Глава 3


— Так вы хотите уверить меня, будто прибыли из прошлого? — Гемм скосил глаза на мрачные лица техников, копавшихся в развороченном нутре панели. Те деловито выкручивали поврежденные выстрелом панели и все время что-то ворчали под нос.

— Именно так, — кивнул Корнелиус, вертя в пальцах неизвестно откуда взявшуюся золотую монету. — Между нашими эпохами почти четыре тысячи лет. Уму непостижимо!.. Нет, я, конечно, предполагал, что изобрел нечто поразительное, но чтобы настолько. Вопрос в другом: как теперь вернуться обратно?

— Но как вы все-таки проникли на судно?

— Странный ты человек. Я уже объяснял тебе, что нас забросило сюда вихрем.

— И вы хотите, чтобы я поверил, будто вы, не имея никакого оборудования, переместились в пространстве и времени и попали точно на судно.

— Все так. Но я не понимаю, что ты подразумеваешь под оборудованием, — раздраженно потеребил бороду Корнелиус. — С помощью эликсира пробудились могучие природные силы, образовался коридор и…

— Вы сами-то верите в то, что говорите?

— Разумеется!

— Давайте начистоту: вы с этим типом, — Гемм указал пальцем на притихшего в углу святого отца, — каким-то образом пробрались на судно, предположим, в порту Аркадии.

— Аркадии? — вздернул брови Корнелиус.

— Я сказал, предположим.

— Хорошо, будь по-твоему.

— Так вот, пробравшись на судно, вы укрылись в одном из помещений и…

— Не пойдет, — перебил командира Святов.

— Почему?

— Система локации засекла бы посторонних еще до старта.

— Да, ты прав. — Гемм помял тяжелый подбородок. — Но тогда выходит, что они говорят правду. Но это невозможно!

— Помните луч? Может, он?..

— Чепуха. И их не расплющило при ударе?

— Если они находились в состоянии струны. Правда, не знаю, как возможно реализовать струнный переход без генераторов свертки пространства.

— Вот и я о том же, — вздохнул Гемм и хлопнул себя по коленям. — Что же мне с вами делать?

— Посадить в карцер.

— Карцер? — переспросил Корнелиус.

— Чудное помещение со всеми удобствами, где вас никто не побеспокоит, — быстро пояснил командир и незаметно показал кулак второму пилоту.

— А, отлично! Мне как раз нужно подумать. Скажи, а что это за чудное судно, которым ты управляешь? Отродясь таких не видывал.

— Обычный спейсер.

— Как-как? — подался вперед маг.

— Космическое судно. Пересекает огромные расстояния в пустоте между звездами и планетами.

— Невероятно! Между звездами?

— Именно.

— Вы боги?

— С чего вы взяли?

— Только богам подвластно летать по небу, — взмахнул руками Корнелиус.

— Но разве вы сами не пересекли, по вашим утверждениям, пространство и время.

— Твоя правда. Прости, у меня в голове все перепуталось — столько событий… А нельзя ли взглянуть на звезды и планеты?

— Господи, прости… — забормотал отец Ансельм в своем углу, но маг метнул в его сторону недобрый взгляд, и монах замолк, сжавшись в комок.

— Отчего же, можно. Только панель починят.

— Готово, командир! — поднялись с пола техники. — В следующий раз палите, если не трудно, чуть правее.

— А что там? — поинтересовался Гемм.

— В том-то и дело, что ничего.

— Ну-ну, остряк. Свободны!

— Как скажете.

Пурвис уже сидел в своем кресле, активируя один за другим модули управления. Ходовые системы, система слежения, защита оживали одна за другой. Вспыхнул экран, и на нем появилась восхитительная картина двух звезд — оранжевого гиганта и великолепной синей звезды более скромных размеров. Слева от них плыли в черноте две планеты. Бок третьей располагался в правой части экрана.

— Какая красота! — восхищенно воскликнул Корнелиус. — Но почему они такие маленькие?

— Маленькие? О нет, вы ошибаетесь. Они огромны.

Отец Ансельм выставил правое ухо, прислушиваясь к разговору.

— Настолько огромны, что и представить трудно. Но находятся очень далеко. А вот эти шары, планеты, вращающиеся вокруг них, — чуть меньше Земли, — охотно пояснял Гемм, указывая на экран.

