Испытательный срок

глава 6

Странное состояние, мужчина застыл прищурившись.

Мелькнуло побуждение пригласить ее куда-нибудь и убедиться, что она нормально поела. И это казалось правильным, отдавалась в сознании. Какого, спрашивается? Какое ему должно быть дело до бывшей невесты брата?

Вадим медленно поднялся из-за стола.

Он сам себе удивлялся. Почему вдруг эта девушка стала занимать так много места в его мыслях? Это вызывало внутренний протест. Как будто две силы сталкивались в нем. Одна выдвигала барьеры и приводила разумные обоснования, и тогда ему удавалось восстановить не некоторое время душевное равновесие. Но ненадолго. Потому что другая сила, темная, идущая откуда-то из глубины души, враз сметала все барьеры, и тогда потребность, которую он, казалось бы, поборол, брала верх.

Это делает его уязвимым, общение нужно сократить до минимума.

Он подался вперед, прижав ладони к столу, потом одним резким движением выпрямился и направился к выходу. До обеда оставалось несколько минут, обычно он не уходил раньше времени, но в этот раз ему нужно было проветрить мозги.

И еще.

Но это требовало уединения.

Конечно, не одна из первостепенных задач, просто чтобы привести в порядок голову. Потому что в глубине сознания как будто дрожал слабенький колебательный контур. Ей удалось поселить в нем сомнения.

«Меня подставили. Вы должны были знать это».

«Вы должны были знать» - било по самолюбию, вызывало внутренний протест.

Тот день, Вадим его прекрасно помнил. День рождения мачехи. Сейчас, возвращаясь к этому мысленно, Вадим уже не мог с уверенностью судить, что там произошло.

Именно поэтому Вадим хотел связаться с матерью и договориться о встрече.

Ему нужно было задать маме несколько вопросов. Потому что сейчас в памяти всплывали кое-какие события из прошлого. Тогда он не анализировал, теперь…

Нужно было раз и навсегда выяснить для себя, отбросить и успокоиться.

***

Как только он вышел из кабинета в приемную, взгляд мгновенно нашел секретарский стол. Девушка подскочила с места.

Стоило большого труда не смотреть на нее. Захаров обронил, не поворачивая головы:

- Меня не будет в течение двух часов. Возможно, дольше. Все, что записано в регламенте на это время перенести. Если в мое отсутствие возникнут неотложные вопросы, всех перенаправить к Любови Марковне.

И вышел из приемной.

Он так и не услышал, что она ему ответила.

Идиотское чувство, как будто теперь за ним тянулся горячий шлейф из недосказанности. Усилием воли он и это пресек. На ходу достал гаджет и набрал личную помощницу.

- Любовь Марковна, - проговорил, щурясь от непонятной досады. – Меня некоторое время не будет. Присмотрите за новенькой.

- Да, я поняла.

Ответ прозвучал не сразу. Секундная задержка, однако его царапнуло. Но в тот момент Захаров был сосредоточен на другом. Поэтому добавил:

- Возможно, меня не будет с обеда. Перенесите все на завтра.

И оборвал разговор.

***

Честно говоря, когда Алена увидела, что шеф выходит из своего кабинета, в первый момент от неожиданности сердце заколотилось в горле. Она еще нашла ошибку в том, что распечатывала, исправила, распечатала по новой. Теперь думала, что ее ожидает разнос, и переживала, как будет ему объяснять, почему не проверила.

Но Захаров даже не взглянул на нее.

Наверное, это было хорошо? А странное было чувство, опустошение какое-то. Она сложила заново распечатанные листы стопочкой, села за стол, пригладила обеими руками волосы…

Как раз в этот момент открылась дверь приемной, на пороге возникла Любовь Марковна. Острый, колючий взгляд, прищурилась. Алена начала:

- Вадим Тимурович вышел на обед.

А та оборвала ее:

- Я в курсе, - еще один острый взгляд. – Не сидите без дела и не опаздывайте с обеда, Новикова.

