ГЛАВА 5 ЭПИДЕРМИС

— Внимание! — раздалась команда капитана. — Через десять секунд отключить двигатели! Приготовиться к нулевому ускорению!

Через несколько секунд Карл почувствовал легкость в животе, приподнялись ноги, и лишь ремни безопасности удержали его в кресле.

На мостике, кроме Элис, капитана и Карла, находились Дарен Шредер и Люси Ито, отчего помещение казалось непривычно тесным и маленьким. Остальные члены экипажа собрались у экрана в пресс-центре.

Объект занял уже весь экран, двигаясь теперь в реальном отсчете времени. Из-за эффекта увеличения звезды казались необычайно яркими. До объекта осталось каких-то сто километров, а его поверхность была по-прежнему не менее загадочной, чем раньше.

В экипаже «Рейнджера» все больше склонялись к мысли, что неизвестное тело — творение разумных существ: слишком идеальными были мелкие детали и узоры на поверхности объекта.

Впадины, которые стали заметны уже давно, оказались покрытыми еще более мелкими углублениями, расположенными в виде правильных концентрических колец.

— Жуть какая-то, — тихо произнесла Элис.

— И не говорите, — согласился Карл.

Без сомнения, ни с чем подобным человечество еще не сталкивалось. «Готовы ли мы к первому контакту с внеземным разумом?» — задавал себе вопрос Карл. Если объект имеет рукотворное происхождение, то земляне не одиноки во Вселенной.

Множество кругов, которые можно было видеть на почтительном расстоянии от объекта, практически не изменили своего положения. Наконец-то приборы и компьютеры смогли измерить массу тела. Оказалось, что его плотность составляет всего лишь треть от плотности Луны, а это значило, что либо объект сделан из очень легкого материала, либо внутри него располагалось обширное полое ядро. Очередной удивительной загадкой оказалось и то, что гравитация вблизи объекта составляла пять сотых от земной, и это несмотря на низкую плотность и сравнительно скромные размеры объекта.

— Готовы к облету? — спросил капитан.

— Да, — ответила Элис и добавила: — Предлагаю направиться в сторону темного пятна.

Фернандес вновь взял в руки микрофон и обратился ко всему экипажу:

— Мы намерены лечь на принудительную орбиту вокруг пришельца. Во время нахождения на орбите «Рейнджер» и все мы будем испытывать постоянное ускорение в один «же». О возвращении к нулевому ускорению я объявлю дополнительно, но будьте готовы к любым неожиданностям.

Через четыре секунды Элис переключила несколько тумблеров, и «Рейнджер» понесся вперед с ускорением в половину «же». Это ускорение продержалось до тех пор, пока корабль не набрал скорость, достаточную для того, чтобы стать искусственным спутником объекта. Чтобы «Рейнджер» не соскочил с орбиты из-за малого притяжения объекта, пришлось включить вспомогательные боковые двигатели, позволяющие делать один виток вокруг неизвестного тела каждые двадцать минут.

На экране было видно, как большое темное пятно двинулось навстречу землянам и вскоре должно было оказаться под кораблем. Карл не сводил глаз с экрана. Несомненно, темное пятно — самая большая аномалия, обнаруженная на поверхности объекта, словно о Канталупу затушили гигантскую сигару. Пятно имело пепельную окраску и неправильные очертания. В центре кратера возвышалось едва заметное кольцо правильной формы. Вокруг пятна виднелись идеально круглые углубления.

Объект медленно вращался под «Рейнджером», подставляя свои бока под сенсоры, сканеры и телескопы корабля. Дарен, в свою очередь, жадно ловил любую информацию и оперативно вносил ее в память компьютера.

Неожиданно произошло то, что заставило охнуть всех участников примечательной встречи: на самом краю объекта показалось нечто маленькое и яркое.

— Что это? — замер в удивлении Дарен Шредер.

Через мгновение загадочное сияние было заключено на экране в объятия дополнительного квадрата. Однако это ясности не внесло.

Вскоре увеличенное изображение странной детали заняло полэкрана. Увиденное напоминало собой последствия крушения гигантского авиалайнера, тысячи блестящих обломков которого рассыпались по ровной поверхности объекта.