— Врешь, собака! — не вытерпел монах, вскакивая на ноги. — Грязная ложь! Земля плоская, небесный свод тверд, солнце вращается вокруг земли, и никаких планет больше нет и быть не может. А это — дьявольское наваждение.

— Помолчи, — скривил губы маг.

— Не буду молчать! Мои уши отказываются слушать подобную ересь.

— Может, тебе их оборвать? — грозно свел брови Корнелиус.

— Нет, нет, — скукожился отец Ансельм. — Я лучше послушаю.

— Продолжай, — обратился маг к командиру.

— В общем-то, продолжать особо нечего. Да и времени нет — нужно разобраться во-он с тем судном.

— А что с ним не так?

— Это контрабандисты.

— Кто-кто?

— Пираты, — нашелся после некоторых колебаний Гемм. Он и вправду уже был готов поверить в сказку о пришельцах из прошлого.

— Ах, пираты! — понимающе качнул головой Корнелиус. — Что ж, не буду тебе мешать.

Маг сцепил руки за спиной и уставился на экран.

Гемм поколебался, но решил не выпроваживать старика из рубки — он казался совершенно безобидным. Если его не раздражать.

— Так, — сказал Гемм и быстро забрался в кресло. — На чем мы остановились?

— На захвате, — подсказал Святов. — Сейчас подойдем и захватим его ловушкой. Похоже, он основательно выведен из строя, если столько времени не подает признаков жизни.

И, как будто услышав оператора защиты, огромный контейнеровоз ожил и начал разгон.

— Что за… Командир, он уходит!

— Теперь не уйдет.

— Ему нет смысла уходить — он возвращается в систему, — вклинился в беседу Хан. — Сейчас выполнит обход третьей, и по новой начнет свои бесконечные блуждания.

— Может, повторить номер с камнем? — предложил Святов.

— Бесполезно, он скоро скроется за планетой. Проклятье! — Гемм саданул кулаком по подлокотнику.

— Я могу его остановить, — подал голос Корнелиус.

— Не говорите глупостей! — отмахнулся командир. — Его масса сто с лишним тысяч тонн. Как вы его остановите?

— Не знаю, что такое тонна, но остановить его очень просто. Вот так! — Корнелиус воздел руки и что-то забормотал. Неведомая сила исказила пространство вокруг него — оно поплыло, будто марево над раскаленным песком.

— Что за!.. — сглотнул Гемм, сжимая пальцами подлокотники.

— Командир, смотри! — вскрикнул Пурвис, и Гемм поспешно переметнул взгляд на экран.

Данные анализаторов показывали просто невероятное — огромное судно почти мгновенно сбавило скорость практически до нуля. Но и без сухих цифр было видно, что творится с контейнеровозом. Резко потеряв скорость, он начал заваливаться вправо, к планете. Разгонные двигатели работали, но судно будто кто-то очень сильный держал на привязи.

— Великий Космос! — пробормотал Гемм, протирая глаза. Подобного не могло быть, в принципе не могло. Но одна мысль сменила другую. — Они же сейчас войдут в атмосферу. Отпустите их! — крикнул он старику. Звучало это крайне глупо — немощный старик, удерживающий усилием мысли махину спейсера, — но другого объяснения происходящему рассудительный Гемм как ни старался, а найти не мог.

— Не понимаю тебя, — опустил руки Корнелиус. — Ты сам просил остановить их.

— Но я не совсем то имел в виду. Судну при орбитальном ходе нельзя терять скорость, иначе оно рухнет вниз, на планету.

— Как камень, подброшенный вверх? — уточнил маг.

— Именно! Как огромная скала.

— Командир, они бегут! — выкрикнул Святов, и все обернулись к экрану.

От корабля отстыковалась спасательная шлюпка и, набирая скорость, начала отходить от планеты. Контейнеровоз же, двигатели которого все еще работали на полную мощность, рванулся к планете, словно выпущенный из пращи камень.

— Перехватить! Немедленно! — отдал приказ командир.

— Нет ничего проще, — сказал Корнелиус, восприняв команду на свой счет. Несколько пассов руками, и удирающая шлюпка поплыла к крейсеру.

— Представляю, какая в их рядах сейчас царит паника, — усмехнулся Святов.

— Активировать ловушку.

— Есть!

