Хозяйка упрямого дома

Глава 5. Прогулка по окрестностям

Просто обычное зеркало.

И ее собственное отражение…

Оливия поправила волосы – отражение сделало то же самое. Как странно… Кто и зачем поместил туда зеркало?

Пока она раздумывала, прямо над столом воздух закрутился смерчем, из плотного кокона которого начали выскакивать друг за дружкой столовые приборы. Прилетела скатерть и укрыла стол, мягко всколыхнув белыми воланами. Встали на нее тарелки, – глубокая и плоская, – и сами наполнились едой – бульоном и легким салатом с кусочками жареного бекона. Учтиво склонился над полосатой чашечкой хромированный кофейник. Молочник и сахарница подоспели.

Оливия придирчиво осмотрела чашку, пододвинувшуюся к ней вместе с блюдцем.

Полосатая…

Какое странное совпадение.

Выгрузив все необходимое, волшебный смерч снялся с поверхности стола и опустился рядом с ним. Хлоп! И появился небольшой столик для кормления крупных собак, а на нем миска с едой для Дэйзи.

– Спасибо, – сказала неизвестности Оливии и принялась за трапезу.

Пища оказалась очень вкусной, и она совершенно никак не отличалась от обычной, немагической. Опустев, тарелки снова взлетели и исчезли внутри волшебного вихря.

После полдника Оливия собралась пройтись с Дэйзи до холма. Когда у тебя есть собака, ежедневные прогулки становятся неотъемлемой частью ежедневной рутины.

И это хорошо.

Оливия знала, что в ее возрасте физические нагрузки такого плана жизненно необходимы, но иногда себя так трудно заставить сдвинуться с места. Собака в таком случае – идеальное решение!

Одно омрачало ситуацию – для того, чтобы снова оказаться на улице, пришлось бы снова ползти на животе…

Повезло.

Изнутри дверь отперлась спокойно. Петли даже не скрипнули. Вылетело на улицу облачко пыли и растворилось в воздухе. Метелки продолжали трудиться. Обезьяна вертела в цепких лапах небольшую табуреточку без ножки, раздумывая, видимо, как ее починить…

Дэйзи радостно выбежала наружу.

– Погоди. Не спеши так.

Оливия подошла к ней и пристегнула к ошейнику карабин поводка. Собакам не стоит бегать без привязи по оживленным улицам незнакомого района. Следовало добраться до парка и, в идеале, поискать там собачью площадку.

Миновав мостик и спустившись по ступеням внутри дерева, Оливия вновь оказалась между отелем и магазином. Оставив их за спиной, она двинулась в сторону холма. Под ногами приятно пружинил асфальт – новомодное изобретение, очень, надо сказать, удобное для пешей ходьбы. Не всякий район пока что мог позволить себе асфальтированные тротуары.

Мятная улица тянулась в голубоватую даль к вершине холма. По обе стороны ее тянулись лавочки, магазинчики и отели. Изредка они перемежались жилыми домами. Стены всех зданий были выкрашены в пастельные цвета. Вдоль проезжей части росли деревья – декоративные яблони и ивы по большей части. Если бы Оливия надела очки и присмотрелась, она бы заметила, что каждое дерево увито шнуром с разноцветными огоньками, которые загораются вечером, стоит только сумеркам спуститься на землю.

Когда на пути попалась лавка с канцтоварами, Оливия заглянула туда.

За прилавком ее встретил полненький лысый мужчина с закрученными в черные спирали усами.

– Добрый день, миссис, – поприветствовал он потенциальную покупательницу. – Рад видеть вас в моем скромном магазинчике.

– Добрый день, – кивнула ему Оливия и привычно исправила ошибку: – Я мисс.

– Простите мою недальновидность, – раскланялся продавец. – В качестве извинения за столь вопиющую ошибку с моей стороны я обязательно сделаю вам скидку. Так что бы вы хотели приобрести?

– У вас есть невидимые чернила? – поинтересовалась Оливия.

– Какие именно? – уточнил мужчина. – Те, что становятся невидимыми после того, как ими что-то напишешь, или, наоборот, те, которые невидимы изначально, а потом проявляются через какое-то время?

– Вторые.

– Есть. В шести цветовых вариантах. Черные, синие, алые, зеленые, фиолетовые и золотые. Какие именно вам необходимы?

– Те, что проявляются позже остальных.

Продавец понимающе кивнул, удалился на время в подсобку, после чего вернулся с изящным флаконом в руках.

– Вот то, что вам нужно, мисс…

Он явно ждал, что она назовет имя, и Оливия представилась:

– Мисс Пэвенси.

– А меня зовут Грайн. Мортимер Грайн, – в свою очередь назвался продавец.

Оливия получила из его рук флакон, внимательно изучив его, взвесила в руке и попросила принести еще четыре.

– Простите мое любопытство, – изумился мистер Грайн, – но зачем так много? Вы планируете провести какой-то хитрый урок чистописания у группы школьников? Или задумали написать какой-то особенный проявляющийся роман?

– Я хочу залить ими пол, – не стала утаивать своего плана Оливия.

– Но зачем? – в голосе собеседника прозвучало искреннее изумление.

– В моем доме завелось одно пренеприятное создание, и я хочу отыскать его нору, – сообщила Оливия.

– Должно быть, крыса? – предположил мистер Грайн.

– Нечто подобное, – прозвучал ответ.

– И судя по количеству чернил, это очень большая крыса, – догадался продавец и принялся составлять пузырьки в коробку, попутно поясняя: – Время выдержки около двух часов, так что вам придется подождать. Надеюсь, вам хватит… хм… выдержки. Оценили каламбар, да? – Он довольно хохотнул. – Но вы сами попросили принести вам самые долгонепроступающие…

Оливия подтвердила:

– Все верно. Долгопроявляющиеся – идеальный вариант. – Тут же напомнила: – Вы обещали скидку, кстати…

– Ну, конечно же! – Продавец, кажется, хотел про свое обещание успешно «забыть», но не вышло.