Скорее всего, в тело врезался звездолет, но явно не земного происхождения. Самый большой из замеченных фрагментов напоминал огромный кольцеобразный пончик, на четверть надкушенный чьими-то зубами. Из центра к внешнему кольцу тянулись тонкие конструкции, из-за чего «бублик» был похож на колесо с тремя спицами. Сам фрагмент отливал желто-зеленым сиянием.

По экрану пробежал текст, из которого следовало, что изображение передано в натуральных цветах.

— Нет, вы только посмотрите на это, — произнесла Элис, не обращаясь ни к кому конкретно.

Капитан повернулся к Дарену.

— Полагаю, вы еще ничего от них не слышали.

Дарен отрицательно покачал головой и провел двойное проверочное тестирование пульта управления.

— Пожалуйста, пошлите к ним установочные сигналы. Они должны откликнуться. Пробуйте на всех диапазонах. Я не большой оптимист, но считаю, что мы сделаем непоправимую глупость, если не попытаемся с ними связаться. Да, чуть не забыл: включите дополнительные «черные ящики».

Дарен нажал на несколько кнопок, и на панели замигал красный сигнал, подтверждающий подключение «черных ящиков».

Обратная сторона объекта, недавно скрытая от взоров землян, не показала ничего нового, если, конечно, не считать следов возможной техногенной катастрофы.

Сделав виток вокруг пришельца и снова приблизившись к темному пятну, «Рейнджер» слегка изменил свою орбиту: капитан Фернандес решил обследовать полюса объекта.

Опять ничего нового. Пятно и следы катастрофы — единственные детали, оживляющие однообразную панораму. Ничего не нашел и Дарен, орудующий на самых разных частотах. Радары и сканеры фиксировали то же самое, что было видно и визуально.

Вновь послышался голос капитана:

— Что ж, если мы собираемся вплотную заняться объектом, то, видимо, лучше всего зависнуть над этим чертовым пятном.

Элис приняла слова капитана как руководство к действию, и вскоре все увидели, что вращение объекта замедлилось, а потом и вовсе прекратилось. После того, как «Рейнджер» завис над телом, включили гравитационные батареи, и все ощутили подзабытое уже чувство комфорта.

— Ну, Карл, — рассеянно произнес капитан, когда положение корабля стабилизировалось, — что будем делать дальше? Прежде, чем сюда подоспеет кто-нибудь еще, пройдет не меньше суток.

— Думаю, пора познакомиться с Канталупой поближе, — предложил Карл. — Все, что можно было установить на расстоянии, мы установили. Взгляните на экран: между темным пятном и следами крушения не более двадцати километров. Десантная группа может спуститься посередине, разделиться надвое и начать изучение всех четырех достопримечательностей.

— Четырех? — переспросил Дарен.

— Да. Кратера, места катастрофы, загадочных линий и собственно поверхности Канталупы, — уточнил Карл.

Капитан взглянул на Элис.

— Вы не против поучаствовать в исследовательской миссии?

— Я не представляю себя без участия в спускаемой группе, — твердо ответила Элис.

— Хорошо. Кого бы вы еще включили в команду?

Элис ненадолго задумалась, а затем стала размышлять вслух:

— Кроме Карла? Пожалуй, Дарена: на тот случай, если с пришельцами придется искать контакт. Я знаю, что вероятность их существования ничтожна, но у нас есть только неделя или две до того, как Канталупа пересечет всю Солнечную систему и навсегда исчезнет. Мы просто обязаны использовать этот шанс.

Дарен кивком выразил согласие.

— Кого еще? — продолжила Элис. — Белинду. Ей нет равных в логике, а нам наверняка понадобится ее хладнокровие и расчетливость.

— И это все? — спросил Карл.

— А кого предложили бы вы?

— Люси… и, пожалуй, Роберта.

— Я могу понять присутствие офицера-ассистента по научной части, но зачем нам медик? Нас будет уже шестеро.