— Зачем ловушка? Я вам их прямо сюда доставлю. — Корнелиус продолжал производить пассы, будто что-то тянул к себе и наматывал на пальцы.

— Куда — сюда? — порывисто обернулся Гемм.

— Прямо сюда.

— Не… Не вздумайте! Слышите? — в горле у командира вдруг пересохло. — Не надо!

— Глупости!

— Прекратите, я приказываю!

— Ну уж нет. Пираты должны получить по заслугам, — продолжал гнуть свое маг.

— Вы не понимаете! Вы же угробите всех нас. Одумайтесь!

Шлюпка была уже совсем рядом и продолжала сближение. Она металась, словно птица, попавшая в силок, но не могла вырваться. А Корнелиус все тянул и наматывал, наматывал и тянул.

— Врешь, не уйдешь, — бубнил маг, вошедший в раж.

— Выполняю маневр уклонения! — гаркнул Пурвис, первым справившись с потрясением.

Его пальцы запорхали над консолью. Крейсер рванулся вправо и начал торможение. Шлюпка ушла влево и понеслась по дуге, как грузик, раскручиваемый на ниточке.

— Ты мне мешаешь! — разозлился Корнелиус.

— Прекратите безобразничать, слышите? — потряс пальцем Гемм. — Отпустите сейчас же шлюпку!

Крейсер отклонился, и Пурвис вывел двигатели на разгонный режим. Шлюпка описала окружность и начала заходить справа.

— Да что ж такое? — Второй пилот почувствовал, как его волосы встают дыбом. Еще немного, и шлюпка окажется точно на траектории полета. Пурвис прекратил разгон и перебросил энергию на тормозные двигатели. Судно затрясло. Шлюпка пронеслась у самого носа и ушла на второй круг. Гемм выпрыгнул из кресла и повис на старике.

— Заклинаю вас, одумайтесь — мы все погибнем! — затряс он старика за плечи

— Погибнем? — уставился на него маг и опустил руки. — С чего вдруг?

— Там пустота! Вы не понимаете, — захлебывался словами Гемм. — Ничего нет. Дышать нечем. Разгерметизация…

— Что же ты сразу не сказал? Тогда этих несчастных стоит скорее втянуть сюда — я не могу допустить, чтобы они погибли, задохнувшись.

— Не-ет!!! — вскричал Гемм и от безысходности вцепился в собственную шевелюру.

Маг с утроенной энергией заработал руками, и шлюпка с бешенной скорость рванулась к крейсеру.

— Вот кто тебя, командир, тянул за язык? — обреченно спросил Хан, откидываясь на спинку кресла.

Пурвис вновь начал разгон в попытке избежать столкновение со шлюпкой лоб в лоб…

Судно тряхнуло. Заскрипели, лопаясь, обшивка и шпангоуты, взвыла сирена. По коридорам прокатился грохот. Пропала тяжесть.

— Всем пристегнуться! — гаркнул Гемм, поспешно влезая в кресло.

— Пробиты третий, четвертый и пятый отсеки, — доложил Святов. — Выведены из строя гравитационные установки. Жертв нет.

— Вы этого добивались? — обернулся Гемм к магу, всплывающему над полом и смешно раскорячившемуся.

— А… — начал Корнелиус, пытаясь осознать, что с ним происходит.

— Лучше молчите. Экипажу — готовиться к аварийной посадке. Хан — расчет траектории. Святов — обеспечь защиту в плотных слоях атмосферы. Пурвис — шли «мэй-дэй».

— Ай-яй-яй! — завопил перепуганный отец Ансельм, витая под потолком.

— Вот именно, — ворчливо отозвался Гемм.

— Но что я опять сделал не так? — спросил маг, подплывая к командирскому креслу.

— Вы — старый дурак! Молите своих богов, чтобы нам удалось сесть.

— Сесть? Куда?

— О Великий Космос! На планету. — Гемм ткнул пальцем в экран, туда, где из-за голубой звезды выплывал шарик четвертой планеты.

— На вон ту великолепную синюю звезду?

— На голубую планету!

— Но ведь она крохотная, — усомнился Корнелиус.

— Знаете что?.. — яростно сверкнул глазами Гемм.

— Все, молчу, молчу, — примирительно выставил ладони маг.

— Это самое лучшее, что вы можете сейчас сделать, — буркнул командир.

