«Вождь» и «пророк»

Вольно пою

Славу вождю.

Где надо лгать –

Я помолчу.

Виса Эгиля Скаллагримссона.


Часто «задним числом» задается вопрос: «А какой во всем этом был смысл?» и: «Ради чего все это делалось?» Ведь ясно же было, что Гитлеру и его Третьему рейху эту войну было все равно не выиграть – слишком много он себе нажил врагов. Что на это возразить? Во-первых, те или иные действия могут быть адекватно поняты и оценены лишь исходя из реалий своего времени. Во-вторых, все зависит от того, как оценивать личность Адольфа Гитлера. Вслед за Яровратом[370], мы склонны расценивать фюрера Третьего рейха не столько как политического и военного деятеля (хотя он был и тем, и другим), сколько как пророка. Адольф Гитлер был типичным пророком, он вел себя соответственно, и это, по нашему мнению, многое объясняет.

А кто такой пророк? Это человек, считающий себя способным видеть сверхъестественным зрением некий «расклад сил», скрытый ото всех других, «обычных» людей. Вот Гитлер и видел этот «расклад» (или был уверен, что видит, а это в данном случае неважно, ибо поведение «пророка» зависит от того, что ему кажется подобным «подлинным раскладом»).

Совершим мысленный эксперимент. Представим себе, что мы с вами (либо дойдя до этого собственным умом, либо по воле случая, либо по велению неких «Высших Сил», или по слову «Гималайских Махатм» – источник инспирации в данном случае принципиального значения не имеет!) узнаем - пусть в результате некоего непостижимого обычным умом озарения, что, скажем, ровно через десять лет «откроется кладезь Бездны», и из глубин Тартара, из каких-то преисподних подземных пещер на свет Божий выползут некие инфернальные, адские твари, порождения зла и тьмы, вроде лавкрафтовских «Ктулху» или «дагонов», и в кровавой, жесточайшей оргии пожрут без остатка весь род человеческий. Причем тайная агентура этих инфернальных тварей давно уже живет среди нас, и мы даже знаем, как отличить эту агентуру от других, «обычных», «нормальных», или «настоящих» людей, под которых эта агентура маскируется. Спрашивается, что тогда изменится в нашем с вами поведении? Если мы с вами не дегенераты, утратившие волю к борьбе и чувство самосохранения, то в нашем поведении изменится решительно все.

Политика? Религия? Все политические и религиозные системы разом лишатся для нас с вами всякой актуальности (поскольку не учитывают реального - как нам кажется, но ведь мы с вами уверены в том, что это нам не только кажется! - существования как «в подполье», так и среди нас упомянутых выше инфернальных тварей, исчадий Зла, Тьмы и Хаоса). Единственное, о чем мы с вами начинаем думать – так это о необходимости срочно разработать свою политико-религиозную систему для разъяснения людям того, что есть «обычные», «нормальные», «настоящие» люди (такие, как они), а есть замаскированные порождения Зла, Тьмы и Хаоса, которые только искусно притворяются людьми. После этого пророческого «прозрения» или «озарения» все, что находится за пределами нашей с вами новой политико-религиозной системы, совершенно перестает нас с вами интересовать, ибо все это для нас становится пустой тратой времени (а наше с вами время – ограничено десятилетним сроком).

Наше с вами поведение становится (если наблюдать за ним со стороны) похожим на поведение фанатика, а если наши знания об упомянутых выше адских, инфернальных тварях распространяются шире, чем просто информация об их существовании – то оно становится (со стороны) похожим на поведение не просто фанатика, а фанатика-мага. Будучи настолько одержимы своими видениями и непоколебимо веря в собственные озарения, мы вполне можем создать собственную партию единомышленников и даже прийти во главе этой партии к власти. Но политиком в строгом, классическом смысле мы не являемся, ибо никто из других политиков, «настоящих», «нормальных», «обычных» людей, наш успех никогда не повторит…

Используя свои способности «пророка» (истинные или воображаемые – не важно, раз они давали ему силу и уверенность в себе!) Адольф Гитлер собрал в Европе такую армию, которой у Европы не было никогда (ни до, ни после). Это сейчас для нас такие технологии, как маневренная танковая война, реактивная авиация или баллистические ракеты не представляются чем-то особенным. А тогда это было что-то совершенно «запредельное», «квадратиш-практиш-гут», «дас ист дойче техник», короче - «Ахтунг»! Всесокрушающий налет грозных пикирующих бомбардировщиков-«штук», полеты «Фау-1» и «Фау-2» и танковые «клинья» «быстрого Гейнца» Гудериана были для современников таким же шоком, каким могло бы стать для нас нашествие инопланетных «летающих тарелок» с лазерными пушками (впрочем, в Третьем рейхе при Гитлере разрабатывали и «летающие тарелки»[371])! При этом – что греха таить! - , если не идеи национал-социализма, то уж сам Адольф Гитлер пользовался в тогдашней Европе (да и не только в Европе) поистине колоссальной популярностью. Не случайно пять тысяч (!!!) городов в разных странах мира сделали фюрера Третьего рейха своим почетным гражданином. Да что там говорить! Достаточно вспомнить кадры кинохроники о Берлинской Олимпиаде 1936 года, когда все спортсмены, даже французские (невзирая на, казалось бы, извечное франко-германское противостояние и соперничество!) приветствовали фюрера вскинутой вперед и вверх правой рукой – знаменитым «фашистским» салютом[372]…А цель «пророка» была проста – объединить всю Европу (что в тогдашнем традиционном, европоцентристском, понимании означало – весь мир) перед нашествием инфернальных тварей, адского Зверя – красного Ктулху (а тот и не делал никакого секрета из своих планов захвата всего мира под знаменем Мировой революции)!