— Я рекомендую Роберта по двум причинам. Во-первых, нам придется исследовать нечто чужеродное, а это, согласитесь, чревато заражением неизвестными микробами. Да мало ли что еще может случиться. И второе… Плотность Канталупы и странности в ее облике наводят на мысль, что объект изготовлен из органических материалов или, может, даже населен органикой. А это как раз поле деятельности для доктора Васкеса. Впрочем, давайте решать. У нас мало времени.

Элис в задумчивости склонила голову. Карл давно заметил, что между первым офицером и доктором не очень теплые отношения, и ему было приятно, что Элис все-таки согласно кивнула: какие могут быть ссоры, когда человечество стоит перед самым потрясающим событием в своей истории.

Все это время капитан хранил гробовое молчание, но, когда речь зашла о докторе Васкесе и об устройстве Канталупы, не удержался.

— Вы говорите, что объект состоит из органического материала? — переспросил он у Стэнтона. — А из какого именно? Что вы об этом думаете? И кем этот объект может быть населен?

— Это просто мое предположение, одна из тысячи версий. Я могу и ошибаться.

— И все-таки? — настаивал капитан.

— Не знаю. Может, найдутся какие-нибудь анаэробные ползучие сорняки, каких видимо-невидимо на некоторых астероидах, подходящих к Солнцу ближе, чем Марс. А, может, Канталупа засорена некими формами жизни, которые расползлись после предполагаемой аварии звездолета. Кто знает… В конце концов, при изучении останков самого звездолета мы обязательно столкнемся с той или иной формой биологической жизни. Я не говорю, что это будет непременно так, но такую возможность мы не можем исключать.

— Все-таки вы считаете, что мы имеем дело со звездолетом? — спросил Дарен. — Но где, к примеру, расположены его двигатели? А маяки, люки, антенны, батареи? Где все это?

— Понятия не имею. Но учтите, что если инопланетные цивилизации существуют, то добраться до нас могут только самые развитые из них. Мы даже не знаем, с какими проявлениями высших технологий можем столкнуться. Возьмите саму Канталупу: ну какой обломок скалы может развить такую фантастическую скорость?

— Если принять эти утверждения за правду, то почему сейчас Канталупа замедлила свой ход?

— Не знаю. Может, она чего-то ждет, а может, потому что мертв ее экипаж. А возможно, внутри нее произошли какие-то разрушительные процессы.

— Послушайте, о чем вы спорите? — неожиданно вмешался капитан. — Да мы же ничего не знаем об этой штуке, кроме того, что такие объекты не могут случайно вырасти на грядке, как кочаны капусты. И, кстати, мне не нравится, что эта… как вы ее там называете… Канделупа притормозила свой бег. Не хватало еще, чтобы она внезапно ускорилась. Я, в конце концов, отвечаю за жизни людей.

Каждый раз, когда речь заходила об опасностях, Карл чувствовал себя очень неуютно. Однако он не оставил реплику капитана без внимания.

— Да вся жизнь на «Рейнджере» сопряжена с риском. Никогда не знаешь, что случится с тобой завтра. А что касается Канталупы… Около нее такая ничтожная гравитация, что в случае ускорения мы просто отпрянем от нее и останемся не у дел без всяких последствий. Разве не так? А затем вы всего лишь подберете нас, как зайцев во время половодья. Я знаю, что это опасно, но добровольцы найдутся всегда. И все-таки, как быть с составом спускаемой группы?

Капитан недовольно сморщил нос, однако не стал откладывать дело в долгий ящик.

— Итак, кто изъявит желание войти в состав исследовательской команды?

Карл, Элис и Дарен дружно подняли руки.

— Бьюсь об заклад, что Белинда, Люси и Роберт также не откажутся от этой чести, — уверенно заявил Карл.

Капитан неожиданно улыбнулся.

— Что ж, давайте соображать, каким образом вы высадитесь на объект. Здесь не гостеприимная гавань на какой-нибудь станции. Что, если вас просто скинуть на объект? Не разобьетесь? Вдруг у кого-нибудь откажут двигатели, или кто-то слишком распрыгается? Мы не сможем гоняться за каждым в открытом космосе.

