольшом столике в углу лежали пухлые книги, покрытые тонким слоем пыли, шариковые ручки, обглоданные (от этой вредной привычки Ванька не мог избавиться с самого детства) карандаши, листы в клетку и старые перья. Последние, скорее, для антуража. Иван не знал, что ищет – ему просто хотелось занять себя чем-то полезным.

За четыре последних часа он пытался придумать, как правильнее систематизировать низшую нежить вроде домовых и русалок, но когда наткнулся на подробные исследования какого-то Воина Духа, покинувшего этот мир еще пару веков назад, потерял интерес. Вряд ли за какие-то двести лет появилась новая нежить.

После начал читать оду, написанную одной из Верховных ведьм в конце пятнадцатого века. Ваньку особенно удивило то, что основной идеей этого поэтического труда была любовь. Точнее так ему казалось по началу. Когда парень дошел до той части, где Верховная описывала, как влюбилась в простого смертного – Ванька заскучал. Но после, наконец, понял, к чему велся весь сюжет. Тот смертный оказался непростым человеком, приближенным к королю. И сперва тоже увлекся молодой ведьмой, только вошедшей в полную силу. Та, по ее же описаниям, действительно была хороша – длинные волнистые волосы, тугой косой собранные калачиком, высокая грудь, узкая талия...

Ванька на мгновение отвлекся – в то время подобная внешность не считалась эталоном… Неувязочка.

Смертный почти влюбился, однако предложить руку и сердце не мог. Девушка оказалась крестьянкой, а он сам – дворянином. Подобные браки не то, что не приветствовались, скорее порицались. Более того, его рука и сердце были обещаны другой, однако сама Верховная узнала об этом слишком поздно. Однажды заглянув в церковь, чтобы набрать святой воды для одного ритуала, девушка попала на церемонию венчания. Когда поняла, кто именно стоит у алтаря, ту накрыли сильнейшие эмоции, справиться с которыми ведьма едва ли была в состоянии. Сперва ей захотелось стереть с лица земли церковь, потом – лишь жениха с невестой (гости же не виноваты), но кое как обуздав клокочущую внутри силу, Верховная приняла решение – мстить более изощренно. Каждая беременность жены дворянина оканчивалась выкидышами или мертворожденными детьми. Когда мужчина понял, кто именно за стоит за ежегодным трауром его семьи – попытался заставить ведьму забрать чары. Но та, как пишет сама чаровница, была слишком юна и глупа, чтобы простить – рассмеялась в лицо и выгнала дворянина. Когда он вернулся домой, нашел жену в петле. В предсмертной записке значилось только: «Господь меня достаточно наказал за тот грех, который я совершаю только сейчас». Злости и ненависти дворянина не было предела. Тот поднял на уши все связи, все знакомства, лишь для того, чтобы наказать чертовку. И, по словам Верховной, именно это было первым шагом Святой Инквизиции…

Ванька отвлекся от прочтения и задумался. Выходит, из-за любви одной дуры к козлу пострадали тысячи людей?.. Ужасающие пытки, гравюры, которые блестели со страниц тонкой книжки, множественные казни, ненависть людей к магии – и все это из-за чувств?!

Парень раздраженно отложил книгу, ему сложно было принять исповедь Верховной с философским пониманием. В груди свербело чувство справедливости.

– Надо прогуляться, видимо, засиделся, – в пустоту пробормотал Ванька и, привычным движением погасив светильник, направился в сторону улицы. Уверенно обойдя все камеры и воспользовавшись дверцей, через которую выходили покурить охранники, Ванька покинул «Аврору».

Прохладный воздух подействовал отрезвляюще. Погасил сильные эмоции юноши, настраивая на более мирный лад.

– Эй, – подозрительно знакомый бодрый женский голосок вытянул Ваньку из омута хмурых мыслей. Парень обернулся.

Длинные белоснежные волосы, ехидная, с легкой ноткой торжества, улыбка, пухлые губки и большие глаза.

– Лерия? – удивленно воскликнул Ванька. Она была последней, кого он ожидал встретить на улицах города в этот поздний час. На секунду ему даже показалось, что компанию гопников он был готов принять теплее, чем эту странную нефилимку.

– Именно, – самодовольно объявила полукровка. – Удалось договориться с отцом и заключить временное перемирие. И вот.. я тут, в мире людей!

Последнее она произнесла почти с благоговейным трепетом, окидывая внимательным взглядом улицу.