Ну, с обеда Алена не опоздала. Точнее, она вовсе не выходила на обед. Раз уж у нее образовалось свободное время, она хотела лучше вникнуть в то, чем ей предстоит заниматься. А то, что Захарова на месте не было, даже лучше.

Она даже немного успокоилась. В конце концов, не боги горшки обжигают, все когда-то начинали с чего-то. Надо просто работать, и все получится.

***

Захаров вернулся за час до окончания рабочего дня, когда Алена уже и не ожидала.

Сумрачный и злой.

Скользнул по ней обжигающе-холодным взглядом и прошел в кабинет. У самой двери остановился и бросил через плечо:

- Зайдите ко мне.

Зашел. Дверь закрылась плотно.

Алена так и осела в кресле, а приемную словно накрыло вакуумом, стазу сделалось звеняще тихо, и уплотнился воздух. Просто Захарова не было с обеда, и она почему-то уверилась, что на сегодня эмоциональные встряски закончились.

Противная неуверенность, вроде как без вины виновата. На руки свои взглянула, они опять тряслись. Сжала кулаки, сидела несколько секунд, стараясь подавить эту противную дрожь. Потом разом подхватила со стола свои распечатки и пошла в кабинет.

- Вадим Тимурович, позволите войти? – спросила, приоткрыв дверь.

Ну, звал же.

У него взгляд проскочил такой дикий, что Алена чуть не повернула обратно. Однако это впечатление так же быстро и смазалось, в следующий миг Захаров снова был непроницаемо холоден. Кивнул молча и показал жестом, чтобы она входила, а сам отвернулся к стеклянной стене, за которой был виден город.

Алена старалась на него не смотреть, пошла к столу, стараясь меньше шуметь. Ей почему-то показалось, что у него что-то неприятное произошло.

Как раз когда она взялась за спинку кресла, чтобы отодвинуть его и сесть за стол, он резко перевел на нее взгляд. Секунда зрительного контакта, когда было ощущение, что она смотрит в бездну. Потом он произнес:

- Сварите мне кофе.

Этот его ровный, холодный низкий голос…

Колючие мурашки по спине побежали. Алена незаметно выдохнула.

- Да, конечно, Вадим Тимурович, я сейчас.

Развернулась и пошла в дальний конец кабинета, все ускоряясь и чувствуя, что краснеет. Потому что взгляд его ощущался как штырь между лопаток. Зашла, закрыла за собой дверь и наконец смогла вдохнуть полной грудью.

И только после этого до нее дошло, что она не знает, какой Захаров пьет кофе. Но выходить сейчас и спрашивать, что он любит?.. Ни за что.

Решила сварить на свой вкус, как папа любил когда-то. И будь что будет.

***

Вадим реально чувствовал себя отвратно. Сам во всем предпочитал ясность и когда сталкивался с тем, что от него что-то утаивают, сворачивают в сторону или становятся в позу, терпеть этого не мог. А если так поступал с ним родной человек, просто ставило в тупик.

Сегодня он виделся с мамой.

У нее снова ухудшение со здоровьем. Она старалась этого не показать, но он же видел. Видел, черт бы его побрал. И как ни старался не показать этого внешне, мама все же догадалась.

В такие моменты он просто ненавидел отца. Когда отец внезапно развелся с его матерью, он был еще шестилетним мальчишкой. Мало что понимал. И да, после развода, он остался с мамой. О том, что отец почти сразу женился снова, Вадим узнал уже после.

Он болезненно это воспринял, но никогда не вникал, как же именно все произошло. Это была закрытая тема.

Сегодня он хотел спросить об этом. Потому что было неожиданно созвучно, как-то цеплялось в сознании за события недавнего прошлого.

Но мать даже не стала касаться этой темы. Сразу замкнулась и сказала:

- Спроси об этом своего отца.

И все. Ему пришлось уйти.