— Но если хотите, я могу посадить вашу лодку на тот шар. Правда, не понимаю, как мы на нем поместимся.

— Ы-ы! — потряс кулаками командир. — Оставите вы меня в покое или нет?

Маг обиженно надулся и попытался отвернуться, но в невесомости из этого ничего не вышло.

— Есть расчет! — доложил Хан.

— Я не уверен насчет торчащего из нашего бока спасательного модуля, — сказал Святов и пожевал нижнюю губу. — Может не хватить мощности на полевую защиту подобной конфигурации.

— А разве у нас есть варианты? — спросил Гемм.

— Увы!

— В том-то и дело.

— …Поразительно, я парю, как горный орел!..

— …Иисусом Христом, пресвятой девой Марией…

— Начинаю разгон, — доложил Пурвис, и тяжелый крейсер с торчавшей из разрыва на правом боку искореженной спасательной капсулой медленно двинулся по пологой дуге к планете…

Объятое жидким пламенем, судно дрожало как от лихорадки. Его бросало из стороны в сторону и, казалось, оно вот-вот развалится на части. Отец Ансельм с ужасом взирал на картину надвигающейся земли в струях адского пламени. Когда становилось вовсе невмоготу, святой отец зажмуривался и принимался бубнить молитву, но от очередного ощутимого толчка вновь распахивал глаза и еще крепче сжимал крест.

Корнелиус стоял с гордо вскинутой головой у командирского кресла, держась за его спинку обеими руками. Лицо его окаменело и ничего не выражало, но его невольное волнение выдавали живые глаза. Маг, разумеется, не понимал, что происходит, но подспудно догадывался, что не все в порядке.

— Высота двадцать тысяч. Температура оболочки в пределах, — доложил Святов.

— Скорость — три тысячи, растет. — Пурвис коснулся рычагов управления двигателями. — Отрабатываю торможение. Две тысячи… Полторы… Тангаж минус пятнадцать. Скорость тысяча… Семьсот. Тангаж минус пять… Компенсация угла крена на пределе. Слишком высокое сопротивление «затычки». Необходимо погасить скорость.

— Тогда ее будет недостаточно для планирования, — отозвался Гемм.

— Идем с левым креном. Свалимся в штопор, — предупредил второй пилот.

— Держи скорость шестьсот пятьдесят! Бажен, отстрели вооружение.

Крейсер дернулся.

— Готово.

— Крен — ноль. Скорость опять растет, — сказал Пурвис.

— Тангаж плюс три. Добавь режим основным.

— Скорость шестьсот пятьдесят; вертикальная — тридцать пять. Высота десять.

— Доведи тангаж до плюс пяти, режим восемьдесят. Нужно погасить вертикальную.

— Ох, сейчас ка-ак гробанемся, — покачал головой Хан. Ему никто не ответил.

— Вертикальная двадцать пять. Скорость шестьсот, падает. Высота семь, — продолжал диктовать Пурвис.

— Режим девяносто.

Далеко внизу раскинулся дивный девственный пейзаж: извив реки, бескрайний лес и лента горного массива с белоснежными шапками. Он убегал назад все быстрее и быстрее. Уже можно было различить широкие и плоские кроны деревьев.

— Справа на двадцать лес, кажется, пореже, — сказал Хан, рассматривая картину локатора в собственном визуал-объеме.

— Хорошо, выходи на него, — разрешил командир.

— Скорость шестьсот. Вертикальная пятнадцать. Высота три. Аккуратней с правым креном! — предупредил Пурвис Хана.

— Понял.

Картина леса на экране начала заваливаться и заскользила влево. Потом плавно вернулась в горизонт.

— На курсе, — доложил Хан.

— Скорость шестьсот, высота полторы… Тысяча.

— Тангаж — плюс два. Скорость держать четыреста, — отдал команду Гемм.

— Высота семьсот… пятьсот…

Лес уже волнистым ковром мчался под самым носом крейсера.

— Тангаж — плюс пятнадцать, режим — восемьдесят пять! — выкрикнул командир.

— Но… — засомневался Пурвис.

— Не рассуждать!

— Есть!

Крейсер медленно задрал нос. Людей потянуло вперед, и привязные ремни врезались в тела.

— Скорость двести. Высота сто пятьдесят… Сто… Тангаж растет.