В этот раз нефилимка была одета под стать человеческой моде: короткая темная дубленка с пушистыми меховыми рукавами, узкие брюки и высокие сапоги с блестящими бляшками. Позади девушки стоял небольшой кожаный чемодан, разрисованный рунами. Парень пригляделся. Так и есть – руны, значительно увеличивающие пространство. Ванька бы даже не удивился, если в такой чемодан кто-то поместил бы небольшой дачный домик.

– Эээ… – выдавил парень, не найдя подходящих слов. А после не к месту брякнул: – И… что?

– Короче, – деловито начала Лерия, одной рукой извлекая из кармана желтый самоклеящийся стикер. – Мне нужен этот вот адрес.

Протянула листик Ваньке.

– Отец сказал, что это квартира бизнесмена, запросившего отсрочку по выплате души. Папочка был добр, да и я рядышком оказалась – так что пришлось этому несчастному мужику распрощаться со своими четырехкомнатными апартаментами… Но, между нами, не шибко то с него убыло. Еще несколько квартир в столице, домик где-то за границей и неплохой доход с личного бизнеса. Это даже смешно, душа то с гнильцой, но, по меркам людей, получил он за нее солидный куш. Да и с такой предпринимательской жилкой даже там, – Лерия кивнула куда-то себе под ноги, – не пропадет.

Ванька почувствовал, как у него кружится голова. Лерия всего-то каких-то пару минут рядом, но уже успела сообщить тонну ненужной информации, что-то потребовать и порядком надоесть.

– А я тут причем? – голос у Ваньки получился почти жалобным.

– Проводи меня, – произнесла Лерия, словно попросила о чем-то само собой разумеющемся.

– Возьми такси, – выдохнул парень, почти найдя в себе силы, чтобы развернуться и пойти домой.

– Такси? – переспросила Лерия. Ваньку иногда поражало то, что нефилимка с полной уверенностью рассказывала о людях, хотя в другой момент переставала понимать элементарные вещи.

– Да, водителя, который тебя отвезет… – вздохнул парень, понимая, что от неприятной и неожиданной компании отвязаться не получится. Во-первых, совесть не позволит. Во-вторых, Алина бы не оценила. Интересно, долго ли ее черти будут носить по всяким поместьям Верховных?!

– А вот Алина бы… — нефилимка словно мысли прочитала.

– Да знаю, знаю, – перебил Ванька. Да, подруга бы наверняка проводила взбалмошную девчонку до самой постели, приготовила бы ужин и пообещала бы экскурсию. Вот только любовь и привязанность Алины к этой полукровке Ванька совершенно не понимал. Но, вместе с тем, это не помешало ему уже залезать в приложение известного такси.

Я в очередной раз споткнулась. То, что я со всей силы вцепилась в предплечье Дэма мало спасало меня от коряг и ухабов, а сам Воин Духа постоянно забывал предупреждать меня о возникающих препятствиях. Зрение возвращаться отказывалось, и я уже несколько раз ловила себя на пугающей мысли по поводу того, что так и останусь полуслепой.

Сперва вокруг виднелись лишь зеленые очертания – складывалось ощущение, что мы все еще в лабиринте. Но по уверенным шагам Дэма и предвкушающему сопению Марка было понятно, что идем мы целенаправленно. Спустя пару минут впереди проступило что-то громоздкое и серо-коричневое. Спрашивать побоялась, Дэма наверняка и так раздражает с трудом передвигающийся хвостик в виде меня. О том, что ценой своего зрения я скорее всего спасла ему жизнь подумала уже после.

– Доброго времени суток, – хриплый старческий голос заставил вздрогнуть от неожиданности. В детстве мне казалось, что именно таким вот тембром должны обладать настоящие злые ведьмы. – Лабиринт выпустил вас из недр.

– Здравствуйте, – пробормотала я, удостоверившись, что ни Марк, ни Дэм приветствовать никого не спешат. Попыталась разглядеть, кто перед нами – но увидела лишь расплывчатое очертание, по росту едва доходящее мне до плеча.

– Следуйте за мной, – тот же скрипучий голос.

И вновь невнятный путь. Несколько раз споткнулась о ступеньки пока Дэм не взял меня за руку, положив вторую конечность на талию. Ну неужели! По ощущениям складывалось, что мы вошли внутрь здания и оказались в длинном коридоре. Следом поворот, еще один и еще. На третий я перестала их считать и запоминать.