– Какого эти чернила цвета? – уточила Оливия. – И переложите, пожалуйста, картоном. Чтобы не стукались друг о дружку по пути… – Тут она осознала свою ошибку. Ей ведь еще до парка идти. – А знаете, я, пожалуй, оставлю их у вас на время. Я ведь могу так сделать? И забрать покупку на обратном пути?

– Безусловно, – ответил мистер Грайн.

– Тогда возьмите…

Расплатившись, Оливия вышла на Мятную улицу. Из-за двери, что закрывалась медленно, раздалось громкое:

– Золотые! Они золотого цвета…

– Прекрасно.

Оливия решила, что золотые пятна, которые останутся на полу, будут смотреться как какое-нибудь новомодное решение интерьерного дизайнера.

Пройдя мимо двух розовых жилых домиков, она добралась до крутой части холма. Улица упиралась в него, налетала на почти вертикальный склон и пристыженная поворачивала вправо. Холм победно попирал ее длинной и широкой каменной лестницей, что вела наверх к парку.

Подниматься по крутым ступеням оказалось трудновато, зато оно того стоило. Вид, открывшийся с вершины, оказался столь впечатляющим, что Оливия долгое время не мгла оторваться от созерцания поднимающихся у горизонта гор и далекого лазурного моря, таящегося в дымке растушеванного горизонта.

Парк на холме оказался уютным и ухоженным. Сетка дорожек опутывала все его пространство. Среди тенистых аллей прятались скульптуры и беседки.

Дэйзи наконец-то позволено было побегать на воле вместе с другими собаками. Для этого в центре парка была оборудована специальная площадка с земляным покрытием, деревянными препятствиями и фигурами для дрессировки.

На обратном пути они с Дэйзи зашли за оставленной в канцелярской лавке покупкой. Продавец их встретил и улыбнулся рядом белых крупных зубов. Протянул коробочку с чернилами, к которой добавился еще один небольшой сверток.

– Что это? – спросила Оливия озадаченно.

– Средство для выведения. Вы ведь наверняка захотите отчистить пол после того, как выследите свою крысу?

– Пожалуй. – Оливия сунулась за кошельком. – Думаю, это очень нужная вещь. Сколько я вам должна?

– Нисколько. Пусть будет подарок для новой клиентки, – сообщил мистер Грайн.

– Очень признательна, – сдержанно поблагодарила Оливия.

Она уже собралась уходить, как вдруг мистер Грайн окликнул ее:

– Простите, мисс! Вы случайно не в том самом доме живете?

– Именно в нем, – подтвердила Оливия, не сомневаясь, что речь идет про ее новое обиталище.

– Ох… Тогда погодите пару секунд… – Продавец снова удалился в подсобку, после чего вернулся со стопкой книг в руках. – Мой дедушка, бывший владелец сего магазинчика, просил передать эти книги тому, кто придет из того самого дома, что стоит на перекресте нашей улицы и Лавандовой. Никто не приходил оттуда десятилетиями, знаете ли… И вот вы! Это настоящая удача. – Он принялся упаковывать книги в плетеную корзинку. – Наконец-то дедушкина просьба будет исполнена!

– А что это за книги, вы не знаете? – Оливия приняла корзинку и с недоверием заглянула в нее. – Они точно предназначаются… мне?

– Они из вашего дома. Это точно, – подтвердил продавец. – Их принесли моему дедушке для починки. Старик работал с магическими книгами: восстанавливал их, если были повреждены. И делал это весьма неплохо, знаете ли. В этих, возможно, он чинил переплет и реставрировал выцветшие шрифты на буквицах… Возможно, что-то еще делал…

– Спасибо, – поблагодарила Оливия. – Тогда я верну эти книги туда, где они изначально находились.

Распрощавшись с мистером Грайном, она направилась в сторону дома. По пути, правда, посетила еще одно место – небольшую кондитерскую под вывеской с пудровым пирожным. Внутри ее встретил две молодые дородные женщины-близняшки.

– День добрый! – хором пророкотали они. – Чего желаете, мисс?

Ну, наконец-то, хоть кто-то не ошибся.

– Здравствуйте… – Оливия окинула взглядом прилавок, пестреющий таким разнообразием вкусных пирожных всех размеров и видов, что у нее глаза разбежались. – Есть у вас что-нибудь, чем можно угощать магических созданий?

– Есть специальный корм, – сказала близняшка, стоящая справа.

– И специальный сироп, который обожают призраки, барабашки и прочая домовая мелочь, – сообщила та, что находилась слева.

– Упакуйте для меня, пожалуйста, на ваш выбор, – попросила Оливия.

– Вы ведь родственница миссис Пэвенси? – спросила тем временем правая близняшка и тут же представилась: – Я Лила. А это Мила, – моя сестра.

– Очень приятно. Оливия Пэвенси. Все верно.

Оливия удивилась их осведомленности. Она решила, что речь идет о Пиппе, но все оказалось иначе.

– Мы рады вам, – заулыбались близняшки. – А также рады тому, что наконец-то в доме старой Патриции Пэвенси кто-то поселился.

А ведь точно! Изначально дом принадлежал их очень дальней родственнице с таким именем. Она носила родовую фамилию и была по слухам, сильной волшебницей.

– Я тоже рада. У вас тут очень красивый и дружелюбный район, – сказала Оливия, и не покривила душой.

Район ей действительно был симпатичен, чего она пока что не могла сказать о доме.

Приняв от Милы сверток с покупками, Оливия раскланялась и направилась к себе.