— Держи пятнадцать!

— Вертикальная десять… пять… Высота пятьдесят… сорок… тридцать… Скорость двести.

— Тангаж — ноль! Тормозные — режим сто!

— Высота двадцать пять…

Крейсер с треском вломился кормой в заросли деревьев, а ядерное пламя тормозных двигателей выжгло посадочную полосу в сплошной стене деревьев. Со стороны могло показаться, что это стадо слонов с трубным ревом несется напролом. Крейсер дернулся, круша и подминая под себя обугленные остатки деревьев, и заскользил по ним, быстро сбрасывая скорость.

Отец Ансельм с воплем откатился к приборным панелям и там затих. Корнелиуса оторвало от кресла и бросило на консоли.

Крейсер замер.

— Приехали. — Гемм отстегнул ремни, встал и потянулся.

— Ты не капитан, — завозился на консоли маг и схватился за бок. — Ты изверг! Ох-х, чтоб тебя… — Он спустил ноги на пол и поморщился. — Я бы не доверил тебе и рыбацкой лодки, не то что звездной. Садист, изувер!

— Между прочим, именно ваши необдуманные действия привели к такому исходу, — мрачно заметил Гемм.

— Я-то здесь при чем? — выпрямился Корнелиус и потер ноющий бок.

— Пойдемте, я вам кое-что покажу. — Гемм взял мага под локоть и потащил за собой.

— Да не пойду я никуда!

— Идемте, здесь все равно больше делать нечего. Крейсер уже никогда не взлетит.

— Да? — засомневался Корнелиус.

— О, поверьте мне на слово, — заверил мага командир. — Вы еще тот волшебник. Прошу!

Корнелиус надул щеки и нехотя вышел из рубки. Гемм шагнул следом. Из-под приборных панелей высунул нос монах, огляделся, быстро вскочил и припустил за магом и командиром. Оставаться в этом дьявольском месте и дальше было выше его сил. Он быстро нагнал в коридоре Корнелиуса и пристроился слева.

— Куда мы идем? — спросил он.

— Спроси у нашего хозяина, — недовольно огрызнулся Корнелиус и замолчал.

Гемм прошел почти до конца коридора и, внезапно свернув вправо, остановился у дверей. Поколдовав с пультом на стене, он убрал руки за спину и забурчал себе под нос:

— Надеюсь, шлюз не заклинило при посадке.

— Шлюз?

— Дверь наружу. Впрочем, даже если и так, то, я уверен, вы с вашей неисчерпаемой энергией и неутомимой фантазией в два счета обеспечите нам выход.

— Да-да, это он запросто, — ответил за Корнелиуса святой отец, которому нестерпимо хотелось поскорее выбраться наружу. Маг окатил его ледяным взглядом, и монах заткнулся.

Двери с тихим шипением разошлись, и люди ощутили незнакомые терпкие ароматы.

Первым по широкому пандусу сошел Гемм. За ним, озираясь и умывая руки, спустился монах. Последним вышел маг. Он застыл у нижней кромки пандуса и оглядел громаду корабля, покоящуюся на выкорчеванных деревьях.

— Какая огромная… И это называется небесная лодка? — воскликнул он.

— Это называется космическое судно. Вернее, то, что от него осталось. А вот и ваших рук дело, — указал Гемм на торчащую из разрыва в корпусе судна корму спасательной капсулы.

— О силы природы! Но я же не знал, — от глубоко огорчения маг упал на колени. — Прости меня, добрый человек. Я испортил твою лодку…

— Судно, — смиренно покивал головой отец Ансельм.

— Да-да, судно. И едва не лишил жизни стольких людей.

— Ладно, чего уж там. Вставайте, — вздохнул Гемм.

— Не встану, пока не простишь меня.

— Вставайте, говорю! Хватит ломать комедию.

— Ну, раз ты настаиваешь… — маг тяжело поднялся с колен. — Теперь я понимаю, что ты имел в виду, когда говорил про большой шар. Значит, планеты и вправду большие шары? И ты привел э-э… судно с пробоиной к нему и опустил, словно перышко. Ты великий небоход!

Гемм не ответил. Он приблизился к нависавшей над землей корме спасательной капсулы и задрал голову.

— Послушай, колдун, — зашептал отец Ансельм, дернув Корнелиуса за рукав. — Мы дома, и нужно скорее бежать отсюда, пока дьявол отвлекся. Слышишь?