– Это ваши покои. Приведите себя в порядок, после чего вам предстоит знакомство с Ковеном, – голос, хоть и казался спокойным, пугал. Было что-то зловещее в этом «знакомство с Ковеном». Словно намек, что подобное рандеву не понравится ни мне, ни моим навязанным спутникам, ни самому Ковену Верховных.

Хлопнула дверь.

– Где мы? – хрипло поинтересовалась я, неохотно отпуская руку Дэма.

– Полагаю, в поместье Ковена, – растерянно ответил Дэм. – Если более локально, в просторной и светлой комнате.

– Тут есть душ? – спросила я. Последние полчаса я чисто физически ощущала, как по спине стекает зеленая слизь. Хар Дарсан бы побрал этих аскоризов! Еще и вонь, наверняка, страшная! Вот хороша я для первой встречи с Верховными. Новоявленная ведьма, надо же! Мало того, что вся измазанная в зеленой дряни, так еще и без зрения. – И… вот черт! Где Бегемот!

Паника накатила сжигающей волной, кровь прилила к лицу. А если… кот остался в лабиринте? А если пострадал от аскоризов?!

– Мяяяу! – возмущенный мяв Бега подействовал успокаивающе, я облегченно выдохнула.

– Хороша ведьма, – хихикнул Марк. – Сперва о душе, потом о фамильяре!

– А ты вообще молчи, – процедила я, пытаясь нащупать какую-нибудь поверхность, чтобы примерно понимать масштабы комнаты. – Надо было тебя той веткой тоже приложить, поверь, клан Воинов Духа фактически ничего бы не потерял!

После этого хихикнул уже Дэм. Это было настолько неожиданно, что сперва я растерялась, а потом почувствовала еще бОльшее раздражение.

– Вы что, совсем не понимаете, в какой мы заднице? – возмущенно поинтересовалась я.

– Почему в заднице? – недоуменно поинтересовался Марк.

– А, ну для вас то все действительно прекрасно, – рыкнула я. – Убивать вас не станут, Верховным не нужны лишние конфликты с кланом Воинов Духа. Мучить? Пытать? Отнюдь. Максимум наградят какими-нибудь светящимися розовыми блестками ладошками, смеха ради, и отпустят. Лабиринт то вас выпустил. А мне вот оправдываться придется, за каждый ваш чертов шаг!

– Можешь не оправдываться, – спокойно возразил Дэм. – Тебе все равно с Ковена толку пока что ноль, попробуешь в следующий раз.

– Мой уход от ответов может быть расценен как открытый конфликт, – тут же оспорила я. Ситуация плачевна, но всем – кроме меня, заинтересованного лица – разумеется, все равно. Это, пожалуй, задевало сильнее всего.

– Ты слишком много об этом думаешь, – я живо представила, как Марк поморщился. – И слишком высоко ценишь Ковен.

– А ты не слишком высоко?! – я вновь почувствовала раздражение. – Настолько невысоко, что обманом затащил и меня, и Дэма сюда!

– Справедливости ради, – спокойно отметил Марк, – Дэм сам за нами увязался.

– Действительно, – едко выплюнула я. – Одной проблемой больше, одной меньше. Если бы я притащила сюда весь клан Воинов Духа все было бы вообще прекрасно!

В комнате повисло молчание. Я, стараясь нащупать стенки, пошла вперед. Споткнулась о какую-то низкую тумбу или диван. Выругалась.

– Бегемот, – он единственный не вызывал желание плеваться ядом. – Хоть ты помоги.

Кот протяжно мяукнул, словно говоря: «Какая у меня, все же, никудышная хозяйка». Но спустя секунду уже терся у моих ног.

– Очень хочется принять душ, – пояснила я, чувствуя, как щиплет и без того пострадавшие глаза.

– Это ты слепая мыться собралась? – снова Марк. Что-то он разболтался. Видимо, чувствует предвкушение от беседы с Верховными. Нехорошо, наверное, но мне очень хотелось, чтобы ведьмы не только ему отказали, но и вышвырнули из поместья, телепортировав на какой-нибудь Эверест без права магического возвращения.

– У тебя есть альтернативное предложение? – риторически спросила я. Воину Духа хватило мозгов промолчать.

Я присела на корточки и погладила Бегемота. Его шерстка на ощупь показалась гладкой и шелковистой – без всякой зеленой слизи. Счастливчик. Кот медленно направился куда-то вбок. Я, переместившись на коленки, поползла за ним.