Дарен углубился в клавиатуру компьютера и вскоре объявил:

— Скорость убегания от объекта порядка ста метров в секунду, так что мы можем прыгать, как кузнечики. Нам не грозит вечное плавание в космосе, если только Канталупа вдруг не взбрыкнет, как дикий мустанг.

— А что, лучшего ничего нельзя придумать? — несколько резковато спросила Элис.

Капитан театрально почесал свой подбородок.

— Ну, я лично думаю, что не было бы ничего хорошего, если бы «Рейнджер» сам попытался бы сесть на поверхность объекта. Даже при нулевой вертикальной скорости мы можем продырявить эту штуку. Прошу не забывать, что масса «Рейнджера» — многие сотни тонн, а кто знает, как устроена эта ваша Гандилупа.

— Да, — согласился Карл, — если учесть ее ничтожную плотность. Конечно, поверхность объекта может оказаться и тверже рубина, но может быть и мягче парафиновой свечи.

— Вот именно, — продолжал капитан. — Черт его знает, к чему может привести наше баловство. Так что мы зависнем на высоте сотни метров между пятном и звездолетом, а вы спрыгнете на объект, как в реку. Думаю, все обойдется.

— Если только кто-нибудь что-нибудь не сломает, — уточнил Карл.

— Ну… Если вы боитесь, тогда подойдем еще ближе. Только как бы тогда что-нибудь не сломал наш «Рейнджер».

— Когда мы начнем? — нетерпеливо спросила Элис, не очень довольная рассуждениями капитана.

— Когда будете готовы, — ответил Фернандес и выразительно посмотрел на настенные часы. — Сколько времени вам понадобится?

— Пятнадцать минут. Но если вы дадите нам час, то мы наверняка ничего не забудем взять с собой.

— И за это время окончательно решите, влипать или не влипать в эту историю? — широко улыбнулся капитан, уверенный, что уж он-то всегда найдет контакт с подчиненными.

— Мы можем сколотить и меньшую компанию, — улыбнулась в ответ Элис. — Только я сильно сомневаюсь, что кто-то променяет нашу романтическую авантюру на тупое сидение у главного экрана.

* * *

Элис оказалась права: и Люси Иго, и Роберт Васкес, и Белинда Пенсон сразу же приняли предложение участвовать в миссии. Люси так бурно и долго выражала свою радость, что доктору Васкесу пришлось ждать минут пять, прежде чем он смог дать свое официальное согласие.

Когда были соблюдены все формальности, новоиспеченная исследовательская группа принялась облачаться в скафандры, ждавшие своих хозяев тут же на мостике. От волнения и нахлынувших чувств Люси Ито долго не могла попасть в рукав, пришлось ей помогать.

Несколько раз Элис и Карл встречались взглядами, и каждый раз Стэнтон смущенно отводил глаза.

Приготовления шли необычайно быстро. Каждый был занят своим делом. Белинда Пенсон принялась набивать продуктами ранец. Дарен Шредер занялся средствами связи и прихватил даже паяльник и запасные части.

Все были крайне возбуждены. Необычайный подъем испытывала и Элис. Она поймала себя на мысли, что ничего подобного не случалось с ней уже несколько месяцев.

Предусмотрели, кажется, все. Сам капитан тыкал карандашом в огромный список оборудования и ставил галочки. Ранцы получились довольно внушительных размеров и, без сомнения, здесь, на «Рейнджере», где нормальная сила тяжести, были большинству не под силу. На объекте же, благодаря ничтожной гравитации, увесистые ранцы покажутся не тяжелее носового платка.

Наконец все приготовления остались позади. Теперь ассистенты перевезут ранцы в шлюзовую камеру, там же объявят последнюю готовность, отдадут необходимые команды и инструкции, пожелают удачи и… Что-то ждет впереди?

Элис захлопнула забрало и переключилась на автономное дыхание. Осмотрев каждого из своей группы, она убедилась, что на скафандрах всех членов зажглись зеленые индикаторы. Перед глазами Элис с внутренней стороны забрала пробежала надпись «связь установлена», а затем две другие «двигатели протестированы» и «герметизация полная». Встроенный компьютер не отдыхал.