— Дома? — повернул голову маг. — Да ты в своем уме, святой отец?

— Что такое?

— Взгляни на небо, и тебе все станет яснее ясного.

— Небо? — Отец Ансельм неторопливо обвел взглядом горизонт. Глаза его вдруг замерли и расширились. Рядом с привычным желтым кругом солнца висел еще один, поменьше, синий. А чуть правее всходила крошечная луна. — Господь милосердный! — поспешно перекрестился монах. — Где мы, колдун?

— На другой планете — где же еще?

— Но других планет не бывает!

— А это что по-твоему? — Корнелиус сошел с пандуса на землю и притопнул.

— Галлюцинация!

— И железная лодка — тоже галлюцинация?

— Судно.

— И лес вокруг?

— Н-нет… То есть… — завертел головой отец Ансельм. — Но ведь…

— Впрочем, думай, что хочешь. Даже можешь бежать искать своих братьев-извергов, — махнул рукой маг и склонился над невиданным цветком с четырьмя крупными оранжевыми лепестками, свисающими вниз, и белой ворсистой серединкой. — Какая красота!

Корнелиус протянул палец к серединке и коснулся ворсинок. Лепестки жадно вцепились в палец и потянули на себя, упругий стебель цветка напрягся.

— Вон ты какой! — воскликнул Корнелиус, выдергивая палец. — Тогда вот тебе, вот! — он растоптал цветок и с видом победителя обернулся к святому отцу. — Это дикое создание, выходит, тоже галлюцинация? В таком случае можешь попробовать сунуть палец.

— Благодарю, но что-то не очень хочется, — наморщил лоб отец Ансельм, затем сделал жалостливое лицо. — Корнелиус, миленький, давай отправимся назад, а?

— Назад? Чтобы твои изуверы всерьез взялись за меня?

— Что ты, что ты! — замахал полными ручками монах. — Да я объявлю тебя великим праведником, если хочешь, даже святым великомучеником.

— Ну уж нет, — покрутил головой маг. — Мучений мне и своих вполне хватает. К тому же все равно ничего не выйдет.

— Почему? — испугался отец Ансельм.

— Нужные минералы я, возможно, найду, но здесь нет ни одного знакомого мне растения. К тому же я так и не понял, что за дьявольскую смесь ты сотворил.

Монах осенил себя крестным знамением.

— Там, кажется, какая-то красная водичка перевернулась и… и еще зелененькая, с перламутром. А потом еще…

— Красненькая, зелененькая, — поморщился Корнелиус. — А пропорции? Лишняя капля — и нас зашвырнет к черту на кулички. Мне нужно знать наверняка, чтобы произвести точные вычисления.

— А-а, — разочарованно отмахнулся отец Ансельм, отошел в сторонку и тяжело опустился на толстый корень.

— Ответь, капитан великолепного небохода, — обратился Корнелиус, приближаясь к Гемму, — что ты с таким интересом разглядываешь?

После того, как маг осознал истинные масштабы могущества людей будущего, он преисполнился к ним уважения. Металлическая махина, размерами с целый жилой район, способная летать, внушала невольный трепет.

— Зовите меня Сартор.

— Странное имя.

— Кто бы говорил, — пробурчал капитан.

— И все же, почтенный Сартор, — не стал спорить Корнелиус.

— Да вот, думаю, как ее извлечь.

— Зачем?

— Там живые существа.

— Пираты! Собакам — собачья смерть. — Маг сложил руки на груди и презрительно выпятил нижнюю челюсть.

— Возможно, у вас так и принято поступать с подобными людьми, но у нас жизнь ценится высоко. К тому же они не совсем пираты, а… как бы вам объяснить? Они перевозят недозволенные вещи — недостойное занятие, но до смертной казни точно не дотягивает.

— Понимаю. И что же ты хочешь?

— Пока не знаю. Наверное, придется резать шлюпку, чтобы вытащить их оттуда.

— Глупости! Отойди-ка в сторонку, — повел рукой маг.

— Что вы собираетесь делать? — с тревогой в голосе спросил Гемм.

— Вытащить ее — что же еще?

Командир поспешно отбежал подальше к лесу и спрятался за толстым стволом дерева. Неизвестно, что может еще устроить этот вздорный, себе на уме старик, обладающий небывалой силой и способностью шутя двигать предметы.