Представляю, как эта картина смотрится со стороны. Однако ни один, ни второй не заржал. Может, стоят там, давятся от смеха, но не хотят меня смущать? Или происходящее смотрится скорее жалко, чем смешно?

– Мяу! – спустя пару минут ползания на карачках известил меня Бегемот. Видимо, на месте. Подняла взгляд. Перед глазами предстало белое очертание. Ванна?

Вытянув вперед руку, нащупала гладкий прохладный корпус. Провела выше – бортик. Отлично. Вскарабкавшись и аккуратно на него присев, я начала искать кран. Так… холодный и горячий вентили – вроде все знакомо. Наощупь отрегулировав температуру, я облегченно вздохнула. Отлично, скоро смою с себя эту отвратную слизь.

– Тут есть полотенце?

– Мяуу, – ответ получился скорее утвердительным. Но мне чисто интуитивно казалось, что кот чего-то не договаривает.

– Это хорошо, – пробормотала я, размышляя, как после просушить одежду. Я знала несколько заклинаний, но боялась использовать – мало ли как перенаправлю вектора с таким-то зрением. И вообще, как бы это странно ни звучало, но… без глаз как без рук.

Потянулась к рубашке, неприятно прилипающей к телу. Начала расстёгивать пуговицы.

– Эээ, мне не хотелось бы тебя расстраивать, но ванная тут… кхм… не отдельно, – голос Дэма заставил вздрогнуть и испуганно прижать к себе полу расстегнутую рубашку. – В этой же комнате…

– А раньше вы сказать не могли?!

– Понадеялись на представление, – хмыкнул Марк.

В горле застыли всевозможные ругательства, самым безобидным из которых было: все мужики – козлы.

– Вы же так хотели побывать в поместье, идите, погуляйте! – вместо этого выдавила я.

– Мы не сможем, – спокойно заметил Дэм. – Комната нас просто не выпустит. Когда настанет время, проводница за нами зайдет.

– Прекрасно, – фыркнула я и, перекинув ноги через борт, по щиколотку погрузилась в горячую воду. Значит, придется мыться в одежде.

Едва я нащупала душевую лейку, тут же попыталась смыть с лица подсохшую тонкой корочкой зеленую кровь. Слизь отмывалась неохотно, а одежда неприятно сковывала движения, булькая при каждом неловком движении.

– Мыло, – над головой раздался голос Дэма, вновь заставивший меня дернуться от неожиданности. Мгновение спустя мне в руку заботливо вложили скользкий кусок. Принюхалась – пахло травами. Намылила лицо, крепко зажмурив глаза. Обмылок приятно холодил кожу, а подсохшая кровь аскоризов почти капитулировала под воздействием пены.

Спустя десять минут я почти почувствовала себя человеком. То есть ведьмой, нормальной чистой ведьмой.

– Полотенце, – пробормотала я, выжимая волосы. На меня сверху набросили требуемое – огромное махровое полотно, в которое я могла бы замотаться несколько раз. Что я и сделала – надеюсь, одежда высохнет быстро.

Приоткрыв глаза, впервые за последние десять минут, я удостоверилась, что зрение постепенно возвращается. Теперь я могла различать очертание небольших предметов, находящихся на расстоянии более, чем пара метров.

Видимо, тот низкий широкий пуф – кровать. Туда и поползем...

– Я помогу, – и снова голос Дэма, прямо над ухом. Он взял меня за руку и повел вперед. Через пару секунд я уже сидела на постели, чувствуя холод от прилипшей одежды. – Мы отвернемся, разденься и залезь под одеяло. Я думаю, у нас есть пару часов, а сон поможет вернуть тебе зрение.

Я кивнула, только сейчас почувствовала слабость. Под полотенцем стянула с себя джинсы и рубашку – если Воины Духа не отвернулись, то пусть потом до конца жизни глаза не моют – нащупала край одеяла и залезла внутрь. В тишину сообщила, что закончила.

Зажурчала вода, видимо, Марк или Дэм тоже решили принять ванну. Сверху в ноги бухнулся Бегемот, потянулся, муркнул и затих.

После в объятия Морфея погрузилась уже я.

Где-то я читала, что некоторым путникам в царство сновидений бог дарует гармонию и спокойствие… Тем, кому это по-настоящему нужно. Или это делает его отец? Гипнос?