Шлюзовая камера показалась тесной конурой. По инструкции в ней не должно было находиться одновременно более пяти человек, но кто вспоминает об инструкциях в такой эпохальный момент.

— Мы готовы, — доложила Элис на мостик капитану.

— Мы тоже, — ответил Фернандес.

Он в последний раз отдал необходимые распоряжения и пожелал счастливого пути.

Ассистенты один за другим покинули шлюзовую камеру, задраили наглухо люк, и вскоре зажглась зеленая сигнальная лампа. Выход в космос был разрешен.

Внешний люк распахнулся как раз над той линией, которая располагалась между местом крушения звездолета и темным пятном.

Как астрономическое тело объект не шел ни в какое сравнение с большими лунами, такими, как Ганимед, Титан, Ио, Европа или Луна. Однако его размеры были сопоставимы с крупнейшими астероидами, например, Церерой, Вестой, Палладой или Икаром. Усеянная кратерами поверхность тела наяву выглядела куда тусклее, чем на компьютерном экране.

Размотали огромный фал. Один его конец закрепили в шлюзовой камере, а другой выбросили в направлении объекта. Первой в открытый космос вышла Элис. Вид объекта вызвал у нее легкое головокружение. Перебирая руками фал, она отдалилась от «Рейнджера» на почтительное расстояние, после чего за ней последовали другие. Несмотря на то, что малое тяготение объекта гарантировало жизнь участникам экспедиции, Элис охватил сильный испуг, заставивший сжать фал до боли в ладонях.

Самые мелкие кратеры на поверхности объекта имели в поперечнике едва ли больше, чем несколько метров. Глубиной же они казались и вовсе около полуметра. Горизонт объекта был идеально ровным, и Элис не заметила даже намека на присутствие атмосферы. Чудес быть не могло. У столь малых тел атмосфере делать нечего.

Элис принялась рассматривать место катастрофы. Наибольший фрагмент звездолета — обезображенный «бублик» — выглядел совсем иначе, чем на экране. Казалось, он был сделан не из металла, а из папье-маше. Самое странное, что по осколкам совершенно нельзя было определить, когда упал чужеземный корабль — вчера или миллион лет назад.

Следом по длинному фалу, судя по надписи на шлеме, полз Карл Стэнтон. Его присутствие вселило в Элис уверенность и спокойствие, но она, как могла, противилась теплым чувствам, неожиданно нахлынувшим на нее, как снег на голову. Нет, нет и еще раз нет! Этому человеку не может быть никакого прощения! И вообще, ей не нужна ничья поддержка, особенно этого Карла Стэнтона.

Через пару минут фал обхватили уже все шестеро участников экспедиции. Замыкала удивительное шествие Белинда Пенсон. За ее спиной возвышался огромный ранец. Люк в шлюзовую камеру не закрывали, словно в ожидании, что кто-то передумает и повернет назад.

— Белинда, все нормально? — спросила Элис.

— Да. Только немного волнуюсь.

— Ничего. Я тоже волнуюсь. Сними, пожалуйста, свой рюкзак и брось его на Канталупу. Посмотрим, что из этого выйдет. Если поверхность не крепче яичной скорлупы, то ранец пробьет ее даже на малой скорости.

Обхватив фал ногами, Белинда принялась отстегивать ранец. Не обошлось без помощи Роберта Васкеса. Наконец ранец отстегнули и швырнули по направлению к объекту.

Как в замедленной съемке, огромный ранец, вращаясь, прошествовал мимо Элис. Постепенно он набирал скорость и через несколько минут, превратившись в едва заметную точку, коснулся поверхности объекта.

Элис напрягла зрение и настроила его на режим двадцатикратного увеличения. Она увидела, как ранец ударился о поверхность и медленно подпрыгнул метров на десять, будто представлял собой футбольный мяч. Место, куда упал ранец, казалось абсолютно ровным.

— Все в порядке, — удовлетворенно отметила Элис. — Продолжаем спуск.

— Можно мне спуститься первой? — неожиданно попросила Белинда.

— Что ж, попробуйте, — согласилась Элис.