Корнелиус подтянул рукава мантии и приподнял руки. Шлюпка дрогнула и завозилась в дыре корпуса, словно невиданное животное, пытающееся выбраться на свободу из тесной норы. Гемма пробил невольный озноб. Шлюпка рывком подалась назад, потом еще немного и еще. Скрежет и скрип искореженного металла разнесся над лесом. Освобожденная шлюпка зависла над лесом, повисела немного, будто сомневаясь в выборе места для приземления, и плавно опустилась чуть в стороне.

— Вот! — устало сказал Корнелиус, опуская руки.

— Великий Космос! — воскликнул Гемм, приближаясь к шлюпке. — Как вам это удается?

— Уверяю тебя, почтенный Сартор, в том нет ничего сложного. Воздух пропитан силой — я концентрируют ее и направляю в нужное место. Правда, дома я не мог поднять ничего тяжелее груженой телеги. Может, двух.

— Поразительно! — Гемм коснулся ладонью холодного бока шлюпки, словно не верил собственным глазам. — Впрочем, если я правильно понял, что вы имеете в виду, здесь энергонасыщенность гораздо выше, чем на земле — совсем рядом находятся две звезды, одна из которых, оранжевая, светит как тысяча земных солнц.

— Тысяча? Невероятно! — взмахнул свободными рукавами маг.

— Невероятно другое — как вы умудряетесь управлять ей.

— Практика, Сартор. Десятилетия практики. Меня, по правде говоря, больше удивляет, как вы, не владея искусством управления силой, умудряетесь повелевать холодным железом.

— Мы владеем, только… так сказать, в другом ключе. Технический способ.

— Как-как?

— Устройства, приспособления, которые управляют силой за нас.

— А вы управляете приспособлениями, — догадался Корнелиус. — Предметная магия.

— Именно, — натянуто улыбнулся Гемм. — А кто ваш спутник?

— О! Это великий инквизитор. — Корнелиус скосил глаза на понуро сидящего в сторонке монаха.

— Инквизитор?

— Он занимается искоренением ереси раскаленным железом и прочими малоприятными методами.

— Садист?

— Не знаю такого слова. Скорее, заблуждающийся, боящийся всего нового и непонятного. А страх, как известно, имеет множество проявлений — от паники до жестокости. Простите, но почему из лодки никто не выходит?

— Может, люк заклинило? — предположил Гемм.

И как бы в ответ на его вопрос люк в боку шлюпки вздрогнул и начал плавно опускаться. К командиру приблизились четверо стоявших у пандуса грозного вида мужчин с оружием в руках. Маг посторонился — кто знает, чего можно ожидать от пиратов.

— Кто эти люди? — спросил он шепотом у Гемма, кивнув в сторону вооруженных людей.

— Группа захвата. На случай сопротивления.

— Понимаю, — пробормотал Корнелиус и уставился на люк.

Из прямоугольного хода долго никто не показывался, затем осторожно высунулась лохматая голова с острыми ушами, двумя невысокими гребнями и круглыми красными глазами. Нос, похожий на короткий хобот, шевельнулся, будто что-то вынюхивал.

Маг от неожиданности отшатнулся от люка.

— А, дьявол! — взвыл отец Ансельм, опрокинулся назад, перевернулся и на карачках полез в куст, который совсем по-живому попытался отстраниться от грузного монаха.

— Именем Федерации, вы арестованы! — рявкнул один из вооруженных громил и дернул разрядником. — Выходи по одному!

— Фьюи? — повело хоботом существо.

— Господи, кто это? — пробормотал ошарашенный Корнелиус.

— Фьюриане — одна из рас, открытых в космосе, — охотно пояснил Гемм. — Живет в системе GJ176, по-вашему в созвездии Тельца, планета Фьидо.

— Уф-фу, а я уж думал… — провел маг ладонью по лицу.

— Что?

— Да нет, ничего.

— Выходи, выходи, — повторил приказ безопасник. — И не прикидывайся, что не знаешь галактического.

Существо долго мялось, никак не решаясь ступить наружу, потом приоткрыло узкую щель рта, прятавшуюся под хоботом, и наивно, писклявым голосом спросило:

— А вы не будете драться?..


Загрузка...