Сотрудничество с Третьим рейхом в Европе имело столь широкие масштабы, что, к примеру, в Бельгии по обвинению в активном коллаборационизме (сотрудничестве с германскими оккупационными властями) были привлечены к суду и приговорены к различным наказаниям полмиллиона подданных бельгийской короны - иными словами, пять процентов населения страны! Сходная картина наблюдалась и в ряде других стран Европы. Достаточно сказать, что, если около 20 000 французов погибли, сражаясь против германских оккупационных войск и прогерманской «вишистской» милиции в рядах антифашистского Сопротивления и против германского вермахта в рядах армий союзников по антгитлеровской коалиции, то, в то же время, около 50 000 французов (то есть более чем вдвое больше) было убито, сражаясь в рядах германских войск и союзных им французских формирований против армий стран антигитлеровской коалиции и французских же «вольных стрелков» и антифашистских партизан!

Расположенные на территории протектората Богемия-Моравия огромные военные заводы в Брно и Пльзени («Шкода»), не говоря уже о других промышленных предприятиях, необходимых для снабжения фронта, исправно и бесперебойно работали на Третий рейх. Не зря германский министр пропаганды доктор Йозеф Геббельс отмечал в 1941 году:

«Фюрер высоко оценивает работу, проводимую чехами в области вооружения. Не было отмечено ни одного случая саботажа (с 1939 по 1941 год! – В.А.). Чехи показали, кто они такие. Они трудолюбивы, усердны и надежны. Они стали для нас полезным приобретением (курсив наш – В.А.)».

Реально у «пророка» Гитлера никакой надежды на победу, конечно, не было. В самом факте безнадежной, по сути, но от того не менее самоотверженной борьбы германской державы против множества врагов не было ничего из ряда вон выходящего. Новым был разве что смертный приговор, вынесенный в Нюрнберге честным германским солдатам Кейтелю и Йодлю, повинным только в том, что они слишком долго и слишком хорошо воевали теми ничтожными силами, что имелись в их распоряжении. Это, как совершенно справедливо пишет современный российский историк Борис Галенин, «до сих пор вызывает комплексы и творчески-оправдательный зуд у тех, кому требовалось для победы не меньше тысячи «летающих крепостей» на один случайно действующий немецкий пулемет или две-три дивизии штрафников на окопавшийся немецкий взвод»[373].Не говоря уже о том, что как-то неприлично сегодня сидеть с человеком за одним столом, пусть даже и подписывая капитуляцию (которая, между прочим, спасает жизни и твоих солдат), а завтра – со спокойной душой вешать своего вчерашнего визави! Вот был бы номер, если бы «людоед» Гитлер после капитуляции Польши в 1939, Норвегии, Бельгии и Франции в 1940 или Югославии и Греции в 1941 году распорядился вздернуть подписавших эту капитуляцию польских, норвежских, бельгийских, французских, югославских и греческих генералов! Если же абстрагироваться от данного прискорбного, во всяком случае, с точки зрения офицерской чести, обстоятельства, то нельзя не прийти к заключению, что подобная, заведомо неравная, борьба являлась прочной (и, пожалуй, даже неотъемлемой) частью германской героико-исторической традиции. Не зря немецкая народная пословица гласит: «Мер файнд’ – мер эр’!» («Больше врагов – больше чести!»)[374]! Испокон веков германские герои (как легендарные, так и исторические) противостояли заведомо превосходящим их, бесчисленным полчищам врагов (Нибелунги-бургунды – гуннским, Карл Мартелл – арабским, Карл Великий – сарацинским и аварским, Генрих Птицелов и Оттон Великий – мадьярским, Генрих Силезский – монголо-татарским). Пруссия при Фридрихе Великом успешно сражалась и даже умудрилась выйти победительницей (совершив «чудо Бранденбургского дома»!) из одновременной борьбы с крупнейшими державами континентальной Европы – Россией, Австрией, Саксонией и Францией! Да и в годы Великой (Первой мировой) войны Второй рейх Гогенцоллернов дрался против почти что всех стран мира (Британской империи, Бельгии, Франции, России, Румынии. Италии, Сербии, США, Японии и десятков других государств рангом пониже), постоянно наступая, завоевывая неприятельские земли, и закончил войну вследствие Ноябрьской революции 1918 года («удара ножом в спину»), не уступив врагу ни пяди своей территории. Но «пророк» и вождь Третьего рейха ухитрился собрать и объединить против себя и против своей державы слишком уж много разного рода врагов (так и хочется сказать «всех, кого только можно»), одновременно объявив войну не только крупнейшим национальным государствам, но всем и мощнейшим международным силам сразу («мировому коммунизму», «мировому еврейству», «мировому масонству»[375], «международному финансовому капиталу» и вообще «всем врагам белой расы»[376]). И потому ничего нет удивительного в том, что Гитлер проиграл. Его принципиальный и последовательный «бунт против современного мира» был изначально обречен на неудачу. Да, были у Третьего рейха и фюрера этого рейха поистине гениальные прозрения и новейшие (даже по нашим временам) технологии. Да, каждый танк «Пантера» или «Тигр» дивизии «Великая Германия» с отборным «великогерманским» экипажем стоил десятка (а может, и двух) неприятельских танков. Но «горькая правда земли» (говоря словами Сергея Есенина) заключалась в том, что неприятель мог свободно бросить на каждый «великогерманский» танк десять, двадцать, тридцать, сотню своих танков (каждый из которых был «не ладно скроен, да крепко сбит», по известной русской народной пословице).

Загрузка...