Вскоре Белинда, маневрируя, оказалась ближе других к небесному телу. Через полчаса она достигла конца фала и повисла в считанных метрах от поверхности объекта. Отпустив фал, Белинда через несколько секунд коснулась поверхности, подпрыгнула на несколько метров, а затем благополучно приземлилась.

— Я в порядке, — послышался ее голос. — Поверхность слегка подпружинивает, как затвердевшая мыльная пена.

Спуск на объект казался Элис сном. Ее вновь обуял страх. На этот раз ей показалось, что «Рейнджер» может улететь от тела или, наоборот, упасть на его поверхность и раздавить спускаемую группу, как муравьев.

Элис перенастроила зрение на инфракрасное излучение и взглянула вниз. На фоне темной поверхности объекта Белинда казалась розовой фигуркой. Сконцентрировавшись и прогнав страх, Элис последовала вслед за своей подчиненной.

Как и Белинда, она коснулась поверхности, а затем несколько раз отскочила высоко вверх, причем постоянно демонстрируя замысловатые сальто. Неожиданно Элис почувствовала себя довольно глупо. Впервые за несколько месяцев она поняла, насколько ее нечувствительные бионические ноги уступают живым. Вряд ли кто из других членов группы так же трижды отскочит от объекта в полном бессилии что-то изменить.

Наконец окончательно приземлившись и взглянув вверх, Элис увидела темный прямоугольный силуэт «Рейнджера», закрывший собой полнеба. На длинном фале, болтающемся ниже корабля, висели четверо оставшихся коллег. Их местоположение выдавали сигнальные лампы, мигающие на скафандрах.

— Карл, теперь ваша очередь, — довольно громко и несколько нервно скомандовала Элис.

Едва различимая фигурка Стэнтона, как божья коровка, подползла к концу фала. Внезапно Элис поймала себя на мысли, что если бы не Карл и не его головотяпство, закончившееся аварией, то ей никогда не очутиться бы на «Рейнджере» и не встретиться с этим неизвестным объектом. Усмехнувшись, она семимильными прыжками добралась до Белинды, которая разбиралась с ранцем. Помощь не потребовалась, и Элис подскочила к ближайшему кратеру.

Прыгать по поверхности объекта было одно удовольствие. Сложнее было остановиться. Остановка после десятиметровых прыжков требовала особой сноровки, и Элис пришлось потратить немало времени, чтобы освоить эту сложную процедуру.

Поверхность объекта была похожа на кожуру апельсина, только грубее и тверже. Ничтожная сила тяготения иногда доставляла Элис неприятности: неосторожно сильно оттолкнувшись от поверхности, она нередко начинала вращаться вокруг своего центра тяжести, после чего падала на объект на самые нежелательные части тела.

Прыжок Карла Стэнтона оказался также неудачным. Подскочив вверх, Карл потерял равновесие и опустился на четвереньки, как котенок. Неудача Стэнтона принесла Элис некоторое облегчение: не одной же ей казаться глупым и смешным клоуном.

С разным успехом с поверхностью объекта познакомились, наконец, и Дарен, и Люси, и Роберт Васкес. Непередаваемые вопли Люси заполонили весь эфир; ее визг долго стоял в ушах Элис, но из-за тесного шлема нельзя было даже почесать уха. Приходилось все терпеть. Досаждало и постоянно запотевающее стеклянное забрало, но особенно неприятным было смещение общего центра тяжести, из-за чего приходилось постоянно сутулиться.

— Капитан! Говорит Элис Нассэм. Вся группа благополучно спустилась на поверхность объекта. Все здоровы. Ждем ваших указаний.

Долгое время «Рейнджер» казался абсолютно неподвижным. Наконец ожили несколько вспомогательных двигателей, и корабль, сначала едва заметно, а затем все быстрее и быстрее стал удаляться от поверхности объекта. Вскоре он превратился в небольшой школьный пенал, зависший среди бесчисленных звезд.

Элис собрала вокруг себя всю группу.

— Что ж, нам пора. Белинда, скажите мне, если устанете нести свой рюкзак.

Элис повернулась по направлению к останкам загадочного звездолета и длинными прыжками повела группу за собой.

Загрузка...