Осадок был страшный. Теперь по логике ему следовало наведаться к отцу в офис и задать ему тот же вопрос. Но куда что делось после того, как ему второй раз за сегодняшний день позвонил брат.

После этого он сорвался сюда.

Ему нужно было увидеть эту девушку. Потребность была настолько сильна, что он не мог с этим бороться. Это безумно раздражало.

Теперь она была в соседней комнате.

Захаров смотрел на дверь, за которой девушка скрылась. Долго. Он ненавидел ждать, жилы вытягивало. Мужчина шумно выдохнул, подавляя невесть откуда взявшееся раздражение.

Но знать, что она там, за дверью, было недостаточно. Ему опять казалось, что он чувствует ее. И теперь она была здесь, в его кабинете. Слишком близко. Дурацкое состояние, зудящая потребность видеть ее. Как на медленном огне.

Почему ее столько времени нет?

Он откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. Клубок покатился по горлу, кадык дернулся. Это не должно его волновать. Не должно.

Что она там делает, почему так долго?

Ей могло стать плохо?

В конце концов, Вадим не выдержал. Резко встал, оттолкнув кресло, и направился туда.

***

Пока Алена искала, где в этой крохотной, но напичканной оборудованием кухоньке может храниться турка (и есть ли она тут вообще?), казалось, прошел час. Еще все это получалось с таким шумом, что она каждый раз втягивала голову в плечи на каждый звук.

На самом деле, она просто нервничала.

Ей казалось, что у Захарова кончится терпение, он ведь не выносит, когда опаздывают. И тогда выговора ей не избежать.

К счастью, турка нашлась. Была задвинута вглубь шкафчика и заставлена коробками. Облегчение было невероятным. Теперь оставалось только сварить кофе.

Так, как любил папа.

Это сейчас было важно, давало ощущение, как будто он снова рядом. С того момента, как они с мамой остались одни, Алена не позволяла себе расползаться. Никогда не плакала при маме, чтобы та не переживала. Сейчас она не смогла удержаться, слезы навернулись на глаза.

На одно долгое мгновение все отошло на второй план, остались только воспоминания. Но вот кофе был готов. Она быстро смахнула набежавшие слезы, поставила с ароматным напитком на поднос, подняла и хотела уже выйти.

В этот момент отворилась дверь.

На пороге замер Захаров.

Алена так и застыла с подносом в руках, не в силах шевельнуться. А он на мгновение застыл, мрачно на нее глядя, потом шагнул внутрь и притворил за собой дверь. Крохотное пространство кухоньки мгновенно сузилось до предела, он занял его собой и как будто выжег весь воздух.

Нечем дышать.

- Что с вами?

Его недовольный низкий голос и тяжелый взгляд.

- Я… - надо было собраться.

- Вы плакали?

Мужчина шагнул к ней и теперь вглядывался слишком внимательно. Никогда еще она не была с Вадимом Захаровым в таком тесном контакте. Невольная дрожь пробежала по плечам, Алена сама не знала, что именно сейчас ее пугает. Это помогло собраться.

- Нет, - сказала быстро. – Все в порядке, Вадим Тимурович. Я варила кофе. Извините, что вам пришлось ждать.

- Кофе? - Мужчина сильнее нахмурился.

И сделал еще шаг.

***

Любовь Марковна сегодня времени не теряла. И то, что Вадима Захарова не было на месте всю вторую половину дня, было ей только на руку.

Та мысль, что ей в голову пришла. Ее следовало проверить. Но как? Заявиться в дом и начать выспрашивать? К счастью, у нее было время подумать. Подумав, она созвонилась с секретаршей его отца, Захарова старшего. Разговор был совершенно нейтральный и все больше о делах. Но из этого разговора Любовь Марковна кое-что узнала.

Кое-что настолько важное, что она теперь просто обязана была форсировать события.

Но все пришлось отложить, когда ей сообщили, что Вадим Захаров вернулся и находится сейчас в своем кабинете. Любовь Марковна сразу направилась туда.